Слепая Ярость

— Что тут такое? А? — услыхав Малфоя, Аргус Филч растолкал толпу, но при виде Миссис Норрис попятился и в ужасе схватился за голову. — Что с моей кошкой? Что? — завопил он, выпучив глаза. И тут он заметил Гарри. — Это ты! — взвизгнул Филч. — Ты убил мою кошку! Да я тебя самого… Ах, ты… — Успокойтесь, Аргус. В сопровождении нескольких профессоров появился Дамблдор. Важно прошагав мимо троих друзей, он осторожно снял Миссис Норрис со скобы для факела. — Идемте со мной, Аргус. Вы тоже, мистер Поттер, мистер Уизли и мисс Грэйнджер. Локонс, сияя улыбкой, подошел к Дамблдору. — Мой кабинет ближе всех, господин директор, сразу вверх по лестнице. Пойдемте ко мне… — Благодарю вас, Златопуст, — ответил директор.       Ученики расступились и я с ужасом уставилась на миссис Норрис в руках директора. — Она висела под факелом, — сказал Алекс. — Её повесили? — голос почти не слушался. — Сначала окаменили, потом повесили, — кивнул мальчик. Студенты загомонили, а я смотрела на мистера Филча. На завхозе лица не было. — Бедный мистер Филч, — вздохнула я.       Появившийся директор с преподавателями, забрали миссис Норрис, мистера Филча и Гарри Поттера. Я думала нас разгонят по факультетским гостиным, но Эрл привёл нас в исследовательский кружок. Они с Девоном стали у дверей и запускали по одному, предварительно обмахивая палочками. Грим потянул меня вперёд и я вошла в нашу гостиную. Всё, что было потом, прошло как-то мимо меня. Нет, я конечно сидела, слушала Эрла, поглаживая Грима. Когда подошла моя очередь, чиркнула огнивом и повторила за Девоном просьбу о защите. Голоса друзей слились для меня в один сплошной гул. Голова кружилась, где-то на границе сознания появился знакомый комариный писк. Я сняла очки. Такое странное чувство. Я будто здесь и не здесь одновременно. Вот Грим пытается ловить кружащиеся огоньки. Первокурсники охают и ахают. Эрл и Маркус раздают всем крохотные пирожки, которые нужно бросить в камин. Девон поёт, а Оливер тихонько перебирает струны гитары. Незнакомые ребята с разных курсов плетут какие-то обереги. Персиваль раскладывает венки из остролиста. Драко Малфой завязывает своим друзьям кожаные шнурки с рунами-бусинами на запястья… Я выскользнула в коридор. — Что, грязнокровка, не можешь даже Самайн достойно встретить? Я обернулась. В двух шагах от нашей гостиной паскудно ухмылялся Слизеринский принц. Из приоткрытой двери выскочил Грим и уже вовсю ластился ко мне. — С чего ты это взял? — я погладила своего пса и повернулась, чтобы уйти. Странное чувство гнало меня вперёд. — Не смей уходить, когда с тобой разговаривает наследник древнего рода, грязнокровка! — он что, ещё и ногой топнул? — Я-то конечно грязнокровка, — пожала я плечами — а ты вообще не пойми кто! — Я — Малфой, — задрал нос мальчик. — Ой, ли, — протянула я. — Ты уверен, что ты Малфой? — Чего? Ты совсем что ли? — одним прыжком он преодолел разделяющее нас расстояние и прижал мне к горлу палочку, но я не шелохнулась. — Не хотела обидеть, — я старалась говорить спокойно. — Ты думаешь, что для такого разговора место в коридоре? Мальчик толкнул первую попавшуюся дверь и юркнул внутрь. — Говори! — приказал он.  — Просто у тебя странные реакции. Я читала «Кто есть кто в магической Британии», мне Астория дала. Малфои из-за принятого добровольно проклятия из боевиков и ритуалистов ушли в арифмантику и магию разума с упором в эмпатию. Твой дедушка был Мастером Арифмантики. А ты ведёшь себя, как самый настоящий Блэк. Блэки это некоронованные короли магического мира, а у тебя даже прозвище — Слизеринский принц. Ты взрываешься и не думаешь о последствиях. В тебе нет выдержки Малфоев. Ведь тогда, в поезде, ты рассказывал про знакомство с Поттером, — мальчик кивнул и я продолжила, чтоб не сбиться с мысли, — ты сразу переключился на Рональда, а вот твой папа наверняка сказал бы одну единственную фразу. — Какую? — его голос был глух, а глаза горели каким-то нездоровым огнём. — «Добро пожаловать домой, в волшебный мир, кузен». А уж потом размазал Уизли. Я знаю, твоя мама — урождённая Блэк. И ты тоже Блэк. Может она ритуал какой-то провела. Я читала, правда в сказках, что в качестве выкупа за невесту отдают первенца.       Глаза мальчика расширились. Он закусил губу. — Расскажешь кому-то о своих соображениях и тебе не жить. — Договорились. — улыбнулась я. — А что мне за это будет? Кстати, ты проверить как-то можешь? Мальчик задумался, а потом сказал: — Кричер!       В классе материализовалось какое-то существо. Зверь или карлик. Наверное, всё же карлик, потому что он обнял Малфоя за ноги и запричитал: — Наконец-то! Свершилось! Моя бедная хозяюшка Вальбурга говорила глупому Кричеру! Добрый хозяин Драко! Хозяюшка Вальбурга знала, Кричер ждал! О, Кричер так долго ждал! — Ого! Это такая проверка? — я ошалело уставилась на Малфоя. Или всё же не-Малфоя. Карлик повернулся ко мне, не отпуская ногу мальчика, и зашипел, словно рассерженный кот. — Поганая грязнокровка! — взвизгнул он и, уставившись на Драко, жалобно спросил — Неужели хозяин Драко, как недостойный сын хозяюшки Вальбурги якшается с мерзкими грязнокровками? — Ни с кем я не якшаюсь, — насупился слизеринец. Карлик улыбнулся. Честно скажу, мне стало жутковато от его вида. — Бесполезная грязнокровка! Ты недостойна дышать одним воздухом с моим прекрасным хозяином Драко! — и он вновь зашипел и метнулся ко мне.       Я ойкнула и отпрянула. Наперерез карлику выскочил Грим и оскалил клыки. Карлик запищал и спрятался за ногу второкурсника. — Ко мне, Грим, — приказала я — Место. Хороший мальчик. — Грим! — проскрипел карлик — Мерзкой грязнокровке служит грим? — Потом расскажу, — буркнул второкурсник. — Рассказывай, Кричер, что тебе велела леди Блэк.       Карлик причитая и поминая через слово хозяюшку Вальбургу, поведал, что эта леди была весьма хороша в предсказаниях и Тёмных искусствах. Особенно в части, что касалась ритуалистики. И вот за пятичасовым чаем леди узрела в чаинках упадок Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк. Причём не просто упадок, а полное исчезновение. Леди перепроверила чайное послание на куриных потрохах и бараньей лопатке. Она привлекла какую-то Друэллу к астрономическим и астрологическим расчётам. — Это моя бабушка. Мамина мама. — шепнул Драко и Кричер продолжил. В общем, дамы долго думали, считали и нашли выход — выкуп первенца. Значит, сказки не врали. Но никто из британских магов в здравом уме не пошел бы на добровольный отказ от старшего ребёнка. Ведь старшие не просто так наследовали Род. Именно старшие дети магически сильнее. Нет, конечно, есть третьи и седьмые, но это большая редкость. Мало у какой ведьмы хватит сил даже на двоих. Посему, почтенные леди решили подстраховаться и провести ритуал выкупа первенца со старшей и младшей дочерьми Рода. С девушками провели ритуал и, подчистив память, выдали замуж. Они любили женихов, женихи любили их, так что не стоило волновать юношей понапрасну. К тому же светлейший лорд Абраксас, («дедушка» — вставил Драко) мог не оценить такого пассажа и расторгнуть помолвку. С прекрасной госпожой Беллатрикс случилось несчастье, она потеряла дитя. А добрая хозяюшка Вальбурга — покой, ведь предсказание Эрл Грея начало сбываться. Второй ребёнок прекрасной Беллатрикс целиком и полностью должен был принадлежать роду её благородного супруга. С маленькой госпожой Нарциссой ритуал прошел хорошо. Добрая хозяюшка Вальбурга со своей благородной подругой и родственницей рассчитали наилучшее время для зачатия и в положенный срок подлили свежеиспеченной миссис Малфой зелье плодородия. Вот только по каким-то своим соображениям девочка напилась зельев и спровоцировала ранние роды. Дамы отставили чай, хлопнули огневиски и, подобрав подолы, бросились смотреть на внука и составлять гороскопы. — По всему выходило, что введённый в род светлейших Малфоев, на свет появился Чёрный Дракон — надежда и наследник Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк. — окончил карлик свой рассказ.       На Драко было страшно смотреть. Черты лица его заострились. На щеках появились красные пятна. — А обо мне они подумали? Да как они смели! А папа? Как же папа? Значит, решили прервать мой Род? Ведьмы! Я немедленно напишу отцу! — и мальчик выскочил из класса.       Я вздохнула, взяла Грима за ошейник и попятилась к выходу. Страшный карлик замер на месте, но когда мы почти дошли до двери, взвизгнул. Я ойкнула и остановилась. — Куда собралась, мерзкая грязнокровка? Неужели глупая грязнокровка думала, что старый Кричер позволит ей узнать тайну Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк и остаться в живых? — он протянул ко мне тоненькие ручки и издал странный звук, похожий на скрип. Я почувствовала, как меня приподняло над полом. Но тут Грим бросился на карлика, сбил его с ног и зарычал. Я шлёпнулась на пол, больно ударившись боком о сломанную парту. Охая, я поднялась на ноги и посмотрела на моего защитника. Казалось, пёс стал больше. Шерсть на его загривке вздыбилась, но как-то странно. Будто чёрные щупальца или протуберанцы шевелились и тянулись к хрипящему карлику. Передо мной был маленький, но уже смертельно опасный Адский пёс. — Фу, Грим. Ко мне. — скомандовала я. Честно говоря, я была не уверена, что вот это вот, во что превратился мой пёсик, меня послушает. Но Грим не подвёл. Он клацнул челюстями у самого носа карлика и потрусил ко мне. Его глаза были не красные, а оранжевые. Шерсть будто исходила чёрным дымом. Я присела и стала гладить его. Мой щеночек зажмурился от удовольствия и упал на спину, подставляя брюшко. Карлик свернулся калачиком на полу и тоненько завыл, перемежая плачь руганью. Эту идиллическую картину и застал вернувшийся Драко. — Значит так, Стивнесон, — с порога начал он — давай руку быстро! — Ага, сейчас! — я не отвлекалась от Грима, чья шерсть уже почти пришла в норму, — Чего только руку? А как же сердце? — Перебьёшься, придурочная! — прошипел он — Я не жениться предлагаю, не мечтай, грязнокровка! — Тогда говори толком. — комариный писк до сих пор стоял в ушах и меня это порядком вымотало. — Никто не должен знать. — начал мальчик — Непреложный обет ты принести, а я принять не сможем. Значит, остаётся вассальная клятва. — Губу закатай, — невежливо посоветовала я. — Я ни к кому наниматься не планирую. И вообще, после пятого обязательного курса хочу вернуться к нормальной жизни. — Вот и прекрасно! — почему-то обрадовался он — Значит малая вассальная клятва, ограниченная твоим пятым курсом. А потом будешь свободна. — Зачем мне это и что мне за это будет? — не сдавалась я. — Покровительство Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк дорогого стоит, — задрал нос блондин. — Только мне оно без надобности. Говорю же, я после пятого курса домой вернусь. — Была б чистокровная — точно на Слизерин попала. Торгуешься хорошо, — польстил мне мальчик. — Спасибо за комплимент. — хмыкнула я — Так что ты можешь предложить, Блэк? Я специально назвала так Драко. Он улыбнулся. — А чего ты хочешь, Стивенсон? — Защита вассалу и так положена, — я задумалась. — Помощь в учёбе? — Тоже положена, а то б я с Гойлом и Крэббом столько не возился. — Приказывать мне всё равно бесполезно. Могу выполнить просьбу и обязуюсь хранить твои секреты. Так что даже не знаю. Разве что у тебя завалялись старые рукописи. Не магические. Вот, как у профессора Флитвика. — Хорошо. Кричер поищет. А ты смотри, чтоб никто не узнал… — Только если я начну носить цвета Дома или что там еще по геральдике положено, то все сразу всё узнают. — Потому я и бегал за этим. — Драко потряс у меня перед носом шнурком с рунами-бусинками. — Это что? — я всё ещё чесала Гриму пузико. — Вассальный оберег. — пояснил он — Примешь его вместе с клятвой. На твоей одежде появится руна покровительства. Это значит, что ты принесла вассальную клятву какому-то Роду или волшебнику. Ну и если с тобой что-то случится, то я и мои вассалы помогут. А ещё, — добавил он — тут я вплёл анализатор зелий. Если тебе что-то подольют, вот эта бусина нагреется и поменяет цвет. Ну, пожалуйста, Стивенсон! Это — наш с тобой единственный шанс на нормальную жизнь. Не убивать же мне тебя, в самом деле. — А то, что я — грязнокровка? — я сделала последнюю попытку вывернуться. — Умная грязнокровка в хозяйстве пригодится, — усмехнулся слизеринец. Комаринный писк перешел на какой-то жуткий ультразвук и неожиданно прекратился. — Ладно, — я вздохнула и протянула руку. Мальчик завязал шнурок каким-то хитрым узлом и скороговоркой прошептал: — Беру тебя под свою руку и покровительство. А теперь ты. — Что я? — не поняла я. — Говори, что идёшь под мою руку и принимаешь покровительство. Я повторила. — Я конечно люблю историю, но до реконструкции доходить не планировала, — не удержалась от шпильки. Слизеринец хотел что-то спросить, но тут заскрипел карлик: — Мудрый хозяин Драко! Моя бедная хозяюшка Вальбурга знала! Чёрный Дракон вернёт роду былое величие! — Кричер, — мой новоиспечённый сюзерен сложил лицо в презрительную гримасу — как ты посмел явиться ко мне в таком виде? Немедленно приведи себя в порядок! Что в особняке? — Кричер накажет себя! — с готовностью откликнулся странный карлик — Дом Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк чахнет без хозяина. Кричер ничего не мог поделать сам. Дом нуждается в хозяине. — Посмотри, что нужно сделать и предоставь отчёт, — мальчик важно кивнул и карлик исчез. — Значит так, — он повернулся ко мне — встречаемся в этом классе в следующий четверг. Помогу с уроками и отвечу на все вопросы, которые не затрагивают интересы Рода. — Хорошо, — я направилась к выходу, держась за бок. — Стой! — окликнул меня мальчик. — На вот. — Что это? — мне показалось, мальчик смутился. — Рябиновый отвар. У тебя бок болит, — он сунул мне в руки флакончик. — А ты откуда знаешь? — удивилась я. — Вассальная клятва, грязнокровка, работает в обе стороны. Теперь я знаю, если тебе плохо. — Ой! — я вспомнила мамины инструкции и тревожный пакет. — Ты будешь знать ВСЁ? — Нет, конечно, — пожал Драко плечами — в случае травм или проклятий, которые я могу вылечить или снять. — Фух! — я облегченно выдохнула и потянула пёсика за ошейник. — Спокойной ночи. Мальчик ничего не ответил и мы с Гримом понеслись в гриффиндорскую башню.       Обстановка в школе стала, мягко говоря, нервной. Теперь на выгул нас с Гримом сопровождали старосты или кто-то из учителей. Миссис Норрис зачем-то поместили в больничное крыло. Бедный мистер Филч проводил почти всё время у её постели. Я даже думала не водить к нему больше своего пёсика, но завхоз неожиданно этому воспротивился. — Последнюю радость у меня не отнимай, — его голос был совсем сиплый. — Моя бедная миссис Норрис его очень любила. — Не любила, а любит! — возразила я. — Она обязательно поправится! Мы сидели рядом на кровати, где лежала кошка. Я даже погладила её. Увы! Миссис Норрис была твёрдой и холодной, словно искусно вырезанная статуя. Грим заскочил на кровать и улёгся рядом. Казалось, он хочет согреть свою подругу. Пёс пару раз лизнул её, а потом заскулил. Глаза у всех троих были на мокром месте. — Давай я тебя до гостиной проведу, — встрепенулся мистер Филч — а то отбой скоро.       В гриффиндорской гостиной девочки поделились со мной новостями. Одна была невероятная, а другая — возмутительная. Невероятная состояла из двух частей. Во-первых, Тайная комната действительно существует. Во-вторых, эту информацию вытянула Грейнджер из профессора Бинса. Это было очень странно. Бинс всегда монотонно говорит строго по учебнику. Точнее с девятой по двадцать первую главу. Он даже на вопросы не отвечает, пока не прозвенит колокол. Возмутительная новость — временный запрет на сборы в исследовательском кружке. Огорчились все, но безопасность дело важное. А вот квиддич не отменили. Так что мы целую неделю скучали в гостиных факультетов. Ну, как скучали, делали домашнее задание и рассказывали сказки. Мальчишкам было ещё хуже, чем нам. Они уже привыкли к играм и книгам про детективов или индейцев, а сейчас буквально изнывали от скуки. Они даже попросили Оливера Вуда принести для них монополию. Вуд отказался. Во-первых, монополия — моя, а не исследовательского кружка, а, во-вторых, кружок запечатан не простой аллохоморой, туда вообще не попась никому, кроме деканов. Да и те могут пройти не меньше, чем вдвоём. Зачем это было сделано парень не знал, но именно так ему ответила профессор Макгонагал.       Примерно через неделю в Большом зале меня толкнул Крэбб. — Смотри, куда прёшься, грязнокровка. — пробасил он. То, что это именно ему пришлось переться за мной через половину Большого зала я не сказала. Наверное, потому, что слизеринец успел сунуть мне в руку записку. Так что, пока он вяло переругивался с гриффиндорскими второкурсниками, я успела спрятать записку. Крэбб хмыкнул и поспешил покинуть зал. Записка буквально жгла мне руку. Я засунула её за ремешок от часов. Бабуля подарила мне свои старые часы. Они механические и вполне чудесно работают в Хогвартсе. Прочитать послание я смогла только после третьего урока. В кабинке туалета. Больше остаться в одиночестве я нигде не могла. Мой новоявленный патрон скомкано благодарил меня от имени своего отца. Ого! Сиятельный лорд выразил надежду, что я достаточно разумна для маглорождённой. И, если я смогу помочь его сыну, то могу рассчитывать на покровительство не только Блэков, но и Малфоев. Внизу была приписка, что теперь Гойл и Крэбб будут доставать меня каждый раз, когда Драко понадобится передать мне послание. Я вздохнула. С одной стороны — неприятно, конечно, а с другой — действительно единственный выход. Так ни у кого точно не возникнет подозрений. Репутация у Малфоя гаденькая.       Потянулись довольно унылые дни. Уроки, короткие прогулки с Гримом под конвоем старост, Больничное крыло. Там мы сидели с мистером Филчем у постели миссис Норрис. Иногда он рассказывал мне о ней, иногда он спрашивал меня о Гриме и семье, но чаще мы просто молчали, а потом мистер Филч провожал нас с щенком в башню. Хотя, Грима уже сложно назвать щенком. Он здорово вырос. И теперь такой себе подросток, нескладный, неуклюжий и большелапый.       Эпохальный матч, на котором Поттер повредил руку, я пропустила. Мы с мистером Филчем по обыкновению сидели у постели миссис Норрис. Так что явление Гарри с рукой-макарониной мы лицезрели всей компанией. Мадам Помфри тут же попросила меня на выход. Мистер Филч мог остаться, но он сам не захотел оставаться. — За что Вы его так не любите? — поинтересовалась я, едва за нами закрылась дверь Больничного крыла. — Это он! — практически прошипел завхоз — Я точно знаю! — Не уверена, — я вздохнула. — Поттер всю жизнь прожил с обычными людьми. Учиться толком не учится. Ему Грейнджер списывать даёт. На всех ябедничает, а Поттеру с Рональдом даёт списывать. Так что Поттер почти во всех предметах дуб дубом. Ему такое колдовство просто не по зубам. — Думаешь? — засомневался мистер Филч. — Тогда кто? — Не знаю, — я задумалась — но, во-первых, это кто-то чистокровный, а Поттер, если придираться, всё же полукровка. Во-вторых, боюсь, мы скоро получим новую жертву. Так что прошу Вас, мистер Филч, будьте осторожны! Я не хочу, чтобы с Вами что-то случилось. Я порывисто обняла его и расплакалась. — Ладно-ладно, — проворчал он, гладя меня по голове, — не буду больше на Поттера твоего говорить.