Дуэт сяо и гуциня

Воду пришлось менять дважды, пока Лань Ван Цзи наконец не удовлетворился результатом. Аккуратно отжав полотенце и отставив принадлежности для умывания в сторону, он взглянул на безмятежно выглядевшего У Сяня. Казалось, вода не только очистила его кожу, но и стерла все следы недавнего безумия. Вэнь Нин ничего не говорил о волосах, но юноша как мог очистил и их, развязал ленту, стягивающую высокий хвост, чтобы дать им отдохнуть. У него было время хорошенько подумать над словами брата о том, что он стал привязываться к Старейшине И Лин. И что только Си Чэнь имел в виду под словом «привязанность»? Явно не то же самое, что Вэй Ин обозначал словом «связь». И это точно не имело никакого отношения к судьбе, которая зачем-то свела их вместе. Он аккуратно тронул седую прядь, заправил ее за ухо, как сделал бы сам мужчина. Почему он так поступал? Видимо, эта отметина в темно-каштановых волосах напоминала ему об обстоятельствах, при которых появилась. Лань Чжань захотел снова освободить ее, чтобы еще раз убедиться, что она ничуть не портит облик мужчины, но удержался. Ресницы Старейшины чуть дрогнули. Не хватало еще, чтобы тот почувствовал, что Ван Цзи с ним делает. Так что больше никаких прикосновений. Лань Чжань сложил руки на коленях, чтобы точно не было никакого соблазна. Он просто дождется, когда тот проснется. Решимости хватило примерно на десять ударов сердца. В конце концов, Вэй Ин столько раз открыто разглядывал его, чего благопристойный адепт ордена Гу Су Лань позволить себе не мог. Но сейчас некому было уличить его в нескромности. Ненадолго его внимание привлекли чуть нахмуренные брови. Юноша подвинулся, чтобы его тень легла на лицо мужчины. Наметившаяся между бровей складка тут же разгладилась, а юноша уже перевел взгляд немного ниже. Уголки сухих губ были слегка приподняты, в них как будто пряталась легкая едва заметная улыбка. Не стоило задерживать на них взгляд: вновь нахлынувшие воспоминания заставили Лань Чжаня предательски вспыхнуть. Он до сих пор не знал, зачем Вэй Ин поцеловал его. Мужчина беззвучно пошевелил губами, как будто хотел ответить на незаданный вопрос. Наконец он открыл глаза и несколько раз удивлённо моргнул, прежде чем сообразил, где находится и кто рядом с ним. – А-Чжань, а почему ты такой растрёпанный и чумазый? – он хитро прищурился. – Я разве не отправил тебя домой принять ванну? Лань Ван Цзи не успел обрадоваться, что тот снова стал самим собой. Такой тон не сулил юноше ничего хорошего. Он сразу же напрягся, пытаясь предугадать, затеял Старейшина просто какую-нибудь проказу или что-то похуже. Тем временем тот сел и потянулся. В движениях пока ощущалась некоторая скованность. – Ты умыл меня? – он заметил таз, вода в котором осталась вполне чистой после обтирания. – Что ж, тогда я просто обязан сделать для тебя то же. Вэй У Сянь достал что-то из волос не решающегося пошевелиться Ван Цзи, потом взял влажное полотенце, которое тот пристроил на уголок скамейки. Юноша закрыл глаза, когда щеки коснулась ладонь. Опасался мертвящего холода, но ощутил все то же легкое приятное покалывание. Старейшина И Лин промакнул его щеку и слегка мазнул сырой тканью по кончику носа. Заставил чуть повернуть голову, любуясь проделанной работой, и только потом отпустил. – А-Дин уже наверняка приготовила ванну, – заметил мужчина. – Хочешь, помоемся вместе? Ван Цзи вспыхнул. Совсем недавно он сам предлагал то же самое Си Чэню, но они были братьями и это не выглядело так… Так, как то же предложение сейчас прозвучало из уст Старейшины И Лин. К своему ужасу, Лань Чжань обнаружил, что его уже бесцеремонно ухватили за запястье и потащили куда-то. – Мы с А-Нином иногда так делаем после ночной охоты, – беззаботно рассказывал Вэй У Сянь, не выпуская его руку из своей. – В И Лине случаются такие ливни – мечи к земле прибивает! – Нельзя летать в грозу! – возмутился такой неосмотрительностью Ван Цзи, но только опять вызвал смех. Лань Чжань еще надеялся, что А-Дин попросит зайти попозже, но увы, девушка заявила, что у нее как раз все готово, так что господин Вэй и второй молодой господин Лань могут приступать к омовению. В ее представлении не было совершенно ничего предосудительного в том, чтобы заклинатели мылись в одной бадье вдвоем. Похоже, У Сянь не соврал насчет целителя. Но все-таки одно дело Вэнь Нин, которого Старейшина, по его же словам, мог называть братом, и совсем другое дело Ван Цзи, которому так и не хватило духу рассказать о значении ленты… Даже знай Вэй Ин о помолвке, это было слишком! Вот так затаскивать его в душную от горячей воды комнату и требовать. – Раздевайся! – мужчина сказал это на полном серьезе. – Да брось, А-Чжань, мы же уже давно не чужие. Конечно, я могу помочь, если хочешь. Лань Чжань думал, что больше краснеть уже некуда, но ошибся. Лицо обдало жаром, когда Вэй Ин принялся развязывать пояс на его мантии. Нефрит судорожно перехватил его руки. – Нет! – голос наконец прорезался, и он смог дать отпор Старейшине. – Я справлюсь сам, не нужно меня мыть. – Ты такой забавный, Лань Чжань, – тот засмеялся. – Ладно уж, не буду тебя смущать. Забирайся в бадью, а я вернусь и помогу тебе промыть волосы. Не дав ему возможности что-то возразить, мужчина вышел за дверь, не прикрыв ее до конца, чтобы впустить немного свежего воздуха. Оставшись один, Лань Ван Цзи наконец смог выдохнуть и принялся соображать, как ему лучше поступить. Может, получится улизнуть? Он прислушался: Вэй Ин беззаботно насвистывал, как перед приступом, когда прятался от него среди деревьев на склоне Луань Цзан. Ван Цзи думал, что опасность миновала, заклинатель начал успокаиваться еще по дороге к дому. Что же все-таки усугубило состояние Старейшины, пока он ходил за гуцинем? Должна же быть какая-то причина. Может, нападение на дом Мо? Но тогда бы он сам разобрался с негодяями, и уж точно не обошлось бы без трупов. – А-Чжань? – раздался голос Вэй Ина, решившего не оставить ему выбора. – Минуту, – покорился тот и принялся раздеваться, по обыкновению аккуратно складывая одежду в предназначенную для нее корзину. – Я захожу, – предупредил Вэй Ин, но юноша застыл с аккуратно свернутой лентой в руках. Перед ним лежали две стопки одежд, приготовленные для него и Вэй Ина. По-хорошему следовало вернуть повязку жениху, который ненамеренно нарушил заведенный порядок, но юноша так и не решился положить ее на черное ханьфу. В итоге он замешкался и едва успел опуститься в воду, когда Старейшина И Лин показался на пороге. Мужчина уже снова собрал волосы в конский хвост и подвернул рукава рубахи. Похоже, к облегчению Ван Цзи, он и правда собирался ограничиться только мытьем головы. Старейшина окинул Ван Цзи нечитаемым взглядом, подходя ближе, а потом опустился за его спиной на небольшую скамеечку. Выждал немного, пока юноша привыкнет к тому, что он так близко, и только потом выдернул шпильку из прически Ван Цзи. – Ты совсем не боишься, – заметил он, запустив пальцы в волосы, перебирая, слегка массируя. – Тебе не противно, что я касаюсь тебя? – Ты о том, что испачкался? – юноша поерзал, устраиваясь поудобнее. – Вода все смыла. – Ты смыл, – он переместил несколько прядей так, чтобы открылось порозовевшее ухо. – Теперь тебя это смущает? Он слегка дёрнул Нефрита за ухо, потому что тот явно не спешил с ответом. Ван Цзи смог только промычать невнятное «мгм». Вся эта ситуация была жутко смущающей, но он вынужден был признать: когда кто-то другой моет тебе голову, это довольно приятно. Вэй Ин зачерпнул воды и не спеша прополоскал темные, сразу потяжелевшие пряди. Юноша прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Сильные пальцы неспешно массировали кожу, иногда слегка тянули и сжимали волосы, но не дергали. Наверняка мужчина делал это не впервые в жизни. Может быть, когда Цзян Чэн был маленьким?.. Или он помогал Вэнь Нину? От этой мысли стало неприятно. Лань Чжань наконец почувствовал, что начал согреваться. Постепенно он так расслабился, что сполз чуть ниже, сильнее откидывая голову на бортик, даже не заметив этого. По волосам снова щекотно заструилась вода, и Ван Цзи показалось, что он видит сон. Он дернулся от неожиданности и чуть не ушел под воду с головой, когда на грудь скользнула рука, благо Вэй Ин придержал его. Юноша неловко завозился в довольно обширной деревянной бадье и обернулся к Старейшине. – Показалось, что ты уснул, – улыбнулся тот, хотя это никоим образом не оправдывало попытку обнять ни о чем не подозревающего Нефрита. – Заканчивай, а я попрошу подать чай в мою спальню, чтобы ты не скучал, пока ждешь меня.