50 оттенков рыжего

      Дазай открывает дверь пассажирского сиденья черного внедорожника «Ауди», и омега забирается внутрь. Шатен ни словом не обмолвился о том, что произошло в лифте. Чуя в замешательстве: нужно ли об этом упоминать? Или стоит притвориться, будто ничего не произошло? Мысли спутаны, к тому же, на рыжика наваливается такая усталость, что глаза сами собой закрываются. Чёрт, главное, не заснуть прямо в машине. А ведь его укачивает, поэтому в течение всех поездок Накахара обычно спит.       Тем временем Осаму садится на водительское сиденье, заводит двигатель и выезжает со своего места на парковке, параллельно включая MP3-плеер. Салон машины наполняет волшебная мелодия — иначе Чуя её просто назвать не может. Честно говоря, ему не очень-то нравится классика, он, как ни странно, предпочитает рок, но какая разница? Музыка всё равно замечательная.       — Что это за музыка?       — Цветочный дуэт из «Лакме» Делиба. Тебе нравится?       — Восхитительно. — Чуя выдыхает и откидывает голову назад, прикасаясь тыльной стороной руки к опухшим губам. Ему уже даже не верится, что всё это реальность. Может быть, путь к сердцу Осаму лежит через музыку? Накахара вспоминает сегодняшнее утро: «Или через желудок…».       Когда песня заканчивается, рыжик решает прервать молчание:       — Поставишь ещё раз? — парень смотрит на альфу из-под ресниц.       — Да, конечно. — Дазай ставит заново. И всё-таки очень красиво.       — Тебе нравится классическая музыка? — омега не поворачивает голову, предпочитая смотреть на проплывающие мимо высотки.       — Да, я предпочитаю классику, но всё зависит от настроения. Иногда классика — то, что нужно, чтобы успокоиться. Но порой, знаешь ли, тошнит от этого, а потому хочется чего-то резкого и нового. Вот так вот. — Осаму хмыкает. — А тебе что, нравится?       — Ну, по правде говоря, я не фанат классики, но вынужден согласиться с тобой в плане настроения. То есть, я слушаю преимущественно рок-музыку, но иногда ушам требуется отдых от такого, ну, колорита. — Чуя заправляет рыжую прядь за ухо.       Внезапно раздаётся звонок, и музыка прерывается. Одной рукой сжимая руль, другой шатен выуживает смартфон из кармана пиджака и проводит пальцем по экрану, вытягивая зелёную иконку трубки вверх.       — Дазай. — отрывисто произносит он.       — Это Сэн. У меня есть информация, которую Вы запрашивали. — из динамика доносится приятный мужской голос.       — Хорошо, отправьте её на мою электронную почту. — Дазай сбрасывает звонок, и музыка продолжает играть. Какая бесцеремонность.       Сейчас Накахара даже рад тому, что не принял его предложение работать в компании. Ну к чёрту, да ни за что. Они бы вряд ли поладили: рыжик не терпит такого по отношению к себе. Подчинение — вообще не по его части.       И снова раздаётся звонок.       — Дазай.       — Привет, Осаму! Ну как, ты с ним переспал? — на том конце провода слышен приятный голос, но вот вопрос заставляет щёки Чуи вспыхнуть ярким пламенем.       — Привет, Ацуши. Телефон на громкой связи, а я в машине не один. И нет, не переспал. — шатен вздыхает и потирает пальцами переносицу.       — А с кем?       — С Чуей Накахарой.       — Привет, Чуя!       — Доброе утро, Ацуши! — рыжик неловко смеётся. Боже мой.       — Рюноскэ много мне о Вас рассказывал! — торжественно изрекает Ацуши и смеётся.       — Не верьте ни единому слову из того, что он обо мне сказал.       Накаджима снова заливисто смеётся. Какой милый, однако, у Осаму брат, совсем на него не похож! Ох, точно, они же не родные братья. Накахара совсем забывает об этом на минутку. Хорошо ещё, что он это вслух не ляпнул, а ведь мог бы.       — Я подброшу Чую до дома. Тебя забрать? — интересуется Дазай, хотя по нему, кажется, видно, что он несколько зол на такую откровенность своего братца.       — Да!       — Тогда до встречи.       Снова включается музыка. До дома Чуи они доезжают и словом не обмолвившись. Когда Осаму открывает дверь в машине, он говорит: «Того, что случилось в лифте, больше не повторится. Теперь всё пойдёт строго по плану» и выходит из машины. Альфа открывает заднюю дверь и протягивает рыжеволосому руку, чтобы помочь выйти. Они доходят до подъезда, дверь им отпирает Акутагава, и Чуя замечает какие-то странные нотки в его голосе. Ну, что неудивительно, ведь там, судя по всему, Ацуши.       Накахара останавливается перед лифтом, переглядывается с Дазаем, и они принимают обоюдное решение — подняться по лестнице. В итоге, запыхавшиеся, но ни капли не смутившись, они доходят до нужной квартиры, но приоткрытую дверь им распахивает Рюноскэ — он с недоверием разглядывает сначала рыжика, потом Дазая, а затем они втроём идут на кухню, где сидит Накаджима, попивая чай.       — Привет, Чуя! — Акутагава обнимает парня, и Накахаре в нос ударяет запах ванили. Судя по всему, так пахнет Ацуши. Чего-чего, а такого от друга рыжеволосый точно не ожидал. Своей первой целью после того, как они останутся вдвоём, парень ставит именно допрос брюнета. — Здравствуй, Осаму. — неожиданно его тон перестает быть таким восторженным и приобретает нотки враждебности.       — Мистер Акутагава. — кивает шатен.       — Осаму, его зовут Рюноскэ! — вступает в разговор Ацуши.       — Рюноскэ. — Дазай вежливо кивает, а потом сердито оборачивается на Накаджиму, который уже встаёт, чтобы обнять их троих.       — Привет, Чуя. Рад познакомиться! — на лице Ацуши сверкает обворожительная улыбка, неудивительно, что Рю на него запал, он ведь такой милый. Накахаре он сразу понравился.       — Привет, Ацуши. — рыжик улыбается в ответ и пожимает ему руку.       — Ацуши, нам пора. — с нажимом проговаривает Дазай.       — Иду! — смеётся Накаджима, но перед тем, как, собственно, пойти, притягивает Акутагаву к себе и целует.       Чуе и Дазаю остаётся только стоять рядом и смотреть. Но шатен первым не выдерживает и кашляет в кулак, привлекая к себе внимание. Накаджима выходит в коридор, Акутагава следует за ним. Шатен усмехается и заправляет Чуе прядь за ухо.       — Я приеду за тобой в восемь. — его рука медленно опускается к щеке Накахары, поглаживая её большим пальцем. Однако то, что только должно было начаться, также быстро заканчивается.       Когда Ацуши и Осаму садятся в машину, Чуя с Рюноскэ возвращаются в квартиру. Брюнет берёт в руки кружку с чаем и смотрит на Накахару, который в свою очередь буравит его взглядом.       — У вас с ним уже было? — даже не пытаясь скрыть бешеный интерес, спрашивает первым Акутагава.       — Нет. — Чуя строит недовольную мину. — Но у вас-то точно было, не так ли? — секундная зависть уступает место радости за друга. — Я сегодня встречусь с ним, он пригласил меня к себе в Сиэтл.       — Неужели? Но там-то точно будет? — у Рюноскэ даже голос подрагивает от волнения. Он такой милый, вполне очевидно, что он понравился Ацуши!       — Надеюсь.       — Ты готов?       — Да. — Накахара теребит край футболки, которую ему подарил Осаму.       — Правда? С ним?       — Я же сказал, что да!       Акутагава смеётся, утыкаясь лбом в чашку.       — Наш Чуя наконец-то влюбился, а его избранник — Осаму Дазай! Мультимиллионер и бизнесмен, коих он терпеть не мог! Просто удивительно! Но он тебя хотя бы поцеловал?       — Один раз. Честно говоря, он очень сдержанный.       — Да уж!       — Мне пора на работу.       — Что наденешь?       — Понятия не имею. Но я думаю, что-нибудь поновее.

***

      В конечном итоге Накахара выбирает обтягивающие светло-синие джинсы, надевает длинную, чёрную майку и тонкий свитер салатового цвета, через который прекрасно видно майку и чёрную поясную сумку. Рюноскэ образ одобряет, а потому Чуя натягивает чёрные найки и выходит из дома.       В «Клейтонсе» довольно скучно. Посетители приходят и уходят, а Накахара снуёт туда-сюда, кому-то помогая с выбором, а кому-то пробивая товар на кассе. День кажется бесконечным, а ведь ему ещё два дополнительных часа работать — расставлять товары по полкам после закрытия.       За двадцать минут до выхода парень успевает побрить ноги и подмышки, да чего уж там, он почти добрался до рук, но Рюноскэ вовремя его остановил. Вообще-то Чуя брился не из-за Дазая, он просто очень гигиеничный и следит за своим телом — это вполне очевидно! Боже, только бы он не понял, что Накахара все двадцать минут мучился с бритвой ради этого свидания.       Ещё нужно прояснить дела с Тачихарой. Он прислал пару сообщений и звонил несколько раз, но рыжик не отвечал. Из Акутагавы он тоже не смог вытянуть ни слова. Накахара всё ещё злится на него, так что пусть помучается. Чёрт, только сейчас омега понимает, что могло бы случиться, если бы Дазай тогда не появился.

***

      Чуя выходит из магазина. Дазай, как всегда, пунктуален: знакомая машина стоит прямо напротив него, аккуратно припаркованная в отведённой зоне. Шатен замечает его и выходит из машины, открывая пассажирскую дверь.       Сам альфа открывает другую дверь и садится рядом с Накахарой, следя за тем, как тот регулирует ремень безопасности. За рулём сидит Сэн.       — Добрый вечер, Сэн. — кивает рыжеволосый сопроводителю и переводит свой взгляд на Осаму. Он одет в классический костюм и белую рубашку, а на шее повязан красный галстук — всё выглядит так официально, а ведь чего ещё было ожидать от такого солидного мужчины, хм?       — Добрый вечер, Чуя. Прекрасно выглядишь. — на губах Дазая играет мимолётная улыбка.       Ох, не слишком ли неподобающе он оделся? Но, судя по всему, если шатену нравится, то ничего страшного.       — Как работа?       — День был очень длинным и скучным. — Накахара хмурится и вздыхает, откидываясь на мягкое кожаное сидение. — А ты чем занимался?       — Я прогуливался с Ацуши.       Поездка длится недолго. Рыжеволосый даже не сразу понимает, что они приехали. Повсюду городская застройка, а потому омега находится в замешательстве. Насколько он знает, вертолёту нужно место, а площадкой для взлётов здесь даже и не пахнет! Однако Сэн выходит из машины и открывает Чуе дверь, а Осаму тут же оказывается рядом и подаёт руку.       — Ты готов? — с лёгкой улыбкой спрашивает шатен, пока они идут к зданию.       — Честно говоря, я немного боюсь полётов, но думаю, что да. — альфа, на удивление, быстро передвигается, а потому рыжику даже не предоставляется шанса осмотреться.       Когда они заходят в лифт, Накахара вспоминает утренний поцелуй. Он немного поворачивает голову вбок и встречается взглядом с Дазаем. Он снова улыбается, вот это да! Настоящий рекорд по улыбкам с его стороны за сегодняшний вечер. Однако они переглядываются, и омега догадывается, что думают они об одном и том же.       — Как жаль, но здесь всего три этажа! — Осаму грустно вздыхает. Он даже не представляет, насколько грустно слышать данную информацию самому Чуе. Но альфа хватает его за подбородок и подаётся вперед, запечатлевая на розовых губах быстрый поцелуй. Этого хватает для того, чтобы Накахара впал в ступор. Но лифт уже останавливается, а двери открываются, но парень даже не сразу соображает, что нужно идти, пока Дазай мягко не тянет его за собой, обхватывая рукой чужое запястье.       Они выходят на взлётную площадку, находящуюся прямо на крыше здания. Просто удивительно!       — Не бойся, со мной ты будешь в безопасности. — слова Осаму звучат довольно убедительно, но у Чуи всё равно дрожат ноги, когда они поднимаются по приставной лестнице и садятся в вертолёт. — Я квалифицированный пилот уже как четыре года. А теперь садись вот сюда, — он указывает пальцем на место рядом с пилотом, — и ничего не трогай. А ещё надень наушники.       К вертолёту подходит женщина и сообщает, что машина проверена, и они могут лететь. Тем временем Осаму затягивает на Накахаре ремни так, что омега чуть ли намертво не прикреплён к этому сидению.       — Мне нравятся ремни. — медленно растягивая слова, произносит Дазай прежде, чем отстраниться.       Что?       — Ты готов? — шатен смотрит на Чую, и в карих глазах скачут искорки. Рыжик сдавленно кивает. Атмосфера довольно волнующая: площадка освещена яркими прожекторами, скорее всего, благодаря им в кабине вертолёта хоть что-то видно.       — Хорошо. Вызываю диспетчерскую. Портленд, это Чарли Танго Гольф — Гольф-Отель к взлету готов. Подтвердите приём.       — Чарли Танго Гольф, взлёт разрешаю. Поднимитесь на тысячу четыреста, далее следуйте курсом ноль один ноль.       — Вас понял, диспетчерская. Взлетаю. Конец связи. Поехали, — добавляет Дазай, и вертолёт поднимается ввысь.       Накахара наблюдает, как яркие огни уменьшаются. Просто потрясающе! Они возвышаются над США, хотя омеге, признаться честно, очень уж хочется остаться в Орегоне.       — Мы летим ко мне домой, в Сиэтл. У моего дома есть вертолётная площадка, мы сядем прямо там. — объясняет Дазай, пока Чуя вглядывается в проплывающие мимо здания. До чего они кажутся маленькими!       — Ты уверен, что мы летим правильно? — спрашивает рыжик, потому что ни черта не видит, кроме огней.       — Ты мне не доверяешь? — Дазай посмеивается. — Ну, смотри, — он тычет пальцем на экран, — «Еврокоптер» ЕС 135 — одна из самых безопасных машин в своём классе. Он оснащен специальным оборудованием для полетов в ночное время. Видишь эту далёкую точку на экране? Это Сиэтл.       Омега вроде бы слушает объяснения шатена, но ничего не понимает, зато подмечает, что у Осаму длинные ресницы. Сразу же становится вполне очевидно, почему он прослушал половину из того, что объяснял Дазай.       — Ты всегда так производишь впечатление на омег? — задаёт странный, даже неуместный вопрос Чуя. — Ну, в смысле, берёшь их полетать с собой на вертолёте?       — Нет. Это мой первый раз. Ещё одно «впервые». — в темноте рыжик не может рассмотреть лица альфы, но ему кажется, что тот улыбается.       — А я произвёл на тебя впечатление?       — Да, признаться, я просто шокирован! Ещё никто не производил на меня такое впечатление, какое произвёл ты. — Накахара поворачивает голову в сторону шатена и заглядывает ему в глаза. Дазай на секунду отвлекается от управления вертолётом, и их взгляды встречаются. Пусть Осаму сразу отводит глаза, но в то короткое мгновенье между ними будто проскакивает искра. Хотя, возможно, так кажется одному только Чуе.       — Впечатляет, правда? — почти шёпотом говорит шатен, кивая в сторону разноцветных огоньков, представляющихся городом. — Через несколько минут мы будем на месте.       У Накахары кровь начинает стучать в висках.

***

      Вертолёт зависает, и Дазай сажает его на площадку на крыше. Он отстёгивает свои ремни и принимается за освобождение Чуи. Несмотря на высокий рост, альфа легко выпрыгивает из вертолёта и даёт рыжику руку, помогая спуститься. На площадке очень ветрено, и Накахаре не по себе от того, что он находится на высоте тридцати этажей, но на крыше нет никакого барьера. К счастью, Дазай обнимает Чую за талию и ведёт его к двери лифта. Осаму вводит код, и двери лифта распахиваются. Внутри тепло и все стены зеркальные, что позволяет везде видеть шатена, который, к тому же, обнимает омегу.       Осаму нажимает кнопку, и лифт едет вниз. Спустя пару секунд двери открываются, и они оказываются в огромном фойе. Оно абсолютно белое, напротив них высокие двойные двери из тёмного дерева. Дазай открывает только одну из них и вежливо пропускает Накахару вперёд.       Парень медленно движется вдоль по длинному коридору, освещённому стеклянными настенными светильниками. Рыжий опускает взгляд на свои ноги: пол представляет собой покрытие из тёмного ламината. В кроссовках почти не слышно его шагов. Чуе эта модель понравилась из-за лёгкости и мягкой сетки, благодаря этому ноги не уставали после длительной ходьбы, да и обувь не ощущалась, как кандалы. Шатен нагоняет его и идёт рядом, нога в ногу. Они подходят к точно таким же дверям. Пройдя сквозь них, они, по-видимому, попадают в гостиную.       Гостиная оформлена в таких же белых тонах, стены увешаны разными картинами. Слева Чуя сразу же видит лестницу, а чуть после неё — чёрный кожаный диван какой-то изогнутой формы, а перед ним — небольшую тумбочку, собственно, тёмного цвета, на которой стоит огромная плазма. Да уж, наверное, смотреть на нём фильмы — то ещё удовольствие. Недалеко от телевизора стоит камин, и в нём уже полыхает пламя. Справа находится кухонная часть, включая продолговатую барную стойку с высокими стульями, а прямо напротив — стеклянная стена с выходом на балкон. Перед ней находится стол с шестнадцатью стульями, а в углу — чёрный рояль. Он ещё и на фортепиано играет?       — Будешь белое вино? — спрашивает Дазай.       — Да. — Накахара кивает. Ему нравится вино, как же.       — Пюйи-фюме тебя устроит?       — Да. — Чуя хмурится, потому что несмотря на то, что он неплохо разбирается в винах, об этом он вряд ли когда-либо слышал. От этого становится стыдно за себя. Зачем он вообще сюда пришёл? Подсознание насмешливо хмыкает: «Как-будто сам не знаешь!». Конечно, знает: он пришёл, чтобы оказаться у Осаму Дазая в постели.       — Держи. — шатен протягивает омеге бокал с вином.       Чуя делает глоток, вино свежее и изысканное. Он впечатлен.       — Мистер Накахара, Вы выглядите бледным. Хотите есть? — интересуется альфа, разглядывая рыжие локоны.       Рыжий качает головой.       — У тебя большая квартира.       — Большая? — Дазай улыбается.       — Очень. Ты играешь на фортепиано?       — Да.       — Хорошо?       — Да. — шатен выглядит так, будто его забавляет этот диалог.       — Есть ли в мире что-то, чего ты не умеешь? — рыжик сдвигает брови к переносице, недоверчиво глядя на альфу.       — Да. Но немного.       До чего же он самоуверенный.       — Подожди минутку, хорошо? — Осаму скрывается в дальней двери и возвращается уже через минуту, держа в руках какой-то документ. — Вот, — шатен протягивает бумаги Чуе, — договор о неразглашении. На этом настаивает мой адвокат.       — Договор? — принимая бумаги, Накахара странно косится на альфу.       — Подписывая его, ты обязуешься не рассказывать о нас никому. Ни о чём.       — Ладно, я подпишу его. — рыжий принимает из чужих рук ручку и отходит к столешнице, склоняясь над документами.       — Ты даже не хочешь прочесть?       — Нет.       — Нельзя ничего подписывать, не читая.       Чуя тяжело вздыхает и поворачивается к Дазаю.       — Осаму, пойми, я и так не собирался ничего никому рассказывать, даже Акутагаве. Но если это так важно для тебя и твоего адвоката, то я подпишу.       Омега быстро подписывает обе копии, одну из них сразу же отдавая шатену, а другую складывая в сумку.       — Итак, сегодня вечером ты займёшься со мной любовью, Осаму? — Накахаре не верится, что он это сказал. У него у самого чуть ли челюсть не отвисает. Но шатен, к его удивлению, остаётся абсолютно спокоен.       — Нет, Чуя, не значит. Во-первых, я не занимаюсь любовью — я трахаюсь. Во-вторых, мы ещё не закончили с бумагами. В-третьих, ты не знаешь, что тебя ждёт. У тебя есть возможность передумать. Пошли, я покажу тебе комнату для игр.       — Ты хочешь показать мне свою игровую приставку? — парень в недоумении следует за Дазаем. Тот громко смеётся.       — Нет, ты не угадал. Идём. — он протягивает руку, и рыжик берёт её. Они поднимаются на второй этаж и останавливаются напротив таких же двойных дверей, но уже более тяжелых, судя по их виду. Шатен достаёт из кармана ключ и отпирает дверь и делает глубокий вдох.       — Напоминаю, ты можешь уйти в любой момент. Вертолёт готов и отвезёт тебя туда, куда ты пожелаешь.       — Открой уже эту чёртову дверь. — Чуя не знает, что его ждёт, но уже не может спокойно стоять на месте от волнения.       Дазай распахивает двери и пропускает рыжика внутрь. Чуя глубоко вздыхает и делает шаг вперёд.       …Ни фига себе!