Возле переправы

Умэ Ватанабе сдержала свое обещание, и они целый день бежали через Страну Медведей, да так быстро, что даже привыкший ко всякому Кисаме под конец в край измотался и еле волочил ноги. Местом их ночлега на этот раз стала небольшая пещера в глубине густого хвойного леса, которыми так славилась Страна Медведей. Первый час привала Мечник с Умэ были заняты тем, что пытались из веток, мокрых из-за проливного дождя, организовать костер и, когда в сотый раз у них ничего не вышло, Ватанабе рассерженно сыпанула целым снопом мелких молний из своих ладоней и извлекла из внутреннего кармана фуин-свиток. — Какая-то слишком затратная миссия у меня вышла, — пробормотала девушка, плюхнувшись на корягу и вытянув ноги в сторону небольшого, весело трещащего огонька. — Угу, — согласился нукенин, сидя на корточках возле костра, вытянув руки по направлению к огню, — ты не переживай, я тебе компенсирую все убытки. — Вот спасибо, — наигранно весело хмыкнула Умэ, сложив руки на груди, — хорошего-же ты обо мне мнения! Хошигаки медленно отвел глаза от языков пламени, его взгляд остановился на бледном лице Ватанабе. Тусклый огонь откидывал на её коже причудливые тени, плясавшие то на тонких губах куноичи, которые были презрительно изогнуты от услышанного, то на больших серых глазах, которыми она сейчас смотрела на мужчину, не мигая. Повисла неловкая тишина, которую прерывал только негромкий треск костра. Белёсые глаза Мечника твердо уперлись в мутные озёра глаз куноичи, пытаясь заставить ту первой отвести взгляд. Левая бровь ирьенина медленно поползла вверх, и девушка, не удержавшись, умоляюще закатила глаза, протяжно хмыкнув. Губы Бижду без хвоста растянулись в победоносной улыбке, и он позволил себе сесть на холодную землю, скрестив под собой ноги. — Завтра я планирую добраться до границ со Страной Огня, так что нам нужно хорошо выспаться, — Умэ поёрзала на твердой коряге и несколько раз покрутила головой со стороны в сторону, разминая затекшие мышцы. — Ложись спать первым, я подежурю. — Первым так первым, — хмыкнул мужчина, накидывая на голову слегка влажный капюшон, — буди если что.

***

Каминари Кумо, куноичи из Скрытого Камня, сидела на вершине утеса, свесив с него ноги, и безэмоционально наблюдала за тяжёлыми свинцовыми облаками, которые проплывали прямо над ней. Как этой ничтожной Ватанабе и больному Хошигаки удалось уйти от нее, ей до сих пор было не понятно. А ведь они не просто ушли, так ещё и хорошенько потрепали её напоследок. Вот о чём в этот момент думала русоволосая куноичи. Кумо устало закрыла глаза, её пальцы невольно легли на правую щеку, нащупывая толстый уродливый шрам под тонкой тканью. Он ответит ей за все, пусть даже ей придется ценой собственной жизни утащить его на тот свет. Вдруг позади неё с негромким хлопком из облака белого дыма появился огромный черный, как ночь, волк с повязкой на левом глазу. — Каминари-сама, — пробасил он, медленно подходя к девушке и останавливаясь возле ее плеча. — А-а-а, — нукенин обернулась и смерила тяжёлым взглядом зверя, — это ты Тоширо. Что случилось? — Иши-сама напоминает, что ждет вас до конца дня, — волк шумно вздохнул, переступая с лапы на лапу. — Я буду, — коротко отрезала куноичи и, оттолкнувшись руками от сухой земли, соскользнула с краю утеса. Огромный зверь молча проводил ее взглядом и опять с громким хлопком исчез в белой дымке.

***

Густая словно патока тьма обволакивала её, обездвиживая, заставляя безвольно барахтаться в черной смоляной луже, вскидывая руки высоко над головой. Борясь за свою жизнь, она видела вдалеке мужской силуэт в столбе света. Она видела широкую спину в светлом песчаном жилете и длинные тёмные волосы, перехваченные светлой резинкой возле основания шеи. Девушка пыталась позвать его, чтобы он пришел ей на помощь, но отчаянно не могла вспомнить его имя. А тем временем тьма подступала все ближе. Куноичи чувствовала холодную смолянистую субстанцию на своей шее, которая словно живая ползла вверх по ее коже, с уверенностью захватывая свободные участки сантиметр за сантиметром. — Пож-ж-ж… — прошипела она, взмахивая руками. Вдруг мужчина в песочной безрукавке стал медленно оборачиваться, словно услышал её ничтожный писк. Девушка увидела, как колыхнулись его длинные волосы, когда он повернулся лицом к ней и едва не закричала от ужаса. Шиноби сорвался с места и уже в следующее мгновенье остановился возле лица девушки, слегка присев. Куноичи с ужасом наблюдала за знакомым лицом, на котором застыла маска смерти: перекошенные, синюшные губы были растянуты в жуткой улыбке, а вместо правого глаза зияла тёмная дыра с коркой засохшей крови на впалой щеке. Мужчина приблизил свое лицо к лицу девушки, касаясь кончиком носа её щеки, и громко заорал прямо в ухо: — Умэ!!! Ватанабе резко дернулась и тут же проснулась. Куноичи чувствовала, как её колотит, несмотря на то, что костер все ещё горел, распределяя вокруг слабые волны тепла. Проведя ладонью по лбу и смахнув крупные капли пота на землю, Умэ перевела взгляд на Кисаме, который мирно сопел напротив неё, опершись на неровную стену пещеры. Сначала куноичи хотела было вызвериться на него, но вовремя вспомнила, что это она заснула на своем посту. Еле поднявшись на затекших от долгого сидения в одной позе ногах, Ватанабе медленно прошаркала ко входу в пещеру и остановилась на тонкой границе света и тьмы, что была возле импровизированного порога. Недавний сон все ещё отдавался отголосками в памяти, и девушка невольно начала всматриваться в темноту, царившую в лесу. Сложив руки на груди, куноичи стояла на краю света и немигающими глазами смотрела перед собой, слушая тихое и размеренное сопенье Мечника где-то позади себя. «Кацуки…» — с грустью подумала она, вспоминая такое до боли знакомое лицо, которое тогда ещё не тронула рука смерти. Вдруг Умэ на секунду почудилось, что она сошла с ума, когда темнота вдалеке зарябила, словно водяная гладь, в которую бросили камень. Девушка успела только прищурить глаза, вглядываясь, как из густой тьмы навстречу ей вырвались длинные и толстые языки черной субстанции, отбрасывая куноичи на дальнюю стену пещеры. Пролетев над догорающим костром и больно ударившись спиной о неровную поверхность, Ватанабе медленно сползла вниз, упав на согнутые колени. Кисаме, мирно дремавший все это время, в одно мгновение молниеносно подорвался на ноги, выхватив танто, которое ему оставила куноичи, из ножен, прикрепленных к предплечью на левой руке. Мимо него с тихим шорохом скользнула черная тень, которая целенаправленно неслась к девушке. Мечник, недолго думая, бросился наперерез незваному гостю, прыгая ему на спину и подминая под себя. С громким хлопком «тень» испарилась, и Хошигаки плюхнулся на землю, едва не угодив лицом в тлеющие угли костра. Длинные тёмные языки вновь вырвались из лесной чащи, опутывая ноги Кисаме холодной и вязкой субстанцией, пытаясь утащить того в ночную темноту. Вонзив короткий нож в почву под собой, мужчина перевернулся на спину, пытаясь вырвать правую ногу из цепкой хватки, но чем больше он прикладывал усилий, тем сильней «тьма» опутывала его лодыжки и тащила за собой. Вдруг их тесное логово наполнилось громким стрекотанием и треском, и над лицом Мечника просвистел целый охапок молний, который врезался в густую субстанцию за пределами пещеры. Длинные тёмные языки съёжились, отпуская ноги Кисаме, и с жутким воющим звуком скрылись в темноте леса, давая команде немного времени на передышку. Хошигаки запрокинул голову и увидел Умэ, левая ладонь которой слегка дымилась, а в волосах проскакивали крошечные серебряные искры. — Это Кумо! — только успела рявкнуть она, как в нескольких сантиметрах над ее головой с свистом воткнулось тёмное копье. — Нужно быстрее отсюда выйти! — заорал Кисаме, оттолкнувшись ногами от земли и оперевшись на руки, проделав переворот назад остановившись возле куноичи. — Мы для нее тут что мыши в мышеловке! — возле его шеи с громким треском, подняв клубы пыли, воткнулось еще одно копье. Девушка согласно кивнула головой, молниеносно складывая печати. — Держись позади меня! — крикнула она, и её левая ладонь вновь зажглась пучком молний. Швыряя один за одним яркие трещащие шары в непроглядную темноту леса, они выскочили из своего укрытия прямо в густые заросли. Одна из шаровых молний угодила в высокую сосну, и та незамедлительно загорелась, освещая все вокруг ярким светом, попутно громко шипя и плюясь густой смолой. Юлой крутанувшись на месте, Ватанабе рванула в противоположную сторону от горящего дерева, но перед ней тут же взметнулась стены из чёрного частокола. Отпрянув и едва не сбив Кисаме с ног, девушка обернулась назад и застыла на месте. На фоне рыжего пламени медленно сгустилась уже знакомая ей сухая, высокая фигура в черном плаще. В темноте заблестели яркие белки и черная радужка глаз. — Давно не виделись, Ватанабе, — будничным тоном, словно они встретились на прогулке, поприветствовала нукенин девушку. Умэ презрительно хмыкнула, морща нос, и стала в стойку, подняв перед собой руки и слегка согнув их в локтях. Хошигаки позади неё покрепче перехватил танто в ладони и продемонстрировал Каминари свой угрожающий оскал. Вместо ответа куноичи из Конохи молниеносно сложила серию печатей: — Суитон: Водяные Колья! Земля под ногами Кумо мелко-мелко затряслась и пошла трещинами, когда из её недр вырвалось с полдесятка толстых копий, которые под разным углом попытались пронзить нукенина. Каминари легко увернулась от них и, высоко подпрыгнув, сбалансировала на кончике одного, с остриев складывая свои печати. Стена из тёмного частокола за спинами шиноби пришла в движение растекаясь жидкой тьмой под их ногами, извиваясь длинными языками, заставляя искать спасения на ближайших ветках деревьев. Закрепившись на одной из таких, Умэ краем глаза подметила, как Мечник пытается обойти Каминари сзади, пользуясь тем, что она слишком отвлеклась на управление своим дзюцу. Щелкнув пальцами, она превратила свои водяные колья в миллионы каплей, что окружили отступницу, пытаясь заключить ее в плотный кокон. Громовая Туча злобно шикнула, отгораживаясь от воды своей тёмной материей, и раз за разом запускала в Ватанабе длинную и тонкую, словно плетку, тьму. Куноичи пришлось проделывать неимоверные кульбиты, уворачиваясь от прямых попаданий. Находясь в очередном перевороте вниз головой, Умэ запустила в Кумо несколько кунаев с прикрепленными к ним взрывными печатями и увидела Хошигаке, который с тихим шорохом соскользнул с верхней ветки, крепко сжимая в ладони её танто, целясь в основание черепа нукенина. Подгадав момент, куноичи активировала печати за секунду то того, как Мечник приземлился позади Каминари. Русоволосая сосредоточила всю себя на удержании стены из темной материи, которая защитила ее от взрыва перед собой, и лишь в последний момент краем глаза увидела шиноби, оказавшегося позади нее. Танто Мечника опустился вниз, но языки тьмы крепко схватили его за запястья, оттягивая руки назад, из-за чего лезвие лишь слегка оцарапало шею куноичи. Та разъярённо взревела, и по её воле Кисаме отбросило куда-то в сторону. Перекувыркнувшись в воздухе, мужчина налетел телом на толстый ствол сосны и медленно сполз вниз, громко кашляя. — Вы, два ничтожества!.. — зарычала Кумо, а тёмные языки материи хаотично бушевали вокруг нее. Один из таких довольно близко пролетел над головой Умэ, оставив в древесном стволе выбоину размером с кулак. — Суитон: Водяные Пули! — Ватанабе соскочила с ветки вниз, складывая печати. Вода, что появилась вокруг нее, сконцентрировалась до размеров средних шаров и атаковала Кумо. Та легко отбила их своей «тьмой» и, щелкнув пальцами, выпустила в девушку серию сенбонов. Сероволосая пригнулась к земле, пропуская их над собой, и крепко сжала зубы, когда поняла, что несколько из них всё-таки достигли своей цели, глубоко оцарапав её спину, несмотря на прочный фирменный жилет шиноби. Оттолкнувшись от земли, ирьенин понеслась на отступницу держа в левой ладони светящийся жмут молний, что с треском тянулся к ее плечу. Первая атака ушла в молоко, когда Каминари легко ушла из линии атаки, просто слегка отклонившись назад, а затем взмахнула ладонью, которая была объята темной материей почти в миллиметре от шей Ватанабе. Вдруг сильный удар в затылок, от которого все буквально поплыло в глазах, заставил Кумо вспомнить о том, что на поле боя есть ещё один игрок. И ей нужен именно он. От удара русоволосая заточилась вперед и сразу же получила апперкот в подбородок в исполнении Ватанабе. Глаза Кумо злобно сверкнули, и чернота зрачка рванула наружу, заливая идеально белую склеру. Уме в последний момент успела схватить за тонкую ткань маски нукенина, как ее отбросило назад от мощного энергетического толчка, исходившего от тела Каминари. С другой стороны Мечника так же отшвырнуло от тела русоволосой. Приземлившись в нескольких метрах от Кумо, сероволосая с долей удивления уставилась на кусок темной материи, что осталась в её руке, а затем перевела взгляд на нукенина, молча стоявшую посреди леса. Огонь горящего дерева четко освещал лицо девушки: и темные дорожки субстанции, которые сочились из её глаз вниз по щекам, и толстый уродливый шрам, тянущийся вдоль правой щеки, исчезая где-то на шее под водолазкой. Кумо медленно поднесла правую ладонь к лицу и дотронулась тонкими пальцами к шраму, словно впервые его чувствуя. Уголки ее губ сначала поползли вниз, а затем резко поднялись вверх, вырисовывая на лице русоволосой демоническую улыбку. Из её груди вырвался низкий утробный рык, медленно переходя в истерический смех. Удивленно округлив глаза, Ватанабе наблюдала за своим противником, крепко сжимая в руках остаток маски куноичи, словно возвращение этого куска ткани законной владелице остановит весь происходящий вокруг фарс. Позади хохочущей Кумо с максимально удивленным лицом поднимался с земли Кисаме, косясь на Умэ непонимающим взглядом. Хохот прекратился также резко, как начался, и земля вокруг Каминари буквально взорвалась. Казалось, из каждой свободной трещины ввысь рвались чёрные, словно ночь, столбы жидкой тьмы, что мгновенно окутали куноичи. — Еб твою мать! — только успел громко заорать Мечник, как его буквально сбила с ног волна темноты, отбрасывая на ближайшие стволы. Глубоко вздохнув, Кисаме попытался выровнять сбитое дыхание, как из тёмной субстанции появилась рука нукенина, крепко схватив его за горло, а следом и голова девушки. — Посмотри! — рявкнула она, и для подкрепления своих слов еще крепче сжала пальцы. — Посмотри, что ты наделал! — куноичи высунулась из темноты по пояс, приблизив к Хошигаки свое изуродованное лицо. Рука мужчины с зажатым в нём танто (то, что он его не выпустил, было просто чудо и мастерство одного из Мечников Тумана) дернулась вверх, но тут же была остановлена языками темноты. — Конечно, ты не можешь вспомнить! — от мощного удара в подбородок у Кисаме хрустнула челюсть. — Ведь я очередная жалкая жертва в твоем огромном списке! — горящие злобой глаза приблизились к лицу Мечника, и Громовая Туча шепнула ему на ухо: — Я прослежу, чтобы ты умирал медленно. Вдруг воздух вокруг мелко-мелко задрожал и заискрился, будто бы наполнился миллионом мелких молний. Каминари резко развернулась назад и увидела высокий столб из серых грозовых туч, по которому вверх и вниз скользили молнии. — Как видишь, не ту девушку Грозовой Тучей называют, — даже в такой момент Кисаме не смог себя сдержать, чтобы не съязвить. — Рантон: Внутренняя Волна Громового Облака! — в Каминари одновременно выстрелило с двух десятков текучих сгустков энергии, и куноичи пришлось поднимать перед собой стену из тёмной материи. Но Умэ постаралась, вложив в технику много чакры, и при столкновении с защитой Кумо та громко затрещала и буквально стекла на землю крупными черными каплями. — Райтон: Западня четырех колонн! — грозовое облако рассеялось, и Кисаме увидел Ватанабе, которая складывала последнюю печать, пока их противница была в замешательстве. Как только последняя печать была сложена, из-под земли вокруг Кумо вверх вынырнули четыре огромных каменных столба. Умэ видела, как нукенин закружила внутри западни, пытаясь вырваться, и по щелчку пальца активировала технику. С низким гудением между колоннами заметались молнии, раз за разом попадая в девушку, которая безостановочно дергалась в центре ловушки, запрокинув голову и открыв рот в немом крике. С каждой секундой маслянистая тьма из её глаз сочилась все сильнее, заливая грудь, ноги, а затем и землю под ногами нукенина. Ирьенин для верности послала в тело, которое уже конвульсивно содрогалось, ещё парочку разрядов и разорвала технику, чувствуя, что почти вымоталась. Как только техника рассеялась, Каминари рухнула на землю словно мешок картошки, издавая едва слышные хрипы. Умэ медленно двинулась к ней, держа руки наготове, готовая в любой момент атаковать. Мечник, что до сих пор находился в легком недоумении, также направился к поверженному нукенину, время от времени поглядывая на донельзя серьёзную сероволосую куноичи. — Ишииии… — простонала Каминари, и у нее из губ с громким бульканьем вытекла порция чёрной жижи. — Иши-сама так все не оставит… — взгляд ее чёрных глаз блуждал от одной невидимой точки к другой, не желая ни на чем фокусироваться. — Ты… — ее левая ладонь взлетела вверх, пытаясь поймать Кисаме за руку, но зачерпнула только воздух. — Ты за все ответишь… — Каминари громко выдохнула, и ее рука безвольной плетью упала вниз. — Так, ты объяснишь мне, что это только что было? — удивленно пробормотал Мечник после того, как прошел первый ступор. — Ты у меня спрашиваешь? — Ватанабе присела возле тела нукенина и принялась проверять пульс. — Она мертва? — заинтересованно спросил Кисаме, нависая над левым плечом ирьенина. — С точки зрения традиционной медицины — да, — ответила Умэ, закрывая русоволосой черные невидящие глаза. — А так я не уверенна. Мне кажется, что для нее даже смерть не помеха. — Подвинься, — велел мужчина, прокручивая между пальцами танто, — я уверен, что смогу убедить ее больше не подниматься, — и с размаху засадил танто прямо в грудь девушки, — вот, теперь порядок. Я знаю только нескольких человек, которые могут после такого выжить, и она, — нукенин кивнул на тело Кумо, — не входит в этот список. — Нельзя её тут оставлять, — Ватанабе принялась рыться по своим подсумкам, ища нужную ей вещь, — заберем с собой. — У тебя что, свиток для транспортировки трупов с собой имеется? — брови Хошигаки удивленно поползли вверх. — Нет, — буркнула куноичи, — но я уверенна что свиток для хранения продуктов нам в этом поможет. Да шучу я! — быстро ответила она, поймав на себе поражённый взгляд мужчины. — Я всё-таки ирьенин и это стандартная часть моего обмундирования. Тоже мне, в такое поверить… — Ничего я и не поверил, — пробасил Кисаме, сложив руки на груди. Как только с неприятной процедурой было покончено, Ватанабе поднялась на ноги, пряча свиток во внутренний карман жилета, и обернулась к сосне, которая всё ещё горела. — Суитон: Потоковая Пуля, — медленно поднимаясь с земли, вокруг дерева завернулся водяной вихрь, гася огонь и погружая мир опять в темноту. — Святые Ками… — пробормотала девушка, ощущая противное жжение на спине, — она опять меня ранила, — в ответ Мечник коротко хмыкнул, вытирая кровь, которая сочилась из разбитой губы. — Возвращаемся обратно в пещеру? — спросила Умэ, повернувшись к мужчине. — Надеюсь, теперь нам никто не сможет помешать выспаться.