A Path Less Taken

«Ничего нет, как и ожидалось» — подумал Оби-Ван, разглядывая когда-то хорошо обустроенную ферму, — «всё же, здесь должно остаться хоть что-то…». Он не смог ничего найти, вся техника исчезла или была поломана. Осталась только одежда, которая пылилась уже довольно давно. Вокруг не было останков тел или запаха гниющего мяса. Видимо они ушли, а Энакин смог захватить Асоку с собой. Хотя Энакин не был из тех, кто принимал обдуманные решения, но при всём этом оставленные им следы исчезли в огне. «Доказательство этому его решение уйти из Храма» — подумал Оби-Ван, уже остановив поиски и не надеясь найти хоть что-то важное. Внезапно, вся его спина покрылась мурашками, как будто его тело предупреждало о чём-то. — Не с места, — услышал он знакомый нахальный голос, отчего Оби-Ван включил свой меч, приготовившись к бою. Кода он повернулся, то увидел только одного дроида сепаратистов, и то безоружного. Это показалось ему очень странным. — Объяснись, — приказал Джедай, говоря несвойственным для себя голосом. — Я не имею связи с армией, напавшей на это место, я здесь по поручению Графа Дуку, который хочет поговорить с тобой, — ответил дроид, выставив перед собой коммуникатор. От появившегося на дисплее образа Графа Дуку хватка Оби-Вана на мече намного усилилась. — Мастер Кеноби, какой приятный сюрприз. Я надеялся, что Скайуокер будет глупцом и вернётся, но, если вы здесь, значит он так и не появился, — сухо произнёс Дуку. — Ты знал о местонахождении Энакина? — Конечно же нет, это был другой человек, который проинформировал нас. Даже так, мы знали про уход Скайуокера из Ордена. Это одно из немногих правильных его решений, хотя он поступил так во многом от безысходности, — ответил Дуку. — Мы обязательно вернём его обратно! — А ты уверен в этом? — это был вызов со стороны Дуку, который Оби-Ван не смог бы выиграть, — насколько я понял, он скрывался на этой планете как от нас, так и от Ордена в не меньшей мере. Татуин чист как от Республиканских, так и от Сепаратистских сил. Учитывая его опыт по части общения с Джедаями… — Я понял твою точку зрения, но я знаю одно, хоть он и ушёл из Ордена, он никогда не присоединился бы к Ситхам. — Ты имеешь много слабых сторон, но глупость не одна из них, Мастер Кеноби. Ты хорошо знаешь, как трудно бороться с Тёмной стороной силы, кроме моего прежнего мастера. Многие джедаи борются со своими чувствами, чем делают себя намного слабее, — возразил Дуку. — Те, кто борются с Тёмной Стороной, всегда будут намного сильнее тебя, — ответил Оби-Ван, глазами чуть ли не прожигая образ Графа. — Твой ученик возразил бы тебе. Он уже научился Силовой молнии, которая самая уникальная из всех, что я когда-либо видел. Он больше не пытается подавить свой гнев, а наоборот, он полностью бросается ему в объятия. Джедаи искусственно останавливали его рост, и он прекрасно это понимал, — ответил Дуку. — Я прекрасно понимаю, Энакин более… эмоциональный, нежели остальные Джедаи. Но ты не учитываешь одну важную вещь. Глубоко в нем есть скрытое зерно света и доброты, какой бы формы оно ни было. Именно поэтому тебе не удастся склонить его на Тёмную сторону, — серьёзным тоном объяснял ему Оби-Ван. — Ты недооцениваешь мощь Тёмной Стороны, мы знаем, как достигнуть желаемого и как влиять на разум. У него всегда будут страхи и неуверенность в себе, которые мы используем против него самого. Так или иначе, Скайуокер будет с нами, — ответил Дуку, после устрашающей паузы отключив связь. До того, как дроид сумел даже закричать, синий световой меч разрубил его вместе с коммуникатором пополам. В одном он мог согласиться с Гривусом. Дроиды были прекрасным способом для снятия стресса.

~~~

— Как дела в Сенате? — спросил Энакин, проводя рукой по волосам Падме. — Ты и вправду хочешь говорить об этом? — Так же, как я не хочу говорить про мой уход от Джедаев, — уточнил Энакин. — Хотя это не касается темы, но Канцлер очень часто спрашивает про тебя, — сказала Падме, порадовав Энакина. — Я всегда хорошо ладил с Палпатином. Хотя политики и Джедаи не особо контактируют, но он всегда был для меня кем-то вроде наставника, не считая Оби-Вана, конечно же, — ответил Энакин, всматриваясь в потолок. — Он приятный человек, который умудряется быть отличным политиком, что само по себе невероятное достижение, — ответила Падме, после чего повернулась к Энакину, — как там Асока? — Отлично, особенно когда Сепаратисты не нападают. — Она сильно подросла с нашей последней встречи, ты разве не заметил? — с улыбкой задала вопрос Падме. — Я был первым кто заметил это, — разъяснил он, — для остальных джедаев она была по их взглядам только ребёнком. Вот только дети не идут воевать и не ведут за собой армии. Они не видят, как целые села вырезаются, при этом до последнего борясь ради выполнения задания, так что она - не ребенок. — Если не считать возраст, она больше не ребенок, — поправила Падме. — Возраст не имеет значения, — возразил Энакин, заставив Падме ухмыльнутся. — Учитывая это, тебе нечего мне рассказать? — Видимо, я женат на львице, — обыденно произнёс Энакин, заставив Падме шутливо ударить ему по плечу. Это только заставило его безумно рассмеяться. — Энакин! — хотя она попыталась произнести его имя достаточно жестким тоном, ей это удалось очень плохо. — Возраст для меня не важен. Если я хочу тебя, то именно этого я хочу, — ответил он, ухмыляясь, после чего повернув её, поставив под себя, — еще я могу быть очень настойчивым. — Ты и твои слащавые слова, — сказав это, Падме обняла его. Энакин, в свою очередь, принял это родное чувство теплоты и ласки. Сняв перчатки, Энакин начал двигать руками без напряжения, при этом не разрывая поцелуй. Прикосновение его металлической руки заставляло её дрожать, но не от их холодности. Было странно, как этот кусок метала мог чувствоваться так же, как и настоящая рука. — Чувствуешь это? — проговорил он, будто читая её мысли, — ты ведь чувствуешь это, это мягкое гудение энергии. Сила проходит через меня и тебя, притрагиваясь к нам обеим. Его губы подошли к её горлу, от чего она поначалу задрожала, а потом полностью успокоилась, наполнившись энергией. Это чувство было неописуемым, а секс не был похож ни на что, наслаждение от него было скорее внутренним, душевным, нежели физическим. Никогда еще она не чувствовала Силу в таком ключе. — Эни… — простонала Падме, когда муж начал покусывать её шею. — Да, моя девочка? — ответил ей Энакин играючи. Её состояние и ситуация в целом не дали ей заметить, как Энакин застыл на одно мгновение. — Продолжай, — ответила она, впившись в его губы. Когда он прижал сильнее жену к себе, положив руки на её ноги, она принялась двигать бедрами на нем, что означало только одно: время для формальностей окончено.

~~~

Если бы вы посмотрели на шедшую по улицам Алдеараана тогрутку, то могли бы почти заметить штормовое облако над её головой. Она не выглядела несчастной, наоборот, даже очень радостной, она давно отточила этот навык в себе, только вот глаза предавали хозяйку. Её глаза говорили, нет, кричали о многом. По сути, она предупреждала всех: «Попытаетесь поиграть с моими нервами, потеряете важные части тела» — посему, люди, которые чувствовали тяжесть её взгляда, старались избегать её, убедившись что не оскорбили молодую тогрутку. Некоторые бы вероятно подумали, что у неё просто «эти» дни, другие подозревали бы проблемы в личных отношениях, но что до Рекса, то он прекрасно знал, что дело было именно во втором. — Расслабься, у тебя такой вид, как будто ты собралась вырезать всех на этой улице, — успокаивал он её. — Я полностью расслаблена. — Все, кому не повезло посмотреть тебе в глаза во время прогулки, просто пулей сбегали с твоего пути, — продолжил Рекс спокойным тоном, — ты сейчас более напряжена, нежели во время битвы. Целью нашей прогулки было поднять твоё настроение, видимо это не сработало. — Я расслаблялась по своей методике, — чуть ли не выплюнула она эти слова, смотря на него устрашающим взглядом. Это помогло Рексу понять слова Оуэна, почему всё-таки не надо злить женщин. — Резать деревья, практикуя технику владения мечом, не считается за расслабление. Это считается за практику, которая может повлечь за собой проблемы с законами об окружающей среде. — По большей части это работает, кроме того, я уже думала про медитацию, пока ты не предложил этот вариант, — возразила она. — Это была возможность для тебя проветрится и перестать думать о том, почему Энакин всё еще не вернулся. В мире есть много чего увлекательного, кроме него, не такого же качества, конечно, но всё же есть, — произнёс Рекс с многозначительной ухмылкой. — Я могу уверить тебя, что дело не в этом, — ответила Асока спокойно, хотя смотрела на него, полная раздражения. — Как скажешь, — закончил он, хотя в то же мгновение раскусил её ложь, подумав: — «Не об этом» клонская жопа. С каких пор Асока начала произносить слово «уверить» таким тоном? Асока повернула голову в другую сторону, выбросив из головы вопрос, который хотела задать Рексу. Клон вел себя очень странно с того момента, как они приземлились на Алдеаране, как будто знал о чём-то, о чём она сама понятия не имела. От него исходила какая-то странная волна, а его глаза… они искрились странным светом, особенно когда дело доходило до Энакина. Говоря об экс-джедае, он всё еще не вернулся с Корусанта. Рекс уверял её, что он вернётся к вечеру, а уже была глубокая ночь, но его всё еще не было здесь, скорее всего, разговором его встреча с женой не кончилась. Видимо они пытались улучшить свои отношения. Хотя её это должно было радовать, но она чувствовала что-то иное. Её живот сжимало от этих мыслей, как будто она проглотила хатта целиком. Она не могла понять, что за чувство это было, такого она никогда в жизни не испытывала. — Эй, мы всё еще можем посмотреть на гонки спидеров, — предложил Рекс, вырвав её из петли мыслей. — Звучит неплохо, учитывая, что у меня есть предостаточно денег для ставок. — Ах, конечно же, ты же в последнее время любишь выпендриваться и показывать, насколько ты богаче нас, холопов, — ответил Рекс улыбаясь, — позвольте, кхм… взять ваши мечи, мадам. Сколько я помню, это впервые за долгое время службы с вами. От этого она, впервые за несколько часов начала смеяться со всех сил, что порадовало Рекса. — Во имя бога, двигайся уже, пока я не выбила из тебя всю эту показушность, ты, чёртов клоун, — ответила Асока на радость Рекса. Это уже была та Асока, которую он знал с первых дней службы с ней. Эта Асока была лучше той тогрутки час назад, от которой у Рекса бежали мурашки по телу, которая могла убить первого встречного, в особенности его самого. Асока, заплатив тысячу кредитов у входа одному парню с забавными чёрно-зелёными волосами, ну, ей так показалось, вошла внутрь. Когда парень у входа посмотрел на Рекса для объяснений, тот ответил ему пожиманием плеч. В отличии от всяких азартных игроков и пьяниц Алдеараана, Асока пришла здесь, в первую очередь, ради получения удовольствия от гонок, нежели для того, чтобы поднять денег. Она ставила деньги только потому, что могла это позволить себе. Когда они оба присели, Асока посмотрела на парня, на которого поставила деньги. Она не знала, хороший ли он пилот или опытный, ей нравились его волосы, которыми он хотел как будто сделать заявление всему миру. Так или иначе, этот парень или выиграл бы ей дофига денег, или стоил бы для неё тысячу кредитов, всё же ей было всё равно на этот счёт. — «Всех гонщиков просим к стартовой линии! Начало гонок будет через 3…2…1…». — Простите меня, — послышался грозный голос одного парня, который пытался пройти через ряды сидящих зрителей. В это мгновение Асока поняла, что её мечи пропали, но не потратив и минуты, она схватила горло парня одной рукой, а другой его руку, в которых находились её мечи. — Что ты хочешь этим доказать? — жёстким тоном прорычала Асока, от чего парень явно наложил в штаны. Только наличие световых мечей должно было стать подсказкой ему, что человек, которого он хочет ограбить, был джедаем. Кроме того, её хватка на его горле не становилась легче со временем. Наоборот, хватка становилась сильнее, душа его до потери сознания, а его пальцы ломались от давления. — Я… угх… — хрипнул он. После некоторого времени она отпустила хватку на его горле, при этом заранее сломав ему средний палец и отобрав свои мечи назад. После этого она показала ему средний палец, как будто насмехаясь над ним. — Вот тебе на прощание, а теперь сгинь с глаз моих, — прорычала она опасным тоном, отчего горе-грабитель, не думая дважды, смылся без следа. К его несчастью, она заметила его уходящим через заднюю дверь, и решив унизить его сильнее, она сломала ему правую ногу, когда тот пытался поставить её на землю, от чего он взвыл от невыносимой боли. Были ли это низким поступком? Да, наверное. Волновало ли это её? Вообще не волновало. — Всякие проблемы всегда преследуют тебя, не так ли? — подколов её, спросил Рекс. — Конечно, от них просто невозможно убежать, — ответила она, повернувшись и посмотрев на удивлённо вылупившихся на неё людей, — какие-то проблемы? Неужели вы никогда не видели женщину, которая могла бы разобраться с уродом без помощи парня? Хоть зрители быстро повернули головы обратно после её слов, Рексу они показались очень интересными. В основном она себя называла девушкой, а теперь назвалась женщиной. Это чувствовалось приятно для неё: она гордилась тем, что могла называть себя женщиной. «Это одна из многих вещей, которую Энакин вбил тебе в голову» — подумала Асока, мягко улыбаясь. Улыбка сразу исчезла с лица, когда она вспомнила, где находится сейчас он… и делает Сила знает что. Она даже не хотела знать, что он делает, поэтому сконцентрировалась на гонке. — Знаешь, а ведь Энакин когда-то тоже был гонщиком? — сказала она внезапно. Ха, все старания сконцентрироваться на гонке и забыть о нём в пустую. Было уже поздно, ведь она приковала внимание Рекса к себе. — Правда? — удивлённо переспросил клон. — Абсолютно. Он когда-то был гонщиком, когда ему было лет девять, — ответила Асока, улыбнувшись, вспоминая с каким энтузиазмом он рассказывал ей эту историю. — Девять? Но ведь эти гонки в основном очень жестокие и опасные по своей сути? — Его гонки были ещё хуже, и гонялись они до смерти, ведь организатором был хатт. Тогда ему было девять, Оби-Ван говорил, что его пилотирование граничило с самоубийством, но никогда не говорил, что он плохо водил машину. Потому что это было великолепно. Я бы поставила на то, что ещё тогда он был лучшим пилотом из всех, — рассказывала Асока. — Не сомневаюсь ни капли, его умения пилота всегда были безумно опасными, но при этом великолепными. Всё же я удивлён, что он пилотировал в столь юном возрасте и при этом смог выжить. — Он не просто выжил, а именно победил! — поправила его Асока, заставив Рекса засмеяться. — Если честно, то я не удивлён, он лучший пилот в галактике. — Он великолепен во многих вещах, я же, в свою очередь, пытаюсь научится крупицам его умений, — ответила Тано. — Как видно, он тебе доверят настолько сильно, что рассказывает очень много личного. — Если бы он не доверял мне после стольких лет моих стараний спасти его жопу от всяких бед, то я приняла бы это как личное оскорбление, — улыбаясь, добавила Асока. — Я делал то же самое, я говорил с ним о том, о чём никогда бы не говорил с другими генералами, получая от него очень хорошие жизненные советы. При этом он никогда не говорил со мной о его прошлом, эта тема всегда была для него закрыта. В твоём же случае… — констатировал Рекс. — Всё не так, как ты думаешь, — попыталась парировать Асока, качая головой. — И как именно? — Я знаю, о чём ты хочешь сказать, так что можешь даже не стараться, мы не в таких отношениях, — отбилась от него Асока явно раздражённым голосом. — Я прекрасно знаю, какая между вами ситуация прямо сейчас. Я просто хочу тебе показать, что он доверят тебе больше, чем кому-либо из всех близких людей, не считая жены. Ты его называешь Эни, от других я не слышал этого, — продолжал Рекс, всё еще смотря на гонку. — Он, мягко говоря, хотел отнять это право у меня, только я сама не собиралась отказыватся. — Если ты на самом деле веришь в свои слова, тогда я был искусственно создан не для войны, — сухо ответил Рекс. — Его мама так его называла, ещё его жена и я… — Все эти люди были самими близкими для него, да ради бога, он настолько тебе доверяет, что по своей воле рассказывает такие интимные подробности из его прошлой жизни! — И что ты хочешь этим доказать? — спросила Асока, заставив Рекса застонать от усталости. Упрямая до невыносимости. — Хватит вам обоим подавлять свои чувства. Я вижу, как ты смотришь на него, он тебе явно нравится, даже больше, ты его любишь, могу уверить, что его чувства схожи по отношению к тебе. Но ваши ситуации разные. Он просто не понимает этого, поэтому постоянно проваливается в попытках наладить отношения с женой, а ты нагло игнорируешь свои чувства, — ответил он, абсолютно не беспокоясь о последствиях. Он не мог поверить, что ему пришлось завести разговор об этом, причём во время гонок. — Знаешь, я думала, что ты умный парень, видимо ошибалась, — сорвалась на него Асока. — Злись на меня сколько хочешь, но ты же видишь, что я не осуждаю тебя за это, не так ли? — произнёс Рекс. — Осуждать меня за что? Я не признавалась ни о чём, — ответила Асока, подпрыгнув в унисон с толпой. Посмотрев на финишную линию, она увидел, что парень, на которого она поставила, выиграл гонки, хотя ей, как видно, было наплевать. Рексу было всё равно, он не собирался спускать в унитаз огромную кучу денег. — Твоя девушка так торопится выйти отсюда, хотя выиграла кучу денег? Что ты ей такого наговорил? — спросил клерк. — Она не моя девушка, но она очень дорога сердцу одного знакомого для меня человека. Ну, а ушла она потому, что я сказал ей то, чего она не хотела слышать, — объяснил Рекс. — Так или иначе, ты берёшь деньги или оставляешь? При втором варианте все сто двадцать тысяч кредитов останутся стадиону — разъяснил ему клерк. — Я был бы кретином, если бы отказался от выигрыша. Самое смешное здесь то, что она поставила на парня, не задумываясь, просто потому, что могла и хотела, при этом ей было плевать, выиграет она или проиграет, — ответил клон, взяв сумку с деньгами. — Тогда попроси её вернутся и помочь мне поставить деньги на правильную лошадку. Мне бы не помешали лишние сто тысяч, — ответил клерк, горько улыбаясь. Увидев это, Рекс вытащил сто кредитов из сумки и отдал их клерку. — Всё равно ей наплевать на деньги, счастливых выходных — сухо сказал Рекс, уходя. Он надеялся, что одна тогрутка с световыми мечами не отрежет ему башню в ту же минуту, когда он выйдет из помещения.

~~~

В апартаментах одной из высоток Корусанта было тихо: два человека лежали в кровати друг с другом. Падме лежала, повернувшись к своему мужу, рукой обнимая его плечо. Энакин, лежа на спине, уже несколько часов пытался заснуть после секса. Тщетно. Бросив эту идею, он пошёл в туалет и остановился возле раковины, что начисто отбило весь сон. При этом он пытался быть осторожным, чтобы не разбудить её. После того, как он помыл своё лицо, его руки в бессилии упали на края раковины, а он всматривался в своё отражение в зеркале. Его потрёпанные волосы и следы пота напоминали ему о сексе с женой, отчего ему хотелось разбить зеркало перед собой, ведь он уже не узнавал лицо человека в отражении. «Тот, кто сказал, что примирительный секс решает все проблемы, достоин быть растоптанным ранкором» — подумал он, после чего, выключив свет, попытался вернутся в постель и уснуть.