Аники

— Они пошли в атаку! — голос той роковой дамы в красном звучал в наушнике четко и быстро, будто ее специально обучали переговорам по рации полицейскими методами, хотя, учитывая, что ее учителем был Коннинган, это было почти правдой. — Высокий мужчина в противогазе — главная цель. — Вы в порядке, госпожа? — осведомился кто-то, видимо, из подчиненных Синотоку. — Отставить разговоры, — голос Коннингана был холоден. — Доложите обстановку, Акахана-сама. — Цели нет в зале, — так же четко ответила девушка. — Мужчина в противогазе — главарь. Я думаю, он сейчас двигается к цели, поэтому необходимо начать преследование… — Принято, — без капли сомнений ответил американец. — Меня все слышат? — Так точно, Вайру-сан! — от силы этого синхронного возгласа Ацуи чуть ни оглох. — Куроске-сан? — Так точно, — передразнил его подчиненных капитан. — Мы тоже вас слышим, — он оглянулся на семерых полицейских за своей спиной. — Газовика — обезвредить, Орихимэ-сан — найти, остальных — можно убить, но не обязательно, как поняли?! Газовика, хах? А он умеет сокращать, это точно. Куроске даже не сразу понял, о чем речь. — Поняли! — Поняли, — повторил Ацуи, потирая ухо. — Куроске-сан, убавить громкость можно, нажав нижнюю кнопку на наушнике, — сообщила тем временем Акахана то ли с озабоченно, то ли с лёгкой насмешкой. — Я настолько очевиден? — капитан усмехнулся и двинулся вперёд. — Вы обидитесь, если я скажу, насколько, — она смеялась. — Акахана-сама, — Коннинган, кажется, был недоволен. — Вы не могли бы не флиртовать в общем эфире? — Вайру-сан… — она вздохнула. — Ладно, вы правы. Конец связи. Ее голос затих, но ещё пару секунд Куроске казалось, что он слышит эхо. Капитан оглянулся на подчинённых — те смиренно ожидали приказа. — Разделимся на две группы, — он кивнул на два коридора впереди, один из которых уходил дальше по прямой, а второй — направо, к главному залу. — Я пойду вперёд, вы, — он указал на четверых человек, которые тут же отделились от своих коллег, — проверьте окрестности главного зала. Разрешаю стрелять на поражение. — А якудза? — спросил кто-то из тех, кто должен был остаться без присмотра начальства. — Что делать с ними? — Не трогать, — со вздохом ответил капитан. — Сейчас они — наши союзники. — Как прикажете, капитан, — молодой полицейский, кажется, остался недоволен решением командования. — Мы это обсудим это, но не сейчас, — Куроске поморщился, пытаясь вспомнить, как зовут подчинённого, — Акира… Зайдешь ко мне после операции. — Вас понял, капитан, — Акира отвесил поклон. — Разрешите идти? — Иди, — Куроске махнул рукой и вытащил пистолет. — Вперёд! Двигаться нужно было быстро, ведь, в отличие от преследователей, преступнику не обязательно было опасаться каждого угла. Он убегал, а не прятался. А потому Куроске взял максимально возможную в таких условиях скорость и очень скоро прижимался спиной к стене на очередной развилке. Через пару мгновений его догнали и подчинённые. — Молчать, — шикнул он, едва увидел, как подчиненный открыл рот. — Вперёд. Прислушиваясь к собственным инстинктам охотника и здравому смыслу, Ацуи быстро проложил маршрут. Он, естественно, вел ко входу на второй уровень, если только память не обманывала капитана, а она это делала довольно редко. Где ещё похититель мог держать ценного заложника? Подчинённые перестали сопротивляться его скорости. Впрочем, Куроске это не волновало. Спасти жену Тецуи и сделать это быстрее, чем подчинённые Коннингана, было куда важнее. — Капитан! — окликнули его сзади. — На три часа цель! — Стоять! Цель и правда была там. Высокий мужчина в противогазе остановился посреди коридора и смотрел то ли на полицейских, то ли на направленные на него стволы. В одной руке у него был пистолет, другой он прижимал к себе связанную женщину, в которой даже в тусклом освещении бомбоубежища несложно было опознать Токисару Орихимэ, постаревшую и уставшую, но вполне живую. Увидев их, она улыбнулась, и капитану даже показалось, что она его узнала. — Полиция? — кажется, он недоумевал. — Он объединился с полицейскими? — поняв, видимо, что размышлять времени у него нет, преступник поднял пистолет и направил его на преследователей. — Вас я сюда не звал, но привет, что поделаешь… — Отпусти ее! — тут же потребовал Куроске. — А вы дадите мне уйти, если я это сделаю? — он склонил голову набок, но пистолета не опустил. — Нет, — отрезал капитан. — Таких, как ты, у нас жалеть не принято. — Хах, — он издал несколько нечленораздельных звуков. — Вот, значит, какая тут у вас справедливость… Вы подлизываете задницу организованной преступности, но всех одиночек нужно заковать в кандалы и отправить за решетку. Забавные у вас представления… — Куроске-сан, хватит с ним сюсюкаться, — произнес кто-то сзади довольно тихо, но преступнику этого оказалось достаточно. — Куроске-сан, — повторил он. — Мне говорили, что в Киото нет копа с большим чувством справедливости, чем Куроске Ацуи, — из-под противогаза раздался смех. — Если это — эталон справедливости, то этот город сошел с ума, — внезапно успокоившись, он направил дуло в висок своей флегматичной пленницы, которая до сих пор не проронила ни слова. — Опустите оружие или я ее пристрелю. — Ксо, — выругался кто-то сзади. Куроске, продолжая смотреть в прорези противогаза, медленно опустил пистолет. Его примеру с неохотой последовали подчинённые. Преступник задумчиво хмыкнул. — Неужели один человек может быть так важен? — произнес он в пространство, вновь направляя ствол на копов. — Хотя, не мне этому удивляться, — сказав так, он отпустил женщину и отошёл назад. — Забирайте. Вам она нужнее, чем я. Дым окутал коридор. Женский силуэт прижался к стене, а Куроске, среагировав достаточно быстро, но медленнее, чем хотелось бы, поднял пистолет и выстрелил в пустоту. Мимо, судя по звуку. Зато прилетевшая в ответ пуля цели достигла — пробила бедро и заставила капитана опуститься на одно колено. — Куроске-сан! — Идиоты, за ним! — рявкнул он, понимая, что не может сам. — Быстро, иначе он уйдет! — Куроске-сан, что происходит? — кажется, Коннинган был удивлен, что его вообще вызвали. — Цель у нас, но газовик убегает, срочно пошлите за ним людей! — ответил он быстро. — Он направляется на второй уровень! — Понял. Коннинган отключился, а Ацуи попытался встать. Нога ответила отказом. Он выругался. А ведь американца бы эта рана не остановила. — Ацуи-сан, — подняв глаза, он увидел сидящую перед ним жертву похищения, которая, кажется, совсем не волновалась по этому поводу. — Он вас ранил? — Это пустяк, — отмахнулся Куроске, но нога снова выстрелила болью и он зашипел. — Вовремя мы, — впереди раздался знакомый голос и из клубов дыма вышла девушка в красном. Из-за ее спины робко выглянула Юкари. Увидев мать, она было подбежала к ней, но остановилась на половине шага и посмотрела на Акахану. — Можешь отпустить мою руку, Юкари, — разрешила она покровительственно. — Мама! — получив разрешение, девушка бросилась к матери и обняла ее, совершенно игнорируя наручники, не дающие ей ответить. — Глупая, я же сказала тебе не приходить сюда, — Орихимэ-сан вздохнула. — Глупая, милая моя девочка… — Капитан! — вслед за девушками показалась и группа Акиры. — Капитан, вы в порядке? Я слышал выстрелы… — Снимите наручники с пострадавшей, дурачье, — приказал Куроске. — Я не собрался помирать ещё… — Вайру-сан сказал бы, что вы стареете, Куроске-сан, — Акахана загородила обзор, опустившись перед ним на корточки. — Нога, да? — Ага, — сдался он, показывая рану. — Но не смертельно ведь? — Даже если так, ее нужно перевязать, — голос Орихимэ за эти годы ни капельки не изменился. — Подождите, здесь где-то должна быть моя сумка… Вряд ли он унес ее с собой, — она огляделась. — Офицер, — обратилась она к растерянному Акире. — Дайте мне сумку, пожалуйста, она лежит во-он там, — она протянула руку в сторону приоткрытой двери. Тот беспомощно посмотрел на капитана. — Дай ей сумку, — устало приказал Куроске. — Вряд ли там будет что-то опасное. — Да, капитан… Акахана улыбнулась. Зубы у нее были почти кристально белыми.