Другая страна

      TW: описание приёма наркотиков и самоубийства       На удивление Шерлок проснулся наутро не в ужасном состоянии. Голова болела, во рту появился толстый слой неприятного налёта, но в остальном дела обстояли неплохо: он чувствовал себя куда хуже после мальчишника Джона. Шерлок смутно припоминал, как Лестрейд нависал над ним, пока он осушал несколько стаканов воды, что, судя по всему, объясняло отсутствие тяжёлого похмелья. После душа самочувствие только улучшилось. В квартире Шерлок обнаружил больше доказательств заботливого присутствия Лестрейда: свёрнутое одеяло на диване и записка на столе рядом с пузырьком парацетамола: «ПРИМИ ТАБЛЕТКУ И ПЕЙ ПОБОЛЬШЕ ВОДЫ, ПОЗЖЕ СКАЖЕШЬ МНЕ СПАСИБО».       Шерлок послушно последовал этим инструкциям — требования Лестрейда опирались на опыт — и после некоторых раздумий решил, что также осилит немного чая и тостов. Для февраля день выдался не столь мрачным, и пока Шерлок жевал свой тост, то ощутил себя неожиданно счастливым. Он одолел последнюю инкарнацию Мориарти, постоял за себя и заслужил совершенно бесполезное одобрение Лестрейда, был чист месяц и три дня и не валялся мёртвым в Восточной Европе. И скоро выйдет из-под домашнего ареста. Он — Шерлок Холмс. С Джоном Уотсоном или без него — жизнь удалась.       Шерлок потянулся как кот, сделал себе ещё одну чашку чая и прикинул свои варианты. Вполне вероятно, что Майкрофт одобрил бы его помощь в сортировке того, что они нашли в «Королевском флористе», но именно такую скучную обязанность по зачистке Шерлок избегал всеми правдами и неправдами. Хотя, это дало бы возможность выбраться из квартиры… он уже просмотрел все папки, полученные от Майкрофта, лучше выставить их на лестничную площадку вместе с остальным для безопасного уничтожения. Подумав об этом, Шерлок решил заодно убрать и всё, что приколол к стене. Шерлок посмотрел на стену с долей нежности, и одно изображение привлекло его взгляд. О чём он вообще думал? У него всё ещё есть дело.       Шерлок вытащил папку о мужчине, утонувшем на суше, поразмыслил, не стоит ли убрать остальные изображения со стены, но решил позже поручить это Гоббс, и приступил к работе на новом месте.       На стене осталось не так много свободного пространства, так что он приклеил фотографии к зеркалу над камином. Кто-то хотел, чтобы Уильям Купер умер. Шерлока так поглотил увлекательный вопрос «как?», что он не обратил внимания на вопрос «кто?», полагая, что решая первый, он естественно найдёт ответ на второй, однако зашёл в тупик. Пора вернуться к самому главному вопросу: кому была выгодна смерть Купера? Не Сигрид Экланд. Определённо Имоджен Купер, но полиция и Лондона и Кента изучили её жизнь вплоть до каждого шага. Если убийца — миссис Купер, она чрезвычайно осмотрительна. Итак. Кто ещё? Шерлок извлёк свидетельские показания и принялся методично вычитывать их, уделяя особое внимание подругам Имоджен Купер, которые отдыхали с ней вместе в спа. Разумеется, их всех тоже проверили и ничего не нашли, но Шерлока больше интересовало, что они сказали о семье. Когда он закончил, то стал рыться в папке, пока не дошёл до подборки заметок, которые ранее лишь бегло просмотрел. Он перечитал их дважды, сложив пальцы домиком, а затем усиленно сверлил взглядом пустоту на протяжении десяти минут. Потом набрал Лестрейда.       — Джейк Купер, — сказал Шерлок, когда тот взял трубку.       — Что? — отозвался Лестрейд в полнейшем недоумении. — Я думал, ты звонишь, чтобы пожаловаться на похмелье.       — Разумеется, нет, я в порядке. Без сомнения благодаря твоим превосходным заботам и советам, — добавил он как бы между прочим.       — Ага, ладно, хорошо. А о ком ты сейчас говорил?       — О Джейке Купере, — повторил Шерлок с едва скрываемым раздражением. — Сын мужчины, утонувшего на суше.       — Ах, о нём, — сказал Лестрейд. — Почему ты об этом беспокоишься? Я думал, всё устроил Мориарти.       — Я не уверен, что убийство дело рук Антеи. И я всё ещё желаю выяснить, как это провернули. Мы никогда не свяжем дело с Имоджин, пока кто-нибудь не проговорится. Поэтому я присмотрелся к сыну.       — К сыну… вот дерьмо. Думаешь, это он?       — На выходных, когда произошло убийство, Джейк Купер находился в своём интернате в Нортумберленде. Это школа для малолетней шпаны, которая нарушала закон или принимала наркотики, и в интернате строгие порядки по отношению к ученикам, покидающим территорию, им даже не разрешается иметь мобильные телефоны. Но на каникулах…       — Джейка выгнали из школы в Лондоне за торговлю наркотиками, — медленно проговорил Лестрейд. — У него остались связи.       — Мне нужны его телефонные записи.       — Я могу достать. Я с твоим братом, дай мне пять минут, чтобы отправить Донован за ними.       Это подало Шерлоку ещё одну идею, и когда он разъединился, то написал Гоббс:       Готова опять заняться телефонными записями?       Разумеется, она была готова.       Так получилось, что Гоббс пришла незадолго до прибытия самих записей. Что вышло к лучшему, поскольку Шерлок слишком отвлёкся в среду и не составил точный список покупок, в результате чего остался без мыла и лапши быстрого приготовления. Гоббс ушла, пританцовывая и довольно напевая, а десять минут спустя прибыли телефонные записи.       Последние несколько часов Шерлок изучал присутствие Джейка Купера в социальных сетях. Которое на удивление оказалось скудным. Конечно, он вёл обычные аккаунты в инстаграме и твиттере, но, похоже, заключение в школу, где доступ к мобильному телефону ограничивался несколькими строго контролируемыми сеансами в неделю, как правило, снижало количество постов. Шерлок также присмотрелся и к самой школе, голова пошла кругом от облегчения, что его собственные антисоциальные выходки пришлись на возраст, когда родители уже не смогли бы запереть его в подобном месте.       Ещё Шерлок отметил, что всплеск публикаций и твитов случился в рождественские каникулы и повторился примерно через неделю. По всей видимости, Джейка Купера отпустили домой к его якобы горюющей матери. Просматривая телефонные записи, Шерлок увидел, что закономерность сохранилась. Очевидно, Джейк остался дома. Из-за горя? Или его мать с самого начала была против, чтобы он уезжал в школу? Джейк служил источником разногласий и ссор между родителями, это чётко прослеживалось во всех показаниях.       Шерлок разделил телефонные записи на две половины, оставив себе ту, что начиналась с середины декабря. Он сгорал от нетерпения, чтобы начать, но знал, что, когда вернётся Гоббс, за ней последует миссис Хадсон вместе с закусками, поэтому смирился, что придётся подождать ещё.       Поднос миссис Хадсон неожиданно оказался праздничным и ломился от маленьких бутербродов и тартов.       — Сегодня мой вечер игры в карты, — объяснила она, осторожно помещая поднос на стол. — Первая пятница месяца. Мы должны устраивать его по очереди, но никто не захотели возвращаться сюда после того раза с гранатами, ты помнишь, Шерлок… понимаешь, никто не обладает моей выдержкой, а я думаю, что мужчина, побежавший после того, как его подожгли, обезвредил несколько.       — Прошу прощения за лишние хлопоты, — проговорила Гоббс, держа свой птифур так, словно беспокоилась, что миссис Хадсон попросит его вернуть.       — О, ничего страшного, дорогуша, у меня уже всё было готово. Миссис Тёрнер принимает у себя в мою очередь, а я приношу еду. Вот только я не вернусь до позднего вечера, поэтому убедись, что Шерлок помоет чайные принадлежности? Я заберу их утром.       Гоббс расстроилась сильнее, чем того заслуживало отсутствие домовладелицы, живущей внизу.       — До какого часа вы задержитесь?       — До десяти или одиннадцати. Мне жаль, моя дорогая.       Здесь явно что-то происходило, но Шерлок был слишком взвинчен, чтобы обращать внимание.       — Я прекрасно справлюсь с мытьём посуды без напоминаний.       Гоббс с недоверием глянула на него.       — У вас на кухне посуда лежит со среды!       — Что ж, вот и помой её тогда, я тебе не за музыкальные представления плачу, — ответил Шерлок. — А теперь за работу.       — И что мы будем делать с ними? — спросила Гоббс, поднимая пачку распечаток.       — Начни с поисков звонков в «Королевский флорист». Если не найдём, начнём просматривать их вместе, так будет быстрее. На этот раз не обращай внимания на текстовые сообщения.       Изучение телефонных записей оказалось ещё скучнее, чем Шерлок помнил, но хорошее настроение сохранялось, а наличие небольшой компании приносило удовольствие. Когда вечер подошёл к концу, Шерлок разжёг камин, а Гоббс приготовила ещё чая, напевая на кухне, в уютной, а вовсе не раздражающей, манере. Звонков в «Королевский флорист» не обнаружилось, как Шерлок и ожидал, так что началась настоящая работа.       — У тебя почерк лучше, а я быстрее работаю с базами данных, — обратился Шерлок к Гоббс. — Так что начинай отсюда, с семнадцатого декабря и зачитывай номера. Как только мы выясним их, можешь просто отметить все повторы. Это подросток, старше тебя на несколько лет, но не такой умный, так что, сомневаюсь, что он подумал об одноразовом телефоне, и здесь полно текстовых сообщений — однако то, что мы ищем, может оказаться и сообщением, так что нам придётся просмотреть всё.       Это оказалось не так уж плохо, как ожидал Шерлок. И действительно встречались целые страницы смс — Джейк Купер навёрстывал упущенное или это все подростки так часто переписывались? — но большинство из них приходили с одних тех же нескольких лондонских номеров, все с семейных телефонных счетов в пижонских районах. Друзья из старой школы, без сомнения. Горстка сообщений из других уголков страны, похоже, от друзей из новой школы, и редкие звонки или смс от матери или отца. Кроме этого телефонных звонков почти не было.       — Повтор, повтор, повтор, — бормотала Гоббс, пересчитывая номера на странице. — Вот один: 1326 —       — Мы уже отмечали его раньше.       — Да? Ах, точно, девушка из Фолмута, — она вычеркнула его. — Ладно. 20 6712 3558.       Пальцы Шерлока замерли над клавишами.       — Скажи снова.       — 20 6712 3558, — послушно повторила Гоббс.       Шерлок застыл, едва поспевая за ходом своих мыслей. Не нужно вбивать номер в базу, чтобы узнать, кому он принадлежит. Этот номер Шерлок хорошо знал. Очень, очень хорошо.       — Что-то есть? — спросила Гоббс, выжидательно глядя на него.       — Тихо.       Улыбка Антеи. Записка «Соскучился по мне?» Собственная интуиция, которой он всегда доверял.       Шерлок медленно вытащил свой телефон и вбил номер, чтобы отправить сообщение.       Нужно встретиться. Сегодня вечером. ШХ       Ответ пришёл так быстро, словно на том конце только его и ждали.       У меня сейчас дела.       Ты не пожалеешь. ШХ       Пауза чуть дольше, а затем:       У тебя?       Да. ШХ       Дай мне час.       Шерлок осторожно положил телефон на стол и посмотрел на Гоббс, которая совершенно неподвижно сидела, во все глаза глядя на него.       — Тебе нужно убраться, — сказал он ей.       — Ох, мистер Холмс…       — Нет, я имел в виду именно то, что сказал, иди домой. Это не та, ситуация в которую тебе стоит впутываться.       — Но как же посуда!       — Слушай, можешь вернуться утром, с этим я закончу, и заплачу тебе, — нетерпеливо сказал Шерлок. — А теперь иди.       Должно быть, что-то в его выражении лица сообщило, что спорить не стоит, потому что Майя поспешно убрала их кружки и повесила сумку на плечо, даже не напевая. В дверях она повернулась, чтобы спросить:       — Когда…       — Я напишу.       — Хорошо, — ответила Гоббс и стала спускаться, тихий гул какой-то мелодии «Fifth Harmony» разливался над лестницей, пока хлопок двери не прервал песню.       Шерлок перестал прислушиваться. Он погрузился глубоко в свои мысли, прокручивая всё, что произошло в последние несколько месяцев, а затем, более подробно, последние несколько недель, соотнося всё с новой информацией. Боже, почему он был таким идиотом? Вёл себя не лучше Майкрофта, позволив своим простодушным предположениям о верности, оставить его слепым к тому, что происходило на самом деле. Звонок прозвенел дважды, прежде чем Шерлок вспомнил, что миссис Хадсон ушла, и он спустился, чтобы ответить.       — А ты не торопишься, — сказал Уиггинс, ссутулившись в дверном проёме, имея, как и всегда, непритязательный вид. — Думал, тебе не терпелось поговорить со мной.       — Поднимайся, — бросил Шерлок и указал ему путь. Уиггинс плюхнулся на диван, как и в прошлый раз, оставив Шерлока сидеть в своём кресле и немигающе смотреть на него долгую минуту.       Уиггинс поднял брови, очевидно невозмутимый.       — Щас пятница, мистер Холмс. Мне скоро пора. Хочешь терять свои деньги, просиживая штаны, меня это устраивает, но —       — О, я склоняюсь к мысли, что ты задолжал мне бесплатный разговор, не так ли? — сказал Шерлок. — Я определённо не извлёк выгоду из своих денег в прошлый раз.       — Как по мне, так ты получил больше, чем заплатил, — отметил Уиггинс.       — Я платил тебе за информацию, а не за отвлечение. И, полагаю, кое о чём ты умолчал.       — О, — Уиггинс ухмыльнулся, обнажив отвратительные зубы. — Сообразил что ли наконец? Долго же до тебя доходило. И что тебя навело?       — Джейк Купер, — сказал Шерлок. — Позвонил тебе, чтобы заказать убийство отца. Его мать вообще в курсе? Должно быть, он заплатил из своего трастового фонда, вот почему мы не нашли ни единого вывода средств со счетов матери. Полагаю, ты был его дилером.       — Ага. Родного папку, — ответил Уиггингс. — Мелкий бессердечный ублюдок.       — Так значит, всё это время существовал ещё один Мориарти, — тихо проговорил Шерлок. — Как давно ты на него работаешь?       Какая-то тень пробежала по лицу Уиггинса, зловещая гримаса исчезла так быстро, что Шерлок почти решил, что ему примерещилось.       — Неправильный вопрос. Мистер Холмс.       Шерлок нахмурился. Неправильный вопрос… а затем понял и тут же осознал, что допустил поистине астрономическую ошибку.       — Это ты. Ты не работаешь на Мориарти, ты и есть Мориарти.       — Всегда недооценивал меня, не так ли? Сколько раз я демонстрировал тебе, на что способен, но ты никогда не замечал. Никогда не наблюдал, — губы Уиггинса изогнулись, а бледные глаза недобро блеснули.       — Что, серьёзно — всё из-за этого? — проговорил Шерлок наиболее скучающим голосом, который смог изобразить. — Вся эта болтовня на Рождество о том, что ты мой протеже? Я недостаточно ценил тебя, и поэтому ты решил стать преступным гением, чтобы привлечь моё внимание?       Уиггинс пожал плечами.       — Может быть, в самом начале. Но выяснилось, что мне нравится быть преступным гением, понимаешь? К тому же денег намного больше. Знаешь ли, я не собираюсь до конца жизни заправлять ночлежкой. Да, поначалу я думал, что будет забавно утереть тебе нос, ведь ты всегда вёл себя так, словно я находился там только потому, что тебе от меня было что-то нужно: информация или слив данных Магнуссену, ты никогда даже не задумывался, для чего я действительно участвовал в деле. Я планировал убрать Магнуссена и посмотреть, сколько ты будешь соображать, но это ты его пристрелил, а себя отправил в ссылку.       — Какое разочарование.       — Нет худа без добра. Всегда имей план Б, вот чему я научился. По моим сведениям, было не похоже, что ты вернёшься, а разве есть лучший способ захватить трон, чем пойти и убрать тебя? Я разложил всё по полочкам, впрочем, ты всё чертовски упростил. Сказал мне точно, когда взлёт, сколько будешь находиться в полёте, сколько времени хочешь быть под кайфом, прежде чем перейти на кокаин. Я знал, что ты уколешься сразу. Оставил десять минут на видео, потому как знал, что к тому времени ты умрёшь. Вот только я не предусмотрел, что ты будешь прощаться дополнительные пять минут и не ожидал, что тебя смогут вернуть с того света, как только ты приземлишься, — Уиггинс вздохнул. — Всегда нужен план Б, — добавил он глубокомысленно, будто Шерлок спрашивал у него совета.       На это Шерлок едва обратил внимание.       — Доза, которую ты мне дал —       — Чистый героин, в пять раз больше, чем обычно, — ответил Уиггинс, кивнув. — Здорово, должно быть, торкнуло.       Так значит Майкрофт, Джон и все остальные были правы. Всё-таки передозировка у него была.       — К несчастью для тебя, мой брат теперь постоянно носит с собой налоксон, — произнёс Шерлок с прохладцей.       — Нет, так получилось даже лучше, — искренне сказал Уиггинс. — Когда ты вернулся, я понял, что в угоду себе могу убрать твоими руками другого Мориарти. Не придётся слишком потеть самому, — достаточно указать тебе верное направление. Приставил к тебе своих мальчишек, чтоб присматривали. Двое сейчас сидят в кафе. Я знал, что из-за того что второй Мориарти работает в правительстве, дело замнут, как только ты его решишь, но предусмотрел, что тогда тебя освободят из-под домашнего ареста, и я обо всём узнаю. Мои ребята сказали, что вчера тебя весь день не было дома, а вернулся ты в стельку пьяный вместе с собутыльником — похоже, тебе удалось его раскрыть.       «Твои ребята знают не всё», — подумал Шерлок.       — Надеюсь, ты не переплачивал им. Наблюдать за мужчиной под домашним арестом, у которого нет друзей? Вряд ли они заслужили свой гонорар.       Ухмылка Уиггинса вновь обнажила его отвратительные зубы.       — О, это не совсем правда, мистер Холмс. Мы знаем, что у тебя есть, по крайней мере, один друг. Что хорошо и для меня тоже, ведь это значительно облегчает эту часть.       — Какую часть?       — Ту, в которой ты умираешь. Ты разобрался с конкуренцией за меня, я повеселился, срывая пелену с твоих глаз, больше ты мне не нужен, сечёшь?       — Не особо. И я определённо не секу, как ты собираешься убить меня в моей же квартире.       — Я не собираюсь убивать тебя, — Уиггинс всерьёз заговорил с обиженными нотками. — Ты же устроишь себе передозировку? Ничего удивительного.       — Нет, не планировал подобное.       — Позвольте показать вам варианты, мистер Холмс, — Уиггинс сунул руку во внутренний карман своей потрёпанной куртки. Слова и жест были так знакомы, что Шерлок мгновенно испытал слабую дрожь, сосущую под кожей. Уиггинс извлёк пластиковый контейнер и открыл его, вынув два шприца, отмеченных синей и красной полосками.       — Стой, — быстро проговорил Шерлок. Во рту пересохло, пришлось сглотнуть. — Знаю, ты приготовил злодейскую речь, не хочу прерывать, но прежде чем начнёшь, скажи: Уильям Купер. Как ты это сделал? Невыносимо при мысли, что я умру, так и не узнав.       Уиггинс положил контейнер на кофейный столик, широкая ухмылка озарила его лицо подлинным восторгом.       — Ты так и не выяснил?       — Неа, — Шерлок покачал головой. — Пытался и старался, запросил второе вскрытие и всё такое. Но решить не смог.       — Это был снег. Из его собственного лыжного центра. Бросил Купера на заднем дворе и высыпал грузовик снега сверху. Немного чересчур, но мне же удалось привлечь твоё внимание?       — Снег, — Шерлок закрыл глаза. Всё это время Молли была права: Уильям Купер задохнулся, а не утонул, он вдохнул частицы воды в виде снежных кристаллов, прежде чем расплавить, а затем вновь заморозить своим дыханием снег вокруг лица. Шерлок знал механику, но никогда не думал, что столкнётся с лавиной на юге Англии. Он открыл глаза и посмотрел на Уиггинса с искренним восхищением. — Сделано просто отлично.       — Гораздо лучше, чем «Флорист» с рогипнолом каждый раз, — согласился Уиггинс. — У этих фокусников только один трюк.       — Да, было совсем не весело.       Мог ли Шерлок тянуть время дальше? Неясно, какая от этого польза, но, может, он бы придумал способ побега, — по всей видимости, те двое в «Спиди» должны предотвратить его прорыв через главную дверь, вот если бы он мог каким-то образом выбраться через заднюю…       — Ну ладно, у меня есть дела, не требующие отлагательств, — сказал Уиггинс. Он вытащил пару перчаток, надел их, и обтянутым нитрилом пальцем, постучал по синему шприцу. — Я бы порекомендовал этот. Чистый героин, лучший из моих запасов, такой же я давал тебе в самолёт. Только я хорошо усвоил тот урок, поэтому добавил немного калия, сечёшь? Останавливает сердце. Даже если у тебя налоксон в кармане, он тебе не поможет. Однако никакого влияния на кайф. Восхитительно заторчишь, и всё, конец всем проблемам.       — Мило, — сухо отозвался Шерлок. — Что во втором?       — Этот не такой милый. Часть морфия, её хватит, чтобы отразиться в анализах на наркотики, но не достаточно, чтобы притупить чувства, а всё остальное — векуроний. Слыхал о таком, мистер Холмс? В Америке его используют для казней —       — Я знаю, как он действует, — оборвал его Шерлок. Векуроний — нервно-паралитическое средство. Его введение обездвижит, лишит возможности сопротивляться, кричать или — что важнее — дышать, но оставит в полном сознании в течение долгих минут перед смертью.       — Небольшой стимул, понимаешь. Если не захочешь всё усложнять, то возьмёшь синий. Если мне придётся позвать своих мальчиков сюда, чтобы урезонить тебя, что ж… получишь красный.       — Ты, наверное, шутишь. Это и есть твой план? В худшем случае я окажу достаточно сопротивления, чтобы даже полиция не поверила, что я погиб от случайной передозировки. В лучшем — что ж, трое против одного, не самые фантастические шансы, но я выигрывал и при худших раскладах. С чего ради ты решил, что я пойду на это?       — Две причины, — ответил Уиггинс. Он снова сунул руку в куртку и вытащил маленькую пластиковую карточку с магнитной полосой и зажимом, своего рода пропуск, который носят на работе. Уиггинс развернул карточку к Шерлоку, и тот впервые испытал холодный укол страха: она принадлежала Джону.       — Ты же внимательно слушал меня раньше? — спросил Уиггинс, махнув карточкой в сторону шприцов. — Героин и морфий. Как вы думаете, откуда взялся морфий, мистер Холмс? Много морфия к тому же. Я использовал чутка, но прямо сейчас внизу в кафе у нас лежит контейнер в сумке. Когда он всплывёт, у доктора Уотсона будут большие неприятности. Дело может дойти до тюрьмы. В любом случае, медициной он заниматься не сможет.       — Это же нелепо, — сказал Шерлок. — Ведь ясно, что Джон не стал бы таким заниматься. Мой брат —       Уиггинс только отмахнулся:       — Так может это ты стащил карточку и использовал в своих целях. Что, между прочим, чертовски просто, как сам видишь. От тебя ему всё ещё никакого толка, да и он о тебе не высокого мнения, не так ли?       Шерлок уставился на Уиггинса. Разумеется, Джон не поверит, что Шерлок… да кого он обманывает. Он — наркоман, а наркоманы врут. Джон до самой могилы будет считать, что Шерлок снова разрушил его жизнь. Шерлок заставил себя пожать плечами.       — Тем больше поводов затеять драку.       Уиггинс вздохнул.       — Я же сказал — две причины, — он снова потянулся к куртке и извлёк пистолет, в котором Шерлок тут же опознал джонов. — Всегда имей план Б, сечёшь? Я бы предпочёл передозировку, но сделка с наркотиками тоже сорвалась. А это приятный бонус, — он поднял пистолет, целясь прямо в грудь Шерлока. — Ведь доктор Уотсон не должен его хранить? С этим тоже можно доставить дополнительных хлопот.       Шерлок сузил глаза.       — Где Джон? Что ты с ним сделал?       Уиггинс принял поистине оскорблённый вид.       — Ничего. Зачем мне это? Один из моих парней обчистил его карманы, а другой обыскал дом. Всё равно он там не живёт сейчас — дети и всё такое.       Шерлок замер, отчаянно перебирая возможности, какие мог придумать, и их оказалось мало. Можно попытаться внезапно прыгнуть на Уиггинса, но тот держал палец на спусковом крючке, и ему не понадобится прицеливаться, чтобы попасть с такого расстояния. Попытка отыскать какое-нибудь оружие создаст такую же проблему. И, судя по всему, мужчины внизу каким-то образом всё слышали, поэтому даже если он справится с Уиггинсом…       — Вам придётся умереть, мистер Холмс, — безмятежно проговорил Уиггинс. — И у тебя есть три минуты, чтобы решить как.       Шерлок погрузился в странное фаталистическое чувство спокойствия. Ведь всё и шло к этому? Две таблетки в пузырьке, два шприца в контейнере, — с чего началась их история с Джоном, тем она и закончится. Возможно, он должен был умереть той ночью, а Джон просто украл у судьбы эти пять лет. Если бы Шерлоку пришлось умереть тогда, он бы не возражал, это бы стоило того, только ради азарта положить таблетку в рот и подождать, чтобы узнать, прав он или нет. Сейчас же Шерлок испытывал… что? Сожаление? За ту жизнь, которую он мельком видел в последний месяц, где у него были расследования и моменты удовлетворения? Нет. Теперь, когда он познал прикосновения Джона Уотсона, ему всегда будет мало. Шерлок испытывал вовсе не сожаление. Облегчение. Джон не вернётся. От него не было ни весточки с тех пор как он ушёл два дня назад. Он не вернётся, и Шерлок знал это глубоко в душе, как и то, что Джон и не вернулся бы. Счастливый конец бывает только в сказках. А сказок не бывает, и даже если бы они существовали, то Шерлок бы в них не попал.       Но что если он вернётся?       Тогда Шерлок подвёл бы его, каким-нибудь образом, каким подводил всегда и всех, и себя в том числе, и, в конце концов, Джон бы снова ушёл. И это оказалось бы ещё хуже.       Что ж, Шерлок уже дважды объявлял о своей готовности умереть ради Джона, значит, пора браться за дело. В конечном итоге Майкрофт разберётся со всем, и, должно быть, Джон однажды узнает правду о смерти Шерлока. И пусть его последние дни были не самыми лучшими, но всё же он не станет роптать.       Шерлок посмотрел на Уиггинса.       — Если я возьму синий —       Уиггинс тут же понял. Он дёрнул подбородком в сторону карточки на кофейном столике.       — Пропуск исчезнет. Как и морфий. Мы сотрём записи, и никто не догадается. Я даже верну пистолет обратно.       — Хорошо, — сказал Шерлок. — Я сделаю это. У тебя есть жгут? От своего я избавился.       — Ага, — если у Уиггинса и была какая-то реакция в ответ на решение Шерлока — облегчение или разочарование — Шерлок ничего не увидел в его лице. Он вытащил связку резиновых полосок и вручил ему одну, Шерлок снял пиджак, повесил на ручку кресла и закатал рукав.       Теперь, когда он принял решение, терять время смысла не было. Шерлок нашёл хорошую вену, затянул жгут и, не глядя на Уиггинса, принял от него шприц с синей полоской. Он определённо не хотел, чтобы Уиггинс стал последним, что он видел в своей жизни, — для этого подойдёт огонь в собственном камине. Неплохой способ уйти, решил он, однако когда снял колпачок со шприца, то испытал мимолётное сожаление, что никогда не дочитает «Бесконечного». Шерлок склонил голову над предплечьем, чтобы Уиггинс не видел, что он закрыл глаза.       Господи, на крайний случай, если ты существуешь на самом деле и собираешься в той или иной форме даровать мне доступ к загробной жизни, я буду весьма признателен выяснить, что станет со Скифиусом. Спасибо.       Вот. Он открыл глаза. В любом случае лучше, чем «Пожалуйста, боже, дай мне жить». Игла скользнула под кожу.       В первые несколько секунд ничего не происходило, а затем огонь стал разгораться всё сильней с ускоренной мощью, всё ярче и ярче, и казалось, его тепло распространилось по всему телу. Шерлок сел прямо и поднял подбородок, чтобы встретить огонь с ровным, немигающим взглядом. Хотел бы он, чтобы последняя мысль была о Джоне, но такие вещи относились к сказкам и героям.       Полюбился тебе твой голубоглазый мальчик мистер смерть       А затем сияние поглотило его.