Блэк и Холливелл | Сериал про Мародеров

— Скажи это вслух! Я хочу это услышать!       Одетт смотрела прямо в глаза гриффиндорцу и не понимала, о чем просит ее Сириус. Неожиданно для обоих, дверь выручай-комнаты начала медленно открываться, и разговор между ними так и остался недосказанным.       В комнату вошли двое студентов. Сириус и Одетт едва успели спрятаться в соседней комнате, где была широкая двуспальная кровать с балдахином. Осторожно выглядывая из-за угла, они увидели Мэри Макдональд в компании... Сириуса Блэка?! Блэк с удивлением смотрел на самого себя. Его почти сразу осенило, что Холливелл отправила их не в то время. Более того, он с неловкостью бросил взгляд в сторону кровати, понимая, что парочка совсем скоро переместится на нее. — Куда ты меня привел?! Ты ненормальный! — Вопила истерично Мери. Она была одета в красивый красный комбинезон. Волосы были распущены и красиво уложены. — У меня было вообще-то свидание! — А теперь свидание со мной. — Блэк «из прошлого» вальяжно развалился на диване, будто у него был самый тяжелый день за этот год. На самом деле так и было. — Назови хоть одну причину остаться с тобой!       Сириус, стоявший за спиной Одетт, перестал подглядывать за самим собой и облокотился на стену, зажмурив глаза. Он знал, что он сейчас скажет и ему было ужас как неловко перед блондиночкой. — Я тебя люблю.       Одетт видела, как Сириус поднялся с дивана, подошел к Мэри, ласково взял ее за подбородок и поцеловал крепко в губы. Она не смогла смотреть на это дольше двух секунд, появилось какое-то тяжелое чувство отвращения, и Холливелл отвернулась. Она обратила внимание на Сириуса и заметила в его взгляде глубокое сожаление. Он бы никогда в жизни не хотел, чтобы она узнала об этом. Ему было стыдно. — Ты не могла бы указать конкретную дату в своем заклинании? Переписывай! А то они скоро придут сюда.       Сириус решил взять все в свои руки, наколдовал новый пергамент и переписал ее заклинание, добавив в него дату. Появился портал в сине-белом энергетическом вихре, и они поспешили к нему. Однако перед тем, как шагнуть в него, Одетт еще раз решила посмотреть, как они целуются, и понять, что она чувствует в этот момент, но Сириус буквально не дал ей этого сделать и потянул за собой. Они шагнули и вновь оказались в выручай-комнате. — Ты еще спрашиваешь, в чем проблема?!       Юноша прекрасно понимал, к чему она клонит. — С одной спишь, другой - предлагаешь встречаться, а любишь - вообще третью?       Блэк развернулся к ней всем телом. Он проигнорировал ее, в его глазах читалась явная жажда узнать другую правду. — Ответь на мой вопрос. Какой год был там, в твоем городе? — Тысяча девятьсот семьдесят… — Ответь честно! Ты - из будущего?       Сириус взял ее за плечи, Одетт пыталась отстраниться, шагая назад, но он не давал ей вырваться, хоть и держал не сильно крепко. — Знаешь, что я сейчас действительно хочу - принять душ и съесть огромный кусок пиццы. Холливелл попыталась выйти из его хватки, но Сириус лишь спустил руки с плеч чуть ниже. — Еще раз поцелуешь…       Сириус немного остепенился и отпустил девушку. — Ванная там, а пиццу я сейчас организую. — Спокойным голосом произнес парень. — Это может быть наш последний вечер в Хогвартсе. Останься. — Если зайдешь, в этот раз точно пристрелю!       Блэк тут же поднял руки вверх, будто бы сдаваясь, и сделал шаг назад. — Ладно-ладно, проверять не буду.       Холливелл зашла в небольшую ванную комнату. Зажгла свечу и поставила на край раковины. Вглядываясь в свое отражение в зеркало, она смотрела себе в глаза и шептала заклинание. «Для тех, кто хочет узнать правду, Кто хочет открыть сердца и умы. Отныне и до тех пор, Пока не закончится этот час. Те, кто в этой комнате, Да услышат правду из других уст.»       Пламя свечи погасло само по себе. — Ну что ж, у меня есть час рассказать всю правду и увидеть твою реакцию. Пол часа из которых я буду принимать душ!       Спустя время Одетт вышла к Сириусу, одетая после душа в теплый зеленый халат. Заметив, что парень стоял тоже одетый в серый длинный халат, она остановилась как вкопанная. Понимание, что они сейчас наедине, и оба почти раздеты, добавляла в эту комнату атмосферу страсти. Однако то, что Холливелл услышала совсем недавно заставляло идти на разговор с ним с холодной головой. — Я тоже решил принять душ, очень хотелось принять его бы с тобой. — Сириус понял по ее выражению лица, что лучше не заканчивать предложение и указал на стол, где была открыта большая коробка с пиццей. — Угощайся.       Одетт жадно бросилась на горячий сочный кусок теста с сыром и колбасками. Блэк облокотился на спинку мягкого дивана и с интересом наблюдал за ее аппетитом. — Ну так, какого ты года? Две тысячи шестого?       Холливелл чуть не поперхнулась едой. — Спокойно поесть не дашь. — Она вытерла уголки рта пальцами, и в этом движении Блэк отметил для себя какие у нее утонченные руки. Она положила кусок обратно в коробку и вытерла пальцы салфеткой, уселась поудобнее и приготавливаясь к предстоящему разговору. — С чего такой вопрос? — Было много знаков, — начал Блэк издалека. — Какие еще знаки? — Какого года машина, на которой мы ехали? — Не знаю. Восемьдесят третьего или… — Одетт резко дала на попятную, понимая, что оговорилась, — то есть семьдесят третьего! Я хотела сказать — семьдесят третьего!       Блэк усмехнулся и Одетт поняла, что в чем-то уже раскрылась. Сириус также понимал, что от ее ответа на его главный вопрос может сейчас измениться его отношение к ней. И это отношение может быть не в положительную сторону. — А это что за цифры? Это календарь, а значит, что это - год? — Сириус достал телефон серебристого цвета с изображением надкусанного яблока на задней крышке, он почему-то был уже разблокирован, и на экране было открыто приложение «Календарь», изображен месяце «июнь» и год «2024». — Если ты родилась в две тысячи шестом, как ты раньше мне об этом «пошутила» и прибавить твои восемнадцать лет, то как раз выходит, что ты из две тысячи двадцать четвертого года, как и на календаре.       Блэк посмотрел ей в глаза, чтобы увидеть в них ответ первее, чем произнесут ее губы. — Так ты - из будущего? — Как ты узнал пароль? Отдай его мне!       Блондиночка буквально накинулась на него, забыв, что они оба в халате. Юноша еле успел спрятать телефон за спину. Одетт навалилась на него всем телом. Одной рукой она давила ему на грудь, а второй — пыталась залезть под его спину, чтобы вытянуть телефон. Ее светлые волосы свисали на одну сторону, обнажаю шею. Блэк почувствовал приятный аромат свежести, какой-то сладкой травы. Он смотрел на ее ключицы и боролся с собственными желаниями в этот момент. — Осторожнее, я после душа ничего не надеваю, — Блэк взглядом намекнул, что она сидит-полулежит на той самой части, где как раз ничего не надето. Свободной рукой он слегка дотронулся до ноги девушки, которая находилась между краем дивана и его ногой. Холливелл это заметила, но как ни странно, не отстранилась. Оставив свои усилия по поводу телефона, она всмотрелась в глаза парня, оставаясь одной рукой на его груди. «Почему после того, что я знаю — ты мне не противен, почему я не отдаляюсь?!»       Блэк не подал виду, что услышал ее мысли. — Ответь честно, это очень важно для меня. — В голосе парня послышались нотки тревоги. — Ты поэтому хотела попасть в Министерство? Подделать документы? Ты не существуешь в этом мире? — Я же прямо здесь, значит, я существую.       Сириус с усилием запретил себе всматриваться в ее синие глаза и нехотя отодвинул руку от ее нежной кожи. Он уже приказал себе в голове, что дальше ему придется отстраниться от нее навсегда, и этот запах он не почувствует больше никогда и смотреть на нее так не сможет, как сейчас. Она чужая для его мира. Она уйдет отсюда рано или поздно. — Нет, по-настоящему быть прописанной в этом мире. Паспорт, документы о рождении, твоя фамилия. Ты… — Сириус печальным взглядом всмотрелся в ее глаза и мысленно с ней попрощался, — так не пойдет.       Блэк поднялся и сел на диван. Одетт тоже отстранилась и села в уверенную позу, скрестив ногу на ногу. — Документы? Почему для тебя это так важно? — Дамблдор знает? — Нет... Он получил письмо от моей мамы. Хотя я не знаю, кто меня сюда отправил на самом деле… Но я очень хотела учиться в школе магии, это она знала. Сириус сделал глоток пива. Внезапное чувство разочарования медленно начало поглощать его. Одетт поняла, что он не особо проникся ее откровением. — Ладно, оставь телефон себе. Он долго работать не будет. Заряд сядет, и он превратится в бесполезный предмет. — Ты не хочешь вернуться обратно? — Сначала мне нужно стать более сильной. — А если нас отчислят, куда ты пойдешь?       Гриффиндорец развернулся к ней всем туловищем. — Буду жить с тобой какое-то время. — Непринужденный ответ бросила ведьмочка, отчего       у Блэка брови на лоб полезли. — Ты и сам видишь, что с порталами у меня пока не очень хорошо получается.       Сириус ухмыльнулся. — Была бы ты моего года рождения, а не гостьей из будущего, мы бы жили вместе, поверь.       Это был мой план, кстати. — Что еще за план? Рассказывай. Я тебе призналась, и ты мне признайся. — В этом уже нет смысла. Если у тебя не получилось подделать документы, ничего не выйдет. — Так вот что нужно было сделать, чтобы ты от меня отвалил - сказать, что я - из будущего? — Одетт поднялась на четвереньки и подползла с злой гримасой к парню. — Знаешь, когда закончится действие заклинания, и ты забудешь наш разговор, я подойду и скажу тебе это прямо в лицо.       Гриффиндорец не успел сообразить, о каком заклинании она говорит, как снова они услышали скрип двери, и оба испугались. В этот раз у них даже не было времени куда-то спрятаться. Староста школы зашел в комнату очень уверенно. Когда Блэк увидел, что заходит Римус, а не Джеймс, он заметно выдохнул с облегчением. — Сириус! — Люпину было как будто привычно видеть подобные сцены, где девушка, не важно какая, была рядом с Сириусом и полураздета. — Ты должен вернуться в гостиную! — Ты не видишь, что я здесь не один?! — Я бы мог списать баллы факультета студентке Слизерина за то, что она гуляет в неположенное время.       Одетт не стала спорить, спустилась с дивана и очень красивой уверенной походкой прошла мимо Римуса, дерзко бросив напоследок: «Доброй ночи, оборотень». Парня бросило в холодный пот. Как только ее силуэт спрятался за закрытой дверью, Люпин бросил злобный взгляд на Сириуса. — Я ничего не говорил! — Блэк поднялся с дивана. — Это шуточки слизняков, а она — одна из них. — Теперь я понимаю, чего Джеймс так боится!       Римус посмотрел на друга с недовольством и вдруг тот резко замер и несколько секунд просто смотрел в одну точку, а потом будто быстро «отмерз». — О, Рем! — воскликнул Сириус и начал оборачиваться по сторонам, — а ты случайно… — Холливелл ищешь? Она ушла. — Почему я в халате?       Люпина осенило. — Она тебя заколдовала! Ты рассказал ей, что я — оборотень, и она тебе стерла память? — Нет-нет… мы должны были обсудить кое-что другое.       Римус все равно отнесся скептически к ответу друга. Он хлопнул Блэка по плечу, направляя его в сторону двери. — Хорошо, что здесь не было Джеймса.       Одетт вернулась в больничную палату и улеглась на свою кровать. Слишком большое количество эмоций она успела испытать за один вечер. От этого погружение в сон ей давалось довольно трудно, к утру она смогла поспать всего лишь несколько часов. Когда солнце уже хорошо осветило больничную палату, она открыла глаза и первым делом бросила взгляд на свой прикроватный столик. Там, где должна была лежать книга, было пусто. Она сначала не поверила, но на всякий случай резко подорвалась и стала внимательнее искать книгу про Артура Блэка. С диким ужасом в глазах, она признала, что ее нигде не было, кто-то забрал ее, пока она спала.       Девушка быстро осмотрелась и подошла к одному пациенту, лежавшему с ней в больничной палате. Громким приветствием она прервала его поверхностное дремание, и он открыл глаза. — Кто-нибудь был здесь утром? — Со «слизнячками» не разговариваю.       Одетт мигом наколдовала энергетический шар красного цвета и встала в угрожающую позу. — Ладно-ладно, — выкрикнул юноша, отдаляясь в угол кровати, — здесь была твоя староста.       Слизеринка была не рада услышать такой ответ. — Мисс Холливелл!       Одетт обернулась на голос профессора Макгонагалл и нервно убрала энергетический шар. — Зайдите в мой кабинет, — строжайше произнесла преподаватель и ушла.       Ведьмочке стало тревожно. Теперь она стала бояться не только за наказание, что они покинули вчера Хогвартс с Сириусом, но еще и за ее минутное агрессивное поведение.       Примерно же в это время, Лили Эванс сидела во дворе, греясь едва теплыми лучами утреннего солнца. Она была одета в теплую рубашку и джинсы, и все равно ей было холодно от ее внутренних нерешительных мыслей. К ней подошел Римус и опустился рядом на ступени. — Лили, все нормально? — Римус, я попрошу тебя не рассказывать об этом никому. — Ты можешь на меня положиться, ты же знаешь. — Ты будешь ошеломлен тем, что я скажу.       Люпин вопросительно вздернул бровь вверх. Эванс повернулась к нему лицом, собрала всю свою смелость и призналась. — Мне нужно пригласить Джеймса на свидание.       Удивлению Римуса не было предела, он по очереди то открывал рот, то закрывал, глаза метались то на Лили, то на окружение вокруг. — Просто я уверена, что когда я об этом ему скажу, об этом узнает вся школа, а я этого не хочу! — Я наложу на него чары. — Усмехнулся добродушно парень. — Думаю, только это поможет. — Ну вот, — Лили тяжело вздохнула, — об этом я тоже думала, но… — Попробуй ему сказать об этом прямо! Что для тебя это важно! — Мне нужно, чтобы оно прошло не просто тихо, а еще и идеально. Я хочу познакомить его еще и с моей сестрой, и если он покажет себя как обычно, то.       Люпину было трудно смотреть на то, как она борется с внутренними чувствами и не может высказать то, что хочет на самом деле. — Знаешь, после того случая с тобой. Прости, что напоминаю…       Лили лишь грустно улыбнулась. Пока они думали, что они обсуждают это наедение, за стеной коридора, находящегося недалеко, стояла темноволосая студентка Слизерина, и не притворяясь, подслушивала их разговор. — Он по-другому на тебя смотрит. — Римус легонько толкнул своим плечом в плечо Лили, чтобы приободрить ее. — Мне кажется, он оценил ценность жизни в каком-то смысле.             Особенно твоей. Да и главное, чтобы сейчас Сириус с Холливелл на глаза ему не попались, он из-за этого может взбеситься. Не могу понять причину, правда. — Они часто проводят время вместе, да? Мери лучше об этом не рассказывать. — Вчера ночью пришлось их разгонять по своим спальням! — Возмутился Люпин. — Мне тоже жаль Мэри, и как он поступает с ней — неправильно.       Рейвен Хигс определенно жаждала поскорее донести эту новость своей старосте, поэтому больше подслушивать не стала. Лили стало зябко, и она обхватила себя руками, юноша заметил это и приобнял ее одной рукой за плечо. — Римус — ты настоящий друг. Спасибо тебе огромное. — Парень дружески склонил свою голову к ее рыжей макушке, — А с Джеймсом, походу, придется рискнуть.       Перед походом к МакГонагалл, Холливелл переоделась во все белое — белые джинсы, белая футболка, светло-бежевый кардиган, в котором она была вчера в кафе. Да, он напоминал ей поцелуе с Сириусом, но одела его не для этого, она решила, что просто в нем так теплее. Она оделась во все белое будто бы была уже готова не защищаться больше, а признаться.       Когда она зашла в кабинет, она сразу увидела силуэт парня и со спины узнала чей он. Можно было бы догадаться, что она будет здесь не одна, но хотелось именно последнего. Она сжала руки на груди, вжимая пальцы в теплые нитки кардигана и встала рядом с парнем, не здороваясь с ним даже взглядом. — Это письмо от вашего отца, Сириус.       Блэк повернул голову в сторону блондиночки. Он сразу узнал ее теплую кофту, ему вспомнилось то чувство, которое накатило на него вчера, после того, как она решительно хотела пристрелить того парня, а он отвлек ее своим поцелуем. — Просто скажите, что вы нас отчисляете.       Макгонагалл отложила конверт, даже не зачитывая, что там было написано. — Сначала я вам не поверила, когда вы сказали, что вы трансгрессировали аж до Министерства Магии! — Случайно вышло.       Профессор посмотрела на Одетт, ожидая ее версию. — Я хотела… доказать вам что… я что-то умею.       Минерва не поверила в это. — Во-первых, в школе нельзя трансгрессировать. Вы это уже знали наверняка, иначе зачем вам нужно было уходить за пределы границ Хогвартса?       Сириус и Одетт переглянулись друг на друга с полсекунды. «Неужели нас кто-то видел?» — Пивз вас видел.       Едва имя полтергейста было произнесено, он появился откуда-то с потолка в смешной темно-синей шляпой с бубенцами. — Ооо, кто-то назвал мое имя, и я тут как тут! Ребят, что такие грустные? Как будто вас отчисляют. Ой только не говорите, что это из-за меня.       Полтрегейст рассмеялся, а Одетт оскалила зубы. «Только попадись мне, я мигом отправлю тебя в преисподнюю».       Видно было как Пивз вылупился удивленным взглядом в студентку Слизерина. — Она, между прочим, не шутит. — Произнес неожиданно Сириус. — Я там уже был, славное местечко. — Аххха, ну мне пора!       Полтергейст разогнался и влетел в потолок, исчезнув за ним. — О чем вы? — Минерва ведь не слышала мыслей Холливелл.       А вот сама девушка повернула голову в сторону парня, вопросительно посмотрев на него. Сириус резко понял, что нужно было сначала убедиться, что она произносила то выражение открытым ртом. Сейчас ему резко захотелось стать невидимым, и он делал вид, что не замечает ее настырного вопросительного взгляда. — Итак, мисс Холливелл. Если вы хотели что-то доказать мне — вы докажите это. Я уговорила директора поставить вам сдачу всех экзаменов через два дня!       Одетт ахнула от этого. — А для вас, Сириус — теплицы профессора Стебель — ваша вторая гостиная до конца этого года. Выполняйте всё, что вам там скажут. — Вы хотите, чтобы она подготовилась ко всем экзаменам за два дня? — парню было будто наплевать на собственную часть наказания, он больше переживал за девушку, стоящую рядом.       Минерва шумно выдохнула. — Сириус, я очень удивлена тем фактом, что вижу вас двоих чаще, чем тебя и Поттера.       Блэк усмехнулся, в душе он тоже понимал это. — Я ей просто помогаю адаптироваться к школе. — Чья из вас это была идея? И зачем вы туда отправились?       Оба молчали, хоть зелье правды используй. — Ну хоть в этом вы предсказуемы. Можете быть свободны.       Одетт вышла первой. Она шла быстрым шагом, а Сириус сначала не хотел ее догонять, чтобы их не заметили остальные студенты. Но когда она завернула за угол, и он почувствовал, что потеряет ее, он ускорился. И тогда чуть не врезался в нее. Она смотрела на него в упор, сложив руки на груди. — Что это было? — Ничего… — Значит, теперь ты читаешь мои мысли? — Ну, знаешь… твои мысли очень отличаются от твоей внешности. — Всего пару дней. И я уйду. Просто буду держаться от тебя подальше. — Я могу помочь… — Зачем это тебе?       Блэк не решался рассказать всю правду и сделал невинное лицо. Одетт нашла в себе силы уйти первой, не о чем больше не расспрашивая.       Холливелл вернулась в гостиную. Она сразу нашла Нарциссу за столом, окруженной своими двумя приближенными подругами — Оливией и Рейвен. Когда Одетт подошла к ним поближе, Рейвен замолчала, и все трое посмотрели на блондиночку. — Ты вчера весь день молчала, затем куда-то пропала с Блэком, — староста была невозмутима, но строга, — а затем я нахожу на твоем столике это — биография Артура Блэка? Как ты мне это объяснишь?       Одетт была не рада увидеть эту книгу в ее руках. Ей бы хотелось скорее вернуть ее Сириусу, но теперь она не понимала, как. — Это все уже не важно. Макгонагалл приказала сдать мне все экзамены через два дня. Так что через пару дней вы меня не увидите. Разбирайтесь теперь сами со своим Поттером и Блэком!       Холливелл поняла, что не сможет с ней сражаться и легче было смириться с поражением и уйти. — Стой! — Нарцисса сделала голос мягче. — Я не хочу, чтобы ты уходила. Ты можешь отдать это.       Одетт с едва заметным удивлением во взгляде посмотрела на старосту, а потом протянула руку к книге. — Только знай, что после этого ты ему будешь неинтересна. — Ехидный взгляд Нарциссы заставил Одетт задуматься. — Вы что-то знаете, о чем-то мне не договариваете. — Мы поможем тебе сдать экзамен. — Опять сделка? — Ты хочешь остаться в школе? — Еще бы! — Ради учебы или ради Сириуса?       Взгляд ведьмочки был непоколебим. — Он тебе предложил встречаться? — спросила Оливия.       Холливелл усмехнулась, но ничего не ответила. — У нас есть некоторые проблемы с Сириусом. По семейным обстоятельствам. Ты нужна нам, чтобы он был отвлечен от решения этой проблемы как можно дольше. — Может его просто прикончить? Оливия встрепенулась. — Нет! — Твердо ответила Блэк.       Одетт понимала, что до истины она доберется не так сразу, они что-то знают, но не договаривают. И второе, она — не сдаст экзамены без помощи, сама так быстро не справится. Ей нужно опять выбрать, чью помощь она примет и сможет ли играть на обеих сторонах. — И что же мне нужно делать? — Пригласить его на свидание.       Одетт выдавила удивленный смех. — Это необычное свидание. Это первое свидание Лили и Джеймса, и ты его должна испортить им. Это будут наши личные счеты с Поттером. А потом, выясни, какой план у Сириуса. Он ведь не спроста увязался за тобой. Используй «Империус». — Запрещенное заклинание? Хитро ты придумала. — Тебя и проверить никто не сможет. У тебя нет палочки. Просто покажи, что ты не мягкотелая дурочка, которая влюбится после первого свидания. — Ты правда думаешь, что я потрачу на него свой последний день в школе Магии? — Выбирай. Встречаться с Сириусом на наших условиях и делать все, что хочешь в свободное от учебы время — ни экзамены, ни домашка для тебя не будут проблемой до конца этого года. — До конца этого года? Значит, три месяца…       Нарцисса замолчала. Одетт смотрела на нее с подозрением. А спустя некоторое время, забрала книгу и вышла из гостиной. Одновременно это можно было считать и отказом и согласием, ведь у нее был целый день, чтобы решить это.       В спальне девочек Гриффиндора было всего трое студенток. Лили Эванс расчесывала свои мягкие рыжие волосы и украдкой поглядывала на розовый конверт, лежащей перед ней. Это было письмо от сестры, но она так и не решилась рассказать своим подружкам о нем. Бывают такие ситуации, для которых просто не найдешь идеального времени. И вот, когда Мери как раз прошла рядом и заметила его, Лили не стала отнекиваться. — Я собираюсь пригласить Джеймса на свидание, - уверенно ответила Лили на вопрос Мэри и рассказала, кто его прислал и почему она хочет пригласить парня, которого не любила все эти годы.       Алиса Вуд, читавшая спокойно себе книжку на кровати, резко подорвалась с места. — Ты заболела?       Алиса еле сдержала себя в руках, чтобы не дотронуться до лба подруги, а Мэри призадумалась, не заколдовал ли ее сам Поттер. — Нет, я же вам говорила, я влюбилась.       Этот разговор на самом деле был долгим, о другом, но в свою голову Лили решила отложить только эти предложения и только эти вопросы будто и звучали, и даже ее единственный ответ. Словно то, в чем она призналась подругам на самом деле было неправильным и ей было страшно, если бы узнал об этом сам Джеймс. То, что именно она рассказала, раскроется для нас чуть позже, а Лили собралась и уверенной походкой пошла искать Поттера по замку.       В полдень Холливелл переоделась в черный сарафан с двумя широкими карманами и отправилась в теплицу, собрать ингредиенты для зелья. В этом теплом приятно пахнущем месте было приятно остаться одной со своими мыслями. «Насколько же сильно я хочу научиться магии… На что я готова ради нее пойти… Я ужасный человек… Но я все исправлю».       Неподалеку Сириус разбирался с заданием профессора Стебель по пересадке растений. Он сразу же заметил ведьмочку и спустя несколько минут бросил свои задание, просто не смог справиться с чувством притяжения и поддался ему.       Одетт перебирала цветы, аккуратно осматривая каждый лепесток, чтобы найти то самое растение. Оно должно было быть с коротким тонким стеблем, с треугольными листьями пурпурного или фиолетового цвета и с яркими белыми прожилками. Телом она почувствовала, как кто-то подходит к ней. В этом чувстве не было страха, но было недоверие. И когда она увидела Сириуса, она сразу вспомнила о том, что нужно держать свои мысли под замком. — Ищу растение для зелья Горация. Не хочу упускать еще один шанс остаться здесь, еще нужно подготовиться к экзаменам.       Блэк посмотрел в ее книгу, молча прочитал название и ушел в соседнюю комнату, где были растения преимущественно синих оттенков, но именно среди них он и нашел этот маленький хрупкий цветок. Он принес его в маленьком горшочке. Сириус протянул свою ладонь над ее и передал цветок. Эта передача была очень медленной и аккуратной, словно ему хотелось подольше чувствовать прикосновение к ее коже. Она тоже заметила это и, когда его рука обхватила ее руку снизу, будто бы заботясь о том, чтобы она не уронила цветок, Одетт подняла свой взгляд на него. — Этот цветок - один из главных ингредиентов. — Сириус тоже поднял свой взгляд на нее. Оба старались прочитать истинные намерения друг друга. Одетт видела в его взгляде доброту, но головой понимала, что доверять одному взгляду нельзя, а Сириус видел ее упрекающий взгляд, но внутри хотел надеяться, что сможет когда-нибудь увидеть мягкость и доверие. — Сириус, я тебя везде ищу!       Одетт тотчас опустила руку, а Сириус обернулся через плечо и увидел Марлин Маккинон. — Ей ты тоже признался в любви? — съязвила Одетт, с силой сжала цветок, едва не сломав его, и оставила их наедине.       Сириус следил взглядом за уходящей Одетт, пока ему не помешала голова Марлин, стоящей слишком близко. Хотелось взять ее за плечи и отодвинуть на несколько шагов назад, но он выбрал отстранить ее словами. — Марлин! Мы — не встречаемся! — Значит, ты и правда так поступаешь со всеми?! — А ты что, какая-то особенная?! Да, ты красивая, мне всё понравилось, но можешь заниматься своими делами?!       Холливелл подслушала разговор за стеклянной перегородкой, специально замедлившись, чтобы слова оставались еще четко различимыми. И последнего было достаточно, чтобы больше не сомневаться в своих ощущениях к этому человеку. На последнее едва слышное «козел», Марлин развернулась и собиралась уйти, и Холливвелл ускорила шаг и покинула теплицу.       Параллельно этому произошла встреча Эванс и Поттера. Когда ведьмочка нашла Джеймса у моста, ведущего в лес, парень был один. В последнее время было действительно странно его видеть одного. Даже Питер не шатался где-то рядом. Джеймс почувствовал ауру девушки, от которой он сходит с ума и потушил сигарету. Лили не стала к этому придираться и лишь встала рядышком с ним. Парень в очках посмотрел на нее, повернув голову в бок. Они стояли некоторое время молча, провожая закатное солнце. Лили некоторое время не решалась говорить, хотя до этого была полна уверенности. В ее голове было четкое понимание, что от ее вопроса сейчас может все измениться, но больше всего она боялась ярких безудержных эмоций Поттера. Она боялась, что он будет сейчас орать и ликовать, кричать каждому «Эванс пригласила меня на свидание! Ура! Вы слышали? Вы поняли? Да? Она меня выбрала». «Нет, наверное, это все очень глупо». — Ты что-то хотела сказать? — голос Джеймса на удивление показался ей приятным. — Пойдешь со мной на свидание?       Лили повернула голову на Джеймса, они встретились на пару секунд взглядами, и она смущенно отвернулась. Поттер продолжал смотреть на нее молча несколько минут, пытаясь поверить в то, что она сама сказала это. — Это точно Лили Эванс сейчас рядом со мной?       Рыжеволосая ведьмочка коротко улыбнулась. — Я честно сказать, очень удивлен. — Я только прошу, не делай из этого шоу. — А когда? — Завтра в шесть. Это будет в Лондоне. Я возьму разрешение у директора и портал.       Поттер довольно-таки сдержанно удивился и кивнул коротко головой. Лили не знала, куда деть руки, она то сдавливала свои пальцы, то прятала руки за спину. И в какой-то момент парень повернулся к ней лицом и просто обнял ее за спину. Она не сразу откликнулась на его объятия, словно по чуть-чуть разрешала себе к нему прикоснуться. И когда ладони дотронулись до его теплой рубашки, она поняла, что в груди стало трудно дышать, но она постаралась сделать глубокий вдох, почувствовать запах его одеколона или шампуня, она не разобрала… В тот момент Лили Эванс старалась разобраться еще и в том, что она чувствует к Джеймсу Поттеру. Пока что она решилась остаться на чувстве «постараюсь ему доверять».       Вечером, когда уже стемнело, Сириус отправился в библиотеку, чтобы решить одну из домашек. Здесь было немного студентов, тихо, едва слышался шорох переворачиваемых страниц. Юноша подошел к стеллажу и взял с полки книгу. — О, Сириус, красавчик.       Блэк сразу узнал по голосу Одетт, но когда он повернулся к ней, он будто бы увидел ее темного двойника. Девушка была одета в черную короткую юбку, черную рубашку, небрежно расстегнутую на груди, но так что лифчика было не видно. Блэк вернул свой скользящий взгляд по ее телу к ее лицу. На губах была черная помада, а на веках - черные тени, но тем не менее, она все равно выглядела по-дерзки привлекательной. — Знал бы ты сколько у меня фантазий с тобой в моей голове! Но, увы, даже не надейся.       Блондиночка уверенно схватила книгу с полки и красивой походкой ушла едва Сириус успел понять, что произошло. — Их тут что, двое? — произнес ученик Когтеврана.       А следом к этому же стеллажу, где стоял Сириус, вышла тоже Одетт, но уже в другом одеянии. Теперь на ней была розовая юбка ниже колен и белая блузка, застегнутая на все пуговицы. — Повтори, что ты сейчас сказала? — Сириус, извини, что я тебя так и не поблагодарила за то, что спас меня от смерти… Мне просто трудно выразить свои чувства, я думаю, что вокруг все предатели, включая и тебя, но на самом деле…       В следующий момент зашла еще одна Одетт, но уже в той же одежде, что Сириус видел ее в теплице. — Не смейте уходить, я просила по очереди искать мне книги. — Эээ… мне пора, — ответила Одетт «в розовом».       Холливелл обратила внимание на Сириуса и невольно закатила глаза. Не тратя силы на объяснения, она пошла за своими двойниками. Блэк естественно прошел за ней к столу, который был завален книгами. Одетт «в черном» сидела прямо на столе, упираясь ногами на стул и лениво перелистывала страницы. Одетт «в розовом» была рядом, но как прилежная ученица сидела на стуле ровно и что-то выделяла в учебнике. — Ах, так ты сделала себе помощниц? — умилительно восхитился Блэк, — Только вот они немного все с разным уклоном, да? — Не мешай мне ясно! Это лишь трансфигурация, — блондиночка раскрыла сверток с вопросами до самого пола, — а еще «История», а еще «Прорицания», «Травология»! — Хорошо... Я только кое-что уточню у той Одетт, с той более страстной частью тебя. — Валяй! — незамедлительно последовало предложение от Холливелл «в черном». — А если мы замутим втроем, это будет считаться измена?       Все три Одетт в миг округлили яростно глаза и обнажили свои демонически-красные энергетические шары. Правда, у Холливелл «в розовом» энергетический сгусток был немного с розовым оттенком. Блэк понял, что нападения не избежать и извинительно поднял руки вверх. Ему было забавно наблюдать такую реакцию. Он словил себя на мысли, что даже толком не успел представить эту самую ситуацию. — Астральные проекции!       Две Одетт исчезли в светлом свечении, и теперь Сириус и Одетт остались вдвоем. — У меня совершенно нет времени на эти разговоры! — Успокойся, все будет нормально. Я возьму большую часть вопросов на себя.       Холливелл уселась за книги, Блэк уселся рядом, не дожидаясь приглашения. Парень взял перо, пергамент, открыл книгу и начал писать ответы на вопросы. Они просидели так с полчаса, точно погрузившись в вопросы, затем Сириус начал будто бы погружаться в свои мысли и увидел несколько сменяющихся друг друга картин. «Сириус признается Мэри в любви», «Сириус идет с Марлин утром, они смеются», «Сириус смеется над Одетт, над ее каштановыми волосами», «Сириус говорит: «Я не хочу ни с кем встречаться!», «Сириус целуется с Мери», «Сириус целует Одетт в кафе», «Сириус сидит на диване в халате и говорит: «Поверь, это был мой план».       Блэк понял, что это были мысли Одетт, и когда он повернул голову в ее сторону, она уже смотрела на него, слегка оскалив зубы. — Что это было в конце? — Это мои мысли! Не лезь в мою голову. Сам-то закрылся от меня! — Одетт или Мелинда, — голос Сириуса стал немного тихим, грустным, — в тот вечер, я узнал о смерти своего дяди, и да… я так хотел заглушить свою боль. — Юноша посмотрел ей в глаза, чтобы она видела, что он откровенен с ней. — Да я ей признался в любви, и это было честно. Только вот… — Не надо, не оправдывайся. Это все равно не изменит моего отношения к тебе.       Они смотрели друг другу в глаза несколько минут, не отрываясь. В ее глазах читалось явное недоверие к нему и ей хотелось узнать причину. «Что он задумал? Зачем он ходит за мной по пятам? Что такого в книге его дяди?!» — Можешь не помогать мне! — Одетт поняла, что не может контролировать свои мысли рядом с ним. — Я хочу помогать тебе! — Но зачем?!       На этот вопрос Сириус не мог ответить, просто не мог. Он знал, что она убежит, узная правду. Ведьмочка знала, что она может вытащить из него правду с помощью зелья или заклинания, но у нее было мало времени, чтобы все успеть - и выяснять его намерения, и подготовиться к экзаменам. С тяжестью в сердце и легкой надменностью она приняла решение, чью сторону она все-таки выбирает.       Она пристально смотрела в его серые, красивые глаза, а голос внутри уверенно прошептал «Империус».