История одного солдата

Баки открыл глаза после дневного сна, который позволил ему отдохнуть больше, чем ночная дрема, и может быть дело было в новой обстановке и свежем воздухе, а может он слишком устал и жара лишь прибавила эффект, но чувствовал он себя гораздо лучше. Но, пожалуй, больше всего его поразило, что над ними нависли три смуглых лица ребятишек, причём одно из лиц было испачкано в какой-то белой грязи, кроме разве что правого глаза, которая подсохла у него на лице и потрескалась. Увидев, что солдат проснулся, дети вскрикнули и выскочили из хижины. Барнс тяжело вздохнул, поднимаясь с постели и вышел на улицу. Солнце медленно клонилось в сторону горизонта и уже не висело посередине неба, угрожая в неподходящий момент устроить тебе солнечный удар. Воздух заметно посвежел, поднялся небольшой ветерок, который разгонял знойный летний воздух и позволял вздохнуть полной грудью. Настя была права, дневной сон пошел ему на пользу. Барнс не особо знал русских, разве что Наташу, но они не были хорошими знакомыми, только обменивались парочкой фраз при встрече из вежливости, Волкова же была совсем другой. В ее зеленых глазах мелькали искры, которые готовы были превратиться в огонь, который был готов сжигать все на своем пути. — Добрый вечер, сержант Барнс, — приветливо помахала ему рукой Анастасия, идя к нему навстречу с корзиной белья, которая она прижимая к бедру держала правой рукой. — надеюсь вам хорошо спалось. — Бывало и хуже, это еще не самое худшее жилье, — сказал Баки, улыбнувшись ей уголками губ. Это было правдой, хуже этого была только криокамера в лаборатории Гидры, которая находилась глубоко под землей. Барнс всегда помнил, как его вводили в криосон, как он бил кулаками об холодное прозрачное стекло, тщетно пытаясь выбратся из своей тюрьмы, но каждый раз, когда ему казалось, что он близок к тому, чтобы сбежать, мужчина отрубался под действием усыпляющего газа до следующей миссии. Баки помнил, как ему было страшно, когда после приезда в Ваканду пришлось добровольно заточить себя в тюрьму, из которой он всегда стремился вырватся и заснуть, до тех пор, пока ему не помогут. Теперь все это было позади, однако прошлое не желало его отпускать. Все это еще не закончилось, ему еще только предстоит отпустить все это. — Да, вы правы, есть вещи и похуже, — сказала девушка, глядя на то как ветер поднял рябь на озере. Барнсу нестерпимо хотелось узнать о чем же она думает, что за прошлое гложет её изнутри, не давая ей покоя, но понимал что не имеет права задавать такие вопросы, не сейчас. — Где у вас тут можно умыться и привести себя в порядок? — спросил наконец он, выводя её из состояния задумчивости. — Можете воспользоваться скважиной, она совсем недалеко от вашего дома или умойтесь в озере, только воду оттуда не пейте, — предупредила его девушка, убирая прядь каштановых волос с лица за ухо. — Благодарю, — сказал Баки и решил спустится к озеру. Сандали немного скользили по песку, но к счастью в воду он не свалился. Барнс немного наклонился над водоемом, сложил ладони лодочкой, опустил их в воду, осторожно поднял вверх и плеснул воду себе в лицо. Она была теплая как парное молоко, но все же лучше чем ничего. Мужчина вытер лицо туникой и снова поднялся к хижинам. Анастасия стирала бельё, сидя на пороге своего дома, а дети с интересом наблюдали за ней на безопасном расстоянии. — Не волнуйтесь, скоро они к вам привыкнут и перестанут бояться и вы к ним тоже, — сказала она, подняв голову, едва услышала его шаги. — Вам помочь? — предложил мужчина, но она лишь отмахнулась. — Сама справлюсь, вы лучше отдыхайте и набирайтесь сил перед вечером. — А что будет вечером? — Увидите, — загадочно улыбнулась девушка и как бы Баки не пытался узнать у неё подробности, она молчала и в конце концов он сдался, с предвкушением ожидая вечера.