Настоящие и бывшие

Гавр 1962 год За те же самые деньги, за которые в нормандской деревушке сдавали половину дома с садом, в Гавре им достался только номер в населенной гостинице с видом на порт. Там имелся крохотный декоративный балкончик, настоящая ванна на ножках, маленькую комнату почти полностью занимала огромная, но неудобная кровать, а зеркало на стене напротив предлагало интересные виды, когда Дерек и Энтони трахались. Днем в номере было душно, по ночам - слишком шумно. Однако Энтони все равно был счастлив. Он быстро разведал самые злачные места в порту. Дерек не уставал дивиться, как его туда вообще пускали, с внешностью скромного мальчика из приличной буржуазной семьи. Обычно заведениям определенного толка не нужны проблемы с разъяренными родителями обиженного или недостаточно деликатно помятого в сортире малолетки, которому захотелось разок испытать острых ощущений. Но Энтони моментально сделался там своим - пил, кокетничал, наслаждался назойливым вниманием со стороны всяких старых грязных извращенцев и потасканных педиков. Дерек не чувствовал за собой морального права положить конец этому легкомысленному поведению, после того как к нему самому на глазах у Энтони несколько раз подходили мальчики-проституты или вульгарные трансухи со своим: “Salut, cheri, tu te souviens de moi?”* Дерек уверял, что вовсе не помнит, это какая-то ошибка, но не мог разубедить никого и меньше всех - Энтони. - Почему ты всегда их прогоняешь? - допытывался он. - Я вовсе не ревную. Это даже забавно. Как ты с ними познакомился? - Они приняли меня за кого-то другого, - стоял на своем Дерек, но Энтони только коварно улыбался. Крошку интересовал даже гетеросексуальный разврат. Несколько раз он зачарованно притормаживал на углах улиц, у которых отирались шлюхи женского пола, молодые и старые, с волосами и кожей самых разных цветов, но все одинаково полупьяные, сиплоголосые и такие агрессивные, что Дереку было бы боязно иметь с ними дело, даже будь он самым натуральным натуралом. - Дерек, ты хоть раз пробовал с женщиной? - спросил Энтони однажды вечером, когда они присели за столик низкопробного кафе, прежде чем продолжать свои блуждания в порту. - Доводилось, - неопределенно отозвался Дерек, безуспешно выискивая в меню хоть что-то, что не страшно было заказать. - А я нет… - печально вздохнул крошка и выжидательно потупился. - Тебя надо похвалить за безгрешность хотя бы на этом фронте, или как? - Получается, что я вообще никого никогда не трахал, - прибавил Энтони так же печально. - Ни разу в жизни не был сверху. - Эй! Даже не мечтай, - строго отрезал Дерек, решив, будто понял, куда клонит крошка. Но у того на уме было другое. - Не волнуйся ты так. Мне бы и самому не хотелось - с тобой. - Хотелось бы с кем-то другим? - полюбопытствовал Дерек спокойно. Сейчас паршивец заявит, что пора им разнообразить отношения, или еще что-нибудь в этом духе. - Не уверен, что мне прямо хотелось бы, - самозабвенно рефлексировал Энтони, рассеянно трогая свой ошейник. - Но, наверное, надо это испытать. Но не с мужчиной, это точно. Мужчины меня в этом смысле не привлекают. - И каков же выход? - спросил Дерек прежним спокойным тоном. - Давай снимем женщину, - крошка застенчиво потупился. - Как думаешь, кто-то из них согласится, чтобы ты тоже там был? Дерек молча глядел в свой стакан. На его губах играла кривая ироническая улыбка, которой он маскировал растущую растерянность. Только этого не хватало - пробудившегося в крошке интереса к женскому полу. Пришла беда, откуда не ждали. К чему это может привести? Может, надо было согласиться на перемену ролей? Хотя едва ли Дерек даже снизу способен заменить женщину, коли уж Энтони потянуло на них. - Ну чего ты опять смеешься надо мной? - разобиделся крошка. - Ну чего тебе стоит сделать это для меня? Это ведь просто эксперимент. - Мне не нужны мандавошки или что похуже. Энтони растерянно поозирался по сторонам: - Можно купить в аптеке… - видно было, что в аптеку тоже должен идти Дерек, потому что крошке стыдно. Дерек продолжал молчать. - Как думаешь, - спросил Энтони, - это очень дорого - ну, снять женщину? Мне даже не нужна особенно красивая или молодая. Мне главное, чтобы у нее был опыт. И чтобы она не смеялась над нами. - Вот последнее, боюсь, невозможно. Разве что это будет очень старая леди. Помнящая те времена, когда молодых людей приводили на ознакомительную экскурсию отцы и старшие братья. - Ну ладно, - смирился Энтони. - Пусть смеется. Мы же все равно не увидим ее больше. В конце концов Дерек исчерпал все аргументы против и сдался. И они отправились на поиски живого товара. Чрезвычайно взволнованный Энтони то без умолку трещал, то пугливо жался к плечу Дерека: - Как понять, что леди точно можно снять, а то вдруг это просто пьяненькая туристка? А если она первой к нам подойдет (давай медленно прохаживаться по улице, чтобы они поняли!), но вдруг мне не понравится, как вежливо отказаться? - Успокойся, - с тоской отвечал Дерек, - и выбирай скорее. У твоих леди уже заканчивается рабочая ночь, да и я устал. Энтони внимательно приглядывался к группкам женщин, которые, заметив интерес, сразу принимались заученно улыбаться, облизываться, подмигивать, приподнимать юбки, демонстрируя чулочные подвязки. Он до неприятного быстро уяснил принятый здесь сценарий и перестал так отчаянно стесняться. - Дерек, какая тебе нравится? - Никакая, - буркнул тот. - Давай уже, выбирай себе Афродиту и пойдем. Энтони заставил его осмотреть еще две улицы, вглядываясь в каждую встречную девицу, и наконец решительно указал подбородком: - Вот эта. Дерек пригляделся - и принялся гоготать на всю улицу, так, что проститутки прыснули от него во все стороны, сочтя безумцем. - Что? - сердито зашипел Энтони, дергая его за рукав. - Ты же сказал, что я могу выбрать на свой вкус! Но даже если леди тебе не понравилась, зачем так ржать и все портить? Обидно же! - Прости, детка, - Дерек, все еще мелко сотрясаясь от хихиканья, утер лицо рукавом. - Конечно же, это твой выбор. Пошли, попробуем договориться. Надо полагать, крошку привлек матерый вид шлюхи. Женщина была рослой, крепко сбитой, с огромными бюстом и такой же солидной кормой. Она нарядилась в шифоновое платье с короткой юбкой-колоколом ужасающе розового цвета и злоупотребляла декоративной косметикой. И, разумеется, это была вовсе не она, а он, о чем внимательный зритель мог бы догадаться по огромным ножищам, кое-как втиснутым в туфли на шпильках, кокетливой бархотке, призванной маскировать кадык, но оттопыренной на горле, и другим признакам. Но Дерек не стал делиться с Энтони своими наблюдениями и позволил ему совершить сделку. Жаннет, как представилось это создание, разумеется, ни слова не говорила по-английски. Энтони не понимал незнакомый ему то ли провинциальный акцент, то ли диалект, который не входил в его школьный учебник французского, и в ход пошла древняя как мир пантомима. Но Жаннет радостно улыбалась, умиленно переводила взгляд с Энтони на Дерека и обратно, трепала крошку по щеке и вскоре, показав цену на пальцах и заручившись согласием, согласилась пригласить обоих иностранных джентльменов в свою квартиру на чашку чая. По крайней мере, так со стороны выглядел жест, которым Жаннет изобразила наклоненный носик чайника. Дерек уже принялся кусать кулак, чтобы сдержать очередной неистовый припадок веселья, но в остальном держался как снисходительный супруг, послушно оплачивающий очередной каприз, и не вмешивался. Энтони торжествующе обернулся к нему: - Ну вот, все идет не так уж плохо, да? Обитала Жаннет в крохотной, душной и тесной мансарде под крышей старого дома. Подниматься пришлось пешком, спотыкаясь о выставленные на лестницу ведра с помоями и какой-то хлам и пролезать под развешенным бельем. Лифта тут не водилось. В квартирке было почти темно, только болтающаяся на проводе лампочка в самодельном абажуре из цветной папиросной бумаги, не позволяла заблудиться в потемках. Дерек не стал тянуть время и удалился на кухню, оставив Энтони наедине с его приобретением. Паршивец сделал вид, что так и надо, и даже для приличия не стал взывать, останься, мол, любовь моя. Дерек еще даже не успел закончить осмотр нехитрой утвари и развешанных по стенам похабных картинок, вырезанных из журналов, как из комнаты раздался возмущенный вскрик. Энтони пулей влетел на кухню. Губы его трагически дрожали, а из глаз готовы были пролиться самые горькие слезы обманутых надежд. - Что такое? - нежно спросил Дерек и заключил его в объятия, как родитель ребенка, пробудившегося после ночного кошмара. - Не получается? - У-у-у… - пожаловался Энтони. - Ты же догадался, да? Почему не сказал? - Крошка так хотел сам выбрать себе первую (и, надеюсь, последнюю) женщину, как я мог лезть со своими советами? Давай считать, что это твоя судьба. - Но что нам делать с… ней… с ним? С Жаннет? - прошептал Энтони. Тут на пороге кухни появилась сама Жаннет в шифоновом пеньюаре и с тонкой сигаретой в зубах. Она изобразила недовольную гримасу и пальчиком с острым алым ногтем поманила Энтони к себе. - Сделай то, что собирался сделать, - шепотом посоветовал Дерек. - Не стоит обижать даму. - Но я не знаю, как! - беспокоился Энтони. - Тебе все покажут и объяснят, - подмигнул Дерек. - Не хочу! У меня настроение пропало! Я же тебе сказал, мужчины меня с этой стороны не заводят, я не знаю, что с ними делать… Дерек! Что смешного?! Я тебя ненавижу! - Ну ладно, ладно, - Дерек взял Энтони за плечо и подвел к Жаннет, нетерпеливо постукивающей по полу ногой в розовом шлепанце с пушистым белым помпоном и жестами показывающей на часики. Ответным жестом он показал, что хотел бы присоединиться к веселью, и тогда Жаннет на пальцах обозначила более серьезную сумму, однако принципиальных возражений не имела. Дерек кивнул, и все трое отправились обратно в комнату. Раздеваться Жаннет не стала, только, садясь на край кровати, кокетливо колыхнула подолом комбинации, демонстрируя подвязки чулок. Дерек толкнул Энтони в ее объятия, а сам расположился позади него, направляя и помогая. Таким образом, крошке досталась самая выигрышная, предлагающая самые насыщенные и разнообразные ощущения позиция, но он все равно остался недоволен. Быть сверху ему не понравилось, и даже присутствие Дерека не сделало труд менее утомительным. - Да ты вообще ничего не делал! - делано возмутился Дерек. - Это мне пришлось прилагать двойные усилия, чтобы бедняжке Жаннете хоть что-то досталось и она не сочла тебя импотентом. Я спас твою репутацию среди гаврских трансвеститов и ожидаю благодарности. Самая неожиданная и, пожалуй, неприятная встреча произошла не ночью в порту, а днем, в самом обычном кафе, где Дерек и Энтони чинно ели ланч на открытой веранде. Энтони увлеченно выковыривал из ракушки рапана. Дерек обсасывал клешню краба. По центру покрытого клетчатой скатертью столика возвышалась запотевшая бутылка сухого до сведения скул белого вина. Все это предвещало обычный ленивый день. Как вдруг… - Дерек! Ты ли это?! - прокричал по-английски знакомый чуть задыхающийся тенорок. Огибая столики, к ним стремилось массивное тело в широких свободных брюках, шелковой рубашке и шарфе с бахромой. Дерек зажмурился на мгновение, но выхода из положения не нашел. Уверять Роджера, что нет, простите, вы обознались, было бы крайне глупо. Принужденно улыбаясь, он встал и позволил заключить себя в объятия. Энтони отложил ракушку и уставился на них с дежурной вопросительной полуулыбкой. - Как не стыдно, - обиженно сказал Роджер, похлопав Дерека не то чтобы по заднице, но по спине где-то в районе талии. Раньше он себе такого не позволял, однако за последние годы, придя к успеху, набрался известной наглости. - Приехал - и ведь ни слова! Не написал, не позвонил… И это после того, как ты столько раз гостил у меня! На что это похоже? - Я не хотел навязываться, - нашелся Дерек. - К тому же, я в этот раз приехал не один. Это было бы слишком - свалиться к тебе на голову вдвоем. - О, - увлажнившийся взор Роджера остановился на Энтони. - И кто же это ангельское создание? - Меня зовут Энтони, - охотно представился крошка, глазом не моргнув на сомнительный эпитет. И протянул руку прежде, чем Дерек успел вмешаться: - Садитесь, пожалуйста. Вы, значит, друг Дерека? - Роджер, - промурлыкал тот, пожав руку Энтони двумя руками. - И да, дитя мое, я очень, очень старый и близкий друг Дерека. - И Роджер опустился за их столик. - Вы тоже проводите лето во Франции? - продолжал светскую беседу Энтони, полностью игнорируя угрюмое молчание Дерека. - Нет, Антуан… Ах, простите, я совсем офранцузился, ха-ха. - Роджер кокетливо всплеснул толстенькими ручками. - Я уже много лет живу в этой прекрасной стране, и каждое лето меня навещают друзья с Острова. Раньше навещали. А теперь… Дейзи, полагаю, проводит отпуск с семейством? - Роджер взглянул на Дерека. - А Микки случайно не приехал с тобой? По расширившимся глазам Энтони Дерек видел, то тот сейчас лопнет от любопытства. - Кто такой Микки? - не выдержал крошка. Мог бы хоть не в присутствии Роджера спросить, сучонок. Дерек бы нашел, как уйти от ответа. - Я не первый раз слышу это имя. В том баре в порту тоже спрашивали про Микки. - Микки, дитя мое, - немедленно просветил его Роджер, испустив сентиментальный вздох, - это бывшая великая любовь нашего Дерека. - О-о-о? - Да не был он моей любовью, - поморщился Дерек, - не мели чепухи. - Ах, роза пахнет розой, - отмахнулся Роджер. - Не в терминологии дело. Если хочешь, милый Антуан, я расскажу тебе, как оно было… Дерек и Микки были одной из самых интересных пар, которые я когда-либо встречал. - Прости, Роджер, но нам с Энтони пора. - Дерек демонстративно заозирался в поисках гарсона, который как назло именно сейчас запропастился с террасы. - Мы очень спешим. Я позвоню тебе как-нибудь... поболтать. Рад был повидаться. Роджер потеряно заморгал. - Дерек, я не пойму, я обидел тебя чем-то в прошлый раз? Ты как будто не хочешь меня видеть. Я же в тот раз уступил тебе Анри… Помнишь моего помощника? Ничего для тебя не пожалел, хотя потратил два месяца, приручая его для себя, чтобы он пообвык и был готов однажды отплатить мне за доброту и терпение. А ты, выходит, все принял как должное и теперь знать меня не хочешь. Дерек иногда бывает ужасным эгоистом, - обратился Роджер к Энтони. - Тебе, наверное, с ним нелегко. - У нас случались трудные времена, - сокрушенно покивал Энтони, но все же ему хватило ума не вдаваться в подробности и причины этих трудностей. - А вы тут многих знаете?.. - О, деточка, весь Гавр! И меня тут тоже все знают. Энтони скромно и мечтательно заулыбался, ничуть не смущаясь под все более изучающим и оценивающим взглядом Роджера. - Ты очень милый мальчик, Антуан. Ради тебя я даже готов простить невоспитанность нашего общего друга… Почему бы вам не остановиться у меня на вилле? Дерек знает адрес. - Видишь ли, Роджер, - вздохнул Дерек, - у нас с Энтони в некотором роде романтическое путешествие, и мы предпочитаем жить вдвоем, а не под одной крышей с кем-то. Даже с таким замечательным другом, как ты. Собственно, поэтому я не известил тебя о том, что приезжаю. Я думал, ты поймешь. - Боже правый, ты все же решил попытаться еще раз? - восхищенно ахнул Роджер. - После Микки, да? - Роджер, - предостерегающе начал Дерек. - Ты мой друг и я ценю все, что нас связывало, но вот эти подначки оставь. Роджер поднял руки, сдаваясь. - Ладно, ладно, я понимаю твое желание наслаждаться обществом Антуана самому и не делиться ни с кем, но хотя бы на вечеринку у бассейна вы ко мне приедете? Это завтра. Будет множество мальчиков, на твоего никто не покусится. Я уверен, что Антуану очень бы хотелось. Ты любишь вечеринки у бассейна, кудряшка? Энтони снова застенчиво потрепыхал ресницами и покивал. Но все-таки вопросительно взглянул на Дерека, отдавая ему последнее слово. - У тебя теперь есть и бассейн, Роджер? - поинтересовался Дерек, тяня время, прежде чем принять решение. Да, ему действительно хотелось оставить Энтони только для себя. Но не будет ли это, в самом деле, слишком эгоистично? И - хуже того - не будет ли это демонстрацией слабости, как будто он, Дерек, боится конкуренции и допускает, что кто-то может увести у него любовника? - Дела в прошлом сезоне шли хорошо, - ответил Роджер со сдержанной гордостью. - Да и в этом не жалуюсь. Тут неподалеку построили огромный отель с гольф-клубом, в американском стиле. Я оформляю парк. Роджер в самом деле выглядел весьма преуспевающим. Дерек заметил у него на толстом запястье золотые часы, а на пальце-сардельке - кольцо с фиолетовым аметистом. - Вы дизайнер? - Энтони старательно поддерживал беседу за двоих. - Дерек тоже учился на художника, вы поэтому знакомы, да? - Вижу, он совсем ничего не рассказывал тебе о наших славных деньках. Нет, милый мальчик, все было совсем не так. Тут наконец-то к ним подошел официант и принес счет, и Дерек смог увести Энтони, пообещав завтра приехать взглянуть на новый бассейн. На прощание Роджер чуть не задушил в объятиях Энтони. - Ты мой сладкий кусочек! Так бы и украл тебя и увез с собой... - Кто он такой? - допытывался Энтони, пока Дерек тащил его в отель. - Он на самом деле тебе не друг, а враг? У вас в прошлом была какая-то ссора? Это из-за Микки, да? - Роджер все преувеличивает. Просто он без особого успеха волочился за нашим общим другом Микки и навоображал себе всяких поводов для ревности и страданий. Чтобы скучно не было. Ты-то лучше меня знаешь, как это делается. - У него много денег, да? Он известный дизайнер? - Он просто садовник. Забавно: он никогда этому не учился, просто увлекался огородничеством, но жизнь сложилась так, что ему срочно понадобилась работа, любая, и он устроился садовником. И неожиданно дело пошло. Теперь он, как видишь, оформляет парки при шикарных отелях и гребет денежки лопатой. А когда мы с ним познакомились, у него была совсем другая профессия. Он был обычным клерком. Одно время, кстати, работал администратором в Ковент Гарден. - Он не похож на театрала, - удивился Энтони. - Обычно все распоследние клерки в театре… Ну, с претензией на богемность. - Он сам интересовался театралами, - усмехнулся Дерек. - Поэтому и пошел в администраторы, видимо, рассчитывая, что какой-нибудь отчаявшийся нищеброд расплатится за билетик на галерку натурой. Но разумеется, мечтал он об этом только про себя. В юности Роджер был страшно застенчив, неуклюж и пуглив. Если не сказать - туповат в плане отношений с людьми. Впрочем, он таким и остался.