- Так в чём подвох, Грейнджер?

Тишину мрачного класса, освещаемого лишь парой свечей, нарушил бодрый стук в дверь, от неожиданно громкого звука которого обитатель кабинета чуть поморщился. - Добрый вечер, профессор, - нерешительно заглянула в помещение девушка, - можно мне войти? Снейп поднял на неё глаза, почти незаметно вскинув одну бровь: - Проходите, мисс Грейнджер. Закройте за собой дверь, - отчеканил он без злобы. Выполнив веленное, Гермиона прошла вглубь класса защиты от Темных искусств, усаживаясь за первую парту, находившуюся на некотором удалении от преподавательского стола, за которым восседал Снейп. Ей было слегка не по себе находиться наедине с бывшим Пожирателем смерти, хотя она знала, что он не сделает ей ничего дурного - хотя бы потому, что она была небезразлична Драко, который, собственно, и уговорил профессора давать эти уроки. Снейп направил на студентку ничего не выражающий взгляд: - Как вы уже знаете, вы здесь для того, чтобы освоить крайне непростой раздел колдовства. Очень надеюсь, что у вас больше способностей к данному виду магии, чем у Поттера, - чуть злорадно закончил он предложение. Гермиона молчала, ожидая продолжения с бесстрастным лицом, поскольку знала, с какой неприязнью профессор относится к Гарри. За шесть лет она уже привыкла к таким провокационным высказываниям, а самое главное - понимала, что реагировать на них - себе дороже. Снейп же, как ни в чём не бывало, после паузы продолжил: - Вы могли, возможно, узнать из рассказов Избранного, что окклюменция позволяет защищать сознание от вторжения в него непрошенных гостей вроде Тёмного лорда и некоторых его верных слуг. Немногим дано овладеть этим умением, однако упорство и постоянная практика в данном случае - идеальные учителя. Существует несколько способов защититься от легилименции - явления, обратного окклюменции. Первый - самый простой - отразить заклятие, пока оно не успело поразить вас. Второй - очистить сознание настолько, что легилимент вообще не сможет увидеть никакие мысли. И, наконец, третий способ, наиболее утонченный - заменить истинные мысли на ложные для того, кто пытается проникнуть в сознание, и подкинуть ему фальшивые воспоминания и чувства так, чтобы противник ничего не заподозрил. К сожалению, все три способа можно освоить только с помощью практики, никакая теория не поможет здесь. Поэтому приступим. Снейп поднялся со своего места и сделал пару шагов в направлении ученических парт: - Встаньте. Гермиона повиновалась - между ними оставалось около пяти футов*, что было достаточно опасной дистанцией. Профессор направил палочку прямо на Грейнджер, но, несмотря на это, внешне она осталась невозмутимой. По правде говоря, ей было немного страшно открыть своё сознание именно этому предподавателю - он всегда оставлял не самое приятное впечатление о себе. Тем не менее, когда Гарри раздражался и особенно мерзко отзывался о профессоре, Гермиона почти всегда его одёргивала, указывая на то, что так говорить неприемлемо. Она действительно считала, что её друг временами несправедлив, но не могла не признать того факта, что Снейп всегда был слишком предвзят к гриффиндорцам и чересчур лоялен к студентам своего факультета. Тем временем преподаватель, на удивление, терпеливо наставлял Гермиону перед первой попыткой: - Сосредоточьтесь. Очистите свой разум от всех мыслей, будьте готовы отразить заклинание. Легко сказать - очистите разум! Как это сделать, когда столько тем для размышлений в голове? Гермиона, кажется, думала вообще всегда, ни одной секунды её голова не была свободной от мыслей. Она знала, что даже у маглов существуют практики по очищению разума - медитации, но никогда не пробовала применять из на себе - не было нужды. Теперь она готова была почти пожалеть об этом, стоило ей услышать: - Легилименс! Девушка, к их общей неожиданности, успела среагировать: моментальным взмахом палочки она инстинктивно выставила невербальное «Протего», и заклятье срикошетило от невидимого щита, чудом не угодив в профессора. На секунду в глазах Снейпа блеснуло нечто, похожее на смесь удовлетворения и некой гордости, которая могла быть обусловлена только тем выбором, который сделал Драко относительно своей избранницы. С едва слышным отголоском удивления в голосе он сказал: - Что ж, реакция у вас явно получше, чем у Поттера. Значит, есть шанс хоть чему-то научиться. «Похвалы от профессора Снейпа не дождёшься, но такая оценка похожа на комплимент моим способностям. Уже хотя бы не «невыносимая всезнайка»**», - подумала Гермиона. Снейп продолжал: - Тем не менее, далеко не всегда вы сможете воспользоваться таким способом защиты от легилименции. У вас нет выхода: вы должны освоить именно защиту разума. Думаю, отработку рефлексов мы можем оставить для другого человека, - сказал профессор, намекая на Драко. - Теперь же давайте исключим примитивный вариант защиты: попробуем перейти к ментальным способам. Легилименс! В этот раз Гермиона не успела ничего сделать - настолько это было неожиданно - и заклинание попало точно в цель, тут же начав действовать. Водоворот мыслей с молниеносной скоростью проносился в её голове, и девушка будто бы заново проживала воспоминания, которые представали перед её взором. Ей четыре. Она с родителями гуляет по Лондону тёплым летним вечером. Мистер и миссис Грейнджеры держат за руки Гермиону, она идёт посередине и задаёт всякие вопросы о том, что ей попадается на глаза. Ей девять, и одноклассники из магловской школы бегают на перемене, когда она сидит в классной комнате за учебником, не замечая ничего вокруг. Впрочем, и для детей она тоже будто невидимая - никто не зовёт её присоединиться к компании. Ей тринадцать. «Вонючая грязнокровка!» - с самым брезгливым выражением, на которое способен, кричит ей прямо в лицо ещё не поломавшимся высоким голосом маленький Драко Малфой. Секунда - и девушка оказывается на своей кровати в гриффиндорской спальне, одновременно громко и приглушённо рыдая в подушку. Больно. Гермиона вынырнула из прошлого, оказавшись распластанной на полу. Слёзы одинокими дорожками предательски вытекали из глаз вниз, к линиям скул, и она со злобой вытерла влагу, а затем рывком поднялась обратно. Чувствуя смесь агрессии и азарта, она посмотрела в лицо профессора, ожидая новой атаки. В этот момент гриффиндорка начала ощущать частично забытый огонь целеустремлённости у себя в сердце и открытие второго дыхания к сражению в грядущей войне. Гермиона не привыкла сдаваться и была намерена освоить окклюменцию, скольких бы усилий ей это ни стоило. Она знала, ради кого и для чего старается, и никто не смог бы её остановить на пути к реализации целей. Их было всего три: уничтожить Волан-де-Морта, защитить близких и самой остаться в живых. Ни много, ни мало - но жизненно необходимо. Поэтому она постаралась очистить разум перед следующим заходом. Получилось скверно, и Снейп увидел новую порцию воспоминаний. Всё повторялось снова и снова: Легилименс, память, пол. Гермиона молчала, стискивая зубы всё сильнее после каждого провала. Снейп, что почти невероятно, также соблюдал тишину. Его немного поражала безрассудная настойчивость попыток Грейнджер, и он, кажется, в некоторой степени стал понимать, что такого Малфой нашёл в ней, что влюбился по уши в эту заучку - должно быть, её упрямство сразило Драко наповал. Северус и сам в своё время полюбил Лили ровно поэтому: она была очаровательно неотступна в своих принципах и всегда самозабвенно шла до конца в осуществлении своих планов. Отчасти это её и сгубило в конечном счёте. Внезапно нахлынувшая ностальгия заставила профессора устало сказать: - На сегодня хватит, мисс Грейнджер. Продолжим завтра в то же время. Гермиона, казалось, только вошла во вкус, но, услышав эти слова, пришла к выводу, что её голове требуется отдых, поэтому ответила только: - Хорошо, сэр, - и развернулась по направлению к выходу, чтобы уйти. На пороге её, схватившуюся было за дверную ручку, остановили негромкие слова Снейпа: - У вас есть потенциал, мисс Грейнджер. Думаю, вы вполне обучаемы. Гермиона не могла не улыбнуться на столь необычную реплику, тем более, что никто не увидел этого, ведь она стояла спиной по отношению к преподавателю: - Спасибо, профессор, - сказала, дёрнув головой вбок, и, потянув на себя дверь, покинула кабинет. «Надеюсь, это поможет. Свою любовь я спасти не смог, хотя у неё были все шансы, чтобы выжить».

***

С помощью галеона Гермиона договорилась встретиться с Драко в Выручай-комнате. Сегодня помещение превратилось в уютный уголок для отдыха - девушку всё-таки изрядно вымотала неудачная борьба с легилименцией. Грейнджер хотелось забыться в объятиях парня, что она успешно осуществляла, находясь в его заботливых руках, которые согревали её своим восхитительным теплом. Драко полусидел-полулежал, являясь опорой для девушки, и вдыхал опьяняющий аромат. Нотки чего-то древесного, цветочного и освежающего перемешивались в приятный коктейль, исходя от Гермионы, и Малфой старался запечатлеть текущее мгновение в своей памяти навечно, словно боялся, что оно больше никогда не произойдёт. Драко не стал расспрашивать, как прошло первое занятие - по измученному виду Грейнджер и так можно было обо всём догадаться. Он надеялся, что отдых в его компании действительно поможет ей восстановиться, и завтра с новыми силами она продолжит осваивать важный навык. - Профессор Снейп сказал, что отрабатывать дуэльные навыки я должна с тобой, - наконец, немного придя в себя, поделилась девушка. - Что, прямо так и сказал? - насмешливо поинтересовался Драко, зная о излюбленной манере Северуса по части обтекаемых формулировок предложений. - Ну, почти, - улыбнулась Гермиона и рассказала парню о том, как она успешно парировала первую атаку. В глазах Драко засветились огоньки восторга и ликования: - Да уж, Грейнджер, с тобой точно шутки плохи! - А ты как думал? - кокетливо улыбнулась она, хотя её щёки немного порозовели. - Но вообще-то, я думаю, Снейп прав, и нам действительно стоит оттачивать наши боевые навыки. Мало ли кто нам встретится за пределами школы. - В таком случае, давай приступим, - она попыталась подняться, но парень не дал ей этого сделать, удерживая за талию. - Ты уверена, что тебе не стоит отдохнуть сегодня? - Драко, я в норме. Давай потренируемся, - упрямилась девушка с нотками раздражения в голосе в попытках высвободиться из рук Малфоя. В конечном счёте парень сдался, осознав, что Гермиона так просто от него не отстанет. Противное поведение девушки раззадорило его, а потому он с особенным упоением и, в некотором роде, изощрённой мстительностью за наглым образом прерванные ей же приятные минуты, начал осыпать партнёршу градом почти самых гнусных заклинаний, не считая Непростительные. Девушка едва успевала уворачиваться, а в её глазах появилась растерянность, которая вскоре сменилась на недобрый огонь, не предвещавший ровным счётом ничего хорошего для Драко. Дуэль продолжалась, превращаясь в бой без правил: Гермиона стала парировать каждое заклинание, отвечая грозными контратаками. Напряжение нарастало, воздух вокруг словно раскалился от магии и странной вражды двух людей, граничащей со страстью. Резкое движение - и девчачий Экспеллиармус угодил точно в руку парня, выбив из ладони палочку. Гермиона рванула навстречу Драко и почти прыгнула на него, жадно, но недолго целуя. Злорадно усмехнувшись, она сказала на ухо Малфою: - Я победила, неудачник. Парень зарычал, приближаясь к девушке: - А поцелуй - утешительный приз? - Именно, - щёлкнула его по носу Гермиона, когда он подошёл достаточно близко. - Грейнджер, ты же понимаешь, что напрашиваешься на реванш? - с соблазнительной угрозой сощурил глаза Драко. - Можешь попробовать, но сегодня ты его точно не возьмешь, - торжествующе рассмеялась она прямо ему в лицо. - Это ещё почему? - недоумение, смешанное с желанием растерзать нахалку, на секунду захватило его, пока он не услышал ответ: - Уже поздно, нам пора расходиться по комнатам, - грустно выдохнула она, снова став привычной, неловкой и стесняющейся Гермионой. Если бы Драко не видел собственными глазами, он бы ни за что не поверил, что эта девушка может так быстро переходить из одной своей ипостаси, жгучей и опасной, в другую, гораздо более безобидную. Такой контраст завораживал и притягивал его к ней словно магнитом, поэтому он был не в силах удержаться от очередного поцелуя в её мягкие губы, на этот раз нежного и чуткого. Девушка порывисто обняла его в районе рёбер и спрятала лицо, утыкаясь носом в ключицу. - Хотел бы я остаться здесь с тобой ещё чуть-чуть, - прошептал ей в волосы Драко. - Но мы не можем так рисковать. Пока никто не должен знать об этом. - Почему ты всегда это напоминаешь мне? - с обидой в голосе сказала Гермиона. - Я напоминаю это прежде всего себе, - ответил он, глядя в её карие глаза, переполняемые множеством невысказанных чувств, похожих на бурю. - До сих пор не могу поверить, что всё это происходит наяву. Из-за этого сложно контролировать свои желания, - провёл он кончиками пальцев по острой линии её подбородка. Прикосновение было одновременно щекотным и приятным, и девушка с улыбкой хихикнула, а её взгляд заметно смягчился. - Ладно, объяснение принимается. Драко только и оставалось, что усмехнуться на столь неприкрытую дерзость. Поведение Грейнджер по-прежнему вызывало в нём противоречивые чувства: с одной стороны, Гермиона его очень бесила своим чрезмерным упрямством, но даже тогда он был готов лихорадочно зацеловать её до смерти; с другой же стороны, когда она становилась уязвимой и даже беззащитной в той мере, в какой она вообще могла быть таковой, ему хотелось оградить её от всех бед этого мира, спрятав в своих крепких объятиях, и не выпускать до скончания веков. Это парадоксальное сочетание составляло всю суть Драко: почти ненавидеть и одновременно с этим ещё сильнее любить. Ни к кому и никогда он не испытывал того, что сейчас чувствовал к Гермионе Грейнджер. Никто, кроме неё, не мог заставить его жить дальше, превозмогая трудности, которые вскоре должны были многократно возрасти. Наверное, поэтому он целовал её всегда так, словно в последний раз, пытаясь невербально выразить всё то, что боялся произносить вслух. Должно быть, Гермиона понимала это, потому что отвечала на его поцелуи с той же степенью чувственности. Быть может, она даже испытывала к нему всё то же самое, но пока не осознавала или боялась признаться в этом даже себе самой. «Время покажет», - решили оба, прощаясь в тот долгий день.

***

Драко не мог дождаться новостей от Блейза. Весь понедельник Забини был как на иголках. Он едва смог усидеть на месте до конца уроков, а когда Малфой вернулся в их спальню, сильно отстав от друга, тот судорожно измерял шагами комнату, бормоча что-то неразборчивое под нос. Не успело стукнуть половины шестого, как брюнет вышел за пределы помещения, так и не сказав ни слова Малфою. Драко шёл в Большой зал на ужин в одиночестве - Блейз не возвращался всё это время. Он появился лишь спустя пятнадцать минут после начала трапезы, заметно успокоившийся и абсолютно не дёрганный, каким был буквально пару часов назад. «Поговорим после ужина», - шепнул парень приятелю и начал накладывать себе в тарелку всё, до чего мог дотянуться. Драко не стал возражать, радуясь тому, как теперь выглядел Забини. Значит, всё обошлось, и они с директором пришли к общему знаменателю. После ужина мысли Драко подтвердились: - Я готовился к худшему, но мои опасения были напрасными, - начал свой рассказ Забини, когда они вернулись в спальню. - Дамблдор нашёл способ спрятать мою семью. Хорошо, что они будут в безопасности. По крайней мере, я очень рассчитываю на это. Также профессор намекнул, что я могу присоединиться к Ордену, когда закончится шестой курс. Я пока ещё не решил, останусь ли с родителями или буду мстить Тёмному лорду за его чудовищные намерения. Что ты думаешь по этому поводу, Драко? - Я бы точно боролся до конца, - мрачно произнёс Малфой. - Впрочем, не только из-за семьи. - А потому, что Грейнджер - подружка Поттера? - усмехнулся было Блейз, а стоило ему увидеть убийственный взгляд друга, спросил с намёком: - Или она теперь твоя подружка? Блондин побагровел, злобно сверкнув глазами на Забини. Он всегда так делал, когда Блейз угадывал то, что Драко хотел оставить тайным. - Ну всё, теперь ты обязан посещать уроки окклюменции у Снейпа, - вынес свой суровый вердикт Малфой. - Да мы и так договорились об этом с Дамблдором. В любом случае, так будет безопасней. А теперь - колись! Как давно вы вместе? - Если ты не прекратишь сиять, худо будет, - пригрозил Драко. - Да ладно тебе, брось! На самом деле, я очень рад за тебя… чего не могу сказать о твоей девушке! - беззлобно засмеялся Забини. Малфой скрестил руки на груди. - Ты не ответишь на вопрос? - Нет, не отвечу, - подтвердил Драко. - Извини, мне нужно идти. Рад, что вы пришли к согласию. «Ладно, позже расспрошу его о Грейнджер. Молодец, друг!», - всё ещё веселясь, подумал Забини. Малфой стремительно вышел из гостиной Слизерина в восемь вечера. Он опаздывал на встречу с Дамблдором и Грейнджер, но не мог не узнать положение вещей у друга. И хотя он спешил, теперь был спокоен за Блейза. Гермионы около горгульи не наблюдалось, и Драко понадеялся, что она уже на месте. Назвав пароль, через минуту он оказался в кабинете директора Хогвартса. Девушка, к счастью, и впрямь была там. Едва Малфой появился в поле её зрения, она обеспокоено спросила: - Где ты был? - Разговаривал с Блейзом, - ответил он ей. - Извините, что не предупредил, - обратился он также и к профессору. - Ничего, мистер Малфой, проходите, садитесь, - невозмутимо сказал Дамблдор. - Нам предстоит внимательно изучить историю Тома Реддла, которого весь мир теперь знает под другим именем…