A Path Less Taken

Оби-Ван всегда был спокойным джедаем, и это стало одной из его отличительных черт. Несмотря на ситуацию, он мог сохранять хладнокровность, спокойствие и оставаться собранным. Однако сейчас был один из тех редких моментов, когда он не мог унять беспокойство. Причиной тому было предупреждение Энакина, который, как он знал, обладал отличным предвидением. «Не говоря уже о том, что я видел это место в своих снах. Я помню пламя… крики… боль… ненависть… Я до сих пор не могу понять, что все это значит…» «Просто убедись что не теряешь бдительность. Ни на секунду» — Все хорошо, мастер Кеноби? — спросила Серра. — Пытаюсь успокоить свои мысли. — Это из-за того, что сказал Скайуокер? — Да. И дело не только в великолепной способности Энакина предвидеть будущее. Тот, кто охраняет Амидалу, станет серьезной преградой для нас. — Кто бы это ни был, он не остановит нас, — успокоила Серра, как невзначай прокрутив Силой один из своих мечей. Выражение на ее лице было жестким и граничило с гневом. — Оставь свой гнев, юный падаван, он затуманит твой разум. — И как же? — спросила Серра, опустив меч. — Что именно? — Оставаться настолько спокойным. Не злиться. Храм Джедаев в руинах, многие из близких нам джедаев мертвы. Наша семья, друзья, их больше нет. Я в бешенстве, почему ты нет? Серра была хорошей девочкой, отличным джедаем, но, по всей видимости, разрушение Храма и то, что она осталась одной из немногих выживших, легло тяжелым бременем на нее. И поэтому Оби-Ван пытался помочь ей чем мог. — Если честно… — глухо выговорил мастер-джедай, смотря ей в глаза, — мой гнев делает меня слабее, более неуклюжим и заставляет терять концентрацию. Только Кодекс, по которому живут Джедаи, не ставит под опасность жизни окружающих. Поэтому я пытаюсь закрыть путь любому виду гнева. — Даже не дать ему вырасти? — спросила Серра. — Никто не застрахован от гнева. Просто я пытаюсь не дать ему волю. — Это трудно, но не невозможно. Если слухи верны, то мастер Йода за свою долгую жизнь никогда не был подвластен эмоциям, которые ведут на темную сторону Силы, — напомнил ей Кеноби, — это то, в чем у меня были проблемы в твоем возрасте. — Мастер Квай-Гон, — вспомнила Серры. Хоть она не была тогда частью Ордена, но слышала истории. Оби-Ван кивнул головой, прежде чем на приборной панели корабля появился чья-то фигура. — Мастер Кеноби, — приветствовал его Кловис. — Мы приближаемся к системе Мустафара, сенатор Кловис. Где именно вы находитесь? — Пока что отсиживаюсь, думаю, мое присутствие сделает все хуже. — Кажется, я понимаю, почему вы так думаете. Однако ваше присутствие в любом случае очень поможет нам, — не согласился Оби-Ван, на что Кловис удивленно поднял брови. — Вы хотите использовать меня как приманку? — Вроде того. Вряд ли они как-то плохо отреагируют, если узнают, что с визитом к ним пришел обычный сенатор, а не два джедая. — Думаете, это увеличит шансы ее выживания? — Да, — коротко ответил Кеноби, заставив сенатора вздохнуть. —  Тогда я спускаюсь на поверхность планеты. Когда я буду на месте, где держат Падме, дам вам знать, — Кловис отключил связь. Раш знал, что имеет все причины отказать джедаям, ведь те по закону теперь являлись военными преступниками, которые пытались предательски убить бывшего канцлера — ныне императора галактики. Однако у него было две причины помочь им, и первой из них была женщина, которую он хотел вызволить из плена, хотя та даже не хотела его видеть рядом с собой. А второй причиной было то, что империя ему не очень-то и нравилась. «У меня привычка принимать такие великолепные решения», — с сарказмом подумал он, приземляясь на поверхность планеты. Насколько он знал, шахты на Мустафаре были выкуплены Сепаратистами уже довольно давно, поэтому это место было идеальным для заключения Падме. Если конечно считать, что выводы Скайуокера были правдивыми. Спустившись к горному комплексу, Раш покинул корабль только для того, чтобы заметить стоящего напротив Мола. Он едва успел отправить сигнал с коммуникатора, прежде чем ощутил холодную хватку на шее, когда земля ушла из-под ног. — Как ты нашел это место? Почему ты здесь? — холодным тоном спросил Мол. — Я много знаю о Сепаратистах, как и то, что они владеют шахтами на Мустафаре. А здесь я для того, чтобы заключить сделку с тобой. — У тебя нет ничего, что мне было бы нужно. — Джедаи. Я знаю что ты, хочешь джедая, — быстро сказал Кловис, и холодные глаза Мола загорелись огнем ненависти. — О каких джедаях ты говоришь? — Оби-Ван Кеноби, полагаю, ты с ним хорошо знаком, — сказал Кловис. Ему не нужно было быть джедаем, чтобы ощутить гнев Мола, как только тот услышал имя этого джедая. — Где он! Говори, где он! — зарычал Мол. — Во-первых… я хочу убедиться, что сенатор Амидала в безопасности. Я видел, как твои солдаты охраняют ее. — Где он, немедленно говори, где он. Мое терпение не безгранично, а твоя жизнь висит на волоске, сенатор, — Мол сильнее сжал руку на его горле. Еще немного, и шея Кловиса сломалась бы от давления. — Моя смерть тебе ничего не даст, и ты потеряешь Оби-Вана Кеноби, думая, что он где-то там, в космосе, живой, а ты никогда не сможешь отомстить ему. Джедаи очень умны и могут скрываться от тебя вечность, — продолжал говорить Кловис слабым голосом. После пары секунд сомнений он почувствовал, как хватка на его шее слабеет. После он отключил коммуникатор, уверенный, что джедаи уже знают куда сесть. Сейчас нет смысла рисковать, чтобы ситх не стал его подозревать — Внутрь. Мы… обсудим это внутри, — на этот раз голос Мола был тихим, когда тот рукой показал ему направление. «У меня не так много времени, пока он не решил покончить со мной», — думал Кловис, понимая, что Падме охраняют по высшему разряду, и не было надежды, что ее вот так отпустят. — «Этим джедаям стоит поторопиться». Оби-Ван и Серра не стали тратить лишнее время и прямо направились к шахтам. К счастью, Затмение могло не только незаметно летать, но так же и садиться, как самые лучшие разведывательные корабли, если не еще лучше. — Хорошо, что Энакин не стал обычным головорезом, как Кэд Бейн, — сказал Кеноби, когда они сели на планету. — Почему? — удивилась Серра. — Потому что поймать его было бы невозможно с таким-то кораблем. Серра не нашла, что ответить, ведь сам процесс посадки был настолько тихим, что даже они ничего не услышали. Не говоря уже о способностях корабля к маскировке, его мобильности и широком арсенале вооружения… Этот корабль позволил бы даже худшим пилотам выполнять работу профессионалов, не говоря о таком талантливом пилоте, как Скайуокер. — R2, останься у корабля, — приказал джедай, услышав от того сигнал согласия. Оби-Ван и Серра вошли в здание насколько незаметно, насколько могли, пытая не издавать ни звука. Нужно было найти Падме перед тем, как Мол мог бы навредить ей, что было главной целью, тогда Асока, Энакин и Йода будут сражаться с Палпатином. Несмотря на всю мощь ситха, Оби-Ван сомневался, что тот сможет победить их всех троих. И даже была такая мысль, что Энакин смог бы выйти против него один на один. Кловис убедился, что идет достаточно далеко от Мола, ведь и без этого он сейчас ходил по тонкому льду. К счастью, ситх питал непомерную ненависть к Кеноби, на чем можно было сыграть. Он надеялся, что сможет выкупить немного времени, чтобы джедаи успели спасти Падме и уйти с ней, прежде чем ситх убьет его и кинет тело в лаву. Сенатора повели в комнату, которая по своим размерам напоминала командный пункт. По всему полу были разбросаны тела лидеров сепаратистов. Он знал их всех, ведь большинство из них были в розыске и считались преступниками как для Республики, так и для Ордена джедаев. Теперь он понял, почему Падме заточили здесь. Видимо, так было удобнее всего. — Можешь обустроиться там, — сказал Мол, показывая на дверь. И кажется, Раш должен был войти первым. Когда же он это сделал, то увидел саму причину его визита. — Падме! — воскликнул Кловис, чем удивил молодую женщину. Ее привязали к стулу, используя части дроидов и остатки кабеля. И ее руки, кажется, кровоточили. — Что ты с ней сделал? — Ничего такого, от чего нельзя было бы оправится. Но именно это я сделаю с тобой, если ты сейчас же не расскажешь мне все, — пригрозил Мол, заставив Кловиса сесть на стул. — Где Кеноби? — Что ты делаешь здесь, Кловис? — удивленно спросила Падме, теперь пытаясь вырваться из оков. — А на что это похоже по-твоему? Я пытаюсь спасти тебе жизнь, — ответив ей, Кловис переключил внимание на Мола.  — Ценой чужой жизни? — гневно спросила Падме. — Да, — сухо ответил Кловис, что заставило Падме замолчать, — я обнаружил Кеноби с помощью Энакина Скайуокера. — Он знает, что Кеноби жив? — задал вопрос Мол. — Вполне вероятно, что по этой причине он и выжил. Вот почему он все еще пытается тратить время на свою бывшую жену, — голос Кловиса звучал холодно и уверенно. Может, он и не был хорошим человеком, но отличным политиком точно был. Оба этих понятия никогда не противоречили друг другу. — Тогда как ты узнал о местонахождении Кеноби? Не думаю, что Скайуокер так просто выдал тебе информацию, — сказал Мол с подозрением. — Конечно, не все было так просто. Он не доверяет мне, но доверяет моему желанию спасти Падме. Как видишь, она мне небезразлична, и так как я не доверяю Скайуокеру жизнь Падме, я решил взять дело ее спасения в свои руки. Так же это станет бонусом для меня в нашей новой империи, — он чувствовал, что Падме буквально сверлила его взглядом. — Где Оби-Ван? — спросил Мол активировав меч. — Ближе, чем ты думаешь, — раздался голос Кеноби, что заставило ситха обратить внимание на него. Мол повернулся вовремя, чтобы увидеть, как Кеноби в прыжке отправляет его в полет. Серра была позади него, поэтому не стала тратить время зря, быстро показавшись в комнате и двумя изящными ударами освободив Падме он оков. — Ах ты… — зарычал Мол, пытаясь достать отступающего Кловиса, пока Оби-Ван не преградил ему путь с зажженным мечом. — Кеноби… Ситх произнес это с яростью и ненавистью. — Мол, — спокойно ответил джедая, смотря на когда-то гордого Лорда Ситхов. Вид его был еще ужаснее вблизи. Теперь Оби-Ван удостоверился, что металл был просто вживлен под его кожу. А сама кожа была настолько деформирована, словно ту измельчили и снова собрали. Дыхание тоже было обрывистым, будто ему сделали операцию на легких. Хотя вообще не было понято, сколько операций ему сделали. Но больше всего Оби-Вана удивило выражение его глаз. Вместо обычной ненависти, которую он видел когда-то в глазах ситха, теперь там словно сидел бешеный зверь с неподконтрольным гневом. Бесконечная боль была превращена в ненависть ко всем и всему, кроме создателя. И это станет основой его существования до конца жизни. Оби-Ван знал, насколько холодным и жестоким мог быть Дуку. Но это… это было определением зла наяву. Понимая, сколь гневным может быть Энакин, мастер-джедай знал, что даже его бывший падаван не способен сделать такое даже со своими худшими врагами. — Такое существование… — произнес Оби-Ван, смотря на Мола. — Что? Чувствуешь жалость, Кеноби? Ты испытываешь отвращение? Или оправдание? — спросил Мол с отвратительной улыбкой на лице. Из всех частей тела только его лицо было нетронутым, если не считать старых ран. — Никто не должен так жить. — Это жизнь вечных мук и гнева. Жизнь, полная силы! — Такая жизнь хуже смерти, — ответил Кеноби с отвращением в голосе, — твой мастер жестокий монстр. — А ты бы не пожелал мне такой жизни? Я бы пожелал ее тебе, — в голосе Мола слышалась садистское наслаждение, что заставило спину Падме покрыться холодным потом, а Серру содрогнуться. — Каждый твой день будет болью, но ты никогда не научишься превращать эту боль в силу. — Я уже думал о том, как убить тебя, я хотел бы ненавидеть тебя за все, что ты сделал, — ответил Кеноби, сильнее сжимая меч. — Но я не могу тебя ненавидеть. Если что, мне жаль тебя. Так что нет, я бы не хотел для тебя такой участи. — Избавь меня от своей жалости! — зарычал Мол и бросился в атаку. Оби-Ван поднял меч, чтобы заблокировать удар, чувствуя, как его ноги заскользили по полу. Направив клинки вверх, он ударил ситха в живот, и пока тот согнулся от удара, впечатал того в стену, используя Силу. — Выбирайся отсюда, — приказала Серра Падме. — А мы попытаемся отвлечь его… — Нет! Ты уйдёшь вместе с сенатором Амидалой, а я лично займусь Молом, — оборвал ее Оби-Ван, держа меч в стороне. — Один? — Так или иначе, эта вражда должна закончиться, как должна была закончиться еще десятки лет назад, — сказал Кеноби, пока Серра смотрела на Падме, а та наблюдала за Оби-Ваном с беспокойством. — Оставайся рядом со мной. Будет хреново, если ты не сможешь отсюда выбраться целой, — попросила её Серра, направляя Падме прочь из комнаты. Мол наклонил голову, придя в себя после удара. Издав животный рык, он бросился на Кеноби, скрестив с ним мечи. На этот раз Мол ударил джедая в грудь, сбив того с ног. Прежде чем он успел наступить на него своей металлической ногой, Оби-Ван вскочил на ноги и ушел от удара. Они оба начали обмениваться ударами, поскольку Соресу позволяла Кеноби с легкостью парировать атаки Мола. То, как Мол сражался с ним, не было похоже на обычный стиль боя. Казалось, он использовал животные инстинкты, а не привычные приемы. — Ты и есть причина подобного существования, Кеноби, — зарычал Мол с ненавистью в голосе. — Я не буду брать ответственность за такое бесчеловечное деяние. А вот за то, что разрезал тебя пополам, пожалуй, возьму. Именно это я и хотел тогда сделать После этого последовал гневный крик Мола, который вложил в удар всю силу, пытаясь отрубить Оби-Вану голову. Так или иначе, Оби-Ван с легкостью отразил эти выпады, при этом успев пару раз ударить ситха ногами или локтем, что, к сожалению, не дало почти никакого эффекта. — Раньше ты был гордым ситхом. У тебя был брат, вместе с которым ты сражался, имел семью и идеалы. Все исчезло из-за одного человека, который тобой управляет и которого ты называешь мастером, — Кеноби удалось отразить меч ситха, что дало ему время для мощного удара кулаком по лицу Мола. Испустив еще один крик гнева, Мол снова скрестил клинки с джедаем, но на этот раз гневный крик и удары сопровождались использованием Силы, что прижало Кеноби к стене. Пользуясь моментом, Мол немедленно прыгнул на джедая, пытаясь подавить того мощью. Оби-Ван из последних сил откинул ситха от себя, ударив того ногами. Хотя ему сразу же пришлось прыгнуть в сторону, когда Мол попытался немедленно разрубить его пополам своим мечом. Контрольная панель позади него превратилась в горящий мусор, а машины снаружи перестали действовать по назначению. Молу удалось ударить Кеноби ногой, от чего ему пришлось извернуться, чтобы не приземлиться на спину. Мол попытался Силой припечатать джедая к стене, но Оби-Ван смог остановить толчок и отправить его обратно, откинув Мола назад. Оби-Ван сразу же прыгнул на него, и их мечи скрестились на уровне лиц. — Я увижу тебя мертвым, Кеноби. — Этого я тебе не позволю, — спокойно ответил джедай. В этот момент Оби-Вану удалось быстрым движением изменить угол меча, и большой палец ситха, который не заметил движение противника, был отрезан. Ситх зашипел от боли, но проигнорировал ее и попытался ударить Оби-Вана по голове, однако сделал это слишком медленно. Настолько, что внезапно почувствовал дикую боль в груди. Так же внезапно всё чувство гнева и ненависти улетучилось, будто это было далеким воспоминанием. Он умирал, но даже мысль об этом успокаивала. Оби-Ван, колеблясь, выкинул меч Мола в сторону, успокаивая себя тем, что даже если бы у него были силы ударить в ответ, то он изначально смог бы парировать смертельный удар. Его раздумья были перебиты пустым, но болезненным смехом, в котором были слышны нотки веселя. — Мой конец близок, Кеноби. Однако я скажу «прощай» этому проклятому существованию, — Мол приподнял свою руку, которая осталась без пальца. В эти последние моменты, ситх был рад, что мог теперь думать свободно. — Лучше смерть, чем такая жизнь, — когда Оби-Ван ответил ему, тело Мола содрогнулось от сильной боли. — Причиной, почему я находился здесь, был Скайуокер, он мог остановить моего старого мастера. Сможет ли он сделать то, что должен? — спросил умирающий ситх, держа руку на ране. — Он сделает, — уверенно ответил Кеноби, зная Энакина и то, что он делает с такими людьми, как Сидиус. Он прекрасно знал, что в тот момент, как только он узнает об освобождении Падме, то немедленно убьет Сидиуса. Но Оби-Ван надеялся, что Энакин передумает делать это. — Тогда… он отомстит за нас… — на этих словах глаза Мола застыли, когда тот издал последний вздох. Теперь все стало официально. Мол, когда-то Дарт Мол, теперь умер. Судьба, которая, Оби-Ван думал, настигла его десятки лет назад, настигла ситха только сейчас. Единственное, что давало ему спокойствие, это то, что его судьба будет отомщена в полной мере. В некотором роде они были искаженным отражением друг друга. Ведь его жизнь была связана с джедаями, а жизнь Мола — с Ситхами. После всего, что Мол сделал ему, он хотел бы ненавидеть ситха, но больше жалел его. Учитывая через какие страдания он прошел у своего мастера. Поэтому после некоторого колебания он закрыл глаза своему старому врагу. Он прекрасно понимал, что ничего еще не кончено, пока Сидиус на свободе. Он просто надеялся, что в Энакине есть то, что позволит ему закончить дело. Оби-Ван взял в руки коммуникатор.

Энакин нахмурился и уставился в землю. Делал он это не по своей воле, потому что у него не было иного выбора, кроме как встать на колени перед ситхом и поклясться ему в верности. И он знал, что этот отвратительный старик наслаждался тем, что видел Энакина на пике могущества, но при этом на коленях перед ним. — Этот день станет новым началом для тебя, —хрипло сказал Сидиус. — Великая Сила в тебе. Могущественным Ситхом ты станешь. С этого момента ты будешь известен как Дарт… — Не будет он никаким Дартом, — прервал ситха очень знакомый для Энакина голос. Посмотрев на коммуникатор в столе у Сидиуса, он вместо Мола увидел там Оби-Вана. Это означало что Кеноби добрался туда, где держали Падме, а это, в свою очередь, означало… Не колеблясь ни секунды, Энакин выхватил свои мечи и мгновенно скрестил их с ситхом, стоящим перед ним. Гнев, который так долго Энакин держал в узде, теперь был полностью высвобожден.