Слепая Ярость

      Домой я вернулась совершенно вымотанная. Всё же шопинг это не моё. Вот маму с Вики можно запускать в любой магазин, они и из обычного супермаркета вернутся груженные, как караван верблюдов и счастливые, как трёхлетка на карусели. Все наши покупки вместились в мою новенькую сумку. Оказывается, мамуля специально заказала такие сумки из Индии для нас с сестрёнкой. Их доставили пару дней назад и мама просто забыла вытащить их из своего бездонного рюкзака. Домой мы опять поехали на такси. — С Петуньей нехорошо получилось. — рассуждала мама. — Пожалуй, ты выйдешь возле дома, а я подъеду к ней и заберу к нам на чай с кальяном. Она совсем бледная в последнее время. — Она хорошая. — кивнула я. — Приглашай. А я погуляю с малышом. — Пора бы тебе уже дать ему имя. Малыш — это как-то несерьёзно. — Ничего в голову не лезет. — пожаловалась я. — Он чёрный, значит можно Блэк или Дарки, Грим, Бран, Хантер. — Клёвые имена! — восхитилась я — Вот честно, мам, они мне все нравятся. И как теперь выбирать? — Давай посадишь его и называй все по прядку. На какое откликнется — то его. — Отличная мысль! — я обняла маму. Дома меня встречали недовольная сестра и до крайности счастливый щенок. Он уже признал во мне хозяйку, так что любовь у нас была вполне взаимная. — И где вас носило? — насупилась сестра. — Ты не поверишь! К нам пришла какая-то тётка, сказала, что из волшебной школы и что вот это вот, что со мной случается, это не состояние аффекта, а волшебство! И она водила нас с мамой за покупками на волшебную улицу! — Вы ходили за покупками? Без меня? — кажется у Вики крайне избирательный слух. — В следующий раз — только с тобой! — поспешила заверить я недовольную сестрицу. — Кроме того, похоже, я в очередной раз облажалась. — Рассказывай! — потребовала младшенькая и мы отправились в мою комнату.       С рассказом пришлось повременить — щенок успел сделать свои дела на пелёнку, так что я выбросила грязную и постелила новую, похвалила питомца за чистоплотность и принялась живописать сегодняшние приключения. — Мда, — протянула Виктория, когда я выдохлась, — а ты умеешь влипать в неприятности. Вообще смешно выходит, где ты и где волшебная школа. Я бы больше поверила, если б маму туда пригласили. — И ты туда же! — взвыла я и запустила в эту занозу подушкой. — Ах, вот ты как! — не осталась в долгу сестра и через минуту мы уже вовсю мутузили друг дружку подушками. В какой-то момент Вики подмяла меня под себя и принялась щекотать. Я пищала, визжала и извивалась. — Сдаёшься? — голосом злодея из мультика спросила сестра. — Нет! — взвизгнула я — Ни за что! Помогите! Кто-нибудь! И тут по комнате прокатился рык. Мой маленький щенок тянул Вики за штанину и угрожающе рычал. Шёрстка на его загривке встопорщилась, ушки были прижаты. Будь это взрослый пёс, было бы страшно, а так меня затопило умиление. — Ах, ты мой защитник! — подхватила я его на руки — Мой грозный Грим! — Классное имечко! — Вики плюхнулась рядом со мной на кровать и протянула руку, чтоб почесать щенка за ушком. Грим зарычал. — Свои! — я осторожно погладила его и повторила — Свои.       Мы гладили и теребили его, пока Грим совсем не расслабился и не заскакал по комнате, виляя хвостом. Мы спустились на кухню. Из гостиной доносились голоса. Я прислушалась и поманила сестру, приложив палец к губам. Да, я знаю, что подслушивать не хорошо. Но то, что мы услышали, знать было просто необходимо. Очевидно, мамуля добавила в кальян «особой» травы, а может на нашу гостью повлияло сочетание вина и кальяна, но голос у миссис Дурсль был чуть заторможенный. Она рассказывала о волшебстве. О сестре, которая взглядом поджигала шторы, когда была чем-то недовольна. О соседском мальчишке, который дразнил её на пару с сестрой. Об унизительном письме от директора школы, о лягушачьей икре в одежде, о чашках, что прямо в руках превращались в крыс. О постоянном страхе и беспомощности. Об испорченной свадьбе. О том, что Лили не позвала сестру на собственную свадьбу и не пришла на похороны родителей. — Знаешь, — шепнула мне на ухо Вики — если ты станешь такой же сволочью, как сестра миссис Дурсль, я тебе в глаз дам. — Если я такой стану, — зашипела я в ответ — то я сама себе дам в глаз. Какая же она мерзкая! Ладно, с чужими можно поступать, как твоя натура подсказывает, но своих обижать это подло! — Спокойно, Слепая Ярость. Я просто предупредила. — Если заметишь, что я становлюсь такой, — прошептала я, кивнув в сторону гостиной — говори сразу. — Скажу. –Вики обняла меня и мы продолжили неблагородное дело подслушивания.       Так мы узнали, о племяннике четы Дурсль. Что мальчика подбросили на порог без единой бумажки. Ну, не считать же документом письмо. Причём довольно пространное. И сколько денег и сил ушло на оформление Гарри Поттера и на установление опеки. Что, несмотря на оформление опеки, в пособии им отказали. А попытки добиться хоть каких-то выплат привели к тому, что все, кто занимался их документами — увольнялись. Кроме того, Гарри, как и его мама, принес в дом разрушения. Но если маленькая Лили устраивала небольшие пожары, то от её сына горела проводка, взрывались лампы и бытовая техника, вылетали стёкла, рвались трубы. Когда Петунья отрезала кусок торта и подала тарелку сперва Дадли, по кухне стали летать ножи. Миссис Дурсль, очевидно продемонстрировала маме шрам. «Пять швов наложили. — сказала она — Главное Дадли не пострадал». Племянник не спал ночами. Пока совершенно случайно не залез в шкаф. В шкафу он спал до четырёх лет, потом его переселили в чулан под лестницей. Спать в спальне он не смог — просыпался с криками. Ещё Петунья заметила, что уставший ребёнок реже выдаёт разрушения и начала потихоньку привлекать его к помощи по дому. Она помнила, что в школе сестры они проходят что-то типа ботаники и кулинарии. Так что круг обязанностей у мальчика был определён — он помогал в саду и на кухне. После этих своих разрушений у ребёнка просыпался зверский аппетит. Скрепя сердце женщина решила ограничить племянника в еде. Всё вместе принесло свои плоды. Он уставал, был всегда чуть голодным и почти не делал никаких «ненормальностей». — А потом начали приходить письма из этой чёртовой школы и мы просто растерялись. Пусть мальчику было у нас не сладко, но там, в этом чокнутом мире погибли его родители. Веришь, Гвен, я ведь даже не знаю, где похоронена сестра. И отдавать мальчика им на верную смерть… — миссис Дурсль всхлипнула. — Вернон ему даже счёт в банке открыл, чтоб он смог по достижению совершеннолетия освоить какую-то профессию и устроиться в жизни. И деньги за родительский дом мы поделили. Половина пошла на счет Дадлика, а половина Гарри.       Мы начали отползать в сторону выхода, но тут я вновь услышала кое-что интересное. Всё же слух у меня куда лучше зрения. Интересное было про хвост. И про два дня на маяке. Тут мама сказала, что в холодильнике есть ещё бутылка, и я поспешила выйти на задний двор. — Знаешь, — сказала я, бросив Гриму мячик, — это всё просто ужасно! — Ты про этого Гарри? — И про него тоже. — кивнула я. — Мне очччччень не понравилось отношение к неволшебникам. И этот странный лесник. Выходит каждый люмпен с палочкой может походя обидеть простого человека и ему за это ничего не будет? И Гарри, как он родственникам в глаза смотрел, после того, как бросил их на маяке? — Откуда я знаю? — пожала плечами сестрица — Может у волшебников совесть пластичная? Мы ненадолго замолчали, по очереди бросая Гриму мячик. — А знаешь, — встрепенулась Вики — мне жалко Дадли. Может он потому и злой такой, что постоянно в напряжении. Если б рядом с тобой ножи летали и телек взрывался, может и я бы от тебя шарахалась. А теперь ещё и хвост этот. — Может, посмотрим в моих книжках? — предложила я. — Я, конечно, хотела начать с истории, но теперь надо смотреть трансфигурацию и чары. Поможешь? — Чур, мне чары! — подскочила Вики. — И палочку дашь? — Дам, только у меня пока из неё искры сыплются и всё. — А вдруг и я волшебница? — Всё может быть. — задумчиво протянула я. — Главное, что ты — моя сестра, а всё это волшебство яйца выеденного не стоит. Мы побежали ко мне в спальню. Вики нагло заняла софу у окна, а я растянулась на кровати. — Всё бы ничего, но буквы расплываются и глаза слезятся. — сестричка потёрла глаза. — А мне нормально. — пожала я плечами. — Может и на книжках какие-то чары против обычных людей? — Скорее всего. — сестра задумалась. — Тогда тебе и карты в руки. Читай и ищи. — Между прочим, мы погулять хотели. — недовольно сказала я. — Как может какое-то «гулять» быть важнее спасения человека от хвоста? — возмутилась Вики. — Но чтоб тебе не было обидно, я тоже гулять не пойду. Лучше часа через два возьмём велики и съездим за мороженым. — Договорились. — вздохнула я — А если не найду сегодня, то буду искать завтра. — Ты, главное, не торопись, чтоб чего-то важного не пропустить. — сестра наставительно подняла палец вверх. — Угу. — кивнула я и погрузилась в чтение.       Чтение откровенно затянулось. Я хоть и быстро читаю, но не латынь же! А все волшебные формулы оказались на латыни. Ещё и с ударениями нужно было разбираться. В некоторых тянулись гласные, в некоторых была рычащая «р» или шипящая «ш». Вики дважды заглядывала ко мне, потом не выдержала и вытащила меня из дому. — Что нарыла? — поинтересовалась она, когда я пристроила щенка в корзинке на руле. — Да почти ничего. — я застегнула шлем. — Пока только общая отмена в чарах, в учебнике за второй курс и в трансфигурации за первый — отмена трансфигурации. Хотя там же написано, что любой предмет стремится принять свою изначальную форму, поэтому трансфигурация дело временное. — А у Дадли не только не прошло, а новое выросло спустя полгода после операции. Дела. — Дела. — согласилась я. — Я конечно хочу ему помочь, но во-первых, как бы не навредить, а, во-вторых, как ты себе это представляешь? «Здрасьте, Дадли дома? Мы его расколдовывать пришли?» — пропищала я. — А если не поможет, то есть проверенный способ — поцелуй! — заржала сестрица. — И куда ты его целовать собралась? — съязвила я — Под хвостик? — Дура! — попыталась обидеться Вики. — От дуры слышу! — насупилась я. — Ладно, Дадли я уговорю. — какое счастье, что она у меня отходчивая. — А ты не ленись, бери палку и отрабатывай эти два приёмчика. — А ты не командуй! — А то что? — прищурилась сестра — Тоже заколдуешь? — В глаз дам. — спокойно ответила я — За ухо укушу и накормлю горелой овсянкой. — Нет! — Вики закатила глаза — Только не овсянка! Это святое! Лучше уж в жабу. — Так, — ухмыльнулась я — кажется кто-то запал на пухлого блондинчика? — Дура! — насупилась Виктория. — Чмоки-чмоки-чмок! — я сложила губы трубочкой — Сладенькие поцелуйчики! — Догоню — убью! — пообещала сестрица и мы рванули наперегонки к дому. Дома мы постарались не шуметь. Во-первых, гостья всё ещё была у нас. Во-вторых, папа вернулся с работы и развлекал дам игрой на гитаре. Мы тихонько выгрузили мороженое в холодильник. — Есть хочется. — вздохнула Виктория. — Сейчас-сейчас, — засуетилась я — о, лазанью будешь? — Буду. Посуду мы решили не мыть и разошлись по спальням сытые и задумчивые. Я сдержала слово. Встала пораньше, погуляла с Гримом, покормила его и взялась за палочку. Рука быстро устала, но я не сдавалась и пробовала разные способы произношения отменяющих заклинаний. В животе заурчало. Я спустилась на кухню и принялась мешать тесто на блинчики. Скоро ко мне присоединилась зевающая Вики. В пижаме и тапках-зайчиках. — Знаешь, сестрёнка, — начала я — я тут подумала… — Папа говорит, что все беды начинаются со слов женщины: «я тут подумала». — В общем, я не буду расколдовывать Дадли. — Чего? Сдурела? — уставилась на меня сестричка. — Я боюсь! — заорала я. — Это какое-то сумасшествие! Я не могу в это поверить, понимаешь? И в книжках написано, что в лучшем случае ничего не получится, а в худшем последствия могут быть ужасными и непредсказуемыми! Сейчас у него хвост, которого не видно, а если я ошибусь? Что будет? Рога? Копыта? Чешуя? — Так что же нам делать? — Не знаю. — я с грохотом ляпнула сковородку на плиту. — Вся эта фигня, она, как ядерная бомба! Одно неверное движение, интонация и всё! Я не хочу разрушить дом или навредить кому-то… — Ладно, — сжалилась Виктория — тогда ты давай, тренируйся дальше, а я подумаю. — Что тут думать… — тоскливо протянула я. — Ты давай, за блинами следи. — скомандовала сестра и полезла за джемом и тарелками. Настроение у меня было хуже некуда. Поэтому я наскоро запихнула в себя два блинчика, схватила в охапку Грима и побежала прочь из дома. Мне нужно было проветриться. Мисс Дурсль уже уехала. Её Злыдень и впрямь оказался мировым псом. Она мне много чего успела рассказать и показать. Под её руководством мы с Гримом освоили команды «ко мне» и «сидеть». На прощанье она нам ещё и витамины для собак подарила. Так что я пошла на площадку для выгула собак в гордом одиночестве. Мой щеночек — это счастье в чистом виде. Через каких-то три часа от моего плохого настроения не осталось и следа. Мы вприпрыжку побежали домой. Я даже начала напевать песенку. На пороге меня встретила Вики. — Танцуй! — она обняла меня за талию и закружила по комнате. — А что случилось? — Папа звонил! У нас в пятницу будут гости! И твои любимые поющие чаши! И дядя Терри приедет! Будут чаши и концерт! — Лучше бы приехал Эрни и была бы чайная церемония. — мы плюхнулись на диван. — Вечно ты всем недовольна. Старая брюзга! — Мелкая вредина. — не осталась я в долгу. Засыпала я в предвкушении праздника.