Совсем ребёнок

Глава вышла немного скомканная из-за постоянных перепадов настроения Автора, но следующая будет лучше (последняя, кстати). Не ругайте строго, дорогие читатели. POV Джасдеро Я наблюдал за ним всё то время, что он носился по комнате. Из одежды "Его Величество Голопопик" удосужился натянуть только трусы. И то, даже они слишком сильно обтягивали его ягодицы. Я непроизвольно свёл и поджал к себе ноги, усевшись на подоконнике поудобнее. Я не знал, что будет на этот раз, как далеко он зайдёт... В прошлый раз он и какой-то парень просто обжимались на кровати. И да, меня тошнило. Потому что они были голые... И его руки... Руки моего брата. Они ласкали тело того мальчишки. Они прикасались к нему так интимно, что мои щёки жгуче пылали. В тот момент я чувствовал стыд за брата, горечь во рту и жуткое отвращение. Он издевался надо мной. На его карнизе не было штор, и каждый день он устраивал мне разнообразные представления. В тот раз я наблюдал всё тайком, из-за шторки... И всё моё смущение перебарывал интерес. Я хотел увидеть, случится ли что-нибудь. Но кроме поцелуев он ничего не позволил. А затем тот парень просто ушёл, будто бы был какой-то последней шмарой... И Дебитто считает это нормальным? Где тот человек, которым он был? Честный, заботливый, хоть и непослушный... На душе стало так тоскливо... И в этот раз всё снова повторится? Я сел поудобнее, готовый наблюдать за тем, что начнётся в этот раз. Но Деби так странно посмотрел на меня... Мне стало страшно. Я немного поёжился, будто бы от холода, хотя на улице был совсем лёгкий ветерок, а солнышко мягко освещало наш двор и весь наш город. — Деро, пожалуйста, уходи гулять. — Голос был строгим и вымученным. Он нервно присел на край подоконника, глядя в мои глаза. — Зачем ты наблюдаешь за мной? — Не пойду. — отрицательно мотаю головой, поджимая бледные сухие губы и глядя на него в ответ, — Я хочу видеть, чем ты живёшь. — Чем я живу? — Снова усмехается. Он делает это так насмешливо, в его взгляде будто бы читается всё его презрение ко мне, вся эта насмешка, говорящая сама за себя: "Ты издеваешься?", — Чем я живу? — переспрашивает он снова, не слыша моего ответа, — А ты не разочаруешься во мне? Лучше тебе не знать, чем я живу. — Фыркает и встаёт на ноги, прежде чем закрыть окно. — Но Деби... — Слушай сюда. Либо ты сам уходишь сейчас же и не следишь за мной, либо можешь наблюдать, сколько влезет. Только потом не смей шарахаться от меня и корчить эти рожи, как всегда! — Дебитто резко захлопывает окно, поворачивая ручку и машет мне на прощание. Я тут же покрываюсь красными пятнами от смущения и стыда. К-к-как он узнал, что я следил за ними?.. Я же вроде бы прятался... Я немного вздрагиваю от удара оконной рамы и поднимаюсь на ноги. Хорошо, братик, раз ты не хочешь... Я не буду следить. Я постараюсь. Через полчаса я уже тихонько посапывал в кровати, сжавшись в комочек. До меня лишь тихим лепетанием доносились все звуки, кроме моего спокойного дыхания, которое казалось громче всего на свете. Деби вновь меня обидел... Я хотел быть ближе к нему. Я мечтал снова знать его! Но он стал таким холодным. Со жгучей болью врезались в память такие давние, вроде как, воспоминания... Я, плачущий у него на груди. Его нежный голос, закрадывающийся глубоко-глубоко, в цепочку моих чувств и эмоций... И мне было так одиноко. Фраза, сказанная мною настолько напрасно, что до сих пор этот стыд разрывает мою душу, прорезала раны в моей памяти. Я никогда не полюблю тебя... Никогда не полюблю, братик. Я не... Я не знаю. Ты тогда заплакал... Заплакал при мне... И мне казалось, так искренне и так ласково звучали тогда эти слова... "А я всё равно буду любить тебя... Наплевать..." И слёзы оставляли мокрые дорожки на его щеках. Зубы, прикусившие мягкие губы, оставили на них тёмно-красные вмятины. А мои слова оставляли в его сердце такую боль... А я был глупым, братик. Я не знал, что такое бывает. Я не хотел терять тот маленький мирок, что мы с тобой обустроили вместе. Ты заботишься обо мне, а я... А я пытаюсь заботится о тебе. Как жаль, что только теперь в моих воспоминаниях это ценится... Наверное, сейчас ты больше не любишь меня? А если и так... Я вряд ли услышу когда-нибудь эти слова еще раз, произнесенные с таким отчаянием, растерянностью и надеждой. Я не могу так жить... Прошёл еще час. Всё это время я дремал, жмуря трепещущие ресницы и прижимая холодные руки к своей груди. Но пора было вставать, желания лежать, как овощ, больше не было. Поднявшись на дрожащие ноги, я тихонько подошёл к окну. Снизу доносилась тихая музыка, видимо, мама играла какой-то сонет на фортепиано... Моя грусть только сильнее усилилась. Прямо как в книжке... А я будто бы её жалкий главный герой, которому суждено погибнуть в конце романа. Не знаю, откуда такие мысли в моей голове... Незаметно и со странным волнением я зацепил пальчиками край шторы и медленно отодвинул её. Окно Дебитто было приоткрыто, как всегда никакие шторки не прикрывали прозрачное стекло и не спасали его от моего гнетущего взгляда. На улице заметно похолодало, и ветер начал пробирать до костей, вызывая новое собрание маленьких мурашек на моих руках. Я прижался к стене около подоконника, пытаясь разглядеть, что происходит в его комнате... Его грудь вздымалась быстро и тяжело, донося до меня еле слышное хриплое дыхание. Волосы растрёпаны, губы приоткрыты в беззвучном стоне... Какой он красивый. Спина выгнута, как будто Дебитто — кот, готовящийся к прыжку. Его тонкие пальцы сжимают чьи-то горячие щёки, вены на них взбухли, а косточки кисти так сильно выпирают от напряжения... А глаза так томно прикрыты... С таким наслаждением... А второй парень... Светлые волосы, разметавшиеся по подушке, зажмуренные глаза. Он выгибается под ним, обнимает его талию вспотевшими и скользкими ногами. Рот приоткрыт, и из пухлых губ явно доносятся громкие и развратные стоны. Их тела медленно двигались в унисон друг другу... Я резко прикрыл рот рукой, жмуря глаза, стараясь прогнать это ужасное наваждение, эту страшную картину перед моим взором. Из глаз градом покатились слёзы... Я хрипло вскрикнул, ударив кулаками по хрупкому стеклу и тут же отскакивая. Ах, Деби, что же ты делаешь со мной?.. Он резко оборачивается, встречаясь со мной слегка непонимающим и затуманенным взглядом. Парень тоже смотрит и, кажется, пытается прикрыться... Плевать. Мне плевать на вас. Я ненавижу вас. Я ненавижу тебя. Задёргиваю штору, прячусь под тёплое одеяло, скрываясь в тишине и темноте. Здесь меня никто не достанет. — Я ненавижу тебя, Дебитто!!! Дебитто не сразу осознал, почему Джасдеро так надрывисто плакал. Резко отталкивая от себя свою новую "игрушку", он вскочил на ноги и подбежал к окну. — Иди домой... Светленький парень возмущённо фыркает, нехотя начиная натягивать на себя одежду, разбросанную по чужой комнате. Вскоре, блондинчик уже на улице — недовольный отправляется по своим делам. Деби судорожно натягивает на себя трусы и серую рубаху до колен, не удосужившись надеть штаны. Выбегает из комнаты, выскочив на улицу. Босиком бежит к дому напротив, чувствуя, как холодная земля обживает ноги ледяным жаром... "Я ненавижу тебя, Дебитто!!!" Услышав это, в груди парня закололо. Он остановился на пару секунд, а затем развернулся и медленно зашагал обратно, пока холодный ветер с жадностью обдувал худощавые ноги...