2.
3 февраля 2019 г., 12:26
— Намджун, ну и что ты делаешь? — Сокджин подкрадывается тихо, но говорит достаточно громко и неожиданно, чтобы альфа ударился затылком о полку рядом с его головой и снес вазу. Третью вазу за один год. Джин тяжело вздыхает.
— Прости, — виновато скулит тот, потирая затылок. — Я куплю новую.
— Конечно купишь, — ворчит омега, подходя ближе к мужчине, и аккуратно берет его голову в ладошки, чуть наклоняя и рассматривая место ушиба. — Вроде ничего страшного, — говорит спустя несколько секунд и мягко целует затылок.
— Твои поцелуи как всегда самые лучшие, — тут же мурлычет тот, сразу же забывая о своём непонятном деле, которое выражается смотрением в окно.
Намджун смотрит на Сокджина все также, как и двадцать лет назад - влюблённо и с улыбкой, даже когда они в ссоре. Он мягко целует омегу в щеку, переходя чуть ниже с все такими же почти невесомыми поцелуями-бабочками.
— Что ты делаешь? — бормочет Джин, ища в себе силы отстраниться.
— Целую своего любимого мужа, что же ещё, — отвечает тот в ответ, тихо хихикая.
— Чонгук скоро придёт и у тебя было какое-то дело, — Джин сам не замечает, как тоже начинает хихикать. — Ну подожди до вечера, Джун-а.
— Точно, дело, — резко говорит тот, отстраняясь и возвращаясь к окну.
Сокджин выдыхает, поправляя домашнюю футболку. Вот так и доверяй этим альфам. Садится на корточки собирая осколки вазы, радуясь, что нет мелких, и подходит к мужу, тоже смотря на улицу.
— Чонгука выглядываешь?
— Да, сегодня же суббота, — бормочет тот, совершенно забыв о том, что делал две минуты назад. Сокджин снова вздыхает.
— Намджун, я не позволю тебе следить за нашим сыном на его свидании. Ему уже восемнадцать и он-
— Джин, вспомни нас в восемнадцать. Ну, меня в шестнадцать, — тут же отвечает тот и Джин замирает на секунду, после вздрагивая, тут же встаёт рядом с альфой, пристально глядя в окно и не пропуская ни одной фигуры. — То-то. Ой, а помнишь, как мы с тобой в театре нашли укромный такой уголок и... Ауч.
— Нашёл, что вспомнить, — шипит Джин, ударяя Джуна локтем в бок. — Ну давай, Джин, ничего не будет, Джин. Ну да, ничего не случилось. Кроме Чонгука, — продолжает бормотать тот.
— Вы чего это тут? — слышится сзади недоуменный голос и оба мужчины тут же поворачиваются лицом ко входу в комнату. — Я им кричу-кричу, а они не слышат, — фыркает Чонгук, ставя на небольшой столик ярко-красный цветок в горшке.
— Это чего такое? — тут же спрашивает Джун, подходя ближе.
— Пап, не бери его в руки только, прошу, — тут же говорит Чонгук, обращая внимание на осколки вазы в руках второго отца.
— Да я же аккуратно, Гуки, — говорит Намджун, улыбаясь сыну, и берет в руки горшок, рассматривая. — Какой, — фраза обрывается падением горшка на пол и вскриком Чонгука, — красивый.
— Был, — расстроенно и глухо говорит Гук, садясь на пол.
— Намджун, блин, — шипит Сокджин, шлепая альфу между лопаток и тут же подходит к Чонгуку, положив осколки на стол. — Я сейчас принесу горшок и мы быстренько его пересадим, хорошо, Чонгук? — говорит Джин, тихо всхлипывающему сыну, который тут же кивает.
— Я не специально... он выскользнул, я не хотел, — жалобно говорит Намджун, подходит к сыну, сжимая и разжимая кулаки. — Прости, Гуки.
— Все нормально, пап, — отвечает тот, все ещё всхлипывая, собирает кусочки горшка и кладет их рядом с бывшей вазой. — Ты не виноват, что такой неуклюжий.
— Еле нашёл, — выдыхает Сокджин, вернувшись в комнату. — Вот, смотри, он ещё красивее, — улыбается, ставя пока пустой горшок рядом и начиная аккуратно складывать туда рассыпанную землю. Намджун подходит к ним, садясь рядом и помогая.
— Откуда он у тебя, малыш? — спрашивает Джин, как только цветок вновь на положенном месте, полит и устроен на подоконник комнаты Чонгука.
— Тэхён подарил, — тихо отвечает тот, явно смущаясь под взглядами родителей, и осторожно гладит насыщенно-зеленые лепестки.
— Так мило, что он тебе подарил его в горшке, а не обычный букет, — тут же говорит Джин. — Во сколько вы сегодня уходите?
— У него появились неотложные дела и вот он так извинился, а на прогулку мы завтра пойдём, — тут же отвечает младший, все ещё не смотря на Намджуна и Сокджина. — Ну ладно, я пойду в душ и после сделаю уроки, чтобы завтра ничего делать не нужно было, — договорив, Чонгук целует родителей в щеки, тут же уходя из комнаты.
— Цветок значит, — говорит задумчиво Намджун, задумчиво смотря на подоконник.
— Цветок, — тут же отзывается эхом Джин, надувая губы и звуча расстроенно. — Мне ты никогда таких цветов не дарил. А когда подростками были, то и вовсе только полевые, — продолжает бормотать омега, идя на выход из комнаты под удивленный взгляд альфы. — Нет, они, конечно, были прекрасными, но сейчас-то? Сто лет уже букеты не дарил, а мог бы хоть маленький, там, я не знаю... — бормотание становится все тише, пока Сокджин окончательно не уходит из комнаты, оставляя Намджуна наедине с цветком, который уже стал проблемой.
— Не дарил значит давно, ну подожди, — твёрдо говорит Джун в пустоту и тут же выходит из комнаты, едва слышно хлопая дверью, а после и вовсе покидает дом.
Возвращается Намджун спустя три часа, гордо улыбающийся, с огромным горшком, в котором фикус, весь помятый, словно дрался за него, а после убегал...
Сокджин ПРАВДА близок к обмороку.
