Так это ты станешь моим младшим мужем?

Вид сверху, от третьего лица       Когда врач ушёл, альфа с головой забрался под одеяло. Хлопнула входная дверь. Вот они и одни. Мысль о том, что скоро между ними начнётся, заставляла омегу странно улыбаться, он никак не мог сдержать предвкушающей похабной ухмылки. Член Каашаса сладко потянуло.       Но спешить никто не собирался.       Порывшись в тумбочке, он достал пачку презервативов и кинул ее на кровать возле замершего «в домике» супруга.       — Джесс, — ласково позвал омега, присаживаясь рядом. — Иди ко мне.       — Н-не хочу, — проскулил юноша, отползая.       — Неужели, — Каа рывком сорвал с него покров. Тот по-прежнему лежал в позе эмбриона и подрагивал. На его красивом лице выступил пот, скулы сводило, на щеках таяли дорожки от слез. — А по-моему, ты о-очень хочешь.       — Н-нет… не надо… — Джессра впился пальцами в колени так, что плоть под ногтями побелела. Все, что оставалось младшему мужу, это настойчиво поцеловать его.       Комната наполнилась звуками переплетающихся языков. Сил отказываться от грядущего и такого желанного удовольствия больше не осталось. Альфа не сдерживался, рыча, он уложил своего партнера на лопатки, придавив собой. Поцелуи превратились в ожесточенное перетягивание инициативы. Омега шипел, покусывая заведенного благоверного то за губы, то за шею, и он бы спустился ниже, но Джессра крепко держал его запястья. За его напряженным дыханием пряталось еле сдерживаемое возбуждение. Казалось, он мечтал отыметь своего спутника как можно грубее, но ждал дозволения. Как натянутая струна, оголенный провод.       Степень нетерпения альфы давно торчала из дизайнерских боксеров, поблескивая от смазки. Каа похотливо облизнулся, освобождая его член от мешающего предмета одежды. Джесс же умело стягивал с партнера промокшие в области промежности фланелевые штаны.       Новобрачные раздели друг друга и замерли на мгновение.       В последний момент омега вспомнил-таки о резинках и, воспользовавшись паузой, ловко нацепил ее на место.       Джессра немного поворчал, но смирился, сейчас ему хотелось прочувствовать горячую манящую плоть своего спутника, а не латексную пленку. Но он мгновенно забыл о неудобствах, когда его супруг повернулся к нему спиной и призывно выставил напоказ подрагивающее колечко, давно не знавшее мужской ласки.       — Просто войди, — прошептал бесстыдник. Это стало последней каплей для давно сдерживавшегося юнца.       Вздувшийся венами ствол с неожиданной легкостью проскользнул в неразработанный анус. Стенки были горячими и вязкими, словно крем-брюле только что из духовки. Омега вскрикнул, больше от долгожданного чувства наполненности, чем от боли. Он издавал такие пугающе сладкие утробные звуки, что Джесс, не сдерживаясь и не давая телу пары привыкнуть, начал долбиться в обволакивающее его нутро.       Воздух постепенно наполнился запахами вытекающей на яйца альфы смазки, пота и разогретой резины.       Их тела переплетались, образуя невообразимое чудовище, стонущее под скрипы кровати. Грубыми рывками старший муж вбивался в ставший податливым вход, омега судорожно вжимался лицом в заляпанную слюной подушку, закатывая глаза и сопя. Такого лютого марафона он не ожидал, но теперь ловил такой кайф, что готов был обкончаться от одного прикосновения к его члену.       Вдруг его изогнуло, в спину ударил мокрый холод, легкие сжало в судорожном вздохе. Он обмяк, бессмысленно хватая ртом воздух без возможности сделать полноценный вдох. Забыв, как дышать, омега потерялся во времени. Не заметил, как Джессра кончил от того, как он сжимался во время своих конвульсий, и вытащил из него свой орган со сползшим и заполненным презиком.       Альфа аккуратно перевернул супруга на спину и приставил к его раскрытому сочащемуся входу не планирующий в ближайшее время падать агрегат, перетянутый свеженьким контрацептивом.       Марафон продолжался еще добрых четыре часа.       В последний заход омега умостился в качестве наездника, лениво двигая бедрами по напряженному пенису Джесса и отвечал на его страстные поцелуи. От этих нежных поглаживаний и натираний на оседланного жеребца накатывали предоргазменные состояния, но сама долгожданная разрядка не наступала.       Альфа скулил в зубы своему любимому, выпрашивая пощады.       Каашас сдался. Перейдя на быстрый темп, он быстро устал, колени не желали держать. В миллиметре от оргазма, его самец, ворча, подхватил упругую попку и сделал пару размашистых рывков. Этих движений хватило, чтобы оба выплеснулись.       Минуту они молча лежали, выравнивая дыхание.       Потом Каа обессиленно сполз с партнера на паркет, чтобы сходить за водой, ведь кувшин давно был истрачен. Выпит и частично вылит ему на спину. Такого яркого оргазма он никогда в жизни раньше не испытывал, как от пробирающей дрожи возбуждения, здоровенного распирающего изнутри приспособления и дарящей запредельное удовольствие влаги, ошпарившей прохладой его лопатки.       На полу валялась добрая половина пачки презервативов. Стараясь не наступить на липкие использованные лоскутки, оттраханный почти до беспамятства омега неровной походкой поплелся на кухню, дрожащими ладонями он вел по стене, чтобы не упасть.       Джесс в безуспешных попытках отдышаться оперся спиной на изголовье. Холодная деревянная панель заставила его вздрогнуть. Несмотря на готовность продолжать, он уже довольно ясно соображал, насколько ситуация вообще позволяла заставить мозг думать. Однако, о чём, стоило только догадываться.       Каашас же пилил себя одной единственной мыслью: «Почему я не сделал этого раньше? Зачем терпел целый месяц?» Даже в дрожащих коленях и натертом анусе он не чувствовал дискомфорта. Его окутывала пелена удовлетворения.       Когда он вернулся, его с улыбкой ожидала полная страсти половинка.       — Хочешь продолжить? — осипшим голосом спросил омега. Он осознавал, что скоро прочувствует на себе последствия безумного секса, но думал, что хуже уже не станет.       — Да, — честно промурлыкал юноша, с наслаждением ощупывая взглядом стройное мускулистое тело его избранника. Сегодня его мужественный и независимый супруг ему поддался. Добровольно подчинился. При желании Каа легко бы вырвался из-под альфы, но не стал. Не захотел.       — У меня ещё остались силы, — игриво произнес омега, усаживаясь на постель на колени.       Он наклонился вперед, уперевшись ладонями в крепкие бедра партнера. Длинный умелый язык заскользил по стояку, делая его мокрым со всех сторон. Только сделав это, младший муж обхватил ствол губами и втянул его до самого основания. Ему нравилось ощущать во рту пульсирующее естество. Слегка терпкий и с привкусом резины, член вновь засочился солоноватой смазкой. Ритмично насаживаясь на него по самую глотку, Каашас потихоньку возбуждался сам. Он наслаждался своей горячей игрушкой, под глубокие вздохи слюна стекала на гладкий лобок Джессры. Неожиданно он притянул мокрое личико к себе, смахнув с левой щеки соблазнителя слезу.       — Можно я возьму тебя снова? — эти слова прозвучали честнее и душевнее их недавней брачной клятвы.       — Да, — прохрипел послушно омега, собираясь встать в позу.       — Нет, не так, — сильные руки уверенно подтянули его повыше так, чтобы он легко улёгся на все еще не доведенного до исступления юнца. — Просто расслабься.       Нацепив ненавистную резинку, альфа без каких-либо усилий нашел заветную дырочку, ему даже не пришлось помогать рукой, чтобы вставить.       Этот раз стал самым нежным за вечер. Размеренное, спокойное, сопровождаемое легкими поцелуями, безумно ласковое соитие доставляло паре невероятное удовольствие. Джесс не переходил на резкий темп, пока узкие стенки не стали по-настоящему сильно давить на головку. Ускорившись, он чуть было не впился зубами в основание шеи партнера, вместо этого с досадой прикусил губу. В бешеном темпе последовали поцелуи с привкусом крови, ни у кого не осталось времени на стоны. Вбиваясь по самые яйца в растянутую попку, альфа мечтал, чтобы это был не последний их раз. Далеко не последний.       Всё чаще теряя ритм, он выбивал из омеги последние всхлипы.       «Ещё чуть-чуть, сейчас», — думал он.       Желанная разрядка выбила его из равновесия, оба завалились на бок. Впервые за время совместных утех, у альфы стал набухать узел. Не желая отпускать своего ненаглядного, он крепко прижал его к груди.       Впрочем, Каа был совсем не против насладиться сладко растягивающим зад узлом.       Наслажденные и вымотанные, они так и уснули в сцепке.       Первым проснулся Джессра, когда было уже за полдень. Он не планировал будить спящего супруга, надеясь приготовить ему завтрак со свежесваренным кофе, но нашлась причина. Стянув с обмякшего члена подсохший презик, альфа заметил в нем огромную дыру, палец проходил насквозь.       — Каашаси.       — М?       — Он… это… порвался.