Слепая Ярость

      После обеда из Больничного крыла вернулся Гарри Поттер и по секрету рассказал всему факультету, что следующей жертвой стал Колин Криви. Наш Колин! Сначала мы все сидели, не в силах вымолвить ни слова, а потом началась форменная паника. Девочки плакали, кричали и кидались собирать вещи. Мальчики тоже имели бледный вид. Джиневра заламывала руки. Она сидела с Колином на трансфигурации, но я про себя удивилась, ведь друзьями они не были. Тина передала приказ декана никуда не выходить, да и вообще меньше, чем по трое не ходить даже в туалет. Близнецы Уизли притащили кучу всякого хлама и рекламировали эту помойку, как коллекцию защитных артефактов. Многие им поверили и покупали чахлые букеты трав, камешки и хвостики каких-то животных. Малфой прислал очередную записку. На сей раз меня толкал Гойл. Я даже обрадовалась. У Крэбба рука тяжелее. После того, как он работал почтальоном, у меня синяк на плече неделю держался. С патроном я вообще больше не встречалась из-за нападений. Но записки он мне слал раз в неделю. На этот раз он писал, что остаётся на праздники в школе. В поместье авроры что-то ищут, а леди Малфой должна отбыть на материк. Глава рода Малефлуа обещал принять родственницу и попробовать понять, что же наворотили леди Блэк и можно ли это исправить.       Я же с начала ноября уже предвкушала поездку домой. Ещё мы не то чтоб подружились, но вполне себе прекрасно общались с Рональдом. Он оказался ужасно наивный и очень смешно всему удивлялся. Представив, как Ларри поведёт этого магического Маугли на турнир, я захихикала.       То, что Поттер оказался змееустом, чуть не прошло мимо меня. Меня бы это вообще не заинтересовало, если б не шепотки, что поползли по школе. Я прекрасно помнила, как он направил на меня палочку. Но, где-то глубоко внутри, жила уверенность – именно в нападениях Гарри Поттер невиновен. Даже попадание в Больничное крыло хаффлпафца-второкурсника не пошатнуло мои убеждения. Защищать однокурсника я не бросилась, сломя голову. Зато подошла к Девону на обеде и спросила про рыбу из чешской сказки. Ту, съев которую, герой начал понимать язык птиц и зверей. Я похлопала глазами и поинтересовалась, есть ли такие в природе, а то мне прямо страсть, как охота с Гримом разговаривать. К разговору ожидаемо подключились старшекурсники Слизерина, Равенкло и профессора Флитвик и Кеттлберн. Договорились до того, что рыба наверняка есть, но где-то за пределами Британии. А ещё профессор Кетлберн вспомнил как раз моравского коллегу, который действительно понимал любую живность. Это у них в семье был родовой дар. - Может и Поттера чем-то в детстве угостили… - пробурчала я себе под нос, но меня услышали. - Зачем ты это сделала? – Гарри перехватил меня на выходе из Большого зала. - Не благодари! – фыркнула я и подумала, что они с Малфоем действительно родственники. В гриффиндорской башне меня выловила Тина. - У нас проблема, мелкая, - обрадовала она меня. – Вот! И девушка положила на стол пачку писем. - А в чём проблема? Твоя мама отказалась их отправлять? Или у нас поменялись условия? - Ни пикси у нас не поменялось, - староста выдохнула сквозь зубы и кивнула на корреспонденцию. – Это Финч-Флетчли с Хаффлпафа. И два письма Колину. Джастин писал домой дважды в неделю. Отцу отдельно, матери, младшей сестре и няне. Это восемь писем. А сейчас он две недели молчит. Родные беспокоятся. Что делать? - Может написать правду? – робко спросила я. - Какую к Моргане правду? На вашего сына напал маньяк и он окаменел? Ты соображаешь, что говоришь? - Не так, - я покачала головой. – Сначала нужно обратиться к деканам. Чтоб писали не мы, а деканы. Потом, они ж говорят, что ребят можно вылечить. Вот пусть и пишут, мол, дети заболели, находятся на карантине, опасности для жизни нет. И что там ещё полагается? - Слушай, - прищурилась Тина, - что ты делаешь на нашем факультете? Тебе же к слизням прямая дорога! Вон как складно у тебя всё получается. И после твоего захода с чудо-рыбой на Поттера коситься почти перестали. - Я же грязнокровка, - пожала я плечами. – Вообще-то, я думала к воронам попаду, а шляпа меня сразу на Гриффиндор определила. А Поттер, хоть и придурок, но свой. Тина кивнула каким-то своим мыслям, подхватила Вуда и убежала. Через пару дней я узнала, что родителям Джастина написала профессор Спраут, а родителям Колина – мадам Помфри.       Каникулы приближались. К панике из-за нападений прибавился страх перед контрольными. Даже меня проняло. Хотя я больше волновалась, что отстану в обычной школе. От излишних переживаний меня спасал верный Грим и, как не странно, Рональд. Его совершенно захватила предстоящая поездка на турнир. Совместными усилиями мы подобрали ему гардероб для поездки. Он даже одолжил у кого-то из второкурсников куртку. А то на улице зима будет. В одном свитере мальчик замёрзнет, а в мантии будет выглядеть по-дурацки. Я сидела перед камином в гриффиндорской башне и пыталась вызубрить формулу трансфигурации крысы в табакерку. На страницу упала тень. - Я, это, в общем, не поеду, – промямлил Рон. - Куда не поедешь? – я не отрывалась от книги. - В гости к тебе не поеду, точнее к этому твоему дедушке, который шахматам учит. - Почему, позволь поинтересоваться? – нахмурилась я. - Ну, родители уезжают, а мы остаёмся… - Так ты бы родителей и не увидел, при чём тут это? - Ну, мы все и остаёмся. - Это я уже слышала! – не выдержала я – Рональд, ты переписывался с дедушкой Ларри. Это не я, а он тебя пригласил. Он ждёт! - Ну, я не могу, и сказать не могу, тут Гарри… - Ах, Гарри, – протянула я. – Ну и сиди в замке все каникулы. Дурак! Я быстро встала с кресла и убежала в спальню. Опять этот Поттер! Ну что он за человек такой! Тёте Петунье жизнь портит, неряха, учится кое-как, а теперь ещё и Рона не пускает на турнир! А ведь для шестого Уизли это прекрасный шанс себя показать. Я буквально кипела от негодования. На мои метания Грим взирал с прямо-таки философским спокойствием. Настроение было паршивым ещё несколько дней. Меня старались не трогать. Даже на уроках не спрашивали. И девочки замолкали при моём появлении. Мистер Филч лишь кивал при встрече. Мадам Помфри не пустила меня в больничное крыло навестить Колина и миссис Норрис. И все, абсолютно все молчали! Поттер и Рональд прятались при моём явлении в гостиной Гриффиндора. Лишь бесстрашная и беспардонная Грейнджер попыталась меня вразумить. Она схватила меня за руку, когда я подошла к лестнице в спальню. - Ты что это себе позволяешь, Стивенсон, - начала она, поджав губы. - Отвали, - процедила я свозь зубы и попыталась выдернуть руку. - Не лезь к Рональду! Понятно? – продолжала второкурсница. – У него уже есть друзья. Это я и Гарри. - Да подавись ты своим Поттером! – заорала я. – Чего ты ко мне прицепилась? Хорошо устроилась, да? Поттер – герой, Рональд никого к нему за милю не подпускает, что, решила въехать в магический рай на спине Избранного? Грейнджер побледнела и даже занесла руку для пощечины. Меня трясло от злости. Я почувствовала что-то странное, будто горячая волна поднималась внутри. И тут нас окатили водой. Обеих. Холодной. Грейнджер пискнула и ускакала наверх, зачем-то прикрывая руками грудь. - За мной, – скомандовал Персиваль Уизли и силой потащил меня прочь из башни. Пара поворотов и он втолкнул меня в пустой класс. Потом повернулся ко мне, помахал палочкой и прошептал заклинание. Рядом со мной будто фен включили. Одежда и волосы высохли за считанные секунды. - У тебя начинался выброс, – пояснил староста – Если бы Грейнджер тебя ударила, то от гостиной остались бы одни щепки. Я кивнула и клацнула зубами. - Что у тебя с Роном? – продолжал парень. - Ничего, – насупилась я. - Вирджиния, - непривычно мягко сказал Персиваль, - ты же умная девочка, Рон – мой брат. Это нормально, что я хочу знать, что с ним происходит.       И меня прорвало. Я рассказала про испорченный журнал, про Ларри, про турнир и даже про одолженную куртку. Про подготовленные подарки на Рождество и про отказ от поездки за неделю до этой самой поездки. Уизли внимательно слушал. - Ты правда хорошо придумала, – сказал он. – От имени семьи Уизли благодарю тебя. - Толку? – буркнула я. – Он всё равно не едет. - Поедет летом, – заверил меня Персиваль. – Дедушке скажешь, что Рон заболел. Подарки – передашь. Для Рона это действительно шанс. - Обосноваться в обычном мире? - Да, - парень потёр переносицу. – Шанс на то, что Рон чего-то сможет добиться, крайне мал. Он слаб магически. - Почему ты говоришь об этом мне? – удивилась я. - Ты достаточно разумна и воспитана, а главное – ты не собираешься оставаться в нашем мире. - А если я скажу Рональду, что ты о нём думаешь? – вскинулась я. - Не скажешь, - усмехнулся парень. – Ты считаешь его своим. В смысле, ты приняла его в свой круг. Значит, не обидишь. Я даже рот раскрыла. И это говорит Персиваль? Тот самый, что чуть заметно морщится и поджимает губы при виде маглорожденных? - И вот ещё что, - он вздохнул, - я думаю, нападения продолжатся. Ты единственная, из гриффиндорских первокурсников, выходишь из башни одна. - Я не одна! – запротестовала я. – Я с Гримом! - Одна, – с нажимом повторил староста. – Постарайся не рисковать так глупо. - Ты так обо мне заботишься? – не удержалась я от ехидства. - Я забочусь о брате, - Уизли привычно поджал губы. – Идём. - Ты не возьмёшь с меня клятвы о неразглашении? - Ты достаточно умна, чтоб не болтать. Поторопись. Скоро Филч приведёт твою собаку. - А ваши родители? - Им знать не обязательно. И вообще, это не твоего ума дело.       Всё произошедшее я пыталась переварить ещё несколько дней. А потом вспомнила о важном. Грим вырос и в переноску не помещался. Я обратилась за консультацией к профессору Кетлберну. - О! – воскликнул он – Как я рад! Наконец наша маленькая гриффиндорка вернулась. - Простите, сэр, - не поняла я, - что Вы имели в виду? - Не важно! – рассмеялся профессор – Главное Вы стали собой. Так что за беда стрялась у мисс Стивенсон? - Грим вырос, – профессор Кеттлберн чуть не сбил меня с толку – он больше не помещается в переноску. Как его теперь домой везти не представляю. Подскажите, пожалуйста. - Всего-то? – улыбнулся он. – Я покажу два заклинания. Одно – наведённый сон. Действует только на животных. Длится от двух часов. Второе – для уборки отходов, хм, жизнедеятельности. - Спасибо большое, – я теребила косу, – а меня не накажут за использование волшебства вне Хогвартса? - Ну, что же я, в самом деле! – хлопнул себя по лбу профессор. Он оглянулся и позвал – Мистер МакДугал, подойдите-ка ко мне. Рядом остановился Эрл. - Мистер МакДугал, - обратился к нему профессор, - хотите заработать дополнительные баллы? - Да, - кивнул хаффлпафец. - Тогда будьте добры, после посадки в поезд наложите чары сна на пса мисс Стивенсон. При необходимости чары уборки. Десять баллов за дорогу до Лондона и двадцать - за обратную. - Будет сделано, профессор Кетлберн, – Эрл поклонился и прищелкнул каблуками. Меня уже просветили, что поезд едет в Лондон гораздо быстрее, чем в Хогвартс. Я буквально подскакивала от нетерпения. Очень хотелось увидеть своих. При мысли о родителях, Вики и бабушке с дедушкой моё лицо расплылось в улыбке. - Наконец-то ты снова ты, - заметила Астория. Мы ехали вместе. - Что ты имеешь в виду? И профессор Кетлберн сказал, что я вернулась. Что это значит? - Я о таком никогда не слышала, - медленно подбирая слова начала девочка. - Это зов холмов, - Луна тоже ехала с нами. - Это как? Что это за зов? – я с интересом уставилась на подругу, но по спине пробежал холодок. - Есть теория, что фейри выбирают себе кого-то и приглашают в холмы. - Да, помню, читала такие сказки. Только люди там жили по двести лет, а когда возвращались в наш мир, тут же старились и умирали. Нет уж, спасибо. Я, пожалуй, откажусь! - Ты и веришь в фейри? – скептически подняла бровь Вероника. - Я верю в теорию о множественности Вселенной. Это научно и нормально, – хмыкнула я.       Девочки засмеялись и всю оставшуюся дорогу мы болтали о пустяках. В начале пути к нам заглянул Эрл. Он попробовал наложить на Грима чары, но пёс отчего-то не заснул, хоть и зевал. Эрл пожал могучими плечами и заявил: - Навалит кучу – зовите, я в соседнем вагоне. В сторону головы поезда. К счастью, его помощь не понадобилась. Мы успели выгуляться до поезда и Грим терпел, как самый благовоспитанный пёс на свете.       Едва поезд остановился, я вскочила и, наспех попрощавшись с девочками, бросилась к выходу. В одной руке у меня был поводок, в другой – чемодан. Кто-то из встречающих поезд взрослых помог мне выйти из вагона и я бегом бросилась бежать к барьеру. Едва пройдя его, я оказалась в папиных объятьях. Он сгрёб меня в охапку, вместе с чемоданом и закружил. - Малыш, как же я соскучился! – приговаривал он, целуя меня в макушку. - Эдди, поставь её немедленно! – услышала я командный голос бабули. Папа тут же послушался и мы едва не упали – запутались в поводке. Нас бросились распутывать мама, Вики и бабуля. Дедушка отцепил поводок и взял Грима за ошейник. - Ну, ты и вымахал! - он погладил пса. - Давайте уже домой ехать! – чуть капризно протянула сестричка. В обнимку с мамой и Вики мы пошли к машине. Папе достался чемодан, а бабушку подхватил под локоть дедушка. Дома нас ждал праздничная пицца и гора пирожных. - Заваришь чай, Джини? – спросила мама. - С удовольствием! – я расплылась в улыбке, но тут же нахмурилась, - мама, не называйте меня так больше. Может Ви или Джи? - Что так? – Вики бросила в рот пару орешков. - Есть у нас одна Джиневра, - я скривилась – её как раз все зовут Джинни. Мне она категорически не нравится. Не хочу иметь с этой особой ничего общего. - Как скажешь, Ви, - покладисто согласилась сестричка. Я обняла её и поставила чайник на огонь.       Каникулы у меня получились очень насыщенные. Утром папа отвёз меня в департамент образования, где я писала тесты. Нас там таких было целых восемь человек. Тесты я написала неплохо. Хотя, немножко ухудшила свои привычные результаты по математике и письму. Вечером мы отмечали сдачу тестов чаем с тортом. За чаем наступило время подробностей, которые не помещались в письма и засиделись допоздна. Весь следующий день я рассказывала об учёбе в Хогвартсе. Я честно поделилась своими страхами из-за нападений. Родители и бабушка с дедушкой хмурились. -Тебя нужно оттуда забрать! – бабуля хлопнула ладонью по столу. - Совершенно согласна! – мама в кои-то веки полностью поддержала бабушку. - Ничего не выйдет, - вздохнула я. - Почему? – удивился папа. - Я читала устав, - я глотнула чая – все-привсе должны отучиться минимум пять лет. Забрать раньше нельзя. По крайней мере, нигде не встречала упоминания о переводе. С школой при поступлении автоматически заключается контракт с такими, как я. Расторгнешь контракт – получишь неприятности. - Что значит «с такими, как я»? – вмешалась Вики. - Да, что это значит? – поддержала бабуля. - Это значит, что я из семьи обычных людей. Есть чистокровные и полукровки. Ну, и грязнокровки. - Это понятно, - нетерпеливо прервала бабуля, - какие неприятности? - Проблемы со здоровьем, вплоть до летальных, невезучесть, лишение магии. - Вот последнее тебе совсем не страшно! – фыркнула сестричка. - Так-то оно так, - согласилась я, - но мы ж не можем точно предсказать, что именно это будет. Я рисковать не хочу. - И мы тобой ни за что рисковать не станем, малыш, - папа крепко обнял меня. - Знаю! – мамуля подскочила так, что на столе звякнули чашки. – Надо позвонить Марго. Она в этом всём разбирается и наверняка посоветует что-то дельное. -Дорогая, - папа пытался спрятать улыбку – может тогда и Пет? А мы погуляем. На каток съездим? - Отличная идея! - Хм, Гвен, - смущённая бабуля? Впервые вижу, - ты не возражаешь, если я приглашу в гости одного коллегу? - Ээээ… - мамочка растерялась, - да, конечно, не вопрос. К рождественскому ужину? - Нет-нет, - бабушка выдохнула и расслабилась, - он подъедет на пару часов. Это по работе. А выбраться он сможет ненадолго перед самым Сочельником. -Конечно-конечно, - тут же закивала мамуля. Вернувшись с прогулки, мы с Вики обнаружили в гостиной бабушку и… профессора Флитвика! Я прямо рот разинула и чуть не забыла поздороваться. Хорошо, Вики пихнула меня локтем в бок, чтоб я пришла в себя. Внимания на нас, как ни странно, не обратили. Бабушка бушевала, а профессор выглядел растерянным и слегка испуганным. - Если это только не подделка, - шипела бабуля, - молитесь, кому только можете. Варвар! Все вы, физики, такие! Чтоб ещё понимал, дикарь! - Ннно, пппростите, - только заикнулся профессор Флитвик. - Не прощу! – отчеканила профессор литературы. – Если это не подделка, - она потрясла перед носом декана воронов знакомой мне книжкой, - то подобное отношение цивилизованного человека к букинистическому раритету – нонсенс! Мы с сестрой переглянулись и только глазами хлопали. Дедушка невозмутимо курил, а родители прятались в кухне. - Физики? – пискнула я. - Ви, деточка, - тут же запричитала бабуля – если б не ты, этот – она уничижительно посмотрела на сжавшегося профессора Флитвика – твой педагог мог бы загубить окончательно бесценный экземпляр! - А что это? - Возможно, это один из экземпляров «The Forme of Cury». Мы с Вики переглянулись и захихикали. - Не смешно! – нахмурилась бабушка, - старинная рукопись! Явно сделанная до восемнадцатого века, а этот варвар, - она метнула гневный взгляд на профессора Флитвика, - использовал её, как подставку для электрофорной машины! Из кухни робко выглянули родители. - Эдвард! – тут же скомандовала бабушка, - можешь отвезти нас с мистером Флитвиком в Лондон к Джошу? - Думаешь, он не мог уехать куда-то на каникулы? – подал голос дедушка. - Куда он денется, - фыркнула бабуля, - на месте, готовится к конференции. Едем! - А потом непременно возвращайтесь! – мама поняла, что буря её миновала, - у нас будет рождественский гусь и сливовый пудинг. Профессор Флитвик робко улыбнулся, закинул за спину конец шарфа и вышел вслед за папой и бабушкой. Мы развели бурную деятельность. Мы с Вики убрали в доме. Дедушка помог нам с украшениями, а потом мы переместились на кухню. Папа с бабушкой вернулись в сумерках. - Профессор Флитвик не смог вернуться с нами. Остался в Лондоне, - отчитался папа. - Зато он приедет к обеду через три дня, - ба мечтательно улыбнулась. – Джош обещал к этому времени результаты. Рождество получилось идеально-уютным. Мы пели песни, ели, танцевали, а потом папа достал йольское полено и протянул мне. - Но его ведь самый старший должен зажигать, - засомневалась я. - Ты у нас самая старшая волшебница, - улыбнулась мама. Я оглянулась на сестру. Вики подмигнула мне и протянула спички. Делать было нечего. Пришлось сунуть полено в камин и поджечь. Над камином тут же заплясала искорка. Родители восхищённо вздохнули. - Чудеса! – выдохнула мамочка, когда искра погасла на её плече. - Да было уже такое, - пыхнул сигаретой дедушка, - когда вы в Индии были. - Точно, ты тогда ещё очень быстро вылечил насморк, - кивнула бабушка. - Это не после того, как она потерялась? – уточнил папа. - Как потерялась? Когда? – встрепенулась я. - Ну, - бабушка замялась, - мы тогда как раз ездили в Корнуол. Там Девид подготовил потрясающий доклад по результатам раскопок… - Мы не уследили и ты ушла в метель искать фей, - дедушка снова закурил. – Нам повезло. Тебя буквально через два дома перехватила одна добрая леди и поила в кафе соком, пока мы не пришли. - Эх, - разочарованно протянула сестрица, - а я уж надеялась, что ты – подменыш. - Я тебе дам подменыша, - встрепенулась я и запустила в Вики подушкой. Я уже улеглась в постель, когда решила, что ничего странного или страшного в той давней истории нет. Дети часто убегают. Вон у меня в классе был мальчик, который с трёх лет уходил из дома и из сада. От всех нянь и родственников. И ничего страшного. Но какая-то мысль вертелась на краю сознания и не давала заснуть. - Кричер, - тихонько позвала я, особо ни на что не надеясь. Рядом со мной тут же материализовался знакомый карлик и злобно зыркнул на меня. - Как посмела мерзкая грязнокровка звать домовика благороднейшего и древнейшего дома Блэк? - Здравствуй, Кричер, - не растерялась я, - извини, что так поздно, но мне нужен твой совет и помощь. Это касается сюзерена. - Что ничтожный Кричер может сделать для моего будущего лорда? – он вытянулся и сложил руки по швам. - Сегодня Йоль. Что я могу принести лорду в дар, чтоб показать своё уважение, но не показывать вассальную связь? - Драгоценности! – его огромные глаза блеснули, как у Скруджа Макдака. - А поскромнее? Я всё же школьница, а не принцесса. - Что у тебя есть, бесполезная грязнокровка? – хмыкнул он. - Есть хорошие книжки. Есть сказки, есть про динозавров и про космос. Только не повредят ли его репутации вещи из обычного мира? - Мудрая хозяюшка Вальбурга, - проскрипел карлик – она знала, она всё знала… Тогда хватит и сладостей, бесполезная грязнокровка. Я спрыгнула с постели и взяла со стола купленную накануне коробку трюфелей. - Как вассал следующего лорда древнейшего и благороднейшего рода Блэк, я прошу тебя, Кричер, домовик рода, передать мой скромный дар нашему сюзерену. Кричер цапнул коробку и исчез, а я быстро уснула.       Утром после прогулки мы разбирали подарки. А потом должны были идти в кино. Я уже предвкушала пару часов с папой, Вики и дедушкой, но мама меня огорошила, что после прогулки с собакой я остаюсь. Нужны будут дополнительные сведения или даже воспоминания. - Тогда и я не поеду! – заявила сестра и надулась. – Развели здесь тайны. Без меня. - Тогда идём гулять. - К обеду я пригласила Петунью с Верноном, - сообщила нам мама. - Дурсли остались на Рождество дома? – удивилась я. - А что такого? Дадли приехал на каникулы, а Петунья столько возится с Вики, что я иногда начинаю ревновать, – она улыбнулась. - Ну, ма! – недовольно протянула сестричка – ты же знаешь, что тётя Петунья просто учит меня всему. - И небось читает письма от Дадли и Гарри, - хихикнула я. - Только от Дадли. Я прыснула.       Как оказалось, к обеду приглашен не только профессор, но и тётя Рита. С этим обедом очень интересно получилось. Во-первых, Дурсли по каким-то своим причинам попросили перенести свой визит на тот же самый день. В общем, компания собралась большая. Первыми пришли Дурсли. Тётя Петунья тут же умчалась в кухню доводить содержимое принесённых кастрюлек до идеала. Мама отправила нас с Вики переодеваться. Дедушка с дядей Верноном устроились в гостиной с бокалами бренди и завели какой-то взрослый разговор. Дадли краснел и топтался то возле двери кухни, то у дивана, на котором сидел его папа. Профессор Флитвик позвонил в дверь ровно в два. Он лобызнул бабушке ручку и вручил бутылку вина. - Ах, ну что Вы, Феликс! – воскликнула ба. – Право, не стоило. - И всё же, - улыбнулся профессор – это я Ваш должник, дорогая Джулия. Признаться, мои родственники были поражены, когда я бросился перерывать чердак. Уверен, мне ещё будет, чем Вас удивить. Они переместились в гостиную, а я осталась стоять с отвисшей челюстью. В себя меня привела хихикающая сестра. - Я думала, карликов только в цирк берут, а этот дорос до целого профессора физики. - Вообще-то, он у нас Чары преподаёт. Как заколдует – мало не покажется. Так что придержи язык. Вики снова захихикала и мы прошли в столовую. Тётя Петунья поглядовала на профессора Флитвика и вид у неё был одновременно испуганный и озадаченный. Мы с мамой уже принесли горячее, когда в дверь позвонили. Тётя Рита впорхнула в комнату, распространяя вокруг себя сладкий аромат духов. Лицо декана воронов вытянулось при её появлении. - Мисс Скитер? – прошептал он и поёжился. - Здравствуйте, профессор! – пропела тётя Рита и чмокнула в щёку Петунью. - Пэт, дорогая, я настаиваю на смене гардероба! Ты молода и привлекательна, а заточила себя в эти ужасные вещи. - Которые стоят ужасные деньги, - пробасил дядя Вернон. Взрослые рассмеялись. Мы с Вики и Дадли улизнули из-за стола. В комнате сестры мы тут же достали монополию и сели играть. - Как он там? – спросил Дадли, пока банкующая сестрица отсчитывала его налог. - Кто? – я подбросила кубики. - Ну, - мальчик запнулся – Гарри. - Поттер? – я подождала, пока он кивнул. – Мы не друзья. Он - придурок. - Это я и так знаю, - расплылся в улыбке Дадли. - Это он на тебя напал? – вскинулась Вики. - Да я ему! – тут же набычился юный Дурсль. - Не парьтесь, - я передвинула свою фишку, - за меня заступились, да я и сама не пропаду. - Не пропадёт она, - пробурчала сестра. - А вот десерт может и пропасть без нас, - я улыбнулась. - Мама такой торт испекла – закачаетесь! Мы побежали вниз. - Увы, - услышали мы голос профессора Флитвика – я специализируюсь на оптике. В электронике у меня весьма поверхностные знания. - А как же степень в Корнуольском университете? – раздался бас Вернона Дурсля. - Как раз по оптике. Моя работа исследовала распространение лучей разной длины волны в различных средах. - Он – крутой, - выдохнул Дадли. - Это да, - я надулась от гордости, - профессор один из лучших. Больше него я только профессора Синистру по астрономии люблю. - А у нас по биологии просто маньяк какой-то, его никто не любит, но он тоже явно крутой, - Дадли смешно и важно кивал. - А у нас все нормальные, - нетерпеливо притопнула сестричка, - пошли уже! Мама уже убрала со стола тарелки, бабушка и тётя Рита носили в кухню остатки банкета. - Я достану чашки! – тут же подпрыгнула Виктория. Сестрица обожает всю эту сервировку. - Тогда я заварю чай! – я бросилась в кухню. Тётя Петунья нарезала торт. - Как он там? – тихонько спросила она. Совсем, как Дадли. Я вздохнула. - Мёрзнет, - зачем-то сказала я – но в целом нормально. Она кивнула и, подхватив блюдо с тортом, заспешила к другим гостям. Перед самым моим отъездом к нам заглянул Дадли. Он принёс два пакета. - Это от тёти Мардж для Грима. Папа видел её на выставке собак в Лондоне. А этот отдашь придурку. И передай уроду, если он тебя хоть пальцем… - Так, Дад, - осадила его Вики – а ну, выбирай выражения! Он твой кузен, хоть и придурок, конечно. - Спасибо большое! – Я сунула нос в пакет поменьше. – Тётя Мардж – лучшая и Злыдень тоже. А это – я потрясла большим пакетом, - я обязательно передам. Мне можно узнать что это? - Термобельё, - буркнул Дадли и покраснел. - Да ладно, - тут же подколола его сестра, - что мы, трусов не видели? - Ах, ты ж! А ну, держи её! – и я запустила в Вики подушкой. Пока мы мутузили друг друга, Дадли сел на диван и чесал Грима за ухом.