Настоящие и бывшие

Лондон 1955 год После побега Роджера - как показало время, вполне удавшегося - Дерек долго был не в духе. Он злился на друзей, а кроме того, ему страшно не хватало Кингз-роуд, сада Уайтхолл и других подобных мест, куда он боялся ходить после того, что случилось с Роджером. Где, спрашивается, ему теперь искать парней для съема?! Дерек с голодухи даже начал поглядывать в сторону танцовщиков из труппы, тем более, он был уверен, что некоторые из них точно будут не против… Но в театре любая интрижка быстро становится достоянием гласности. Один неверный шаг может непоправимо разрушить репутацию. Хорошо, что у Брайана хватило ума молчать об эпизоде в Чандос-Лодже, но следующий может оказаться не таким благородным, особенно если ему покажется, что с его чувствами обошлись недостаточно бережно. Дерек не хотел рисковать и колебался. Но однажды в театральной столовой в нему подсел Джон Крэнко. - Не возражаете против моей компании? - Крэнко с любопытством заглянув в тарелку Дерека, где в овощном бульоне плавали несколько кусочков индейки. - Ну и дрянью нас тут всех кормят. Вы поэтому такой пасмурный, или у вас неприятности? - Не у меня, - Дерек не удержался и решил все-таки поделиться. Если Крэнко действительно его собрат, как уверял Микки, то должен понять. - У одного моего знакомого… - У того самого, который потерял ключи? - легким тоном уточнил Крэнко. - Точно, - Дерек повозил ложкой в тарелке. - Он угодил в полицию, все могло кончится очень плохо, а я теперь не могу перестать думать об одном: это может случиться и со мной тоже. Вдруг и я однажды... потеряю ключи? Вы этого не боитесь? - Я просто стараюсь избегать таких мест, где можно потерять ключи, - Крэнко раскрыл черепаховый портсигар и достал сигарету. - Всех этих темных уголков в парках, общественных туалетов, непотребных баров... - А где же вы… ну… заводите знакомства? - бесстрашно спросил Дерек, глядя в его глаза, которые были удивительно чистого и ясного голубого цвета. Крэнко даже поперхнулся. Как видно, в своем разговоре они подошли к пределу откровенности, которую допускала эта рафинированная публика. Дерек уже успел мысленно обругать себя за то, что спугнул понимающего собеседника и одного из своих друзей в театре, но Крэнко неожиданно ответил со смущенным смешком: - Если честно, у меня давно уже не было новых знакомств. Я сам не вспомню, когда в последний раз… - Но если вам вдруг захочется, - настаивал Дерек, - куда вы пойдете? - М-м-м… Не думал об этом. Знакомства ради знакомств - не мой конек. Но, наверное, я пошел бы в какое-нибудь приличное место, а не в такое, где теряются ключи. - В приличное? Но ведь там вас, пожалуй, не поймут. - Нет-нет, я имею в виду не места для всех, а просто такие, где безопасно. - Такие есть? - Ну конечно. - Частные вечеринки? - уточнил Дерек, не скрывая отвращения при воспоминании об этих сборищах. - Не только, есть еще и закрытые клубы для джентльменов. Если хотите, я вам покажу, - Крэнко немного смутился. - Без всякой задней мысли. Дерек только улыбнулся и ничего не ответил, но про себя подумал о том, что был бы не против задней мысли у Крэнко. Он был вообще-то ничего, не худшей внешности, но больше всего Дереку нравились его манеры и интеллигентность. Казалось бы, какое это имеет значение? Дереку ведь не с манерами предстоит трахаться. Однако ж почему-то он был к этому чувствителен, и какой-нибудь парнишка из Хакни, даже самый симпатичный, сразу терял в его глазах всякую привлекательность, если вдруг плевал на тротуар, начинал грызть заусенцы или произносил слова вроде “слышь”, “чо” или еще что-нибудь подобное. Особенно с тех пор, как Дерека приняли в труппу, вся эта шваль стала прямо-таки отвратительна ему, и трахать их можно было, только зажмурив глаза и заткнув уши. После вечерней репетиции Крэнко отвел Дерека в бар “Лонг” - шикарное местечко, отделанное в стиле начала века. Среди мраморных каминов, зеркал, расписных стенных панелей, плотных парчовых гардин и всяких финтифлюшек ар-нуво легко можно было представить себе денди с зелеными гвоздиками в петлицах. Крэнко и вырядился почти соответственно - под скромным черным бархатным пиджачком сияла нестерпимо-лазоревая шелковая сорочка. И когда только успел переодеться? У Дерека так и тянулись руки потрогать гладкий шелк, но он пока сдерживал себя. Крэнко не солгал, место было совершенно безопасное. Явись сюда хоть весь личный состав участка на Боу-стрит, они бы ничего не нашли, и им пришлось бы с глубокими извинениями удалиться. Просто джентльмены посиживали в креслах, курили, читали газеты, негромко общались. Разве только какие-то облепившие стойку юнцы, похожие на студентов, вдруг принимались громко смеяться, но тут же смущенно умолкали. Точно такая же обстановка могла быть в каком-нибудь закрытом клубе для потомственных лордов (туда, кстати, тоже частенько не пускали женщин). Напитки в этом баре стоили безбожно дорого (особенно для человека, недавно лишившегося всех сбережений), зато и по качеству их было не сравнить с разбавленным пивом и паленым джином на Кингз-роуд, а подавали их быстрые, тихие и безупречно любезные официанты в белоснежной униформе. Официанты все были молоды, стройны и красивы, но как-то даже в голову не приходило к ним лезть. Тут вообще никто ни с кем не знакомился, никто даже не глядел по сторонам, и Дереку тоже было неловко пялиться на других, и он окончательно решил удовольствоваться на сегодня Крэнко. - Кстати, Джон, а где вы живете? - полюбопытствовал Дерек после третьего, кажется, негрони. Развлечений, кроме коктейлей, тут не было, так чего засиживаться. Лазоревая рубашка магнитом притягивала взгляд и так и просилась быть выдернутой из-за ремня брюк, смятой и сброшенной на пол. - В Вестминстере, на Олдерни-стрит, - ответил Крэнко слегка удивленно. - Вы… э-э-э… одни или, может, с семьей? - уточнил Дерек. Вести Крэнко к себе не хотелось, дома мог оказаться Микки, который помнил своего бывшего балетмейстера и любви к нему не питал. Поэтому вся надежда была на то, что у Крэнко дома никого нет и можно пойти к нему. Но Крэнко с чего-то напрягся и, кажется, даже расстроился. - Дерек, к чему вы, собственно, клоните? - Вы показали мне отличный бар, - терпеливо начал Дерек. Кажется, Крэнко из породы особо пугливых. По плешкам он не ходит, сто лет не трахался, но в столовой все-таки подсел. - Я благодарен вам, и хотел бы начать... м-м-м... новую стадию нашего знакомства в более спокойной обстановке. У вас дома есть альбомы с репродукциями? - бросил он еще одну подсказку, потому что что Крэнко что-то печально примолк. - Обожаю красивые альбомы. - Нет-нет-нет, Дерек, нет, - Крэнко слабо мотнул головой, глядя в стол. - Так не пойдет. - Но почему? - Дерек искренне не понимал. - Вы мне правда нравитесь. И я не жду от вас какой-то протекции, если вы подумали об этом. - Я верю вам, но, - Крэнко мимолетно коснулся его руки и тут же отдернул пальцы, - скажите мне честно, как долго я буду вам нравиться? Одну ночь, как бедный Брайан Шоу? - Вы, значит, в курсе насчет меня и Брайана, - досадливо вздохнул Дерек. Пожалуй, с Крэнко он тоже не заглядывал дальше одной-единственной ночи. Ну, может быть, если им обоим очень понравится… Раз они работают вместе и видятся каждый день, в будущем еще подвернется случай-другой. - Я рад, что меня вовремя просветили, потому что я был в одном шаге от того, чтобы увлечься и начать строить далеко идущие планы. - А это обязательно - ну, далеко идущие планы? - Для меня обязательно, - Крэнко наконец-то поднял взгляд на него. - Поэтому лучше даже не начинать. Иначе я знаю, что произойдет. Я ужасно влюблюсь в вас, а вы уже завтра будете клеить - я правильно выразился? так это называется? - кого-то другого. И я буду пытаться вас удержать. Сначала нежно и полушутя, потом - начну делать разные глупости. А вы будете шарахаться от меня как от огня и презирать меня. А нам, может быть, всю жизнь работать бок о бок. И на что это будет похоже? - А если не впадать в такие крайности, а просто разок получить удовольствие? Вам понравится. - Боюсь, что чувства имеют слишком большую власть надо мной. Я давно на вас смотрел. И мне показалось… Я надеялся найти в вас человека, с которым мог бы попытаться что-то построить... - Херня все это, - раздраженно отмахнулся Дерек. - Нет никаких чувств, не усложняйте. Крэнко сделался еще печальнее. - Вы, значит, тоже думаете, что такие люди, как мы, не способны любить? - Так говорит один мой друг, - чуть смягчил тон Дерек. Ссориться с Крэнко все-таки было нежелательно. Им и правда еще работать вместе. - Но и вы в это верите? - Я не знаю. Может, натуралы тоже не умеют любить. Просто они, пока у них длится период страсти, успевают завести семью, детей, купить машину, и им уже вроде как никуда не деться друг от друга. Поэтому они продолжают называть это любовью. Но нам-то это притворство ни к чему. - Значит, - Крэнко склонил голову на бок, - “Ромео и Джульетта” и другие великие истории любви не внушают вам доверия? - Что до “Ромео и Джульетты”, там нам показывают те самые несколько дней первой влюбленности у подростков. И, раз уж мы заговорили о литературе, большая часть “великих любовных историй” рассказывают о том же самом - короткий, но яркий эпизод. И все. Автора никогда не волнует, как будут жить Принц и Принцесса после своей красивой свадьбы в конце третьего акта. - О. Вижу, что я был прав. Мы с вами не сойдемся. Я уважаю вас и восхищаюсь вами, но я, кажется, только что избежал страшной опасности. Выпьем же за это, - Крэнко с шутливым пафосом допил бренди. - Я все-таки верю в любовь и надеюсь, что однажды и мне повезет. Как повезло, скажем, Фредди. - По правде, - заявил Дерек, - Фредди и Алекс больше похожи на отца и сына, чем на влюбленных. - Не самая плохая судьба, - Крэнко пожал плечами и махнул официанту, чтобы повторил заказ. - Они заботятся друг о друге, у них много общих привычек и вкусов. - А как насчет секса? - Это не главное. Говорю вам, как человек, который ждет уже достаточно долго и достиг почти буддистского просветления в этом смысле, - Крэнко снова рассеянно и грустно улыбнулся. - Иногда у меня бывают срывы, когда я бываю готов бросить все и отправиться в парки… Но обычно я сдерживаю эти порывы. - Ох, нет, к черту такое просветление. Вы правы, мы слишком разные. Я ничего сдерживать не собираюсь. Если вы не передумали и не пригласите меня домой полистать альбомы, я найду кого-нибудь другого из здешней публики. - Дело ваше. Только предупреждаю, что здесь это может оказаться не так просто, как в тех местах, к которым вы привыкли… - О, я справлюсь, - и Дерек огляделся по сторонам. За столиками не было никого интересного. То есть, может, и были, но никто не встретился с ним взглядом. Посетители либо сосредоточенно сосали напитки, либо тихо беседовали. Дерек перевел взгляд на стойку бара, возле которой кучковалась публика помоложе. И, как он и надеялся, сразу две или три головы повернулись в его сторону. Один парень был довольно миленький: невысокий, щуплый, с живописно взъерошенными светлыми волосами, острыми скулами. Серый джемпер в белый ромбик, аккуратный воротничок рубашки. Типаж приличного студента. Пришел, судя по всему, один, потому что ни с кем не болтал, сидел тихо над стаканом портера. Заметив взгляд Дерека, целомудренно отвернулся в сторону. - Я вижу, вы уже приступили, - заметил Крэнко и полез за бумажником. - Не буду вам мешать. - Останьтесь, я хочу посидеть с вами еще, - возразил Дерек не вполне искренне. - Все прочее всегда успеется. - Будет вам, я не в обиде. Мне, конечно, очень хочется подойти к этому бедняге и зловеще прокаркать: “Берегись, несчастный!”, но так уж и быть, не стану портить вам игру. Дерек пожал плечами и снова посмотрел на примеченного юношу. Отлично, тот смотрел на него и снова отвернулся, лишь поймав взгляд. Крэнко тем временем удалился, и ничто не мешало Дереку… А что, собственно, он мог предпринять? Как он заметил, в этом месте было не принято подваливать к незнакомцам с каким-нибудь пошлым заходом вроде: “Привет, как дела?” Срамиться и выглядеть неотесанным и озабоченным козлом не хотелось, иначе в следующий раз не пустят (Дерек заметил на входе внушительных вышибал, в чьи задачи явно входило отсеивать неподобающую публику). А вот юноша, окончательно убедившись, что стал объектом пристального внимания, забеспокоился. Его движения стали суетливыми и нервными, он растерянно поозирался по сторонам, будто в поисках защиты. Но никто не обращал на него внимания. Тогда он торопливо допил свое пиво, расплатился и начал пробираться к дверям. Что ж, тем лучше. Можно попытаться догнать его на улице, там вышибал нет и никто не помешает. Дерек тоже торопливо расплатился, накинул на плечи пальто и устремился за своей добычей. Юноша как будто хотел, чтобы его догнали. Он не ушел далеко и медлил на углу, оглядываясь на дверь бара. Дерек вежливо улыбнулся и поравнялся с ним: - Не подскажете, который час? Юноша сглотнул и стиснул руки в щегольских кожаных перчатках. Но не начал возмущаться или шарахаться. Даже робко вернул Дереку улыбку. - Двадцать минут десятого. Без малого. - Надо же, еще совсем рано. Надо придумать, чем бы еще заняться. - В кино идет “Бунтарь без причины”. - Я уже видел. - Я, кстати, тоже. Они неспешно шагали по направлению к метро, обсуждая Джеймса Дина. Выбрав момент, когда знакомство уже определенно завязалось, Дерек назвал свое имя. Юношу звали Ником, он изучал медицину в Империал-колледже… И жил недалеко. Это он сообщил, покраснев. Дерек вопросительно склонил голову набок, ожидая продолжения, и Ник прибавил: - Можно пойти ко мне… Ну, послушать пластинки. Квартирка Ника была под стать владельцу: аккуратная, чистая и небедная. Внимание Дерека привлекли анатомические атласы и целый скелет, скромно стоящий в уголке. Судя по небрежно намотанному на скелет шарфу, он служил чем-то вроде вешалки для одежды - Настоящий? - восхитился Дерек. В свое время ему приходилось учиться рисовать по грубым гипсовым слепкам. - Ой, прости, - Ник рассмеялся. - Когда приходят гости, я обычно прячу Джека в шкаф, но я никого не ждал сегодня. Нет, он не настоящий. Смотри, он разбирается. Оказалось, что у скелета имеется хитрая незаметная система креплений, благодаря которой его части отсоединяются одна от другой. - Настоящее произведение искусства, - уважительно сказал Дерек, аккуратно отчленив правую кисть и убедившись, что все пальцы двигаются и, в свою очередь, снимаются. Они с Ником принялись разбирать Джека, и, воспользовавшись этой возней вокруг скелета, Дерек улучил момент и попытался поцеловать Ника. Но тот тут же чопорно и ловко качнулся в сторону. - Дерек, прости, но ты слишком спешишь. Ты мне нравишься, но мы только что познакомились, и я так не могу. - Мамочка научила тебя, что только после свадьбы? - не удержался Дерек, уже порядком раздраженный всей этой тратой времени. Господи, чего они все хотят? Почему никто не согласен просто переспать, не громоздя всякие сложности вокруг этого, довольно элементарного, дела? - Мне это не нравится, - Ник надулся и отошел к окну. - Ты хочешь, чтобы я ушел? - уточнил Дерек, про себя решив, что не уйдет никуда, пока не трахнет будущее светило медицины. На сегодня хватит осечки с Крэнко. Этого малыша он не упустит. - Нет, - нервно ответил Ник. - То есть… Я хотел бы, чтобы ты остался, но чтобы мы просто послушали музыку, поговорили. Ничего больше, ладно? Я вообще-то не очень люблю это все, мне нравится просто дружить. “Дружить ему нравится, ага, как же”, - заржал про себя Дерек, но на поверхности остался непоколебимо серьезным и кивнул. Ник принял согласие за чистую монету и заметно повеселел: - Хочешь, я поставлю пластинку? Что ты любишь слушать? Дерек любил Дорис Дей и Пегги Ли, но их в коллекции пластинок не оказалось. Ник поставил Билла Хейли. И американскую новинку - Элвиса Пресли. - Тебе нравится? - поминутно спрашивал он. - Если не нравится, я поставлю что-нибудь другое. Дерек загадочно отмалчивался, желая посеять смятение в душе Ника. Он заметил, что тот очень старается угодить. Явно боится потерять нового знакомого и спрашивает себя, не перегнул ли палку, отказав столь безапелляционно. - Ты не сердишься на меня? - спросил наконец Ник. - Я правда не готов вот так. Но я надеюсь, мы видимся не в последний раз. Дерек как раз надеялся, что в последний. Но перед расставанием им нужно было еще многое успеть. - Можем сходить куда-нибудь в субботу… - предложил Ник. В субботу у Дерека был спектакль, но он промолчал. Ник принес из холодильника пиво и принялся изливать душу: он не знал, нравятся ему на самом деле мужчины или нет. Вернее, не мог понять, в каком смысле они ему нравятся. До колледжа у него был друг… И дальше последовала долгая, слезливая и запутанная история про этого друга. Дерек слушал вполуха и даже не понял, чем занимался Ник со своим другом. Скорее всего, ничем особенным. Когда Ник совсем расчувствовался от своего рассказа, Дерек привлек его к себе за талию. - Очень грустная история, - заметил он. - Тебе, наверное, было совсем одиноко. - Дерек, пожалуйста, - Ник шевельнулся под его рукой. - Я же сказал, я не готов. - Тсс. Почему мы не можем просто обняться? - Дерек коснулся губами его виска. От Ника приятно пахло. Нет, никакого парфюма, просто душистое мыло и еще что-то столь же невинное, похожее на запах чистого накрахмаленного белья. - Что в этом дурного или неприличного? - Ну хорошо… - неуверенно кивнул Ник после короткой, очень короткой, паузы. - Но только это, раздеваться мы не будем. Совсем. - Как скажешь, - вкрадчиво пообещал Дерек и еще раз коснулся губами его виска. От этого простого, предельно целомудренного поцелуя Ник совсем растаял и томно привалился к нему. - Ох, Дерек… Я таких как ты никогда не встречал, - Ник уже сам поудобнее обхватил Дерека руками. - Сегодня происходит что-то особенное, ты чувствуешь? “Сегодня тебя выебут, вот что происходит”, - подумал Дерек, нежно целуя его ухо, щеку, уголок рта, очень аккуратно, чтобы не спугнуть. Он даже с Микки, уламывая того, так не возился, как с этим студентом, но эта игра по-своему заводила. По крайней мере, это было что-то новенькое, отличающееся от приевшегося сценария: “Привет. К тебе пойдем или ко мне?” - Вообще-то, - признался Ник, когда Дерек повернул его лицо к себе, чтобы поцеловать в губы, - у меня не то чтобы много опыта в этом. По правде, совсем никакого. - Не волнуйся, - Дерек погладил кончиками пальцев его шею, добираясь до верхней пуговки рубашки, - я все сделаю сам. Ник обреченно закрыл глаза и подставил губы его поцелуям. Ну вот, дело продвигается, одобрительно подумал Дерек и на пробу положил ладонь Нику на бедро, но тот снова напрягся и заледенел, и пришлось временно отступить. Вскоре Дерек отважился на новую попытку, которая на этот раз удалась. Ник больше не сопротивлялся ничему, пока Дерек не положил его ладонь на свою ширинку. - Нет! Нет! Еще рано! Мы встретились час назад! - он даже попытался встать, но Дерек удержал его за локоть. - Нам нужно познакомиться получше… - Ну давай знакомиться прямо сейчас, - Дерек выразительно похлопал себя по ширинке. Он уже чувствовал себя хозяином положения. - Вас представить, или хочешь сам? Ник густо покраснел. Но Дерек видел, что тот уже тоже поймал настроение. И встать и просто так уйти уже не сможет, как загипнотизированный крольчонок. - Я только… потрогаю, - предупредил Ник. И, все еще полыхая щеками и вдобавок крепко зажмурившись, неуверенно ощупал член Дерека сквозь брюки. Какое-то время они забавлялись руками, но Дерек был бдителен и не дал Нику кончить. Когда тот уже был на грани, он дотянулся до настольной лампы и выключил свет. Дерек остался у Ника на всю ночь. Он смог немного поспать, чувствуя себя почти как дома. Даже, наверное, лучше, чем дома, потому что как раз дом был не слишком уютным и располагающим к отдыху. А тут кровать была мягкой и теплой, Ник во сне почти не шевелился - кажется, боясь причинить неудобства Дереку и потревожить его сон. А утром Дерека разбудил запах горячего кофе. Он открыл глаза и обнаружил перед собой поднос с завтраком - и Ника, смущенного и сияющего, как счастливая новобрачная после первой ночи. - Тебе со сливками или без? - заботливо спрашивал Ник, чуть ли не сам помешивая Дереку кофе. - Я приготовил гренки с яйцом, надеюсь, ты такие любишь? - На вид вкусно, - милостиво кивнул Дерек. Гренки выглядели и вправду лучше, чем подгоревшая засохшая яичница или неаппетитная сероватая масса овсянки, которыми они с Микки обычно питались по утрам. В удачные дни в холодильнике водились остатки деликатесов, которые Микки иногда приносил из своих отлучек, - канапе с икрой, французский сыр, пирожные, экзотические фрукты, - но это всегда было из разряда приятных неожиданностей. Жевать гренки и запивать их кофе со сливками, лежа в уютной чистой постели, было чертовски приятно, но даже это не заставило Дерека задуматься о том, что можно бы встретиться с Ником еще хотя бы раз. Наоборот, он уже предвкушал, какие новые приятные знакомства и чудные открытия ждут его в будущем. Ведь теперь он точно знал, что чистенькие и воспитанные мальчики из “приличных” мужских клубов - тоже готовы с ним спать. Просто охота на породистую добычу - дело более тонкое. - Когда мы увидимся? - спросил Ник, когда Дерек, проглотив несколько гренок и на ходу отхлебывая кофе, принялся одеваться. - Может, зайдешь ко мне вечером? Давай я позвоню тебе, я еще не знаю, во сколько у меня закончатся лекции. - Конечно, буду ждать, - лучезарно улыбнулся Дерек и написал в его аккуратный блокнотик номер телефона, отличающийся на две цифры, после чего поцеловал Ника и исчез. Этим же утром, спеша на класс, он столкнулся на лестнице с Крэнко. - Ну, как ваши успехи? - полюбопытствовал тот. Дерек молча улыбнулся и звучно поцеловал кончики пальцев. Со временем Дерек научился снимать парней не только в заведениях для своих, вроде “Лонг”, но даже в барах для натуралов. Надо было только выбрать местечко где-нибудь в богемном районе, например, на Солун-сквер и в окрестностях, где было много театров и мюзик-холлов, и бары и пабы оккупировали актеры, музыканты и учащиеся театральных школ. Там всегда можно было кого-то подцепить хоть средь бела дня. Удивительно, до чего просто это было. Допустим, вы входите в бар, осматриваетесь и, если замечаете кого-то подходящего, садитесь рядом. Не слишком близко, чтобы это не выглядело вторжением в личное пространство, но так, чтобы вас заметили. Можно шумно подвинуть табурет или уронить что-нибудь, чтобы привлечь внимание. И если у парня, на которого вы положили глаз, такие же вкусы, как и у вас, он непременно на вас взглянет. Слегка улыбнитесь ему, посмотрите в глаза, а дальше на время оставьте его в покое. Заговорите с барменом или разверните газету. Следующий ход - за вашей добычей. Если он не прочь, то сам обратится к вам. Обычно в таких случаях просят закурить, и Дерек, хотя сам не курил, взял за правило носить при себе зажигалку. Это было полезно еще и потому, что в барах часто темновато, и постфактум могло выясниться, что вы подцепили какого-то крокодила или просто типа, который оказался раза в два старше, чем выглядел в полумраке. Огоньком зажигалки можно осветить его лицо и заодно себя, чтобы продемонстрировать товар. А уж дальше следовал ни к чему не обязывающий разговор, и в большинстве случаев собеседник понимал намек Дерека и соглашался на его высказанное обиняками предложение. Осечек почти не бывало. Он пытался приохотить Микки к этому новому спорту, но тот остался верен гадючникам, в которые они когда-то ходили вместе. - Ты становишься таким скучным снобом, Дерек, - говорил он с отвращением. Теперь, когда они перестали ходить вместе в круизы, между ними стало еще меньше общего, чем раньше. Дерек все чаще тяготился тем, что вынужден делить с Микки квартиру, наблюдать разные отвратительные сцены, слушать, как тот блюет в сортире, находить повсюду запачканные кровью носовые платки, как в будуаре гребаной Травиаты, только Микки сморкался кровью, а не кашлял (что было бы все-таки немного изысканнее), обнаруживать, что Микки опять сожрал овсянку, которую Дерек приготовил для себя, вызывать мастера, чтобы заменить оконное стекло, которое Микки разбил в кокаиновом психозе. А еще они ссорились из-за денег - кто платит за квартиру и за воду? А почему отключили электричество, третий раз за год? Дерек не хотел брать на себя все планирование общих расходов, но Микки вообще не желал интересоваться такими глупостями как мелкий ремонт, уборка или хозяйственные покупки. К тому же, почти каждый раз, когда усталый Дерек возвращался поздно ночью после спектакля, в доме был кто-то третий. При этом сам Дерек избегал приводить в квартиру своих одноразовых приятелей - они все были слишком приличными, чтобы поместить их в такую обстановку хотя бы на время. Только раз он изменил этому правилу и тут же пожалел об этом. Ему попался в кофейне возле Ковент Гарден совсем юный мальчик, лет шестнадцати, не больше. Мальчик жил с родителями, поэтому Дереку ничего не оставалось, как пригласить его к себе. Он весь дрожал в предвкушении, представляя себе, что будет делать с этим мальчиком, наверняка совершенно невинным (а Дерек уже начал находить удовольствие в невинности партнера)... Но Микки, к несчастью, оказался дома и царственно выплыл в прихожую в своем потрепанном атласном халате. - Это еще что? Дерек, ты решил подработать няней? Гость Дерека вопросительно и испуганно переводил взгляд с одного на другого. - Э-э-э, это мой сосед. Не обращай внимания. Он все понимает и будет заниматься своими делами. Да, Микки? - с нажимом уточнил Дерек. - Да нет у меня сегодня никаких дел, - Микки невинно распахнул глаза, не реагируя на грозную мимику Дерека из-за плеча мальчика. - Как раз хотел повеселиться. Тебя как зовут, сладкий? Хочешь выпить чего-нибудь? - Я Бен, - мальчик испуганно глядел в покрасневшие глаза Микки, в которых светилось безумие. - Нет, спасибо, я ничего не хочу. - Пойдем в комнату, - мягко напомнил Дерек, беря Бена за плечо и подталкивая вглубь квартиры. - Микки, мы справимся без тебя. Но тот увязался следом, откровенно рассматривая гостя: - Дерек, а он довольно милый. Мне надоели старики, так что я не против. Дерек, ну не дуйся. Я-то с тобой делился, ты помнишь? - Что он имеет в виду? - шепотом спросил Бен, дернувшись под рукой Дерека. - Он просто… м-м-м… болтает вздор. Он не совсем трезв, - Дерек бесцеремонно захлопнул дверь своей комнаты перед носом Микки. - Извини за эту сцену. Но Бен никак не мог успокоиться. - Мне, наверное, лучше уйти, - промямлил он, оглядывая комнату Дерека и явно не находя никакого очарования в старых отсыревших обоях, разномастной мебели и сто лет не мытых окнах. Кажется, он начал подозревать, будто угодил в притон. - Брось, - ласково сказал Дерек со своей неотразимой улыбкой. - Мы же собирались послушать музыку, помнишь? - Ну ладно… - рассеянно кивнул Бен. Но был весь напряжен и никак не реагировал на дразнящие легкие поцелуи и почти дружеские объятия. Все это входило в новый охотничий арсенал Дерека - не пугать благовоспитанных юношей напором и прямолинейностью, но заставить их размякнуть и освоиться рядом с ним и уж тогда… - А постоянно тут этот сосед? Он не подслушивает? - Забудь о нем, - уже с некоторым раздражением велел Дерек. - Пока мне приходится мириться с его присутствием, но это не надолго. Я живу тут временно. Пока не найду собственную квартиру. Он сказал это, чтобы произвести впечатление на Бена, но неожиданно подумал: а почему бы и нет, в самом деле? Если бы Роджер не увел все его сбережения, он бы прямо с завтрашнего дня принялся просматривать объявления в газетах. Потому что Микки иногда был совершенно невыносим. И это “иногда” незаметно превращалось в “почти всегда”. Дерек уже начал забывать, сколько восторгов и приятных волнений он познал с Микки в первые месяцы их знакомства и совместной жизни. А сейчас… Привычка и все более редкие быстрые перепихи, а не тяга быть вместе. - Так, может, я приду к тебе на новую квартиру? - робко предложил Бен. - В другой раз, а? Просто я обещал своим вернуться пораньше и погулять с собакой, потому что они идут в театр. Совсем забыл об этом. - Не ври, - это вообще никуда не годилось. Дерек уже настроился и ощущал как кровь быстрее бежит по жилам. - Я не приглашаю тебе остаться до утра, через час пойдешь домой. Так что давай, раздевайся уже. - Что?.. - растерялся Бен и сначала покраснел, потом побледнел. - Как? Зачем? Ты чего от меня хочешь? Поняв по этой панической реакции, что перегнул палку, Дерек сбавил обороты, даже отступил на шаг. Эти приличные ребята никогда не признаются даже самим себе, чего они на самом деле хотят, когда идут к нему домой или ведут его к себе. С ними так нельзя. Все должно происходить как бы само собой. - Ладно, - сказал он. - Все хорошо. Я просто предложил, но раз ты не хочешь - не надо. Ну так что, какую музыку ты любишь? Но Бен уже был охвачен недоверием и страхом. - Я лучше пойду, - твердил он, бочком продвигаясь к запертой двери. - Прости, но мне и правда пора. Удерживать его силой Дерек не мог. Еще полицию приведет. В коридоре же их снова поджидал Микки, хлебающий шампанское прямо из бутылки. - Как, уже? Так быстро? Дерек, ты меня пугаешь. Покажись доктору. Наверное бедняжка Бен остался ни с чем. Заходи ко мне, милый, раз старина Дерек стал ни на что не способен. - Заткнись, - прошипел Дерек. Нет, Микки решительно нарывается на крупную ссору. - Бен, не обращай внимания… - Да, я помню, - невнятно пискнул тот, торопливо натягивая куртку. - Пока… И, прежде чем Дерек успел взять с него слово, что он не понял это недоразумение неверным образом и не собирается жаловаться папочке с мамочкой, Бен испарился. - Ты какого хера творишь? - набросился Дерек на Микки, едва в парадной хлопнула входная дверь. - Это не смешно! Это опасно! Я же не лезу с комментариями к своим богатеньким стариканам! - Мне было скучно, - пожал плечами Микки, примирительно протягивая Дереку бутылку теплого шампанского. - Ты чего так психуешь? Неужели правда не смог?.. Или… О! Так это ты остался ни с чем? Малец тебя послал? - Заткнись, - повторил Дерек и отвесил Микки подзатыльник. Не в полную силу, больше из раздражения. Но тому хватило и этого. Микки как подрубленный рухнул на пол, заливая шею и халат шампанским. - О-о-о, белый господин изволит гневаться! Я уже недостоин его, он всячески дает понять, что предпочитает чистую публику. - Хватит, я сказал! - снова прикрикнул на него Дерек. - Не зли меня. - Иначе что? - полюбопытствовал Микки, разлегшись на полу. Атласный халат распахнулся, открыв взору Дерека бледное, болезненно-худое тело. На коже поблескивали липкие потеки шампанского. Было отвратительно думать о том, что с ним делают всякие старики. Но ведь Микки никто не заставляет предпочитать их Дереку. - Иначе я тебя убью, - отозвался Дерек. - Сделай это, Дерек, пожалуйста, - засмеялся Микки и протянул к нему руки. - Сделай наконец хоть что-нибудь настоящее! А то ты совсем не похож на злодея, хотя и играешь Ротбартов. Даже мальчишку не смог выебать, стоило ему начать ныть. Дерек камнем упал на него и схватил за горло. Микки продолжал весело смеяться, пока ему хватало воздуха. Потом затрепыхался и попытался царственным жестом “хватит” остановить Дерека, но тот только крепче сжал пальцы. И тогда Микки испугался, его глаза округлились, и это понравилось Дереку, как понравилась хрупкость тонкой шеи Микки под пальцами. У него встал, и Микки почувствовал это и выгнулся под ним, чтобы потереться пахом о пах. Этого оказалось достаточно, чтобы Дерек раздвинул его ноги прямо тут, на не очень чистом полу в коридорчике. Удобной кровати Микки не заслуживал. Но он, кажется, на нее и не претендовал и вцепился обеими руками в плечи Дерека, без слов прося: давай, давай скорее. И Дерек засадил ему, нарочно причиняя боль, будто желая разорвать напополам. Но и Микки явно хотел того же, потому что его лицо до самого конца было искажено экстатическим наслаждением. Потом, когда Дерек в изнеможении тяжело дышал ему в плечо, не в силах откатиться в сторону, Микки не принялся ядовито комментировать дикарство любителя чистеньких мальчиков, а тоже молча восстанавливал дыхание. И даже, кажется, одобрительно погладил Дерека по спине.