"Ипостаси"

- Нат, пригнись! – услышала девушка за спиной надрывистый окрик напарника и почувствовала, как его тело прижало её к земле. Над головами прогремели выстрелы. - Какого чёрта! Наташа вывернулась из-под придавившего её Сокола и одним метким выстрелом убрала единственного оставшегося в живых охранника. Тот и так уже стоял одной ногой в могиле, иначе уже давно убил бы агрессивных чужаков. - Спасибо, что прикрыл. Сам не ранен? – Романофф протянула Соколу руку, помогая встать. – Пора уходить отсюда, и поживее! - Ерунда! – как всегда, неопределённо ответил стрелок, однако, от шпионки не укрылось то, что его левая рука почти не поднимается. В колчане оставалось ещё несколько стрел, но парень, почему-то, ими не воспользовался. Впрочем, это и не требовалось. Охрана с нижних ярусов должна была подтянуться лишь минут через десять. Романофф позаботилась о том, чтобы створки лифтов заклинило, а двери на лестницу оказались перекрыты перепрограммированной системой безопасности. Агенты почти не спешили, когда покидали здание. Охрана, запертая между этажами, ничем не могла им помешать, так что даже покинуть вражескую территорию не составило труда. Наташа сама села за руль, и на этот раз Бартон не возражал. Но она понимала: напарнику нужна помощь, и срочная. Сокол словил её пулю, и она снова ему должна. С такими задолженностями ей до конца жизни не расплатиться. Убедившись, что погони нет, девушка слегка сбавила скорость. - Тебе нужно в больницу, Клинт. До базы не успеем. Сокол уже успел оказать себе кое-какую помощь, но этого было мало. Уже чудом можно было считать то, что пуля не зацепила крупных сосудов. Но она осталась внутри, и рана сильно кровоточила. Самодельная повязка за короткое время успела пропитаться насквозь. - Всё нормально, Нат… Не волнуйся... – Бартон даже улыбнулся в ответ, после чего разорвал зубами ещё один пакет первой помощи, достал оттуда антисептическую салфетку и попытался прилепить на место использованной. – А если они… выследят нас в больнице… могут пострадать невинные люди… – парень облизал пересохшие губы и прислонился головой к спинке сиденья, прикрыв глаза. Каждая неровность на дороге, которая попадала под колёса автомобиля, заставляла Клинта крепче сжимать зубы и хвататься здоровой рукой за сиденье. - Не хочу тебя пугать, но, если не помочь тебе в ближайшее время, то ты погибнешь от кровопотери. Не волнуйся, я знаю, что говорить и как действовать, когда попадаешь в госпиталь. К тому же, они не успеют. Я переслала архив с данными в Щ.И.Т., и через пару часов их крепко возьмут за задницу. Девушка притормозила у обочины и достала механический шприц с обезболивающим. Вдова упорно отказывалась брать с собой те медикаменты, которые предоставляла сотрудникам организация, предпочитая заказывать наборы первой помощи по своим старым закрытым каналам. Она не ставила в известность Фьюри, справедливо полагая, что начальнику это не понравится. А сейчас ситуация была крайне паршивая. - Бартон, прости, но тебе это нужно. Тонкая игла молниеносно пробила кожу, пропуская лекарство в кровь, и уже, спустя минуту, Сокол с облегчением выдохнул. - Спасибо, Наташа… Только ты опять забыла, как меня… будет колбасить потом, когда действие лекарства начнёт проходить… Лучник имел ввиду странную реакцию организма на такие сильнодействующие лекарства. После них ему становилось плохо до тошноты, озноба и едва ли не обморока. Однако, ни один врач не мог выявить, если ли у парня аллергия. По всем показателям он был абсолютно здоров. - Это новое. Не бойся, тошнить не будет. Шпионка снова выехала на трассу и через несколько минут машина въехала в черту города. Вдова затормозила у ближайшего госпиталя. Что она наплела в приёмной, Бартон не знал, им тут же занялись медики. Но об этом ему стоило волноваться меньше всего. Они не так давно работали вместе, и всё же Сокол успел немного узнать свою напарницу. Наташа была великолепной актрисой и могла с ходу придумать такую историю, что комар носа не подточит. Собственно она и была той, чьё описание получил агент Клинтон Фрэнсис перед вылетом в венгерскую столицу: первоклассной шпионкой и наёмницей. Сокол пришёл в себя после операции лишь спустя час. Как ни странно, но привычная реакция на лекарства почти не ощущалась. Голова кружилась, и немного мутило, но этим дело и ограничилось. Первым человеком, которого увидел Бартон, была Наташа. Она сидела на стуле возле его койки и, казалось, дремала, прижавшись затылком к стене. При этом девушка держала напарника за руку. Раньше она так не делала… Кто бы мог подумать, что ещё месяц назад они с Клинтом готовы были перебить друг друга. Парень решил пока не показывать, что очнулся, а немного понаблюдать за Наташей. Её глаза были закрыты, а длинные, черные ресницы касались безупречной персиковой кожи на щеках. Пышная грудь была затянута в комбинезон и вздымалась при каждом вдохе девушки. Всё-таки, шпионка была красивой. Настолько красивой, что Бартон, вдруг, представил её лежащей на белой простыне полностью обнажённой, будто позирующей какому-то художнику. -Чёрт... – прошипел лучник, дёрнувшись, как от удара током. Шпионка тут же открыла глаза. - Как ты? В голосе неподдельная тревога. Неужели не играет? Неужели и правда волнуется о нём? - Нормально… – казалось, любое состояние, в котором оказывался Клинт, он характеризовал одним словом. – Пора домой ехать… – тут он слегка улыбнулся напарнице. Нат улыбнулась в ответ. - Ты крепкий орешек, Бартон. Но придётся потерпеть ещё полчасика до вечернего обхода. После я принесу твою одежду, и мы тихонько смоемся. - Уже вечер? – удивился лучник. – Сколько же я тут валяюсь? Парень попытался приподняться на локтях, но раненое плечо тут же пронзила жгучая боль. Тихо айкнув, он опустился обратно на подушку и поднял глаза к окну. - Часов пять, где-то. Мы, конечно, можем сбежать, но я бы тебе советовала остаться здесь хотя бы до утра. Я посижу рядом, если хочешь. В этот момент зашла медсестра. - Ах, вы такие дружные! – пожилая женщина аж прослезилась от умиления. – Сестра так о вас беспокоилась! Она проверила количество раствора в капельнице, померила Бартону пульс и, услышав в ответ на вопрос о самочувствии привычное «нормально», удалилась. - Не делай такие глаза. Я сказала им, что мы родственники, возвращающиеся с соревнований по стрельбе. Твоё ранение - это несчастный случай. – Нат протянула руку и взъерошила Клинту волосы. – Хочешь чего-нибудь? Попить, например. После наркоза сушняк давит, по себе знаю. - Да, пожалуй... – подумав, ответил стрелок. – Попить и поехать домой. А ещё… – он понизил голос, взглянув из-за плеча Романофф на закрывшуюся дверь. – Мне надо… это… ну, ты понимаешь, – парень указал взглядом на другую дверь, в конце палаты. – Я сейчас, – приняв-таки сидячую позу, Бартон поднялся с помощью напарницы и, пошатываясь, направился по назначению. При этом он благополучно забыл про иглу капельницы в катетере. Хорошо, что Наташа успела её извлечь прежде, чем парень разворотил себе вену. - Клинт, ты просто неподражаем, – проворчала шпионка, когда закрылась дверь в санузел. Она оставила на прикроватной тумбочке стакан воды и тихонько выскользнула из палаты. Ей предстояло добыть одежду Клинта. Впрочем, это дело заняло у неё не больше десяти минут. Так что парень ждал совсем недолго. Когда Вдова вернулась, она обнаружила, что напарник не лежит, а сидит на кровати со стаканом воды в руке. Поскольку он был одет в одну только больничную рубашку, ноги парня были голыми, и он весело болтал ими, как мальчишка. Выражение его лица при этом тоже было каким-то весело-ребяческим. - Клинт, ты точно в порядке? Вот сейчас Наташа реально забеспокоилась. Нет, конечно, она иногда стала позволять себе дурачиться с Бартоном на пару, но только когда они оба были здоровы и проводили свободное от тренировок время за чашкой чая или за просмотром какого-нибудь фильма. - Нат, у меня такие смешные ноги, – лучник допил воду и хихикнул. – Никогда не обращал на это внимания, а тут, вот… Особенно большие пальцы. А ещё я умею делать ими вот так, – он растопырил все пять пальцев на правой ноге и снова захихикал. – Прикольно, да? - Да… очень. – Романофф положила свёрток одежды рядом с напарником и отошла к окну. – Одевайся. Я не смотрю, – пояснила она, демонстративно рассматривая что-то в окне. Сзади послышалась возня и шуршание одеждой, после чего снова началось хихиканье. Наташа предпочла не обращать на это внимания, решив, что через какое-то время парень всё-таки придёт в себя. А сейчас надо было уходить. - Перчик… – пропищал Сокол не своим голосом и рухнул на кровать в припадке истеричного смеха. К счастью для него, стрелок уже успел одеться. - «Надо проверить, чем ширяют пациентов в этой больнице. Хорошо, что я додумалась стащить образец», – думала Вдова, уводя хихикающего Клинта по коридору. К несчастью напарник привлекал лишнее внимание своим смехом. – Клинтон, я тебя умоляю, помолчи хоть минуту! – шикнула на Сокола Романофф, когда им вслед обернулись два санитара. Их джип так и стоял на парковке. С помощью Наташи Бартон сел на пассажирское сиденье, продолжая хихикать. Его смешило абсолютно всё: от столбиков парковочных мест до ремня безопасности, которым напарница его пристегнула. Оставалось только догадываться, отчего у него была такая реакция, и на какое лекарство. - Нат, мы едем домой? – весело поинтересовался лучник. - Угу… Вдова очень старалась сконцентрироваться на дороге, и не обращать внимания на шум, производимый Бартоном. Она успела подумать, что ещё месяц назад заставила бы его заткнуться простым выверенным ударом по голове. А сейчас всё изменилось. Сегодня он кое-что доказал ей, а именно то, что может быть её другом. Он защитил её, прикрыл, хоть сам мог погибнуть. Это дорогого стоило. Так что можно отнестись к этим чудачеством с пониманием, к тому же, Клинт был не виноват. Сначала Наташа подумала, что виной всему новый анальгетик, который она вколола ему ещё в машине, но тут же отбросила эту мысль: с момента укола прошло уже шесть часов. Значит, наркоз. Ну кто бы мог подумать, что у парня начнётся такая реакция на медикаменты. Чуть погодя Бартон включил магнитолу и начал петь. К счастью, голос у него был неплохой, поэтому желания прибить на месте не вызывал. На подъезде к управлению парень выводил уже такие рулады, что было слышно на улице. Наташа с горем пополам отвела напарника в лазарет. Там им занялись уже местные специалисты. В придачу девушка дала им образец медикамента, который успела стащить в больнице, и попросила исследовать состав, поскольку агент Бартон именно из-за него начал вести себя так странно, а сама отправилась писать отчёт о проделанной работе. - Агент Романофф, вы агента Бартона ищете? – робко поинтересовался у Вдовы один из медиков, когда она заглянула в палату, куда до этого поместили Сокола. - Да, и мне интересно, куда он делся. – Наташа подозрительно посмотрела на молодого врача, как будто это он приложил руку к исчезновению Клинта. - Дело в том, что… агент Бартон очень не любит лечиться. С какими бы травмами он сюда ни попадал, но стоит ему только встать на ноги, как он тут же сбегает к себе в «гнездо». Ну, это он так свою комнату называет… – доктор боязливо протянул шпионке лист бумаги с результатами анализов. – Вы уж не сердитесь… - Отдайте это директору. Или напишите отчёт… Или как тут у вас принято действовать, когда всплывают случаи применения просроченных препаратов. – Чёрная Вдова вернула листок парнишке и быстро удалилась. Проскочив мимо столовой, она захватила пару пирожных и плитку шоколада для напарника. Клинт любил сладости, хотя всячески открещивался от этого. Но Наташу было не провести. – Клинт, можно войти? – Шпионка на всякий случай постучала в дверь комнаты. Однако, открыл ей не обитатель «гнезда», а навязчивая Мария Хилл. - Тебе чего? – не скрывая неприязни, спросила брюнетка, сложив руки на груди. – Чуть не угробила Клинтона и припёрлась посмотреть на него? Наташа ответила Марии холодным полным безразличия взглядом. - Уймитесь, мисс Хилл. Или никогда не получали травм на задании? Сомневаюсь. Вдова нахально потеснила Марию плечом и зашла в комнату. Клинта там не было, но из-за двери в душевую слышался шум воды. Пожав плечами, Наташа оставила коробку с угощением на столике и вышла. Мария ещё что-то злобно прошипела ей вслед и демонстративно захлопнула дверь, Но Романофф её не слушала. Ведь, по сути, Хилл была права: Бартон пострадал из-за неё. Что ж, возможно, сейчас именно тот момент, чтобы попросить директора о возможности работать в одиночку. Тут сзади раздалось пыхтение. - Нат! Наташа! Девушка обернулась. На лице – маска холодного спокойствия. Никаких эмоций, для них нет места. - Клинт, зачем ты встал? Тебе надо отдыхать, а не бегать по коридорам. Наташа, само собой, догадывалась, как лучник восстанавливал здоровье некоторое время назад, учитывая, что дверь ей открыла Хилл, а сам он плескался в это время в душе. Конечно, этот способ всегда приятнее медицинских процедур. Но какое её дело, с кем Бартон предпочитает проводить свободное время? - Нат, ты не о том подумала, – Сокол будто прочитал её мысли. – Мария пришла узнать, как я себя чувствую, но я попросил её оставить меня в покое, потому что устал, – парень прислонился к стене, держась рукой за раненое плечо. – Пойдём ко мне? Чаю попьём. Пожалуйста... – в его серых глазах не было ни капли подвоха, было видно, что он не врёт. – И мне очень надо поговорить с тобой… Признаться, такое поведение напарника несколько озадачило Романофф. Он словно бы оправдывался перед ней. - Слушай, то, чем вы с Марией занимались до моего прихода, меня не касается. Я не собираюсь на вас доносить или распускать сплетни. Не нужно оправдываться передо мной. А теперь, пожалуйста, для твоей же пользы, вернись к себе в комнату и ложись спать. Наташа заставила себя улыбнуться напарнику. Чтобы он знал: у неё к нему нет никаких претензий, и что их отношения не станут хуже из-за того, что у Бартона появилась любовница. - Нат, послушай меня… – Клинт положил руки на плечи шпионки, продолжая смотреть прямо в глаза. Даже через униформу девушка почувствовала, какие горячие у него ладони. – Мы с Марией ничем не занимались, как бы она того ни хотела. Между мной и ей ничего нет и не может быть. Я просто никогда не доверюсь такой, как она, пусть она и старше меня по званию и положению в Щ.И.Т.е. Мне жаль, что ты думаешь, будто я с ней… извини… Сокол печально взглянул на напарницу, развернулся и медленно пошёл обратно в «гнездо». Хилл в это время быстро прошла мимо, толкнула его в плечо, заставив сдавленно айкнуть, и направилась дальше, бросив на Наташу полный ярости взгляд. Да, то, как Мария «ласково» саданула Бартона по раненому плечу, говорило само за себя. Нат ещё немного постояла в коридоре, а потом, словно на что-то решившись, пошла к Соколу. Тот сидел на подоконнике, прислонившись лбом к оконному стеку. - Сильно болит? – нежные пальцы девушки бережно коснулись руки Клинта. – Извини, что думала, будто между тобой и Марией действительно что-то было. Знаешь, наверное, я просто немного ревную… - Всё нормально... – тихо ответил стрелок, закрыв глаза. За всё время, что Романофф знала его и работала с ним, парень ни разу не пожаловался на какую-то проблему, предпочитая держать всё в себе. – Только она… пирожные твои в мусорку выбросила… - У меня ещё шоколадка с собой. – Наташа только сейчас вспомнила, что шоколад она сунула в карман и не выложила. Девушка сама не поняла, что ею движет в этот момент. Она просто обняла напарника, прижавшись лбом к виску. – Дашь осмотреть рану? От удара могли разойтись швы. Я потом перевяжу снова, если потребуется. - Хорошо… – прошептал Клинт. – Я только на кровать пересяду… Тебе будет удобнее… Наташа кивнула и пошла в ванную, мыть руки. Собственно, осмотр раны и перевязка не заняли много времени. К счастью, швы не разошлись, и повода для возвращения в лазарет не было. - Ты о чём-то хотел поговорить со мной, – напомнила она напарнику, когда они вдвоём сидели на полу, скрестив ноги, и пили ароматный чай. Вообще это стало их маленькой традицией - пить чай на полу. - Ага... – Клинт держал чашку обеими руками, словно грелся, и старательно не смотрел на девушку. – Я почти ничего не помню из того, что было в госпитале… А тут, мне сказали, когда мы с тобой приехали, я распевал песни, как будто напился в стельку. Это правда? – лучник поднял глаза. Взгляд у него был какой-то виновато-щенячий. Наташа успокаивающе похлопала его по руке. - Тебя просто немного накрыло. Наши медики провели анализ того образца, что я стащила из клиники, препарат был сильно просрочен. Возможно, это ошибка медиков, или кто-то сильно сжульничал… Факт в том, что ты… Тебе было весело. А потом ты проспался, и всё вернулось на круги своя. Ты не волнуйся, мы выясним, что за ерунда творится в том госпитале. Они на какое-то время замолчали. Бартон не знал, куда девать глаза от смущения, а шпионка просто наслаждалась тишиной. - Мне понравилось, как ты поёшь, Клинт. Споёшь как-нибудь для меня? – прервала молчание Вдова, понимая, что тишина как-то уж очень подзатянулась. - Я не могу… – стрелок снова уставился в чашку. - Хорошо… Наташа каким-то шестым чувством поняла, что Клинт отказывается не просто так. Возможно, дело было в его прошлом, о котором он так не любил вспоминать. Чёрная Вдова знала, каково это, когда все, кому не лень, лезут в душу. И она никогда не расспрашивала напарника, полагая, что тот всё сам расскажет, если захочет. - Я стесняюсь… – коротко признался парень, прислонившись спиной к кровати. – Но могу как-нибудь сыграть на гитаре. Я умею. – Бартон, наконец, улыбнулся. Пусть и устало, измученно, но улыбнулся. – Рука только заживёт… Романофф кивнула, допивая чай. - Уже довольно поздно. И тебе надо отдохнуть. Не возражаешь, если я зайду к тебе утром? - Я буду рад, если ты придёшь, – лучник протянул здоровую руку и слегка коснулся руки Наташи, после чего с трудом поднялся на ноги и понёс мыть чашки. Девушке ничего не стоило опередить его. - Давай сегодня я этим займусь. Иди, ложись, – она забрала у напарника посуду и скрылось в ванной, так что, ему ничего не оставалось, как вернуться к кровати и лечь. Вернувшись, шпионка обнаружила, что Бартон устроился в постели весьма необычным образом: свернув одеяло вокруг себя полукругом, вроде реального гнезда. Девушка убрала чашки в полку, и, склонившись над Соколом, тихонько подула ему в ухо. - Спокойной ночи, Клинт, – тихо проговорила она перед тем, как покинуть «гнездо». - Спокойной ночи, Наташа… – ответил лучник, уже засыпая. Утром Романофф, как и обещала, заглянула к напарнику. Точнее, был уже день. Шпионка долго отсыпалась после выполненного задания и пожаловала в гости лишь в обеденное время. Впрочем, Клинт не стал её подкалывать. Во-первых, она принесла ему на обед огромный бутерброд с копчёным беконом и стакан грейпфрутового сока, а, во-вторых, он и сам только недавно проснулся. И хотя Наташа посидела с ним совсем недолго, лучник всё равно был очень доволен. Раньше, когда он получал ранения на заданиях и в одиночестве отлёживался в своём «гнезде», его редко кто навещал. Мария Хилл была не в счёт, от неё лучник даже начал специально запираться. Но Наташа была особым гостем. Клинтон и сам не ожидал, что за столь короткое время сможет действительно подружиться с этой несносной особой. По-первости так и вовсе руки чесались скрутить ей шею, а сейчас Бартон оглядывался назад, и ему даже становилось смешно, как они могли так люто ненавидеть друг друга. А вчера он спас ей жизнь, и теперь его прямо-таки распирало от гордости. Не потому, что он доказал шпионке своё превосходство, они уже давно перестали доказывать что-то друг другу, нет… Просто он был счастлив, что с Наташей всё в порядке. И что она проявляет беспокойство и заботу о нём. Её внимание для лучника было очень дорого… - Эй, Клинт, да что с тобой? – девушка щёлкнула пальцами перед носом напарника и стащила кусочек бекона с бутерброда. – Ты упустишь добычу, Сокол, если будешь щёлкать клювом. Раньше бы Бартон обиделся на это высказывание. А сейчас… только засмеялся. Потому что знал: это не злобная подковырка. Так, дружеская шутка… - Знаешь, я задумался кое о чём, – парень сонно улыбнулся, отпив из стакана и устроив поудобнее пострадавшую в перестрелке руку. Пользоваться бандажом он категорически отказывался. – А ведь ты была права тогда. Ну, насчёт того, что я не признаю многих вещей. Так вот сейчас я признаю, что ты была права. В этот момент их беседу так некстати прервал телефонный звонок Наташе. - Ты же благородная птица. И умная, ко всему прочему, – шпионка шутливо взъерошила парню волосы и поднесла телефон к уху. – Агент Романофф слушает. - Это Фьюри, – послышалось из трубки. – Зайдите ко мне в кабинет, пожалуйста. - Директор? – спросил стрелок, понимая всё по выражению лица напарницы. Наташа кивнула, убирая трубку в карман. - Звонит лично сам.. Неужели я что-то успела натворить? Ладно, где наша не пропадала. Не скучай тут. Она сделала глоток сока прежде, чем Клинт успел что-то понять, озорно улыбнулась и шустро вымелась из комнаты. Перед тем, как зайти в кабинет босса, Чёрная вдова предусмотрительно постучала. - Вызывали? - Да, присаживайся. – Ник кивнул девушке на стул напротив. – Как ты смотришь на то, чтобы поработать одной, уже сегодня? - У нас всё равно нет выбора, агент Бартон временно выбыл, – осторожно ответила она. – Если дело не терпит отлагательств, я берусь. - Если выполнишь это задание на отлично, с агентом Бартоном будете работать по одному, как и хотели, – Фьюри протянул шпионке папку. – Брендан Лесли, который ушёл вчера. Его выследили, адрес здесь. Нужно найти и ликвидировать. Наташа усмехнулась про себя. Если на отлично? Она всегда отлично выполняет свою работу. Наверное, и, правда, пришло время работать им по отдельности. Остаётся надеяться, что меньшими друзьями они от этого не станут. - Устраню, – шпионка взяла документы и поднялась из-за стола. – Разрешите идти? - Да, удачи! – директор уже уткнулся в какие-то документы. Покинув кабинет, Романофф снова пошла к Бартону, чтобы предупредить, что она отбывает на задание. В коридоре она столкнулась с Коулсоном. - Привет, Наташа! Ты что такая мрачная? Фьюри чем-то недоволен? - Всем доволен. Так доволен, что обещает отпускать одну на задания. Романофф попыталась улыбнуться, но вышло не очень. Она понимала, что рано или поздно им придётся вернуться к привычному режиму работы по одиночке, но… Теперь ей определённо будет не хватать Бартона. Наташа тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли. - По-моему, тебя эта перспектива уже не очень радует, верно? – Фил улыбнулся в ответ. - Не знаю… В последнее время мы здорово ладили и почти не мешали друг другу. Мне ещё ни с кем не удавалось сработаться так быстро. Но это вовсе не означает, что теперь я одна не справлюсь, – предупредила Наташа. – А теперь прошу меня простить. Надо идти. Доброго дня, Фил. Девушка шустро шмыгнула мимо Коулсона к лифту. Ей хотелось предупредить Бартона о том, что вечером она, возможно, не появится. Клинт продолжал лежать на кровати. Видимо, рана ещё беспокоила и утомляла стрелка, однако, стоило только шпионке снова появиться в комнате, он сразу сел, поддерживая руку. - Чем порадовал? - Да вот… Велел добить нашего вчерашнего организатора. Сказал, если справлюсь, мы с тобой снова будем работать, как привыкли, по одиночке. – Наташа присела на край кровати, избегая встречи взглядов с напарником. – Можешь не верить, Клинт, но мне от этой мысли совсем не весело. Ты самый лучший напарник из всех, какие у меня когда-либо были… - Хочешь сказать, что на задание идёшь одна? Нет, так дело не пойдёт, – Бартон слез с кровати и принялся рыться в шкафу, доставая униформу. – Одну я тебя туда не отпущу. Неизвестно ещё, что там ждёт… - Клинт, послушай меня. – Романофф мягко отволокла напарника от шкафа и усадила обратно на кровать. – Я иду туда одна не потому, что мне так хочется. Сейчас тебе нужен покой и отдых, а не беготня по крышам. Я только сделаю пару выстрелов, и вернусь. Обещай, что не пойдёшь за мной. - Хочешь, чтобы я соврал? – серые глаза лучника чуть прищурились. – Нат, о каком отдыхе и покое может идти речь, если я не знаю, что тебя ждёт там, куда отсылает Фьюри? Ему всё легко и просто, он не мотается на задания, а только сидит в кабинете и отдаёт приказы. А если тебя подстрелят, кто придёт на помощь? - Клинт, это не проникновение на полный врагов завод. Он один. Он боится. И он может сбежать, если его сейчас не остановить. А я могу это сделать. И я сделаю это. – Наташа улыбнулась, осторожно положив ладонь на раненое плечо напарника. – Ты уже достаточно рисковал из-за меня. Больше этого не будет. Она вышла из комнаты прежде, чем Клинт успел ответить хоть слово, а когда выглянул в коридор, там уже было пусто. - Ник, гони мой выигрыш! – если бы сотрудники это услышали, то не поверили бы, что это сказал правильный агент Коулсон. Фил, с улыбочкой от уха до уха, зашёл в кабинет босса и уселся напротив, сложив руки на животе. – Ты проиграл. - Не понимаю, о чём ты. – Фьюри отложил бумаги в сторонку и единственным честным глазом посмотрел на своего зама. – Чёрная Вдова и Соколиный Глаз с сегодняшнего дня работают раздельно. Всё, как договаривались. Никто из них не возражает. - Ошибаешься. Возражают, ещё и как. Причём, оба. Бартон вообще сказал, что больше ни на одно задание не отправится один. Конечно, Коулсон немного приврал. Клинт сказал лишь то, что теперь хочет работать в паре с Наташей, но и такого заявления на своём веку Ник не помнил. - В стенах этого кабинета возражений не звучало. Я не глухой, я б запомнил. Фил, ты прекрасно знаешь, что я редко заключаю пари, но если заключаю, то, как правило, выигрываю. Поэтому прекращаем этот балаган и расходимся. Деньги отдать не забудь. В это время дверь распахнулась, и в кабинет самым наглым образом ввалился Бартон. Лучник плюхнулся на стул рядом с Коулсоном и сложил руки на груди, мрачно глядя на босса. - Ник, так не пойдёт. Нельзя Наташу отпускать одну. Мало ли, что может случиться, если её никто не прикроет. - Агент Бартон, Ваша дисциплина оставляет желать лучшего, – холодно произнёс директор. – Вы прекрасно справились со своей задачей, агент Романофф полностью освоилась в новой работе и вполне способна работать самостоятельно. С этого дня вы работаете раздельно. Разве не этого ты хотел ещё месяц назад и умолял пощадить твои потрёпанные нервы? Ты можешь радоваться, ваша совместная работа окончена. - Я передумал… – буркнул стрелок, потирая ноющее плечо. – Разве не имею права передумать? Фил кашлянул в кулак, стараясь сдержать ехидный смешок. - Значит, волк-одиночка всё-таки нашёл себе пару? – Фьюри старательно не обращал внимания на своего зама. – Или я что-то не так понимаю, агент Бартон? - Понимай, как хочешь, Ник, но после работы с Наташей я тоже кое-что понял… Что могу доверить ей свою жизнь. И если она согласится работать со мной в паре, я буду только рад. Любой волк-одиночка, рано или поздно, находит себе пару. Единственную пару. - Что ж… – Фьюри понял, что это пари он, похоже, проиграл. – В таком случае, Клинтон, я поставлю агента Романофф в известность, как только она вернётся с задания. Не смотри на меня так. Ты со своей раной даже пистолет поднять не в силах, не то, что стрелять из лука. Всё, свободен. - Неужели ты меня так плохо знаешь? – хитро улыбнулся в ответ лучник, поднимаясь с места. – И, кстати, стрелять из пистолета я умею обеими руками, – продолжая ухмыляться, Клинт стукнул костяшками сжатой в кулак правой руки по кулаку Коулсона, подмигнул Фьюри и отправился к себе в «гнездо». Фил смотрел на директора с такой же ухмылочкой. Фьюри сконфуженно выложил на стол три стодолларовые купюры. - Не буду больше с тобой спорить, Фил. Невыгодное это дело. Зам быстренько переправил выигрыш в свой карман. - Не переживай, босс. Они пойдут на благое дело. - Пожертвуешь церковному приходу? – невесело усмехнулся Фьюри. - Нет. Мне один коллекционер обещал новую карточку. В идеальном состоянии и без заломов. Триста баксов - вполне приемлемая цена за такое сокровище. Коулсон и Фьюри коротко пожали друг другу руки, и Фил покинул директорский кабинет, весьма довольный собой. Когда Наташа вернулась, а вернулась довольно быстро, часа через четыре, причём, весьма довольная собой, она обнаружила, что Бартон сидит на полу у двери её комнаты в обнимку с какой-то коробкой. - Караулишь? – Романофф протянула парню руку, помогая подняться. - Просто жду твоего возвращения, – Клинт чуть поморщился. – Как всё прошло? - Чисто. Даже ковёр не запачкала. Врачи решат, что это сердечный приступ. – Наташа открыла дверь, и оба устроились на полу у кровати по привычке. – Может, чай? – предложила девушка на правах хозяйки комнаты. - Ага. И я немного понаглею, ожидая своей порции. Ничего? – спросил лучник, глядя на напарницу снизу вверх. - Ничего, – девушка пошла заваривать чай. – Клинт... Если босс будет отправлять нас теперь работать по одному... Ты будешь приходить ко мне иногда? Просто так, на чай. - Мы будем работать вдвоём, – уверенно заявил лучник. – Если ты не будешь против, конечно… - Я - не буду. А как же Фьюри? Его мнение разве роли не играет? – Вдова снова уселась рядом с напарником, протянув ему чашку с чаем. - Спасибо, – парень улыбнулся в ответ, а по его немного усталым глазам было видно, что он что-то натворил и весьма этим гордится. – Фьюри сам дал добро на это. Конечно, он удивился, но против ничего не сказал. Наташа только улыбнулась. Подавшись чуть вперёд, она нежно "клюнула" лучника в щёку. - Так что… на следующее задание мы отправляемся уже вместе… – не привыкший к женской ласке, Бартон смутился, как подросток на первом свидании. – Правой рукой я тоже умею стрелять… - В ближайшее время никаких заданий не будет, агент Бартон. У тебя больничный, да и мне не помешает взять выходной. Я должна съехать с квартиры и расплатиться с хозяйкой. – Наташа сделала глоток чая и улыбнулась. – А, знаешь, ты тоже был прав, Клинт. Здесь не так уж и плохо…