Слепая Ярость

Родители на удивление спокойно восприняли новосёла. А я поразилась, как же Вики хорошо их знает. Пожалуй, я так могу только бабушку с дедушкой просчитывать. Папа сделал пару снимков и заявил, что малыш прелесть и у него есть пара подходящих контрактов на съёмку в рекламе. Мама посетовала, что материал об оборотнях был два номера назад и направила меня к бабушке, может у той есть хоть какая-то информация про мифических псов. Бабуля ожидаемо не смогла мне отказать и прислала две толстенные папки про Дикую охоту, церберов, пса героя Финна, Баргеста и гримов. Мама была в восторге. На ближайшую среду она брала редакторский день и мы с ней должны были изучить чуть суховатые выкладки профессора исторической литературы. Я встала раньше всех. Мой пёсик всё ещё хромал безымянным, но уже требовал прогулок. К завтраку я успела его выгулять и убрать в комнате. Вики слушала музыку у себя в комнате, мама домывала посуду. В дверь позвонили. Я открыла. На пороге стояла женщина в плотном твидовом чуть старомодном костюме. — Здравствуйте. Вы к кому? — спросила я. — Мисс Вирджиния Стивенсон, я полагаю. — женщина сурово посмотрела на меня, поджав губы. — Да, это я. С кем имею честь? — после случая с Дурслями я не торопилась впускать её в дом. — Меня зовут миссис Макгонагал. Я профессор в школе, куда Вы были зачислены. Я могу поговорить с Вашими родителями? — мне показалось, что эта профессор до крайности чем-то недовольна. — Да, конечно. Проходите, пожалуйста. — я посторонилась, пропуская профессора в дом. — Мама, папа, к нам пришли. Гостья проследовала за мной в гостиную. — Добрый день. — папа сегодня надел одну из тайских рубашек и выглядел, как модель. — О, здравствуйте! — мама совсем не удивилась незваной гостье. — Джин, солнышко, приготовишь нам чай? — Какой? — Я думаю саусеп будет в самый раз. — улыбнулся папа, усаживаясь по-турецки у маминых ног. Я кивнула и вышла. — Итак, — услышала я голос гостьи — я представляю школу чародейства и волшебства Хогвартс, в которую зачислена ваша дочь. — Вы уверены? — мама усомнилась в её любимых паранормальностях? — Вирджиния самая практичная и приземлённая из всей семьи. — А вот это было обидно, хоть и справедливо. — Я совершенно уверена, равно, как и в том, что Вирджиния волшебница. — профессор приняла у меня из рук чашку. — Неужели с ней не происходило ничего удивительного? — Это Вы о летающих предметах? Пиромантии? Разговорах с духами? — у мамы загорелись глаза. — Да, что-то в этом роде. — кивнула женщина. — Ещё у маглорождённых детские выбросы магии могут починить, скажем, разбитую вазу или чашку. — Увы! — мама всплеснула руками — ничего даже близко не было. Так что, скорее всего, Вы ошиблись. — У нас всё точно. — поджала губы профессор Макгонагал. — Хорошо. — кивнул отец и посмотрел на часы. — У меня скоро съёмка. Давайте мы ознакомимся с программой обучения, условиями проживания и сообщим Вам наше решение. Профессор поставила на низкий столик чашку. — Мисс Стивенсон, — обернулась она ко мне — будьте добры, принесите мне стакан воды. Я встала с подушки, рядом с папой и поплелась в сторону кухни. Не знаю, зачем я обернулась в дверях, но на глаза мне упала знакомая красная пелена. Зрение вернулось быстро. Я была в шоке. Потому что успела услышать сухой треск и слова: «Никогда не пытайтесь угрожать моим родным» — сказанные, моим собственным голосом. В руках у меня оказались обломки палки. В кресле застыла белая, как мел профессор. Родители тоже имели бледный вид. — Простите, — промямлила я — что произошло? У меня опять было это состояние аффекта? Да, мам? — Похоже, это был выброс. — чуть хрипло ответила профессор Макгонагал. — Дамы, я вас оставлю. — папа поднялся. — До встречи, любимая. — он поцеловал маму, — Джин, — клюнул меня в щёку — будь умницей. — Пока-пока! — Я должна была бы сопроводить вас на Косую аллею за покупками, но как теперь туда добраться, без палочки. — каким-то безжизненным голосом проскрипела наша гостья. — Я вызову такси! — загорелась мама. — Туда же пускают обычных людей? — Да, но только в сопровождении волшебников. И при условии, что вы не нарушите Статут Секретности, т.е. не выдадите информацию о волшебниках. Это тяжкое преступление карается тюремным заключением. А маглам стирают память. — Боже, как интересно! — мама захлопала в ладоши — Я конечно же еду с вами! Что нам понадобится? — Вот. — находящаяся в прострации профессор протянула нам письмо. Мы сели читать. — Простите, не подскажите, сколько примерно это — мама потрясла письмом — может стоить? — Если брать всё строго по списку, то двадцать-тридцать галеонов. — всё так же безжизненно ответила профессор. — Курс галеона к фунту один к пяти. — Значит двести фунтов нам должно хватить. — мама взяла деловой тон. — И как нам туда попасть? — Это на Чарринг-Кросс-Роуд. — Я вызываю такси! — мамуля решительно поднялась с дивана. Через полчаса к дому подъехала машина. На пороге мы буквально столкнулись с миссис Дурсль. — Ох, дорогая! — мама обняла соседку — нам придётся отложить чаепитие до вечера. Надеюсь, ты не слишком расстроилась. Пока-пока. Я успела заметить, что при виде профессора Макгонагал, миссис Дурсль побледнела до синевы. Мама села вперёд, а мы с профессором сели сзади. На маму я разозлилась. Судя по шоку, в котором пребывала Макгонагал, я сделала что-то страшное. И я вполне обоснованно переживала. А вдруг я действительно её оскорбила и она будет мне мстить. И что это за школа такая, где она, чему там учат, что это за волшебный мир такой. Мама-то рада-радёшенька, хотела писать про Дикую охоту, а тут материала ей хватит на пару лет. А что со мной будет, никому и дела нет. Я вытерла невольные слёзы и уставилась в окно. И мой щенок! Я всего раз его вывела погулять. Надеюсь, Вики не уйдёт гулять и не бросит пёсика. Я так погрузилась в свои невесёлые мысли, что и не заметила, как мы приехали. — Здесь находится бар «Дырявый котёл», маглы не могут его видеть, поэтому, миссис Стивенсон, возьмите за руку Вашу дочь. — теперь я точно знаю, что эта леди — учитель. У бабули тоже иногда проскакивает этот назидательный тон. — Какое атмосферное заведение! — мамуля, как всегда, настроена оптимистично. — Здесь есть проход на Косую аллею. — всё тем же учительским голосом произнесла профессор. — Том, — обратилась она к бармену, — проводи нас пожалуйста. — Добрый день, профессор Макгонагал. Рад Вас видеть. До чего же хороший человек, — повернулся он к нам с мамой — себя не жалеет, всё с маглорождёнными занимается. — О, мы очень тронуты! — мамин восторг начал принимать журналистский окрас. В такие моменты она напоминала акулу, которой подали первое, второе и сёрфера на десерт. Бармен провёл нас на задний двор и остановился у стены с мусорными баками. Он достал из рукава палочку, потыкал ей в кирпичи и стена исчезла. — Добро пожаловать на Косую аллею, дамы! — бармен поклонился, мы с мамой изобразили книксен, профессор кивнула и юркнула в проход. — Сначала нам нужно заглянуть в банк, где вы сможете поменять магловские фунты на волшебные деньги. Один золотой галеон равен семнадцати серебряным сиклям, а один сикль — двадцати девяти медным кнатам. Далее нужно купить волшебную палочку. Палочки продаются в магазине мастера Олливандера. Все ингридиенты для зельеварения вы найдёте в аптеке. Рядом с ней — магазин котлов. Мантии у мадам Малкин, книги во Флориш и Блотс. — Простите, — прервала мама монолог профессора, — а у вас тут есть секонд-хенд? Барахолка? Лавка старьёвщика? — продолжила она, видя лёгкое недоумение. — Старьёвщик в конце улицы. — наша сопровождающая сложила лицо в презрительной гримасе. — И Вы не сказали, сколько стоит обучение. — Бесплатно. — рубанула Макгонагал и отвернулась. — В банке работают гоблины. Они не терпят неуважения. Банк впечатлял. Вообще вся улочка напоминала Стредфорд-на-Эйвоне, городок — родину Шекспира. Меня туда возили бабушка с дедушкой, пока родители возили Вики к какому-то гуру в Индии. Мне климат не подошёл и бабуле пришлось лететь за мной в Дели. Так вот, Косая аллея была ну очень похожа на Стредфорд! А вот банк почему-то напомнил греческие легенды. Высокое здание из белого мрамора с колонами, портиками, барельефами. Вот только сюжеты были совсем не греческие, хотя тоже, весьма героического характера. — Какой очаровательный рекламный стих. — хихикнула мама. — Где? — я вытянула шею и заозиралась. Прямо над входом были выбиты слова: Входи, незнакомец, но не забудь, Что у жадности грешная суть, Кто не любит работать, но любит брать, Дорого платит — и это надо знать. Если пришёл за чужим ты сюда, Отсюда тебе не уйти никогда! — Римский маюскул, — тут же забормотала я, — значит они здесь с пятидесятых годов до нашей эры. Или были до римлян, но не имели собственной письменности… — Знаешь, дорогая, — улыбнулась мамуля, — иногда мне кажется, что ты больше бабушкина, чем моя. — Мне иногда тоже. — буркнула я. — Не сердись, смотри, как здесь здорово! Вслед за профессором мы поднялись по ступеням. Дверь нам с поклоном открыл низенький человечек в красном с золотом ливрее. — Благодарю, сэр. — мама поклонилась ему в ответ. Человечек выпучил глаза и обнажил в улыбке острые, как у акулы зубы. За дверью был просто огромный зал. По периметру за конторками сидели похожие на привратника человечки и сосредоточенно взвешивали на аптекарских весах золотые монеты и драгоценные камни. — Поменяйте деньги и пойдёмте скорее. — наша провожатая чуть не притопывала от нетерпения. — Добрый день, уважаемый, — обратилась мама к ближайшему человечку — будьте добры, подскажите, где можно поменять фунты на галеоны. — Добрый день. — кивнул человечек, убирая в сторону весы и сапфир размером с кулак. — Я могу поменять, курс один к пяти. — Нам, пожалуйста, двести фунтов. — мама протянула ему деньги. — Ваши сорок галеонов. — на конторке мгновенно материализовались четыре столбика по десять монет. — Благодарю, — мама поклонилась, — всего доброго. — До свидания, — пискнула я и мы чуть не бегом выскочили из банка, следом за профессором. — Это лавка Олливандера. — остановилась она, немного запыхавшись у магазинчика с потёртой вывеской. Мы вошли. На двери звякнул колокольчик. Лавка не впечатляла. Была она такой же линялой и видавшей виды, как и вывеска, гласившая: «Семейство Олливандер — производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры». В лавке был пыльный прилавок и старый стул. Профессор прошла к прилавку и нетерпеливо забарабанила пальцами по стеклу. — О, Минерва Макгонагал, — пожилой мужчина с поразительно светлыми глазами словно соткался из воздуха, — пихта и сердечная жила дракона, 9,5 дюймов, идеальна для трансфигурации. — Добрый день, Гаррик, — поздоровалась женщина, — мне срочно нужна новая палочка. — А что случилось с прежней? — заинтересовался продавец — Вы так хорошо за ней ухаживали… — Детский стихийный выброс. — нехотя ответила профессор. — Так-так, сейчас, — мастер Олливандер скрылся в подсобке, — как же хорошо, что я нашел идеальные сердцевины! Теперь мы совершенно точно сможем легко подобрать Вам идеальную палочку. Он появился из подсобки, неся штук пять коробочек. — Попробуйте эту — он подал профессору первую палочку. Женщина схватила её, как голодный схватил бы сэндвич с индейкой. Из палочки посыпались искры. — Пихта и сердечная жила дракона, — чуть самодовольно произнёс мастер — девять дюймов. Семь галеонов. — Спасибо, Гарик! — профессор прижала палочку к груди и в первый раз за время нашего недолгого знакомства улыбнулась искренне и счастливо. — А теперь подберём палочку для этой юной леди? — Да. — женщина вновь поджала губы. — Девочка маглорождённая и впервые едет в Хогвартс. — Какая рука у Вас рабочая? — Правая, сэр. Меня зовут Вирджиния Стивенсон. — Ну, что ж, Вирджиния, сейчас посмотрим. — повинуясь взмаху палочки, из подсобки вылетел портняжный метр и начал меня обмерять. — Вы говорили, — мама вытащила блокнот и карандаш, — об идеальных сердцевинах. — Да, юная леди, — чуть поклонился мастер — это только кажется, что волшебник выбирает палочку, на самом деле всё наоборот — это палочка выбирает волшебника! Наша семья изготавливает палочки почти две тысячи лет. Сколько экспериментов было поставлено! Но только я вывел формулу, которая позволила остановиться на трёх универсальных сердцевинах. — А что снаружи? — Дерево. Пород дерева бесконечное множество, хотя и с сердцевиной не всё так просто! Один и тот же феникс не даст два подряд одинаковых пера. — Значит деревья. — мама строчила в блокноте. — Вы предпочитаете работать с местными породами или экзотическими? Сандал, скажем или железное дерево? — Хм, а Вы интересный посетитель! — воскликнул Олливандер — знаете, а ведь и правда, я предпочитаю местные породы, но у меня как раз есть подходящий брусок именно сандала! Как я мог о нём забыть! О, это будет интереснейший опыт! — Гаррик, — нетерпеливо побарабанила пальцами по прилавку профессор, — мы торопимся. — О, не переживайте за нас, миссис Макгонангал, — улыбнулась мама — уверена, мы справимся. Мистер Олливандер такой интересный собеседник, что мы наверняка задержимся. — Тогда вот, — профессор протянула нам кусочек картона — это билет на поезд хогвартс-экспресс. Проход на платформу спрятан в колонне между девятой и десятой платформой. Колонна седьмая от головы состава. И если мисс Стивенсон не будет готова, с её факультета снимут баллы. — Спасибо, мэм. — я взяла билет. — До свидания. — и миссис Макгонагал покинула наше общество. — До свидания. — сказали мы в спину, стремительно уходящей женщине. — Ну, что ж, займёмся Вашей палочкой, юная леди. — подмигнул мне Олливандер и пошел в подсобку за новой партией коробочек. — Вот, — сунул он мне первую, очень светлую палочку, — бук и волос единорога. Не то! — тут же выхватил у меня из рук палочку и дал следующую. Процесс выбора затянулся почти на час. Я устала, мама давно присела на стул и спрятала блокнот. Внезапно очередная палочка в моих руках потеплела. Я взмахнула ей, как махала двумя десятками предыдущих, но на этот раз из палочки посыпались голубые искры. — Она! — старичок даже начал приплясывать от избытка чувств. — Вяз и сердечная жила дракона. Сильная палочка для волшебницы с добрым и справедливым сердцем. — Спасибо, сэр. — я смутилась от похвалы. — Сколько с нас? — оживилась мамуля. — Пять галеонов. Я получил истинное удовольствие! — мастер поклонился нам. — Большое спасибо! — мама положила на прилавок пять монет и направилась к выходу. — Подождите! — опомнилась я — Вы говорили, мистер Олливандер, что за палочкой нужно ухаживать. — Разумеется! — Олливандер потрепал меня по волосам — Вот, держите! Это подарок! Набор по уходу за палочкой — воск и специальная тряпочка. Протирай и полируй минимум раз в неделю и палочка будет тебе служить верой и правдой. — Спасибо, сэр! — я прижала к груди пакет с палочкой и подарком. — Как приятно побеседовать с такими разумными и интересными клиентами! Может я смогу ещё чем-то вам помочь? — Огромное спасибо! — расцвела мамуля, — у нас тут по списку: одежда, котёл, ингридиенты и учебники. И перекусить было бы неплохо. — Одежда — вон, наискосок, у мадам Малкин. Котлы — через один магазин от меня. Ингредиенты — вон, видите — мистер Олливандер подошел к двери и махнул в нужную сторону — аптека Малпепера. А вот учебники во «Флориш и Блотс». Ну и сундуки — прямо через дорогу. — Спасибо. — закивали мы с мамой, как китайские болванчики. — А что из этого можно взять в лавке подержанных вещей? — Сэкономить хотите? Дело ваше. Да, в общем, всё там можно найти, кроме ингридиентов. — Большое спасибо! — в очередной раз поблагодарила мама и мы наконец покинули лавку волшебных палочек. — Сандал, ну конечно же сандал! — услышали мы голос мастера, выходя на улицу. — Мам, — протянула я, — ты что, правда меня собираешься одевать в волшебном секонде? — Нет! Разумеется, нет! — возмутилась мама — Одежду купим у этой мадам, а вот на учебниках явно можно сэкономить. И котёл. Не уверена, что нужен обязательно новый. Если нужен, то купим, конечно. И сумку тоже. Но не сундук!       В ателье к нам тут же подошла молоденькая девушка. Она поставила меня на табурет. Пока вокруг опять летали портняжьи метры, девушка разговорилась с мамой о крое рукавов. Мамина индийская блуза пришлась по вкусу помощнице мадам Малкин. Девушка подтвердила, что мантии лучше заказывать новые. Оказалось, на них навешены чары, благодаря которым мантии не мнутся и почти не пачкаются. Также на школьном комплекте есть защита от слабеньких сглазов и проклятий. Ещё мантии подгоняются по размеру. Так что если я вдруг неожиданно рвану в росте, мантия подстроится. Но все эти чудесные свойства выдыхаются за год. Так что через год нас ждут снова.       В аптеке воняло. У меня даже глаза заслезились. Мама достала два платочка и приложила один к лицу, второй протянула мне. — Стандартный набор для первокурсников, пожалуйста, — прогнусавила она, стараясь дышать ртом. Получив свёрток, мы выскочили из аптеки, посмотрели друг на друга и расхохотались — мы были красные и с надувшимися щеками. — Уф, — отсмеявшись, выдохнула мама — я тебе не завидую! Надеюсь, этот пакет не будет источать аромат аптеки. — Главное его не раскрывать! — поддержала я мамулю. — Идём к старьёвщику! — азартно провозгласила мама — Ты не поверишь, Джин, но иногда там можно найти настоящие сокровища! — Это мы с тобой прямо искатели сокровищ! Лара Крофт с помощницей. — Скорее это ты Лара Крофт, а я так, — мама обняла меня и мы пошли в конец улицы. Лавка старьёвщика впечатляла. Кучи хлама, вешалки с одеждой, россыпи книг, какие-то груды побрякушек. — Эльдорадо! — восхищённо протянула мама. — Добрый день, — поздоровалась она со старичком-хозяином, — Вы нам не поможете? Сухонький дедуська подозрительно зыркнул на нас из-под кустистых бровей. — Чем могу быть полезен, леди? — его голос был неожиданно сильным и приятным. — Нам нужны учебники в Хогвартс. Начиная от первого курса и оканчивая тем, что есть. Ещё хотелось бы у Вас узнать на счёт сумки или чемоданчика. Всё же сундук это перебор. — И если можно, что-то почитать, чтоб не попасть впросак. — добавила я. — А то мало ли, что-то ляпну, а меня за это в жабу превратят. — Джин! — хотела было возмутиться мама, но тут мы услышали, как хохочет старик-старьёвщик. — Впервые встречаю столь разумную маглорождённую юную волшебницу. — с улыбкой сказал он. — Я подберу тебе подходящие книги, малышка. Сумки есть, с расширенным пространством, но там чары выдохлись почти, хорошо, если года три прослужат. — А что это за чары? — судя по маме, я буквально сняла этот вопрос у неё с языка. — Это чары, накладываются на сумку или ещё что. Точно не вспомню, но вместо сумки получается пространственный карман, куда можно много чего вместить. — Скажите, — вкрадчиво начала мама, — можно ли наложить эти чары на уже готовую сумку. — Можно, — кивнул старичок, — только Вам, леди, такой сумкой пользоваться нельзя. Вмиг кто надо заинтересуется. Хорошо если только штрафом, обливиэйтом и изъятием сумки отделаетесь. А вот малышке Вашей можно, но только в Хогвартсе, пока она ещё маглоотталкивающие чары сама наложить не сможет. — Ясно, жаль. — огорчилась мама, — Было бы так удобно! А что если наложить такие чары на сумку Вирджинии? Ей же всё равно учебники в школе носить нужно. — Это можно. — кивнул старьёвщик. — Я вам записку черкну, подойдёте в «Сумки и чемоданы на все случаи жизни», там мой племянник работает, он вам всё сделает за пару сиклей. — Ээээ… Простите, сэр, это все учебники? — спросила я, полистав стопку книг, которую старик успел выложить на прилавок. — За первый и второй курс — все. — подтвердил он — За третий у меня трансфигурации нет, арифмантики и рун. Да и вообще, не думаю, что вам есть смысл брать учебники за третий курс. Там предметы по выбору идут, а заранее никто и не выбирает. — А где математика, география, литература, в конце концов? — я была обескуражена. — Нету, — продавец развёл руками, — да и незачем, ничего этого в Хогвартсе нет. — Как? Как нет? — Джин, не кричи, — одёрнула меня мама. — Простите. — стушевалась я. — И что же теперь делать? — Возьмём тебе экстернат. — легкомысленно отмахнулась мама — Ты же у нас умница! В крайнем случае, с тобой бабушка позанимается английским и литературой, а дедушка математикой и физикой. — Ну, спасибо, — насупилась я. Мы забрали книги, подходящий котёл и поплелись в сумки. Там мужчина, оказавшийся помощником продавца, прочёл записку старьёвщика. — И что вы хотите зачаровать? — хмуро спросил он. — Вот! — мама достала из недр своего рюкзака сумку. Я с шумом втянула в себя воздух. Сумка была восхитительна! Светло-коричневая с тиснённым узором каких-то цветов и слона. — Хм, — мужчина достал палочку — чары продержатся пять лет. Объём пять кубов. Цена — шестьдесят сиклей. — Нам подходит! — закивала мама. — Есть хочется. — призналась я, когда мы выползли из сумок. — Поддерживаю. — кивнула мама. — Вроде мы всё взяли. Остальное можно и в обычном мире купить. Да и поесть тоже. Как на счёт макдональдса? — Предпочитаю фиш-энд-чипс! — Принято! Я видела недалеко от входа в бар лоток. И мы припустились на выход из волшебного мира.