Эпилог

– Не могу поверить, что ты делаешь это, мама. Нимфадора не сдвинулась с места. – Не могу поверить, что этим юнцам – пускай и совершеннолетним – удалось обвести тебя вокруг пальца вот так просто… – Я не думаю, что они лгут, – мягко отозвалась Андромеда. – Какой в этом смысл? – Какой смысл? – переспросила потрясенная до глубины души Тонкс. – Какой смысл?! Может быть, в том, чтобы собрать нас всех в одном месте и уничтожить? Тебе не приходило это в голову?! – Они не станут разрушать Хогвартс, – с непоколебимой убежденностью парировала Андромеда. – Не тогда, когда там их дети. – Дети! Если ты забыла, в прошлом году Пожиратели смерти совершили налет на Больницу Святого Мунго… В этом вопросе, нужно признаться, Драко был скорее на стороне Нимфадоры. Он не знал ни одной причины, по которой Волан-де-Морт мог бы решить, что Хогвартс должен устоять. Человеческие жизни никогда его не заботили, что же до прочего… – У Того-Кого-Нельзя-Называть тоже есть дочь, – вдруг сказала Полумна. Пять пар глаз уставились на нее. – Что ты сказала? – переспросила Нимфадора. Драко скривился: как он и предполагал, Андромеда еще не успела рассказать им об этом – или же решила, что эта идея чересчур бредовая и не стоит того, чтобы говорить об этом вслух. Но не это задело его больше всего. – Откуда ты знаешь? – почти в унисон с Тонкс произнес он. Ее ведь не было там, наверху – Полумна вместе с Забини и Олливандером все время было в темнице. – Пэнси рассказала нам, – Полумна даже не моргнула. – Перед тем, как Кикимер вывел нас из подземелья и перенес сюда. – Но зачем? – в который раз изумился Драко. Гермиона мрачно усмехнулась: – Чтобы о ней стало известно Ордену, и он смог уничтожить ее, если у нее вдруг не получится. – И кто же ее мать? – Беллатриса, – к удивлению Драко, на этот вопрос ответила Андромеда. – Но ведь это же абсурд, – тихим шепотом ответила ее дочь, словно обращаясь к себе самой. – Это невозможно… – Если вы думаете, что врем мы, спросите Олливандера, – прошипел Драко. – Ему-то какой резон подставлять вас? Или вы хотите сказать, что Пожиратели смерти собрали эту крайне несуразную компанию потому, что посчитали, что мы с Грейнджер вдвоем не справимся с поставленной задачей ввести вас в заблуждение? Чем больше и безумнее, тем эффективнее – так, по-вашему? В кухне повисла тишина. Не говоря ни слова, Нимфадора вдруг налила на дно бокала немного Огневиски и выпила его залпом. – Ну и как же вы планируете попасть в Хогвартс? – вдруг спросила она, отчего-то насупившись. Драко с Гермионой обменялись вопросительными взглядами. – Через Хогсмид, я полагаю? – неуверенно предложила Гермиона. – Кажется, оттуда еще в прошлом году можно было трансгрессировать… – В прошлом году и ситуация была несколько иной… – Тогда через Запретный лес. Правда, это будет на достаточном удалении от замка... – Вот именно, – она отмела их очередную идею. – Слишком далеко и слишком опасно. – Ну, и какие тогда остаются варианты? – спросил Забини, все это время нервно проводивший пятерней через и без того уже ужасно растрепанные волосы; глаза его горели диковатым блеском. – Трансгрессировать нельзя, на метлах – слишком долго, про порталы я и вовсе молчу… – Есть один способ, – Тонкс подвигала пустым стаканом по столу. – И какой же? – «Кабанья голова» подключена к сети Летучего пороха – но связь есть лишь с несколькими домами – по счастью, и с нашим в том числе… – «Кабанья голова»? – неуверенно переспросил Драко, хмуря брови. Этот грязный кабачок на задворках Хогсмида, в котором, кажется, с самого момента основания никто не держал веника и швабры, никогда не внушал Драко доверия. – С чего вдруг? – С того, что «Кабаньей головой» владеет брат Дамблдора. – Что? У Дамблдора есть брат?.. Не успел Драко задать этот вопрос, как воспоминание забрезжило в его мозгу: он ведь уже слышал это имя, он знал об этом человеке… раньше он особо не задумывался об этом, но теперь это известие произвело на него странное впечатление. Одно дело – знать о чем-то, и совсем другое – столкнуться с ним лицом к лицу, да еще и в его обстоятельствах… – Представь себе, – раздраженно бросила Тонкс. – Надо предупредить его… – кивнула Андромеда и спешно вышла из кухни. – Подождите! – встрял Драко, прижимая ладони к вискам. – Разве это вообще безопасно? Каминная сеть ведь контролируется Министерством магии… Нимфадора усмехнулась: – Не в этом случае. В случае с Аберфортом это, скажем так, саморез… хотя и не только с ним… – В каком смысле? Вместо ответа Тонкс лишь изогнула бровь. Драко хмыкнул, но давить не стал – он и так, кажется, кое-что понял. Очевидно, Орден Феникса создал подпольную сеть Летучего пороха, идущую в обход Министерства и, следовательно, им не контролируемую. Сделать это было крайне тяжело и опасно, и Драко мысленно восхитился тем, сколько усилий, времени и, самое главное, дерзости было вложено в этот проект. – Чтобы предупредить и собрать Орден потребуется время, – принялась объяснять Нимфадора, посчитав вопрос закрытым. – Поэтому, раз вы говорите, что времени ждать нет, вам придется идти туда без нас… Это Драко не понравилось – с одной стороны, она была совершенно права, с другой – от ее слов веяло предательством. Что, если она решила обмануть их сейчас? С чего она вдруг так внезапно им поверила? Что, если там их будет ждать ловушка?.. Словно читая его мысли, Нимфадора произнесла: – Я пойду с вами и помогу Аберфорту встретить Орден. Но, как я сказала только что, в Хогвартс вам придется пойти одним. Он чувствовал, что они словно поменялись ролями. Это походило на квиддич: еще несколько мгновений назад Орден в лице Нимфадоры Тонкс не верил им, но кто-то из охотников сделал передачу, и мяч оказался у соперника: теперь Драко предстояло выдать им кредит доверия. Готов ли он был пойти на это? Доверял ли он им хоть на йоту? То, чего он требовал от них как само собой разумеющееся, вдруг стало так тяжело отыскать в себе. Как и им, ему хотелось гарантий. Вот только он, в отличие от них, требовать их не мог. Они с Нимфадорой буравили друг друга напряженными взглядами, словно испытывая друг друга: кто первый отвернется и сломается? Кто первый сдастся и в очередной раз обвинит другого во лжи? Драко тяжело сглотнул, проглотив все невысказанные сомнения и колкости – проиграть в этой битве взглядов было нельзя. Все, что ему оставалось, это довериться на милость судьбе. От мысли о том, что их предательство останется на их же совести, легче не становилось, равно как и от мысли о том, что он сделал все, что дóлжно, и все, что мог, но другого варианта у него просто не было. Андромеда появилась у входа в кухню и замахала рукой: – Аберфорт ждет нас. Проходите в гостиную. Живее, живее, – поторапливала она. – Луна, – еле-слышным голосом произнес Блейз, пока они толкались в дверях. – Ты уверена… – Ничуть не меньше, чем в твоей любви ко мне, – легко ответила она. Разумеется, Драко был не в восторге от того, что эти двое увязываются за ними – он предчувствовал, что они будут только под ногами путаться – но и отговаривать их он не мог. Андромеда протянула Драко горшочек с Летучим порохом и адресовала ему слабую улыбку. Поколебавшись мгновение, он запустил в него руку и зачерпнул крупную жмень. – Кто пойдет первым? – спросила Андромеда, когда руки у всех были полны. Драко и рта не успел раскрыть, как Полумна уже произнесла: – Я! – воскликнула она, делая уверенный шаг вперед. Блейз в очередной раз попытался ей помешать, но тщетно – секунда, и вот она уже скрылась с глаз. – Отлично, – похвалила Андромеда. – Дальше… – Я пойду! – вызвался Драко. Он решительно перелез через каминную решетку. Глубоко вздохнув, Драко закрыл глаза и громко произнес: «Кабанья голова!» Полет через сеть Летучего пороха занял куда меньше, чем он ожидал – видимо, потому, что она была чрезвычайно короткой. Секунда – и вот он уже стоит на присыпанном опилками полу и стряхивает с себя сажу. Еще через несколько мгновений в комнате появились Гермиона и Забини; замыкала цепочку Нимфадора. Лишь после того, как все они оказались на месте, Драко позволил себе осмотреться. В кабачке царил полумрак, лишь несколько свечей парило под потолком; тяжелые и до ужаса грязные бархатные занавески были плотно задернуты. Старый мужчина с длинной неопрятной бородой сидел на стуле и молча наблюдал за ними, кисло поджав губы. – Аберфорт? Аберфорт Дамблдор? – неуверенно спросил Забини. Драко закатил глаза. Не заметить столь явного сходства между этими двумя мог разве что слепой. Признаться, взглянув на него в первую секунду Драко невольно вздрогнул – до того он был похож на Альбуса. Если бы не нарочитая неопрятность, отсутствие очков и удушающий запах коз, Драко бы однозначно принял его за бывшего директора Хогвартса. – Он самый, – без энтузиазма ответил старик, не сдвинувшись с места. – Чего это вас занесло сюда в такой час? Нимфадора злорадно ухмыльнулась. – Как, мама не сказала тебе? Тогда об этом лучше спросить у них, – весело ответила она. Брат Дамблдора смерил всех остальных присутствующих придирчивым взглядом. – А ты уверена, что эти дети вообще умеют разговаривать? – снова обратился он к Тонкс, когда никто из них не произнес ни слова. Та лишь заливисто рассмеялась. – Нам нужно попасть в Хогвартс! – рявкнул Драко. Он не собирался ничего объяснять этому человеку. Больше того – с каждой секундой Аберфорт Дамблдор нравился ему все меньше и меньше – это при том, что Драко и так, в общем-то, никогда не был особым фанатом этого семейства. – По вам видно, – отозвался нисколько не задетый его дерзостью старик – он даже на него не смотрел. – Вам только над книжками сидеть, у вас впереди еще СОВ. Только вот время вы выбрали не самое, так сказать, удачное… – Мы уже сдали СОВ, – выпалил Забини, красный, как рак. – Да неужели? Тогда удачи с ЖАБА… – Полно, Аберфорт, полно, – произнесла Тонкс. – Эти, как ты говоришь, дети, не единственные, кто сегодня собирается наведаться в Хогвартс. – И кто же еще заглянет к нам сегодня? – Боюсь, что бóльшая часть Ордена Феникса, – уже более серьезным тоном ответила Тонкс. – У нас есть сведения, что этой ночью Сам-Знаешь-Кто нападет на Хогвартс. Аберфорт пожевал нижнюю губу. – Вот как, – только и сказал он. Ни страха, ни даже волнения Драко в его взгляде не различил – в его лице не сдвинулось ни черточки. Ему словно бы было все равно – нерушимое и мрачное равнодушие. – А это, стало быть, – Аберфорт указал на их четверку большим пальцем, по-прежнему обращаясь к Нимфадоре, – тоже пушечное мясо? Что, никого поопытнее не осталось? – Мы пришли сюда сами! – воскликнула Гермиона. Аберфорт перевел на нее взгляд. – Подружка Поттера, – произнес он, слегка задумавшись. – Помню тебя… но, кажется, тебя убили в прошлом году? Так я слышал. – Нет, как видите, – ответила она. У Драко сжалась челюсть. – Ну да… а вот Поттера я среди вас не вижу, – старик еще раз оглядел их всех. – Он тоже выжил, я полагаю, но вовремя опомнился? – Гарри погиб, – ледяным тоном произнесла Грейнджер. Драко закипал от ярости. Если этот старик продолжит в том же духе, он за себя не отвечает… – Может, и к лучшему. К этому все и шло… – Аберфорт! – воскликнула Нимфадора, и тон ее был совсем не таким благодушным, каким был еще минуту назад. Старик в ответ лишь фыркнул: – Как будто ты не знаешь мою позицию… – То, что я знаю ее, не значит, что я понимаю или принимаю ее… – Иного я от вас и не ждал… – Аберфорт усмехнулся в бороду и покачал головой. – Иного и не ждал… Альбус хорошо над всеми вами поработал… – Аберфорт… – Может быть, признаете, наконец, что он победил, и сражаться больше нечего? Поигрались и хватит, сложили палочки… Драко не выдержал: – Вы в своем уме? – взревел он. – Вы всерьез предлагает сдаться на милость ему? Ему? У него это в голове не укладывалось. Да, если быть до конца честным, подобные мысли нет-нет да и появлялись у него самого. Но в глубине души он знал, что никогда больше не пойдет навстречу им – только не теперь. Что он наотрез отказывался понимать сейчас, так это то, что такие предложения – и причем совершенно серьезно – может высказывать брат Дамблдора – того самого Альбуса Дамблдора, которого он, Драко, знал. Аберфорт внимательно посмотрел на него. – Мальчишка Малфой, – кисло выплюнул он. – Слыхал я о твоих делах… Драко вздрогнул. Острая ледяная игла вонзилась ему в сердце – впервые за все время он вдруг осознал, на чьей оказался территории и каким чудовищем должен был быть в глазах этого человека. Он хотел отвернуться, вновь стать незаметным, призраком, но не мог – Драко закипал от ненависти и яда. Не обращая внимания на его последние слова, он проговорил: – Я был на его стороне и видел, что он делает, – он чеканил каждое слово. – От него не спастись и не спрятаться. Он уничтожит каждого – любого, кого пожелает, вне зависимости от того, на чьей тот стороне. Он не остановится ни перед чем, он заставит вас страдать и отберет у вас все, что вам дорого, будет высасывать из вас все до тех пор, пока единственным, что у вас останется, не окажется ваша жизнь. Он превратит ее в ад. Он заставит вас молить о смерти. Такой мир вы хотите? Аберфорт молчал. – Отвечайте же! – потребовал Драко. – Или вы думаете, что, если вы присягнете ему на верность, что-то изменится, это вас спасет? Так вы думаете? Старик тяжело вздохнул. Явно не впечатленный его словами, он сказал: – Я ничего не думаю, мальчик. Но я знаю кое-что. – И что же вы знаете? – Я знаю, что, пойдя сегодня в Хогвартс, вы там и останетесь, – просто сказал Аберфорт. – И никого не спасете. Вы погибните там, как и сотни других до вас и после… – И вы считаете – всерьез – что такая смерть хуже той, чем та, что я описал? Этот грязный старикашка был противен ему до омерзения, и все остатки совести, которые он мог бы всколыхнуть в нем в иных обстоятельствах, были безжалостно и навсегда растоптаны. Быть может, само уже то, что он позволял Драко говорить ему такие вещи, да еще и в таком тоне, внушили Драко мучительное отвращение. Куда легче и, Мерлин, спокойнее было бы ему, если бы Аберфорт поставил его на место, заткнул, ненавидел его – того, кто должен был убить – и почти убил – его родного брата. В какой же яме, в каком беспросветном мраке пребывала душа этого человека, раз он мог говорить с ним так, позволял Драко смотреть ему в глаза? Это разрывало разум Драко на части – все, что говорил Аберфорт, то, как он вел себя, казалось противоестественным. – А разве он уже этого не делает? – помолчав с минуту, ответил Дамблдор. – Пока вы сражаетесь против него, пока есть хоть маленький шанс на предательство, разве может он хоть одному из вас дать покой, разве может быть что-то иначе? Ваша борьба и есть ваше наказание. Нет, до тех пор, пока все безоговорочно не примут его сторону, жизни не будет… вы сами у себя ее отнимаете… сами же… Драко был ошарашен. – Вы и в самом деле так думаете? – спросил он. Он ждал от него ответа на свой последний вопрос для того, чтобы поставить окончательную точку в этом разговоре, чтобы раз и навсегда уяснить для себя, что это был за человек, но в этот раз Аберфорт не успел ответить. Внезапно заговорила та, кто молчал все это время: – Очень красивая девушка, – мечтательно произнесла Полумна, глядя на портрет над каминной полкой. Драко в ярости посмотрел на нее. Он совершенно забыл о том, что в этой душной комнате помимо него и Аберфорта был еще кто-то. – И очень на вас похожа, – продолжала Лавгуд. – Должно быть, это ваша сестра? Она взглянула на Аберфорта и лучезарно улыбнулась. – Сестра… – хмыкнул Аберфорт. – Да, сестра… Он уставился на свои руки. – Ей повезло, наверное, – все тем же полузадумчивым-полумечтательным тоном продолжала она. – Повезло? – переспросил Аберфорт, его щеки затряслись – то ли от затаенной боли, то ли от гнева, голос задрожал и как будто бы стал ниже, грубее. – В чем же, позволь спросить? – Вы очень любили ее, заставляли ее улыбаться… души в ней не чаяли, были человеком с огнем в глазах… все – лишь бы она была счастлива… хотела бы я, чтобы и у меня был такой старший брат… Взгляд Аберфорта странно переменился. – Откуда ты знаешь? – просипел старик; его щеки продолжали трястись. – Что было, а чего не было? – О, я просто вижу это, – Полумна улыбнулась. – Она была бы рада быть рядом с вами сейчас… Аберфорт покачал головой: – Не в таком мире… Полумна помолчала немного. – Тогда ей повезло еще и в том, что она его не видит, – наконец промолвила она. Аберфорт взглянул на нее исподлобья, но ничего не сказал. – Кончайте с этой лирикой! Нам нужно в Хогвартс! – взмолилась Нимфадора. – Аберфорт, при всем уважении… – Да… – старик утер нос грязным носовым платком – Драко подозревал, что этой же тряпкой он протирал и стаканы, – Да, конечно… – Но как мы сделаем это? – воскликнул Забини. – Пойдем пешком через Хогсмид? – Через Хогсмид, как же… – голос Аберфорта вновь набрал прежнюю высоту, и в нем зазвучали уже привычные нотки злорадства. – Там вокруг столько чар, что двигаться тяжело. Все тайные и явные ходы запечатаны, школа под круглосуточным наблюдением. Такой мелочи, как вы, туда и не пробраться… – И что же тогда делать? – ехидно поинтересовался Блейз, но старик его уже не слушал. Встав, он подошел к портрету свой сестры. Глядя на своего брата, она просияла. Аберфорт кивнул, и портрет распахнулся, словно дверь. – Есть один путь… – пробормотал он, указывая на открывшийся в стене проем, явно походящий на начало глубокого туннеля. – Ведет отсюда прямиком в Хогвартс. Для Тонкс это, очевидно, была не новость, остальные же четверо уставились на него, раскрыв рты. – А это вообще безопасно? – осторожно спросил Блейз. – Вот и расскажете, как доберетесь… – Прекрасно, – облегченно выдохнула Нимфадора. – Значит, остальные воспользуются этим же способом… – Когда хоть ждать дорогих гостей? – вновь спросил Аберфорт Дамблдор, занимая прежнее место у стола. – Думаю, с минуты на минуту… – Тонкс взглянула на часы на запястье. – Поэтому, – тут она обратилась к остальным. – Вам лучше поспешить. Полумна с готовностью двинулась к проходу, но Блейз схватил ее за рукав мантии. – Не так быстро… – пробубнил он ей на ухо. Драко закатил глаза. Переглянувшись с Гермионой, они вместе подошли к портрету. Поддерживая Гермиону за руку, Драко помог ей забраться внутрь туннеля и двинулся за ней следом. – А вам, полагаю, будет лучше пока остаться здесь, – произнесла Тонкс, обращаясь к Полумне с Блейзом. – Думаю, мне понадобится помощь… хотя… – она с подозрением взглянула на Забини, – ты им можешь не понравиться, уж извини. – Это еще почему? – возмутился Блейз. – Я даже не Пожиратель смерти, у меня нет Черной метки… – он принялся закатывать рукав, желая доказать Тонкс свою правоту, но та лишь положила руку ему за предплечье. – Никто понятия не имеет, чем ты занимался и на чьей ты на самом деле стороне, – резонно заметила она. – И выяснять это сейчас нет времени. – Ну и какие тогда у меня варианты? – Ты можешь либо пойти с ними, – кивком головы Нимфадора указала на туннель, – либо вернуться обратно. Забини несколько раз открыл и закрыл рот. – Я вернусь только вместе с ней, – выдал он наконец и в последний раз с мольбой посмотрел на Полумну. Та затрясла головой. – Об этом не может идти и речи, – мягко, хотя и сурово произнесла она. – Луна, – Блейз не унимался. – Я не могу оставить тебя здесь. Я не могу… – Хм… – она задумалась на мгновение. – Тонкс, ведь если он будет со мной, это будет менее подозрительно, чем если бы он был один? – Вот-вот! – поддакнул Забини, понимая, очевидно, что замыслила Лавгуд. – К тому же я вовсе не собираюсь… – Ну хорошо, хорошо, – Нимфадора сдалась. – Как скажете, только, во имя Мерлина, быстрее… Драко с Гермионой не успели дослушать этот разговор – так быстро, как только могли, они неслись вперед по туннелю, который казался бесконечным. Они были явно не первыми, кто пользовался этим проходом – с потолка свисали лампы, источавшие приглушенный, но ровный свет, пол был гладким и утоптанным. Не задаваясь вопросами о том, что все это может значить, Драко просто мчался вперед. – Ну и что ты обо всем этом думаешь? – бросил он; удары сердца тяжелым стуком отдавались у него в ушах. – Это было… сносно, – ответила Гермиона. – Сносно? – Драко фыркнул. – Не думал, что ты настолько понизила свои стандарты… – Что ж, по крайней мере, мы добились того, чего хотели. – Это как посмотреть… Она бросила на него косой взгляд: – Ты думаешь, они по-прежнему не верят нам? Драко тяжело вздохнул. – Все может быть… Гермиона эхом повторила его вздох и сжала его ладонь. – Будь, что будет, – прошептала она. – Я больше ничего не знаю… ты веришь? – В то, что ты не знаешь, что будет? – он изогнул бровь. – Абсолютно. И, знаешь ли, полностью разделяю… – Я о том, что прямо сейчас мы окажемся в Хогвартсе, – объяснила Гермиона. – Бог ты мой… – ее тело сотрясла волна дрожи. – Это будет совсем не просто… Драко понял ее моментально. Потупив взгляд, он ощутил, как очередная игла впивается в его сердце. И в этом был виноват только он. Грейнджер, Аберфорт… Был ли в мире хоть один человек – хоть один-единственный – из тех, кого он знал, кому бы он не причинил зла? Был ли хоть кто-то, перед кем он не должен был склонять в покаянии голову?.. – Смотри! – воскликнула Гермиона, и это вывело его из душевного оцепенения, которое сейчас было совсем не к месту. – Кажется, мы почти на месте. Драко моргнул и сфокусировал взгляд: да, кажется, она была права. Гладкие ступеньки и дверь, точь-в-точь как за портретом сестры Дамблдоров. – Интересно, куда конкретно ведет этот ход… – Сейчас и узнаем… Толкнув дверь, Драко ахнул. – Не может быть! – воскликнул он. – Ты видишь то же, что и я? – произнес он, по-прежнему не веря собственным глазам. Они с Гермионой переглянулись. – Но это… это… – заплетающимся языком попыталась выговорить она, но не смогла – оборвалась на полуслове. – Да. Это то самое место. Ошибки быть не могло. Туннель привел их в Комнату, Где Все Спрятано.