Дуэт сяо и гуциня

Ван Цзи редко снились такие сны. Несмотря на удивительную реалистичность, он понимал, что спит, и даже уговаривал себя проснуться, но ничего не получалось. Значит, надо идти куда-то, неважно куда, в молочном мареве. Сон же должен иметь смысл? Он вытянул перед собой руку и ступал осторожно, опасаясь споткнуться, как будто бы во сне это имело какой-то смысл. Время тянулось, а кругом не было ничего, кроме тумана, в котором он все больше увязал… Юноша вздрогнул, почувствовав мех под рукой, и неожиданно ясно увидел, как огромный белый тигр медленно повернул к нему морду. Ван Цзи всего на миг встретился с ним взглядом и тут же проснулся, едва не свалившись на пол. Сердце его бешено колотилось, когда он поспешно выбрался из кровати. Очень глупо, будто это она была повинна в его кошмарах, а не то, что сам на ночь вспоминал всякие старинные предания о Бай-Ху. Он наспех оделся и толкнул дверь, соединяющую их с братом комнаты, к счастью, та оказалась не заперта. В детстве, когда ему снились кошмары, Си Чэню всегда удавалось прогнать их. Лань Чжань знал, что не выдержит один, только не сейчас. Он забрался под чужое одеяло и лишь тогда почувствовал себя лучше. – Ван Цзи? – раздался сонный голос. – Вчера ты спал у меня, – напомнил тот, ткнувшись носом в теплое плечо. – Так что подвинься. – Что-то случилось? – старший Нефрит заворочался. – Вэй У Сянь тогда сказал, что я могу быть медиумом, – Ван Цзи никак не мог выкинуть это из головы, особенно после нежданной прогулки во сне. И этот взгляд, слишком осмысленный для простого хищника, как будто бы до сих пор преследовал его. – Как думаешь, Си Чэнь, такое вообще возможно? – Больше слушай этого безумца, – Лань Хуань все-таки открыл глаза. – Это дурной сон, как раньше, помнишь? Будь ты действительно медиумом, то наверняка знал бы об этом. Ван Цзи придвинулся ближе, потому что тогда старший брат его непременно обнимет. Этого было достаточно, чтобы спокойно проспать до самого утра. Если эти странные сны продолжат тревожить его при солнечном свете, он перескажет их брату, чтобы поскорее забылись, и все стало как раньше. Ему было невдомек, что брат еще долго лежал, карауля его сон и прислушиваясь к звукам незнакомого дома. *** Разбудил немного заспавшихся юношей звонкий девичий голос, совершенно не похожий на тот, что Ван Цзи слышал вечером. Заклинатели даже слегка переполошились, не сразу поняв, что обращаются вовсе не к ним: – Господин Вэй вам устроит! – воскликнула девица. – Ух, вы у него попляшете! – А ну пошли быстро! – вторил другой голос, немного визгливый. – Молодым господам нужно искупаться, а я из-за вас еще воду не нагрела! – Пошел, пошел, родной, – сменила тактику первая девица. – Тяни этого песьего сына! – Да не упрямься ты, мне же еще завтрак готовить! Сам напросился! На тебе! – разозлилась вторая особа. Юноши не смогли противиться любопытству и все-таки осторожно подкрались к окну. Си Чэнь выглянул первый и просто застыл. Ван Цзи тоже оторопел, когда увидел двух служанок, пытающихся вразумить мертвецов. Те тупо топтались на месте, держа с разных концов длинную жердину с засечками, на которую рядком были нанизаны ведра с водой. Толстый и рослый сделал шаг в нужном направлении, казалось, дело сдвинулось с мертвой точки, но его худой напарник не поддался, хотя выглядел намного хуже сохранившимся. Лань Чжань зажал себе рот рукой – на заляпанной землей хламиде с трудом угадывалось хорошо знакомое обоим Нефритам солнце, что было клановым узором семьи Вэнь. – Не смотри, – Си Чэнь попробовал отстранить младшего брата, но сам не отрывал взгляд от долговязой фигуры. Сама мысль использовать мертвецов в качестве рабочей силы, любого здравомыслящего человека привела бы в ужас. Добиваясь покорности, одна из девиц шлепнула мертвого заклинателя какой-то бумажкой с каракулями, отдаленно напоминающими письмена на талисманах. Тот издал невнятный звук и наконец начал переставлять ноги. Девушка утерла пот со лба рукавом: – Управились! – воскликнула она с облегчением. – И что за удовольствие вставать в такую рань? Даже эти гнилушки работать не хотят. – Я им покажу – не хотят! Им еще раз ванну наполнять, когда господин Вэй проснется! – девушка подавила зевок. – Эти молодые господа – монахи, как я слышала, у них в Гу Су сто лет так заведено. – А я слышала, там все красавчики… – мечтательно заулыбалась ее товарка. Хихиканье у нее было писклявым, как и голос. – Вот бы взглянуть! – Иди лучше завтрак готовь, да смотри, чтобы тебя господин Вэй не услышал, – одернула ее другая, с опаской косясь на дом. Немного придя в себя после этого представления, Два Нефрита решили проявить инициативу, тем более найти место, отведенное для купания, было совсем не трудно. Мертвецов уже и след простыл, а служанка с более приятным голосом как раз грела воду. Она приветливо заулыбалась им, рассматривая, а потом, порозовев, назвалась А-Дин. – Сейчас все будет готово, молодые господа, – она заволновалась, не зная, как объяснить причины заминки. – Обычно господин Вэй сам себе воду греет… – По-моему, нас только что назвали лентяями, брат, – усмехнулся Си Чэнь. – Ну что Вы, молодой господин, – служанка замахала руками. – Я же здесь специально, чтобы обо всем позаботиться, а еще постирать Ваши одеяния. Вот, здесь два комплекта новых одежд на смену и все, что Вам может понадобиться. Так что распоряжайтесь. Если Вам что-нибудь ещё потребуется, я буду неподалеку. – Ты давно служишь в этом доме? – остановил ее Ван Цзи, когда девушка уже готова была ускользнуть за дверь. – Дольше всех, почти три года! – похвасталась она. – Сперва было очень страшно, но живых слуг господин Вэй никогда не обижает. И тут я уже и забыла, когда последний раз надрывалась, таская тяжести, моим подругам повезло меньше, поэтому я всегда хорошо стараюсь. – И много у него… неживых слуг? – осторожно поинтересовался Си Чэнь. – Точно не знаю, – простодушно ответила девушка и, в последний раз взглянув на заклинателей в щелку между косяком и почти прикрытой дверью, добавила: – Иногда новеньких выкапывает, когда старые совсем умирают. Многие ещё с тех времён в земле лежат. – Как думаешь, у нас отберут наши мантии? – спросил Лань Хуань, когда они остались одни. – А мечи? – До сих пор ведь не отняли, – рассудил Ван Цзи, аккуратно снимая верхние одежды. Лишиться такого оберега, конечно же, не хотелось бы. Привычно сложив их, юноша уложил получившийся прямоугольник ткани на дно приготовленной для белья корзинки и снял нижнюю рубаху. – Бадья такая большая, может, помоемся вместе, как в детстве? – Твоя спина почти зажила, – невпопад ответил Си Чэнь. – Мгм, – кивнул Ван Цзи, он прекрасно чувствовал, что может уже двигаться без скованности и не испытывает постоянного упадка духовных сил. Заклинание, наложенное лекарем, понемногу выдыхалось. – Но мы это уже обсуждали, я ни за что не брошу тебя одного, тем более без твоих сил. Брат ничего не ответил. Заклинатели помылись быстро. Вроде бы и не ссорились, но на обоих давило возникшее напряжение. Обычно младший Нефрит соглашался со старшим, а тот поддерживал его. Даже детьми они никогда не дрались, разве только на тренировках, когда учителя ставили их в пару. В гробовом молчании оба облачились в чистые белые одежды и повязали свои ленты. Лань Чжань уже не мог терпеть, что Си Чэнь на него обижен, когда – о, чудо! – их примирило поданное на завтрак. Еще не успев войти в дверь, которую им указала А-Дин, Ван Цзи потянул носом воздух. – Пахнет, как будто мы опять в Юнь Мэне, – заметил он, хотя вроде как брат с ним теперь не разговаривал. – И на вкус будет так же, – поддержал разговор Си Чэнь. – Ты скучал по их кухне, признай? – А разве не тебя молодой господин Цзян пристрастил к перцу? – припомнил один забавный случай Ван Цзи. Брат сам рассказывал, как настойчиво новый приятель угощал его всякими «вкусностями», способными прожечь дыру в животе неосторожного едока. – Не хочешь половину моей порции?