Дуэт сяо и гуциня

Лань Си Чэнь спал довольно чутко, не ощущая себя в безопасности. Иногда он просыпался, когда думал, что Ван Цзи что-то разбудило. Тогда некоторое время он лежал и прислушивался, но в комнате брата было неизменно тихо, так что молодой заклинатель успокаивался и задремывал снова. Просыпался он, уловив голоса или шаги в коридоре, но они не сулили ничего дурного, просто обитатели дома ложились позже, а Вэнь Цин и вовсе не нуждалась в отдыхе. Ночью мертвая заклинательница бродила по дому и снаружи, проверяя, нет ли опасности, но у дверей или окон гостевых спален ни разу не останавливалась. В этот раз он уловил приглушенный голос Старейшины И Лин, и даже не сразу смог понять, что именно было не так. Он исходил не из коридора или внутреннего двора, а прямо из комнаты Ван Цзи! Си Чэнь вскочил с постели и, схватив Шуо Юэ, поспешил к смежной двери. Та отказалась поддаваться резкому рывку. Пришлось приложить усилия, чтобы медленно, точно каменную плиту сместить ее в сторону. Глазам заклинателя предстал оживший кошмар. Его брат без движения лежал на постели, а рядом с ним находился мужчина. Он держал руку юноши, как будто передавая ему свои силы, и тихо что-то говорил. – Что ты делаешь? – Первый Нефрит разом позабыл все свое воспитание. Громкий возглас заставил Вэй У Сяня лишь досадливо поморщиться, а Ван Цзи даже не пошевелился, будто и не слышал. Первым порывом было во что бы то ни стало оттолкнуть от брата свихнувшегося заклинателя. Что бы тот с ним не творил, ничем хорошим это обернуться не могло, особенно дымок со странным запахом, от которого у Лань Хуаня тут же начала кружиться голова, а курильница стояла прямо у самой постели. Неведомая сила не дала юноше переступить порог. Он будто увяз, пытаясь сделать шаг. Накатил страх и озноб от сковавшей его тьмы. Противное липкое чувство. Он попытался открыть рот и позвать брата, но даже это не получалось. Оставалось только смотреть. Ван Цзи начал беспокоиться и неразборчиво бормотать. Старейшина перестал обращать внимание на беспомощно застывшего Си Чэня, и снова склонился над постелью, в своих черных одеждах до ужаса напоминая огромную хищную птицу. Молодой заклинатель был потрясен, когда младший брат, только что проигнорировавший его, отозвался, стоило лишь темному позвать его по имени. – А-Чжань, возвращайся, – он погладил тыльную сторону ладони юноши. – Вэй Ин… – слабо пробормотал тот. У Си Чэня заболело сердце. Его брат никогда бы не позволил себе такое. Старейшина И Лин задурил ему голову, одурманил этими проклятыми травами, что дотлевали в округлой медной курильнице, испуская белый дымок сквозь отверстия в позеленевшей крышке. – Просто иди на мой голос, – теперь он ухмылялся, явно довольный собой. Хотя улыбка, предназначенная Ван Цзи, была другой. Си Чэнь видел, как смягчились черты мужчины, когда он снова перевел взгляд на спящего. – Я рядом, помнишь? – Мгм… – Бояться нечего, – голос его звучал почти отечески, но когда он глянул на Си Чэня, у того все похолодело внутри. Лань Хуань не заметил каких-либо перемен – Второй Нефрит по-прежнему не шевелился и не реагировал ни на что, кроме Старейшины И Лин, но, кажется, их беседа подошла к концу. Мужчина наконец отпустил его руку и несколько секунд просто неподвижно сидел рядом, затем погладил его по щеке и шепнул: – Отдыхай, – после чего поднялся с постели и затушил тлеющие травы, прихватывая курильницу с собой. Для этого она была снабжена дугообразной ручкой, вдетой в небольшие ушки. Си Чэнь облегченно выдохнул, когда мужчина покинул комнату, напоследок бросив еще один обжигающий взгляд на застывшего в дверях юношу. Тут же Лань Хуань понял, что снова может двигаться. Он не решался сразу подойти к брату, который, похоже, и правда крепко спал, а не лежал без сознания. К тому же нужно было как можно скорее открыть окно настежь, чтобы в комнате можно было дышать. Лань Чжань неожиданно пошевелился, когда свежий ночной ветерок долетел до него, и протер глаза. – Брат? – позвал он недоумевающе и слегка настороженно взглянул на старшего. Ван Цзи явно не помнил ничего из недавних событий, иначе был бы в ужасе от произошедшего, как и сам Си Чэнь. – Что-то случилось? – Нет, ничего. Мне показалось, что я что-то услышал, – Лань Хуань решил не пугать брата после того, что ему пришлось перенести по вине Старейшины. Сначала надо самому во всем разобраться. – Я опять говорил во сне? Прости, что разбудил, – Ван Цзи озадаченно нахмурился. – Откуда такой странный запах? – Что тебе снилось? Не помнишь? – уточнил Си Чэнь, не имея желания придумывать небылицы о сомнительных благовониях. – Может быть, поспишь у меня сегодня? Запах и правда странный. Ван Цзи покачал головой и плотнее завернулся в одеяло. У него не было сил вставать и куда-то идти, пусть даже в соседнюю комнату. Си Чэню пришлось уступить, чтобы не будить подозрения. Он коротко кивнул и вернулся к себе, но спать, конечно, не лег. Закрыв дверь, он застыл подле нее, прислушиваясь. Снова тихо, похоже, Ван Цзи просто уснул. На всякий случай он выждал несколько минут, потом оделся, благо А-Дин уже возвратила ему одеяние, и тихо вышел в коридор. Молодой человек, почти не дыша, миновал комнату младшего брата, намереваясь выяснить ситуацию прямо сейчас и у непосредственного зачинщика. Старейшина И Лин не спал. Дверь его спальни была закрыта неплотно, внутри горел свет, а когда юноша вошел, то увидел чудовищный бедлам. Развернутые прямо на полу свитки, раскиданные по всей комнате книги, мелкий мусор, на постели пучки тех самых трав, что он недавно сжигал, старая позеленевшая курильница тоже нашлась под окном. И посреди всего этого хозяин спальни. – Что все это значит? – спросил Си Чэнь. – Ты помешал нашей беседе, – упрекнул его Вэй Ин. – Ван Цзи спал, какие тут могут быть беседы? – возмутился молодой заклинатель и, реагируя на его настроение, Шуо Юэ чуть выдвинулся из ножен. – Ты сам видел, – проворчал мужчина, вставая и приближаясь. – Стой спокойно, не то снова обездвижу. Си Чэнь скрипнул зубами, когда тот оголил его грудь, чтобы прикоснуться к рисунку на ней напрямую. Мало того, что его силы снова запечатали, так еще и таким унизительным образом. Он-то надеялся, что Вэй У Сянь и вовсе забудет об этом и можно будет дождаться шанса сбежать. – Что ты чувствуешь? – спросил мужчина, задержав руку на груди старшего Нефрита. – Ничего, – буркнул тот и невольно передернулся, прикосновение было ему просто неприятно. – Так я и думал, – хмыкнул Вэй Ин. – Можешь оправить одежду. И не шуми, голова разболелась от этого запаха. – Не нужно было ничего жечь в комнате моего брата, – вспылил Си Чэнь и тут же потух под пристальным взглядом мужчины. Старейшина И Лин уже ясно дал понять, что может позволить себе в своем доме делать все, что заблагорассудится, а они с Ван Цзи тут просто пленники. Молодой человек привел себя в надлежащий вид, но это не помогло сохранить невозмутимость, когда его собеседник вдруг хитро прищурился и заявил: – Я знаю твой маленький секрет, – заклинатель не без удовольствия наблюдал за тем, как юноша напрягся, ему было, что скрывать. – Ты ведь не сказал А-Чжаню, что написал в своем письме. – Ван Цзи ничего не знал, – быстро сказал юноша. – И не должен расплачиваться за то, что я сделал. Тем более так… – С чего ты взял, что я отыгрался на нем за твой промах? – Вэй У Сянь даже немного удивился. Молодой человек прикусил губу. – Если бы я собирался, то снова выпорол бы его и проследил, чтобы ты смотрел. Я даже уверен, что А-Чжань бы с готовностью принял наказание, лишь бы защитить тебя. Си Чэнь побледнел. На какой-то миг ему показалось, что Вэй У Сянь действительно собирается воплотить угрозу в жизнь. Тот продолжал, и с каждым словом тон его становился все жёстче и надменнее. – А я вот думаю, стоишь ли ты, да и в принципе, любой адепт Гу Су Лань его жертвы? – Вэй Ин почувствовал, что уже чересчур разозлился и это чревато очередной вспышкой. К тому же он напрасно срывал на Си Чэне злость на его отца. – Иди, подумай об этом, а у меня полно работы. Вэй Ин предложил Цин Хэн Цзюню выбор, но никак не ждал, что тот и правда сможет его сделать, и хуже того – без колебаний. Фэн Мянь жутко обиделся бы на брата, спроси Вэй Ин, кого из близнецов тот больше любит: А-Ли или А-Чэна. Старший адепт же руководствовался холодным и трезвым расчетом. Ему нужен был Второй Нефрит, и он был готов пойти даже на бесчестные недостойные методы, лишь бы возвратить его в Гу Су.