Надежда
30 июня 2024 г., 17:03
Когда дверь захлопнулась, а за ней послышались торопливые, удаляющиеся прочь шаги, Саске остался в звенящей тишине. Как дурак, он стоял посреди туалетной комнаты и задыхался от собственной глупости, безрассудности, смелости. Был и рад тому, что произошло, и неимоверно корил себя за несдержанность. Прикосновения горели пламенем на его пальцах. Дрожь возбуждения даже не думала уходить. Саске глубоко вздохнул, и его взгляд упал на флакон с мылом: пришлось поднять его.
Поставил на место, включил воду, подставил под нее сначала ладони, потом, внезапно, и голову, надеясь благодаря этому привести мысли в порядок. Это и правда помогло немного успокоиться и вспомнить, что за окном ноябрь, а он сам с мокрой головой и без машины. Оторвал несколько бумажных салфеток и вытер затекшую за шиворот рубашки воду, промокнул волосы, которые за месяц отпуска порядком отросли. Это не особенно помогло: влажные волосы неприятно облепили шею, намочили воротник рубашки.
Когда Саске вернулся в зал, то на столе, за которым сидели, близко сдвинув стулья, Сакура с Ино, уже было все убрано.
— Ты так надолго пропал, Саске, что мы… — весело начала Сакура, но ее улыбка исчезла с лица, стоило ей увидеть мокрую шевелюру друга, — …уже оплатили счет.
— Что случилось? — тут же спросила Ино.
— Я столкнулся с Наруто в туалете и, кажется, наделал глупостей, — хмыкнул Саске и взял со стола еще пару салфеток, положил их себе на плечи и шею сзади.
Сакура побарабанила пальцами по книжечке чека.
— И что, он макнул тебя головой в унитаз? — она издала короткий смешок. Ино толкнула ее плечом.
— Лучше бы так и сделал, — мрачно сказал Саске.
Глупо, конечно, но все о чем он мог сейчас думать — раскрасневшееся от смущения лицо Наруто и очаровательные порозовевшие кончики ушей. Эта картина так и стояла перед глазами, будоражила кровь, заставляя сердце учащенно биться. Саске глухо застонал и откинул голову назад так, что теперь вода с кончиков волос капала за спинку кресла.
— Хочешь рассказать, что произошло? — неловко начала Сакура. — Или нет?
— Я признался ему, — ответил Саске и замолчал. Говорить о произошедшем совершенно не хотелось. И о чем он может рассказать? О том, как грязно приставал к Наруто, сгорая от желания расцеловать загорелую шею? Или о том, что Саске не увидел в глазах Узумаки того отвращения и ненависти, которые ожидал?
***
Проснулся Саске раньше будильника. Удивительно, что он вообще смог заснуть после произошедшего, хотя в конце концов, глубокой ночью, бесцельно рассматривая потолок, Саске смог убедить самого себя том, что признаться было правильным решением. Он сам поставил точку в их с Наруто дружбе, теперь нет возможности повернуть назад, списать все на шутку или болезнь. Остается только двигаться вперед. Как бы ни было больно, стало и легче, так, кажется, было написано во всех подсунутых Ино брошюрах с счастливыми улыбающимися людьми на обложке. Саске умылся, даже не пытаясь уложить отросшие волосы, завязал их в короткий хвостик, как делал это в последнее время в студии. Приготовил горячий бутерброд и даже сварил себе кофе. Достал из шкафа темно-синий костюм-двойку, но вместо привычной рубашки надел белую футболку, а на ноги — белые кроссовки. Накинул на плечи пальто, прихватил ключи от машины с комода и отправился на работу. Приехал он раньше обычного, поэтому в фойе на первом этаже встретил лишь пару незнакомых ему людей. Даже на лифте Саске поднялся в гордом одиночестве. С легким волнением подошел к своему кабинету, в котором, казалось, не был целую вечность. Саске скользнул взглядом к замку и заметил, что дверь не заперта. Это немало удивило. Сам он всегда приходил за несколько минут до начала рабочего дня, когда лифт ломился от переполнявших его людей. Шикамару приходил еще позже и чаще всего опаздывал. Саске толкнул дверь: в кабинете царил полумрак, утренний свет еле пробивался сквозь плотно закрытые жалюзи, везде стояли неустойчивые стопки каких-то бумаг, увенчанные пустыми кофейными стаканчиками. Стол Шикамару тоже был завален папками, и на собственном, обычно чисто прибранном, столе Саске заметил несколько стопок документов. Саске подошел к окну, переступив через ворох бумаг, открыл жалюзи, запуская яркий свет в комнату. За спиной послышался шорох и сдавленный стон. Саске вздрогнул от неожиданности. Обернувшись, он увидел грустного и сонного Шикамару, примостившегося в кресле. Судя по его помятому лицу и грандиозному зевку, он ночевал в офисе не первый раз. — Ты чего здесь? — вместо приветствия спросил Саске. Он еще раз обвел взглядом весь беспорядок, внутренне содрогаясь при мысли о том, что это все придется убирать. — И тебе доброе утро, — мрачно ответил Шикамару, — хотя оно уже который день не доброе. В следующий раз, когда решишь свалить в отпуск, а у нас появится новый бизнес-партнер и начнется проверка, я сразу пущу себе пулю в лоб, обещаю. — Надеюсь, меня не посадят за доведение до самоубийства, — хохотнул Саске. Потом предложил. — Давай хотя бы окно откроем? — Валяй, — хмыкнул Шикамару, разминая затекшую шею. — И если найдешь сэндвич на подоконнике, дай мне, я его с четверга ищу. — Сегодня понедельник, тебе не сказали? — Саске подвигал коробки с бумагами. Шансов найти там что-то было мало. — Сам знаю, умник, — огрызнулся Шикамару, но без огонька, и почти даже миролюбиво. Между папками действительно валялся маленький промасленный пакет, Саске взял его двумя пальцами и кинул в сторону Шикамару. Потом подобрал валяющиеся под ногами бумажки, пнул в сторону мусорного ведра стаканчик и подошел к своему столу. — Ладно, сейчас разберемся, что тут у вас произошло. До утренней планерки оставалось еще немного времени, и Саске собирался провести его с пользой, надеясь все-таки уйти домой вовремя. Или хотя бы просто уйти сегодня. — Ты как-то изменился, — сказал невпопад Шикамару, с шорохом разворачивая обертку из-под сэндвича. — Ммм… правда? — ответил Саске, подгружая рабочий чат на компьютере. — Ты тоже. Раньше ты не был таким трудоголиком. И на стол складывал чаще ноги, чем бумаги. — Хотя нет, — вздохнул Шикамару и встал с кресла. — Ты все еще заноза в заднице. И я не собираюсь себе изменять. Держи и наслаждайся! — он сунул Саске под нос еще одну стопку бумаги, а сам подхватил с крючка куртку, похлопал ко карманам в поисках сигарет и вышел из кабинета. Ничего другого Саске не оставалось, как начать входить в курс дела и готовиться к планерке. Нужно было собраться с силами, чтобы вытерпеть все брошенные в его сторону презрительные взгляды. Вопреки всем ожиданиям, планерка прошла неплохо. Проверка большей частью уже кончилась, оставалось только свериться с ее результатами и набросать по этому поводу отчет работы. С новым партнерством возни было больше: как следует вникнуть в это дело Саске банально не успел, но Неджи внешне никак не показывал своего недовольства присутствием Саске, остальные главы отделов и вовсе доброжелательно с ним разговаривали. В основном говорил Шикамару, который неплохо справлялся и сам, но работы было слишком много на одного. Саске тоже внес несколько предложений по разрешению финансовых проблем, возникших с появлением нового партнера, и, на удивление, все согласились взять их на заметку. Весь оставшийся день Саске проработал в приподнятом настроении и даже позволил себе перекусить в кафетерии во время обеда. Понедельник прошел как обычно: также, как раньше, до всего. Только Киба, занесший счета, демонстративно игнорировал его и фыркал под нос. Но Саске это детское поведение ничуть не расстроило, а даже позабавило. Саске настолько расслабился под конец рабочего дня, что появившийся на пороге кабинета Наруто стал полной неожиданностью. Саске словно забыл, что они по-прежнему работают в одном месте, словно вчерашняя встреча разбросала их по разным точкам пространства. — Шика, ты идешь? — конечно же, Наруто даже не глянул в его сторону. Он вообще не стал заходить в кабинет, только приоткрыл дверь, крепко держась за ручку, так что единственное, что Саске смог разглядеть — кончик его носа. — Не-а, дел невпроворот, — вяло отозвался Шикамару, продолжая сортировать по папкам наконец-то поднятые с пола бумажки. — Ты и так все выходные тут проторчал, — сказал Наруто. Он отступил еще дальше в коридор, словно если бы сейчас увидел Саске, то это выжгло бы ему глаза. Шикамару покачал головой. — Думаешь, я мечтал об этом? Наруто вздохнул где-то в коридоре. — Не козли, поехали сейчас, потом подброшу тебя до дома. Только собирайся побыстрее. — Ты что моя ворчливая женушка, Узумаки? — грубо ответил Шикамару, потирая виски от усталости. — Знаете, — он повернулся к Саске, — никто так не страдает из-за вашей любовной ссоры, как я. — Чего, блядь? — Наруто открыл дверь нараспашку. Вид у него был уставший: растрепанные волосы, вывернутая из брюк рубашка, перекрученный и перекинутый через плечо ненавистный им галстук. А вот взгляд был разъяренным. Но Саске и в таком виде находил Наруто до безумия привлекательным, даже когда его глаза блестели негодованием. Учиха вообще стал поражаться своим похотливым мыслям, которые стали все чаще возникать в присутствии Наруто. Раньше он стыдился своих желаний, но с полным их принятием слетели все барьеры и замки. — Ладно-ладно, брейк, — сдался Шикамару, поднимая ладони вверх. — Когда это ты разучился понимать шутки, Узумаки? — С недавних пор, — сквозь зубы процедил Наруто и покосился на Саске. При этом его губы упрямо сложись в прямую линию. Теперь стали заметны пролегшие мешки под его глазами. Очевидно, вчерашние события сильно ударили по Наруто. Должно быть, Саске совсем сошел с ума, но мысль, что он все еще может вызывать в Наруто такие сильные эмоции, его неимоверно радовала. Это было просто ужасно, но Саске не смог сдержать улыбки. Впрочем, если Наруто и заметил это, то успешно проигнорировал. — Окей, я уже собираюсь. Подожди меня в холле, — сказал Шикамару, а Наруто, будто этого и ждал, быстро скрылся за дверью. Нара взял со стола телефон и сигареты, набросил куртку на плечо. Потом подхватил зажигалку и прокрутил между пальцами. Уходить он не особо спешил. — Саске, а я ведь не шутил, — сказал вдруг Шикамару слишком серьезным тоном. — Еще пара вылазок в бар, и я останусь без печени. — Правда? Раньше Наруто так много не пил, — заметил Саске. — Оу… и кто в этом виноват? — хмыкнул Нара и потер ладонями уставшие глаза. — Что бы между вами ни происходило, это сильно сказалось на Наруто, — он глянул на Саске, непонятным, как будто осуждающим взглядом. По крайней мере, так показалось Саске. Как еще на него может смотреть друг Наруто, верно? — Думаешь, что после всего он вычеркнет тебя из своей жизни? — В любом случае этого не избежать, — Саске откинулся на кресло. Неприятно это было произносить вслух, но еще неприятней было от того, что эти слова слишком легко слетели с его языка. — Да неужели? — странно усмехнулся Шикамару. Да и вообще сам диалог был до жути странным, сбивающим с толку, и он вновь зажигал в душе Саске огонек надежды. Он хотел что-то ответить, но Шикамару уже направился к двери, так что Саске не стал его останавливать, остерегаясь новых двусмысленных фраз.***
Неделя за работой пролетела очень быстро и незаметно. С Шикамару они, наконец, смогли свести все отчеты и привести финансы компании в порядок. Из-за этого Саске даже пришлось пропустить занятие в студии, но он слишком уставал, чтобы расстроиться. Наруто он видел на работе всего несколько раз, и во все разы они друг друга неизменно игнорировали. Тот выглядел вполне обычно, но даже одного взгляда Саске было достаточно, чтобы понять, что Наруто не в духе. В каждом его жесте сквозило раздражение, особенно когда он без конца поправлял галстук. А еще он казался немного уставшим, так что Саске немного беспокоился о его здоровье. В выходные Саске поспешил в студию, чтобы порисовать и расслабиться. Это место действовало на не него успокаивающе и помогало отвлечься от ненужных навязчивых мыслей. — Саске, я думаю, что ты уже готов, — вдруг сказал Сай, нависая над его мольбертом и довольно кивая. — К чему? — не понял Саске. — Для картины, конечно же, — Сай ткнул пальцем в направлении коридора, где висели те красно-черные рисунки, которые так привлекли внимание Саске в первый визит сюда. Позже он узнал, что эта своеобразная композиция является лицом студии. Пара картин оттуда даже выставлялись в галереях. — Невероятно, — воскликнул рядом сидящий Суйгецу, — как быстро! Мне понадобилось полгода для этого. — И правда, — согласился Саске, — я всего месяц здесь учусь. Не слишком ли рано для этого? Сомневаюсь, что могу изобразить что-то сносное. — Не стоит принижать себя, — спокойно ответил Сай. — Как я уже говорил, ты талантлив, да и обучаешься очень быстро. Вот, — он протянул листок, — здесь все требования к рисунку. Хочу поскорее увидеть, что ты создашь. — Ты справишься, приятель, — поддержал Суйгецу, потрепав Саске по плечу. Саске с сомнением принял поданный лист. Он много рисовал в последнее время, но это были задания: натюрморты, пейзажи, все прочее. Теперь же ему нужно было создать что-то абсолютно новое, свое. Тем более что на носу был декабрь, и это означало еще больше работы и меньше времени на искусство. Но Саске решил подумать об этом чуть позже, а сейчас он закатал рукава свитера по локоть и продолжил заштриховывать графин на своем холсте.***
Следующая рабочая неделя началась как обычно и продолжилась точно так же. Привычные серые будни. Правда в последние дни на улице стало намного холоднее, так что все надеялись, что к Рождеству в этом году выпадет снег. Саске не особенно любил его, точнее оставался к нему безразличен, но все-таки ждал, ведь Наруто всегда радовался снегопаду, как ребенок. Это была привычка. Он привык ожидать любые праздники, привык наслаждаться временем рядом с Наруто. Раньше они проводили вместе все выходные, смотря сериалы или какие-нибудь свежие тайтлы, рубясь в приставку. Иногда Наруто варил в большой кастрюле рамен, запихнув туда сразу пять пачек. И как-то даже вытащил Саске на каток, сам при этом разбив себе колени, пришлось даже накладывать повязку. Это было раньше. Теперь можно было только мечтать о таком. Поэтому Саске обдумывал мысль встретить канун Рождества в компании Сакуры и ее девушки, чтобы не погрузиться в полное уныние. Сам того не заметив, каким-то образом он научился справляться со своей болью, отвлекаться от нее. По крайне мере до тех пор, пока не пересекался с Наруто на работе. Хоть их встречи и были настолько короткими, что Саске еле успевал взглянуть на него, но каждый раз дыхание перехватывало, а сердце стучало где-то в горле. И тогда он понимал, что нет на свете более одержимого и ослепленного своей любовью человека, чем он. Саске не мог оторвать взгляд от Наруто, даже когда к нему однажды пришла Хината. Его милая, красивая жена принесла забытый ланч. Он даже продолжал смотреть, когда Наруто наклонился и благодарно поцеловал Хинату, приобняв ее за хрупкую талию одной рукой. В этот момент Саске ловил каждый его жест, сгорая от ревности и представляя, как сам сминает губы Наруто в поцелуе. Он заставил себя отвернуться только тогда, когда тошнота подступила к горлу, а боль снова проснулась и яростно заскреблась о ребра. Хуже становилось от того, что Наруто совсем перестал улыбаться, лишь иногда натягивая вымученную улыбку при виде Хинаты. Та стала приходить каждый день, сама приносила мужу ланч, заботливо поглаживала его по щеке, нежным голосом справлялась о самочувствии и делах на работе. А Саске каким-то немыслимым образом каждый раз становился свидетелем этой супружеской идиллии. Так что пару дней он обедал в кабинете. И не мог решить, что хуже: видеть Наруто с женой или не видеть его вовсе, заперевшись в четырех стенах. В пятницу Саске снова задержался на работе: отчет по проверке стопорился, дедлайн поджимал, а Шикамару сказал, что пока не отоспится, в руки больше ни одной бумажки не возьмет. Время давно перевалило за семь, когда Саске закрыл кабинет и вызвал лифт в коридоре. Кто-то уже ехал с верхнего этажа, и когда дверцы раздвинулись, то Саске неожиданно увидел Наруто. Тот стоял, устало привалившись к поручню, и растирал ладонями глаза. Таким знакомым, с детства выученным жестом. Когда Саске зашел в лифт, Наруто даже не пошевелился, только сунул руки в карманы пиджака. Лицо у него стало безмятежным, будто бы он спал. Лифт с гудением двинулся вниз. На одном из этажей глухо играл бессмертный хит Марайи Кэри: там, кажется, уже репетировали канун Рождества. Саске скосил взгляд. Наруто раздраженно поправил галстук, резко дернув плечом. — Ну и зачем носишь, если тебе так неудобно? — спросил Саске и сам удивился, насколько ласково звучал собственный голос. Наруто вздрогнул. Опять убрал руки в карманы. — Хината предложила. Ей нравится, — сухо пояснил он. — Странно. Я думал, она знает, что ты ненавидишь галстуки, — полувопросительно уточнил Саске. Наруто промолчал, и Саске вдруг понял, что ни минуты не сможет больше все это выдержать: колючую тишину, клокотание лифта, дурацкую песню про не нужное никому Рождество. Он повернулся к Наруто, наклонился, подцепил конец галстука и слегка потянул на себя. Наруто растерянно моргнул, но послушно подался вперед. — Что…? — начал он. — Давай, я помогу, — предложил Саске. Не встретив никакого сопротивления, он взялся за узел на галстуке, расслабил его, осторожно потянул вниз, полностью снимая с шеи Наруто. Погладил атласную ткань пальцем, поднес к губам и нежно поцеловал, едва касаясь. Заглянул Наруто в лицо: он густо покраснел, но не отводил взгляд, смотрел в ответ. Лифт пискнул и остановился. Никто не двинулся, разве что Наруто вытащил руки из карманов. Лифт пискнул еще раз, начали закрываться двери. И тогда Наруто все-таки выхватил галстук из рук Саске. — Мне пора, — бросил он и собирался выйти, но Саске удержал его, схватив за запястье. Притянул к себе, обнял со спины, смяв пиджак, уткнулся носом в вихры на затылке. Двери закрылись окончательно. Больше лифт никуда не ехал, и музыка не играла. Наруто не противился, позволив себя обнять. Потом поднял голову, мазнув волосами по щеке. — Мне давно пора, Саске, — сказал он. — Меня ждет жена. Саске дернулся, как от пощечины, и моментально опустил руки. Наруто мягко отодвинулся, нажал на кнопку на панели лифта и вышел. В приоткрытые двери было видно поставленную на неделе елку. Сегодня ее украсили весело подмигивающими гирляндами: золотыми, зелеными, красными. Саске смотрел на эти цветные огни так долго, пока они не начали расплываться.
