A Path Less Taken

В попытках выключить ненавистный будильник, Падме ударила по нему со всей силы, будучи в полусонном состоянии. Энакин повторил тот же приём после неудачной попытки своей жены — теперь Падме придётся покупать новый будильник. Говоря об Энакине, то сейчас он уже спустился вниз. Но вчера он пришёл, шокировав новостью о том, что ушёл из Джедаев. До сих пор она не понимала, радоваться ли этому, или же грустить. С одной стороны, она сможет проводить больше времени с ним, так как ему больше не нужно бегать по всей галактике ради выполнения приказов Джедайского совета, от чего она была в восторге. Но с другой, он ушёл из Джедаев, причём не просто ушёл, а по словам Оби-Вана, стал беглецом. Из-за помощи клону, теперь он вне закона, что же до неё, то, помогая ему, она становилась соучастницей его преступления. Она не видела возможности исправить его проступки. Для того что бы вернуть Энакина назад, нужно получить прощение Джедаев. Даже так, Энакину было наплевать на их мнение и возможное помилование. Заставив себя встать с кровати, она начала свой обычный день: приняла душ, почистила зубы, поправила волосы, а после, глубоко вздохнув, посмотрела на своё отражение. Иногда ей казалось, что поход в Сенат похож на путешествие через глубокую трясину. Этот день ничем не отличался от остальных, и от этой мысли она вздохнула и вошла в комнату. Войдя в комнату, Падме надолго задержалась, рассматривая самую милую сцену, представшую перед глазами. Асока сидела, сложив руки на груди, а с её плеча свисала рука Энакина, которой он удерживался от падения с дивана. Она улыбнулась этой картине, оба они были полны спокойствия, что похоже для них стало нормой. — Ш-ш. Он всегда просыпается примерно в это время, — сказала Асока, внезапно открыв глаза и испугав этим Падме. Улыбаясь, она повернула голову в сторону Энакина. — Дай ему еще поспать. С улыбкой на лице Падме согласилась, понимающе кивнув ей. Лицо Энакина было умиротворённым, оно сияло беззубой улыбкой. Она скучала по такому Энакину, когда он был просто рад, рад без особого на то повода. Пока Джедаи не разузнали его местонахождение, проблем не должно было быть. Несмотря на все отговорки, она понимала, что фактически помогает преступнику, но она знала, что идёт на это из любви к нему. Выходя из комнаты, она прекрасно понимала: эта картина будет прокручиваться в её голове весь день, как головная боль. Асока улыбнулась и закрыла глаза, смотря на лицо человека, который обнимал её. А вот её сон обычно не был таким глубоким, что заставляло её вновь жалеть об этом, ведь ей придётся помучится несколько часов до того, как уснуть. — Граф Дуку, Лорд Сидиус желает с вами переговорить, — отчитался дроид в противной манере. Лорд Ситхов повернулся к нему, сохраняя внешнее спокойствие, но мысленно он был в замешательстве. Не часто его Мастер контактировал с ним. Такое случалось лишь тогда, когда ситуация была критичной, а это означает лишь одно: у Мастера есть архиважная информация, которую тот должен был сообщить ему. Кивнув головой, он отправил дроида восвояси, а сам направился в секретную комнату, подготовленную именно для таких случаев, когда нужно переговорить со своим Мастером втайне. Включив портал связи, он попятился назад и присел на одну ногу, ожидая указаний своего Мастера. — Лорд Тиранус, — послышался голос Дарта Сидиуса. — Мой Лорд, вы звали меня, — утвердительно сказал Дуку. Он и его мастер не опускались до таких банальностей. — Некоторые события пошли не по плану, но всё же, я смогу… извлечь и из этого выгоду, — произнёс он омерзительно улыбаясь. Его мастер не часто улыбался. Это должно быть является очень важным для них и их конечной цели, отчего он тоже заинтересовался. — Мой Лорд? — сказал Дуку ожидая продолжения. — Скайуокер сделал что-то очень… необычное. Я уверен, ты слышал о суде над его Падаваном, — сказал Сидиус, будучи уверенном в информированности Дуку. — Причём тут Скайуокер, насколько я знаю, Джедаи отправили его в отпуск. — Отпуск, который пришёлся… по вкусу Скайуокеру. Из-за его тесных связей с Канцлером я знаю, на что он пошёл ради поимки того, кто подставил его драгоценного Падавана, — сказал Сидиус, при этом мягко прикусив кончик языка, выговаривая последние три слова. — И? — Он пренебрёг Джедайским кодексом, поймал твою бывшую ученицу, заставив её дать нужную информацию ему. Всё это в глазах Джедаев непростительный грех, — разъяснил Сидиус монотонным голосом. — Его неожиданное поведение может привезти к плодотворным последствиям для нас? — Еще как, виновник был найден после скажем так… агрессивных детективных методов Скайуокера. Джедаи позвали её обратно, но она ушла, больше не желая терпеть такое отношение. Только вот ушла она не одна, — ответил Сидиус. — Скайуокер ушёл вместе с ней, — завершил его мысли Дуку, подняв голову на дюйм. Это не осталось незамеченным для Сидиуса, но тот не придал этому значения. — Абсолютно верно, теперь они действуют сами по себе. — По вашему приказу я могу направить Гривуса с армией… — Ты неправильно понял меня, Лорд Тиранус, — перебил его Сидиус. Дуку немедленно отступил назад, понимая ошибку в своих выводах. Если он продолжит гнуть свою линию, то его ждёт только безграничная боль в награду. — Никаких Гривусов с армиями, в моих планах нет их смерти, наоборот, я хочу ковать металл, пока он горяч. При удачной обработке их отношения к джедаям… — на лице его мастера появилась ухмылка, — таким образом, у нас будут два великолепных убийцы с большим потенциалом к Тёмной Стороне. Подпитывая Тёмную Сторону в Скайуокере, мы сделаем его мощным инструментом в наших руках. Хотя его Падаван и не имеет такого же потенциала, но она точно пригодится чтобы усмирить и подчинить Скайуокера. — А если они оба откажутся? — Падаван подвергнется пыткам. Скайуокер же не будет иметь выбора, когда увидит нож под горлом своего ученика, — ответил Сидиус. — Найди их. Немедленно! После этого образ его мастера исчез из виду. Манипуляции, мощь, безграничная жестокость, хитрость: всё это делали его мастера очень опасным человеком. Несмотря на уверенность Сидиуса, он хорошо знал эту парочку. Они были упрямы и очень сильны. В особенности Скайуокер. Чего не скажешь о его Падаване, сила которой не поспевала за её упрямостью. Так или иначе, он последует приказам своего Мастера. — Генерал, — позвал Дуку, образ Гривуса появился на экране. — Дуку. Видимо у тебя есть особые планы, если ты связался со мной, — ответил Гривус. Ни генерал, ни Дуку не были из тех, кто любят формальности, поэтому их разговоры проходили быстро и односложно. — Именно так. Мне нужно, чтобы ты нашёл Скайуокера и Тано. — Ты приказываешь мне напасть на храм Джедаев только ради поимки двух? Для меня будет удовольствием уничтожить их всех, — ответил Гривус садистским голосом. Если бы генерал мог смеяться, то он бы точно посмеялся сейчас. — Ты ошибаешься. Они больше не Джедаи, кроме того, они в опале и видят Джедаев… не в самом лучшем свете. Лорд Сидиус хочет воспользоваться этим: он хочет завербовать их к нам. — Ничего не могу сказать по поводу Скайуокера, но что касается Тано. После нескольких встреч с этой невыносимой малолеткой могу с уверенностью сказать, что склонить её в Тёмную сторону невозможно. Даже учитывая её уход от Джедаев, — уверенно ответил Гривиус. — Я тоже сомневался в этом, когда был одним из Джедаев, но Лорд Сидиус считает это возможным, — напомнил Дуку Гривусу. — Как прикажите, — ответил Гривус и оборвал сигнал. Скинув мантию с себя, Дуку вышел из комнаты. Его всё не покидало чувство того, что всё эта затея не кончится чем-то хорошим. — Думаю, Падме будет против, чтобы мы тренировались посреди её комнаты — сказала Асока, продолжая нападать с помощью жёстких ударов стиля Макаши. Она скучала по Атару. Эти мысли не покидали её во время боя. Она уже дралась в этом стиле довольно сносно, но это было совершенно непохожим на её Атару, как будто… у неё был ментальный блок, когда дело касалось этого стиля. — Я уверен, что она не против, пока мы не разбили, не разрушили или не покромсали что-то в её комнате, — ответил Энакин отбиваясь от неё, используя основы стиля Шии-Чо. Он не использовал этот стиль даже когда был маленьким. Изначально он начал с Соресу, но после перешёл на Джем Со. Затем Дуку заставил его объединить два этих стиля. Он не планировал сменить свой стиль боя, но хотел изучить все стили, это могло быть очень продуктивным, особенно в случае с Гривусом. К тому же, это хорошо развивало способности Скайуокера в целом. — Хорошо, но запомни, что теперь твоя очередь отбиваться, — ответила Асока заставив свою руку двигаться неуловимо. Этот стиль… был слишком неправильным. Это был не её стиль вообще. Она любила поле битвы, где чувствовала свободу вокруг себя, где её ничто не ограничивало. Даже понимая, что знания по всем стилям дают ей преимущество, но… Сила, она ненавидит биться этим стилем. — Я знаю, это необычно переходить от одного стиля к другому, — сказал Энакин двигая свой меч в примитивной манере, блокируя этим пассивные удары Асоки. Затем он начал двигать свой меч более агрессивно, тогда Асока поймала себя на том, что просто не поспевает, чтобы блокировать его удары, когда его меч остановился в дюйме от её груди. — Этот стиль очень прост, но стоило мне ускорится, как случилось это, и мне это не нравится! — сказал он, хмурясь. — Я тоже не фанат Макаши. Я не могу двигать своей рукой настолько быстро, чтобы отразить меч противника. Мне легче и быстрее двигать своим телом, нежели рукой, чтобы отбиваться, — сказала Асока, когда они выключили свои мечи. — Давай передохнём пять минут. — Ты читаешь мои мысли, — ответил он, расположив вещи обратно в прежнем порядке, он был здесь очень часто и хорошо помнил, как всё это лежало. После чего они плюхнулись на диван. Не от усталости, просто старая привычка со времен Набу. Тамошний диван уже имел две вмятины по обеим сторонам. Причём делали они это одновременно, насколько бы странным это не чувствовалось. — Есть какие-нибудь идеи, как скоротать время? Просто сидеть в квартире твоей жены невыносимо! — Ну, мы можем стать охотниками за головами, причём первыми в истории, у которых есть хоть какая-то честь и мораль, — предложил Энакин. — Думаешь, мы сможем наткнутся над Кэд Бейна во время наших приключений? — Я надеюсь на это, потому что я не рассчитался с ним еще с того раза, когда он тебя чуть в вентиляционную шахту не спустил, — ответил Энакин с затаённой темнотой в голосе. — Ты всё еще помнишь это? — Я не смогу забыть каждый раз, когда мы были на грани смерти. Ты, я, Оби-Ван, остальные. Всё это хранится в моём подсознании, — ответил Энакин похлопывая по голове, — Поверь мне, когда мы встретим Бейна, надеюсь он успеет насладится своей работой, ведь она станет для него последней. — Я не против его убийства, точнее чтобы ты его убил, но для меня это всё же чуждо, — ответила Асока. — Ты привыкнешь, поверь, в других обстоятельствах я бы никогда не захотел, чтобы ты узнавала что это такое. Ты одна из тех людей, с которыми я могу говорить без утайки и которые могут принять правду, не приправляя её сахаром. Нравится тебе или нет, в некоторых случаях тебе придётся убивать, ведь в некоторых случаях милосердие будет выглядеть по-идиотски, — сказал Энакин, с видом, как будто решал в голове трудную головоломку, — Воры и подобные тому мелкие преступники достойны сострадания, их деяния не вредят никому. Они не могут усидеть на месте, будь это от жажды наживы или от нужды. Но такие типы как Кэд Бейн, Генерал Гривус, Ват Тамбор или те отвратительные рабовладельцы Хатты… В эти моменты Энакин впадал в ярость, это чувствовалось невооружённым глазом, воздух вокруг просто кипел от его гнева. — Это те люди, которые не достойны жалости и даже тюрьмы, никакого сострадания для них. Их всех нужно застрелить за стенкой, — сказал Энакин, глубоко дыша в попытках успокоить себя. — Ну… тогда будем заниматься охотой за головами? — сказал Асока, смущаясь, что заставило Энакина улыбнутся в ответ, и это позволило Асоке расслабится. — Поразительно, насколько легко ты говоришь про убийство. — Моя карьера Джедая не была знаменита отсутствием убийств. Однажды я проткнул человека, когда тот угрожал взорвать корабль вместе со мной, Оби-Ваном и Сатин, — ответил Энакин, но имя Сатин он произнёс тише чем все остальное. Это не проскользнуло мимо Асоки, — сделал очень много вещей которые Джедаи нашли бы непростительным, но, смотря назад, я не жалею ни об одном из содеянного мною. Теперь они все мертвы и не могут больше навредить людям или проявлять себя без зазрения совести. Я уверен, мы справимся. — Как нам вообще стать охотниками за головами? — Надеюсь, ты не думаешь, что мы должны спустится в подполье и начать задавать вопросы, как будто потеряли домашнее животное? — спросил Энакин. — Всё же мы должны действовать. Мы не можем сидеть здесь, ничего не делая, и ожидать положительных результатов. — Так как мы бывали в этой части города, мы сможем постоять за себя. Главная проблема найти нужных людей которые укажут правильный путь, остальное дело техники. — Мы должны наладить связь с Рексом, ведь информация, которую он нам даст будет важнее любого мелкого вора, за которыми нас пошлют. Мы же натренированные пользователи Силы, чёрт его побери! — ответила Асока. — Ох, не беспокойся, когда мы достанем Нут Ганрея, Ват Табора или такого скользкого типа как Гривуса, если повезёт, то Джедаям отправим их головы в подарок. Это будет нашим методом показать им, что мы готовы сделать то, что они отказываются делать. — Всё же, у меня в голове не укладывается, как ты можешь говорить об этом так спокойно, — сказала она. — Повторяю, я видел, как голова человека взорвалась передо мной, так что меня нечем больше шокировать. Прекращай уже, — ответил Энакин. Он точно не хотел говорить про своё прошлое. Она поднимала эту тему как могла, но он, хоть и принял это, не разобрался с этим и не вылечил свои раны. Мастер Пло делал с ней то же самое. Он рассказал ей про историю их расы, как многие из них живут раздельно или стали рабами. Только мысль о том, что такое могло случится с её родителями, убивало её. Всё же, ей удалось побороть боль и двинутся дальше, видимо Энакин не готов пока что к этому. — Посмотрим, надеюсь, мы сможем наладить связь с Рексиком, твоё дело найти для нас работу, ту, которой мы достойны, — сказала Асока, на что Энакин кивнул. Когда Асока доставала коммуникатор, Энакин уже прыгнул на стены здания с включёнными световыми мечами, благо никто не замечал дырки в стенах, хотя кому было дело до этого. — Говорит Капитан Рекс, — послышался голос клона. — Давно не общались, Рекси, — сказала Асока с улыбкой на лице. Бедный клон чуть не споткнулся, хотя во время разговора сидел. — Командир Тано! — радостно поприветствовал он. — Рекс, пожалуйста, называй меня Асокой, пусть эти формальности катятся к чёрту, — ответил Асока прямо, заставляя Рекса засмеяться, особенно с её выбора слов. — Ну, я уже вижу изменения в твоей речи и поведении. Слышал, что ты с генералом Скайуокером. — Видимо ты разговаривал с Пятернёй, — спросила она — Как он там? — В камере, его постоянно допрашивают про местонахождение генерала Скайуокера, хотя он понятия не имеет об этом. — Мне хочется, чтобы об этом знали только близкие нам люди, ну или хотя бы те, кто не имеют связей с Джедаями, — поправила себя Асока. — Как он сейчас? — Хорошо, мы как бы прячемся в доме его жены, — ответила Асока, заставив Рекса вылупить глаза от удивления. — Он женат?! — Ага, я не могу сказать имени, так как из тебя это могут вытянуть, но могу уверить, она приятная леди, — ответила Асока. — Невероятно. Наверное, его убивала невозможность видится с ней из-за войны. Как долго он женат? — Надеюсь, никто не подслушивает наш разговор? — переспросила Асока. — Я один в комнате, так что всё в порядке, — уверил её Рекс, — сейчас один из тех немногих моментов, когда я вне поля битвы, так что я не знаю, сколько это продлится. — Хорошо, мне не хочется ставить тебя в неловкое положение, заставляя задавать глупые вопросы. Они женаты с начала войны клонов. — Это довольно большой срок, наверное ему и этой женщине приходилось трудно из-за войны, — ответил Рекс с симпатией в голосе. — Они рады наконец-то проводить время друг с другом. — Значит, ты не сможешь дать мне маленькую подсказку, чтобы я смог догадаться? — спросил Рекс, заставляя Асоку засмеяться. — Если ты поймёшь кто это, то я могу прямо назвать её имя, что сделает бессмысленным сохранение её имени в тайне, — вздохнув ответила она, заставив Рекса усмехнуться. — Хорошо! Больше не буду спрашивать. Ты сама-то как? — Неплохо, Рекси, спасибо что спросил. Проблема в том, что цель моего звонка сама по себе не тема для приятного разговора, и скорее всего я буду чаще звонить по этой теме, — сказала Асока. — Без проблем, что тебе нужно? — Информация. Мы с Энакином не собираемся сидеть сложа руки, пока война проходит над нашими головами. Если тебе удастся достать нужную информацию, которая поможет нам уничтожить одно-другое Сепаратистское укрытие, мы будем рады получить её, — сказала Асока, на что Рекс ухмыльнулся. — До сих пор невтерпёж покромсать сепаратистские консервные банки? — Да это единственное, что мне нравилось делать во время войны! — воодушевлённо сказала Асока, на что Рекс посмеялся от всей души. — Можешь ли ты организовать такое? — Сделаю что смогу, несколько скрытых баз или местоположение некоторых их лидеров. Цели, которые вы сможете достичь быстрым планированием. Если вы найдёте силы, время и желание, то сделаете нашу работу намного легче. Мне вспомнились слова некоторых мастеров Джедаев — «Помощь может прийти не в той форме, которой ты ждешь и хочешь, но если она приходит, прими её», — пояснил Рекс. — Одна из тех мудрейших вещей, которые они говорили, но только потому, что слова подобраны под ситуацию, ну ты понял. Нам не помешает поговорить подольше. Энакин вышел делать свою часть работы, так что я подожду его, пока не будет причин выйти, — ответила Асока. — То, что мне нужно, — ответил Рекс. Покрытый капюшоном, шаги тише дыхания многих, спина и плечи напряжены в ожидании нападения, но здесь, на Корусанте, никому нет дела до тебя, пока у тебя не найдётся что-то интересное для них. Смотря от ситуации, это могло быть чем-то хорошим (прибыльным) или плохим (ты был в листе смертников или тебя попытались ограбить), так что никто не замечал Энакина. Он сильнее натянул капюшон, когда вошёл в бар. Люди всех наций и рас сошлись сюда, твилеки, люди, Гаморийцы, можете продолжить сами. И всё же, глаза многих впились в человека в красной мантии. Его основная цель была найти работу, подходящую их цели, а для этого не найти лучшего человека, нежели смотрителя бара. Он подошёл к бару, но на пути его остановила персона довольно крепкого телосложения. Это был зайгеррианец, что ему напомнило про рабовладельца, с которым он встречался когда-то: это ему сильно не понравилось. — Ты потерялся, парень?! — спросил он Энакина. — Какова моя цель, тебя не касается, — сказал он зайгеррианцу, который попытался схватить Энакина за мантию. После повторной попытки Энакин остановил руки противника, не используя свои, после чего зайгеррианец почувствовал, как будто его начали душить. — Так забавно, ты мне напоминаешь одного рабовладельца, — сказал Энакин, улыбаясь. Невидимые руки начали сильнее душить его, пока его глаза не встретились с парой холодных, как сталь, глаз Энакина. — Он был мразью и заслуживал смерти, такое же чувство исходит и от тебя. Слова зайгеррианца слышались как хрип человека, которого душат: его глаза расширились, а руки дёргались во все стороны. Энакин с помощью Силы поставил его на колени. Повалив противника на пол, он держал крепыша, сжимая ногой его грудь, после призвал свой световой меч. — Интересная игрушка у тебя, — сказал Энакин сухо, разорвав бластер на части за секунду, — можешь собрать обратно. Сняв ногу с зайгеррианца, Энакин сел у бара, впившись взглядом в смотрителя бара. После того, как Энакин снял капюшон, смотритель бара смог получше присмотреться к Энакину. — Ты… — Энакин поднял руку, чтобы заткнуть его. После того, как он чуть ли не задушил зайгеррианца, он не хотел противоречить парню в красной мантии. Кроме того, он ушёл от Джедаев, что означало: у него не было морали, так же он легко может убить его. Этого ему было достаточно. — Я. Не имеет значения кто я. Мне нужна информация, которую я могу достать только в этой дыре, — ответил Энакин, всматриваясь в глубину бара. Смотритель уже хотел обидеться, но его обида была поглощена его же животным страхом. — Что тебе нужно? — спросил смотритель. На этом Энакин улыбнулся, но это не было улыбкой друга или родного человека, а было улыбкой хищника, поймавшего свою добычу. — Я интересуюсь карьерой охотника за головами, особенно когда я охочусь на тех, на кого надо. — Сепаратисты? — спросил смотрящий. — Правильно. Я хочу работу, которая включает поимку такой уличной швали, как ты. Ты случаем… не знаешь о такой работе? — Ты не найдёшь людей, которые согласятся заплатить немалые деньги за головы лидеров Сепаратистов, никто не хочет умереть, но если дело касается «уличной швали», как ты выразился… — смотритель остановился взглядом на непутёвом жулике, который хотел попытать своё счастье и украсть карманные у Энакина: он мог не только учуять его, но и почувствовать, дебил хренов. — Продолжай, — сказал Энакин, как будто ничего не случилось. — Всё же, на Корусанте хотите или где-то еще? — Мне всё равно куда, пока оплата покрывает мои расходы. Так же проинформируйте их, что у меня есть партнёр, потому что платить будут нам двоим одинаково, — объяснил ему Энакин. — Но почему ты так уверен, что тебе заплатят… — Энакин встал с места, когда одна чернь попыталась ударить его в спину. Бывший Джедай ловким движением отрубил ему руку, а потом лишил головы. Его тело начало трястись бесконтрольно, лишившись головы, все в баре были удивлены присутствием у Энакина светового меча, так же как и его цвету. Он посмотрел вокруг, чтобы удостоверится, нет ли других людей, которые захотят атаковать. Поняв, что таких самоубийц нет, он ловким движением отключил свой меч. — Ну что, теперь понимаешь, почему они заплатят? — задал риторический вопрос Энакин и, показав на обезглавленный труп, добавил, — мне всё равно, что ты скажешь, но как часто тебе удаётся нанять двух убийц, которые могут использовать Силу? — Это точно их убедит. Я буду внимательно ждать новостей, но у меня есть одно предложение, которое тебя заинтересует, — сказал смотритель, написав номер на салфетке, — это человек, который хочет, чтобы через этот номер связались с ним. Кроме того, если вас двое, то вам нужно придумать своё название. — Если создадим имя, то привлечём внимание, а этого мы хотим в последнюю очередь, — ответил ему Энакин. — Если вы будете брать такие дела, люди всё равно рано или поздно узнают о вас, так или иначе, вы сами того не желая, создадите себе имя, — предупредил смотритель бара. Обдумывая это, Энакин согласился с доводами собеседника. Лучше чтобы их узнавали из-за имени, нежели из-за внешних характеристик, будь это Сепаратисты или Республика. — Ты можешь звать нас… — сказал Энакин взяв в руки клочок бумаги, — Тени Силы, которые обитают между светом и тьмой. Это было хорошее имя, расплывчатое, но отличное. После этого он ушёл, пока люди смотрели, как он уходит, натягивая капюшон обратно. В пути он забрал с собой телефон карманника-неудачника. Смотрителю бара ничего не оставалось, как покачать головой, смотря на труп пьяного дебошира. — У кого есть швабра? — спросил он напоследок.