Дуэт сяо и гуциня

Первому Нефриту не нравилось то, что он видел. Ван Цзи шагал, не глядя по сторонам, просто стараясь покрыть расстояние, которое прошел бы за день здоровый человек. Он ничем не выдавал боли и слабости, чтобы не волновать брата, но тот все равно чувствовал неладное. Поэтому стал подыскивать подходящее место для ночлега еще задолго до наступления темноты. Наконец им улыбнулась удача – дорога пересекала небольшой ручей и выше по течению нашлась уединенная поляна, которой, судя по всему, годами пользовались путники, застигнутые ночью в пути. Можно было не сомневаться, никто их тут не потревожит, дни лишь недавно пошли на убыль и среди золы в старом кострище пробились травинки. – Заночуем здесь, – решил за них обоих Си Чэнь. Ван Цзи без слов подчинился. Ему было безумно стыдно, ведь из-за него они так задержались. И вместе с тем он был благодарен брату за возможность отдохнуть. Тот взял на себя все заботы по обустройству нехитрого лагеря, а потом еще занялся его повязками. Благодаря заклинанию, они не присохли к ранам, так что управился он быстро. Новая порция снадобья помогла унять боль. – Не нужно делиться со мной духовной силой, – смутился он, когда брат сжал его руку в своих. – У тебя ее почти не осталось, Ван Цзи, – ответил тот непреклонно, так что ему пришлось покориться. – Или ты не хочешь поскорее поправиться? – Я потрачу остаток дня на медитацию, – сказал Лань Чжань, низко опустив голову. Он прекрасно понимал, что брат прав, и светлая энергия просто так из воздуха не возьмется, но не мог прекратить злиться на себя, до того слабым и никчемным он себя чувствовал. Отрешиться от этих упаднических мыслей и войти в состояние покоя оказалось не так-то просто, как и заснуть в положенное время. Он и так проспал накануне чуть ли не вдвое больше, чем обычно. Неудивительно, что он проснулся среди ночи. Холодно. Си Чэнь не уследил за костром? Это было на него не похоже. Ван Цзи открыл глаза и приподнялся на руках, да так и застыл. Засыпал он определенно не здесь. Или это низко стелющийся туман от ручья до неузнаваемости изменил место их с братом ночлега? Деревья кругом казались искривленными и уродливыми. Точно черные призраки, они тянулись сучьями к высоко стоящей над их верхушками луне, холодной, как камень. С чего он вообще взял, что брат рядом? Что Си Чэнь может делать в таком месте? И разве Ван Цзи не почувствовал бы, что тот где-то неподалеку? Заклинатель поднялся и весь подобрался, ему почудилось, что он тут все-таки не один. Находиться на открытом месте сразу стало крайне неуютно, лучше зайти под деревья, а не стоять тут, где его видно как на ладони, в ожидании неизвестно чего. Белое одеяние надежно защищало владельца, но в то же время делало его мишенью для тех, кто прячется во тьме и для самой этой тьмы, щерящей щербатые зубы, зыркающей пустыми глазницами, обуреваемой голодом. Тьмы, на пути которой суждено стать потомку именитого клана. Впереди промелькнула большая тень. Человек? Дух? Неясные очертания растворились в тумане, а Ван Цзи так и застыл с занесенной для очередного шага ногой. Он старался дышать очень тихо, но его выдавало сердцебиение, а может… запах? Уже в который раз юноша почувствовал пристальный взгляд в спину и начал очень медленно поворачиваться на месте. Почти одновременно с движением человека неведомый зверь совершил длинный прыжок. Падение, тяжесть на груди, мелькнувший перед глазами светлый мех. Лань Чжань инстинктивно вскинул руки, пытаясь защититься от ощеренной пасти и проснулся, не сдержав болезненного стона. Во сне он перекатился на спину и теперь отчаянно сожалел об этом. Потребовалось несколько секунд, чтобы набраться смелости и пошевелиться. Ужасно больно. Он зажмурился, приходя в себя, и снова открыл глаза, пытаясь понять, сколько времени до рассвета. Сон все никак не отпускал, что-то тревожное трепетало в пронизанном туманом воздухе. Стояла странная неестественная тишина, будто что-то спугнуло птиц, которым пора было начинать переговариваться. – Си Чэнь? – позвал он шепотом, переместив руку на прохладную и надежную рукоять клинка. Нужно было затаиться, не двигаться и не издавать лишнего шума. Отнюдь не всякая нечисть способна почуять энергию Ян издали. Пока она будет кружить вокруг да около, они что-нибудь придумают. – Да, – брат открыл глаза, едва услышав его голос, и чуть заметно кивнул. – Не могу понять, откуда. Однако уже в следующий момент стало ясно: мертвецы шли буквально отовсюду. Тишину прорезали рык, рев и подвывание, вырывающиеся сразу из множества глоток. Братья не спасовали, они уже не раз сталкивались с этими тварями и истребляли их, но не в таких количествах! – Ван Цзи, держись у меня за спиной, – приказал Лань Хуань, мгновенно оказавшийся на ногах. Лань Чжань стиснул зубы и поднялся, обнажив Би Чэнь. Он не мог позволить брату сражаться в одиночку, а себе – малодушно прикрываться им. Если бы только Си Чэнь не истратил на него столько энергии, они могли бы дождаться рассвета внутри барьера, и уже с таким подспорьем разделаться с ходячими мертвецами. Теперь выбирать не приходилось. – Я не могу использовать духовные силы, но мечом-то владеть не разучился, – упрекнул брата Лань Ван Цзи, поймав на лезвие голубой отблеск луны. – Давай к ручью, – перебил его брат, оценив ситуацию. Водная преграда была слишком тонкой и слабой, чтобы удержать тварей, но могла выгадать для заклинателей хоть чуточку времени. Из-за деревьев тем временем выходили не пять и даже не десять трупов, а легкий ночной ветерок уже доносил исходящий от них смрад. Воистину на Юнь Мэн обрушилось настоящее бедствие, раз мертвые стаями покидали места своего упокоения. Юноши были потрясены тем, что в движение пришло даже то, что, казалось бы, уже просто не могло. Неведомая сила влекла полуистлевшие останки на охоту за живыми. На глазах у Лань Чжаня в ручей окунулся однорукий труп женщины и тут же был втоптан в песок на дне. Мертвецы поплелись по импровизированной переправе, существенно облегчая заклинателю свое уничтожение. Однако кольцо вокруг юношей неуклонно сжималось. Твари напирали скопом, норовя повалить на землю. Си Чэнь отбил атаку особо агрессивного мертвеца и на возвратном движении срезал тянущуюся к брату лапу с твердыми черными когтями, как у животного. Упав, она вцепилась ему в сапог, прежде чем быть отброшенной пинком прямо в воду. – Отходим, их слишком много, – ожесточенно орудуя клинком, воскликнул старший Нефрит. – Я готов, – Ван Цзи принялся помогать ему расчистить немного свободного пространства. Лань Хуань исхитрился поднять Шуо Юэ в воздух и подхватил брата. Оба вздохнули с облегчением, утвердившись на плоскости лезвия. Но когда уже казалось, что опасность миновала, один из мертвецов вцепился в рукоять меча и с силой рванул ее вниз. Нефриты кубарем прокатились по земле. Лань Хуань слышал, как коротко вскрикнул от боли младший брат, но они оказались слишком далеко друг от друга. Молодой человек дернулся, пытаясь вырваться из лап чудовищ. Одно уселось ему на ноги, явно примериваясь к животу, но пока не зная, как обойтись с мантией, прошитой текстами защитных заклинаний. Двое других тянули юношу за руки с такой силой, будто хотели оторвать их. Он рванулся, не помня себя от страха за Ван Цзи, а ведь как раз страха допускать было никак нельзя. Мертвецы пытались вытянуть из него остатки сил, а он сам облегчал им задачу, поддавшись эмоциям. Собрав последние крупицы, Си Чень высвободил одну руку и попытался перевернуться. Мертвецы навалились с новой силой. Чья-то мерзкая лапа вцепилась в лицо, вынуждая зажмуриться. Он почувствовал нарастающую боль, видно, коготь пришелся как раз между бровей и проткнул кожу. Молодой человек еще успел подумать, что на сегодня его везение было исчерпано, и он наверняка лишится глаз, если вообще выживет – даже малейшая царапина грозила ему отравлением трупным ядом. А потом удушливая темная энергия окончательно заволокла все вокруг.