Дуэт сяо и гуциня

Медовые глаза испуганно расширились, когда во внутреннем дворе появились сразу трое заклинателей. Ван Цзи попытался не думать, как неподобающе выглядит, к тому же вид брата вызвал у него беспокойство. Лань Хуань был очень бледен и даже не улыбнулся, увидев его. Теперь юноша начал понимать У Сяня, который старался хоть капельку развеселить своего Нефрита, даже когда ситуация к этому совершенно не располагала. – Си Чэнь, как себя чувствует глава ордена? – спросил он, отложив футляр с драгоценной шпилькой и поднимаясь с места. – Отец почти здоров, – ответил тот, явно не чувствуя себя уютно в чужом доме, хоть и получил приглашение его хозяина. Задержав взгляд на открытом участке шеи у ворота, он встревожился: – А ты, брат? Как… ты себя чувствуешь? Отметина не укрылась и от колкого взгляда молодого господина Цзян, который прибыл вместе с Первым Нефритом. Рассматривая Ван Цзи, он почему-то облизнул губы, заставив Лань Хуаня нервно сглотнуть. – Наверняка это сделала Вэнь Цин, – довольно язвительно бросил Вань Инь. – Это ведь ее так и тянет откусить по кусочку от каждого гостя. Хорошо же, что рядом был кто-то, готовый прийти на помощь? Лань Си Чэнь скрестил руки на груди. Он все еще не мог смотреть на друга и не понимал, как позволил ему такое. Он не мог не думать об их неправильном, абсолютно непозволительном поцелуе. О том, как пусто и звонко было в голове в тот момент, об ощущении сродни тому, что он испытывал при первом полете на мече. Интересно, брат чувствовал со Старейшиной И Лин то же самое? Первый Нефрит с ужасом почувствовал, что краснеет. – А-Чжань, я подумал: ведь вы с братом столько раз играли для меня, – спас его старший заклинатель, плюхнувшись за столик и потянув Ван Цзи за полу одеяния, усаживая подле себя. – Почему бы мне не сыграть для вас? Призрачная флейта была как раз у него под рукой – небрежно заткнута за пояс. О ней говорили чуть ли не больше, чем о самом Старейшине И Лин. Сам же Вэй Ин относился к своему инструменту довольно легкомысленно: он ловко повертел ее в пальцах, привлекая внимание молодых людей. Кисточка игриво закачалась на конце строгого гладкого инструмента. Пара секунд и мужчина уже поднес ее к губам, извлекая первые звуки. Выплетая мелодию, ловкие пальцы перебирали дырочки, пропуская насквозь не только дыхание, но и духовные силы. Лишь малую толику, которой было достаточно только чтобы преобразить звук. Цзян Чэн выглядел лишь чуточку удивленным, ему-то не раз и не два доводилось слышать Чэнь Цин – и беззаботно свиристящей наперебой с птицами, и испускающей протяжные тревожные трели, от которых преображались мертвецы и приходили в возбуждение лютые. Звуки флейты не давали покоя, звали невесть куда, сладким ядом растекались по воздуху в подступающих сумерках. Си Чэню делалось не по себе от того, что брат выглядел совершенно завороженным странной мелодией. Ван Цзи слушал не отрываясь, даже чуточку наклонился к Старейшине. Он не проявлял столько внимания, когда осваивал игру на гуцине, хотя на тренировках в ордене всегда был сосредоточен и собран. Светлые глаза ловили каждое движение пальцев. Мелодия постепенно стихла. Вэй Ин отнял флейту от губ и слегка облизнул их кончиком языка. Ван Цзи очень медленно опустил взгляд вслед за Чэнь Цин и едва заметно вздрогнул от громкого голоса, будто успел забыть, что молодой господин Цзян рядом. – Дядя Вэй, – Вань Инь едва дождался, когда мужчина закончит. – Что это на тебя нашло? – Да что-то давно не играл в свое удовольствие, – отозвался тот, явно довольный произведенным эффектом. – Кстати, племянничек, почему бы тебе не показать Си Чэню город? Сегодня там праздник, повеселитесь. Переночевать можете у господина Мо, заодно передашь ему талисманы. Лань Чжань с беспокойством взглянул на старшего брата, который явно нервничал, потом на Старейшину, остающегося безмятежно-спокойным. Но он явно что-то задумал, и для этого хотел избавиться от лишних свидетелей. Даже слуг отпустил по случаю праздника. – Вы не пойдете с нами? – исключительно для приличия поинтересовался Цзян Чэн, которому не терпелось поскорее сбежать, особенно теперь, когда к нему в руки попала не только стопка талисманов, но и мешочек с монетами. – Не сегодня, – Вэй Ин покачал головой и придумал объяснение, которое успокоило Си Чэня. – Нам всем не мешало бы отоспаться после ночной охоты. – Ну почему мы пропускаем все самое интересное? – возмутился Цзян Чэн. – Например, соревнования по стрельбе из лука, – резонно заметил Старейшина, прекрасно зная племянника. Тот вскочил с места и схватил побледневшего Лань Хуаня за руку. Сидеть во внутреннем дворе и слушать музыку было не по нему. То ли дело ставки! А может, даже удастся поучаствовать и посоревноваться с другими заклинателями. – Ну и зачем ты их выставил? – проницательно уточнил Ван Цзи. – Потому что они бы помешали, – рассеянно ответил У Сянь, тоже протянув ему руку, чтобы повести за собой. Названные дядя и племянник не были друг другу родней, но порой вели себя на удивление похоже. – А-Чжань, мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня и Вэнь Нина. Рука Нефрита замерла, хотя мгновение назад тот был готов вложить ее в ладонь Старейшины. Тот попросил довериться ему, но эта просьба заставила Ван Цзи напрячься ещё больше. – Я знаю, что многого прошу, – мужчина сам взял его за руку и поднял. Заключил в объятия, успокаивая. – Я все время буду с тобой. Буду держать за руку и ни за что не отпущу. – Я не готов, – прошептал Ван Цзи и дернулся, когда шпилька с нефритовым драконом собрала волосы на виске, едва ощутимо скользнув по коже. – Разве кто-то бывает готов к первому полету на мече или к первой встрече с чудовищем? – мягко уговаривал тот, уводя юношу в дом. Они поднялись к Вэнь Нину. Ван Цзи уже был у него в кабинете, но не заметил двери, ведущей дальше в смежную комнату. Там в помещении, мало чем отличавшемся от того, где адепты Гу Су Лань учились обращаться с иглами, целитель занимался лечением раненых. Едва перешагнув порог, юноша попятился. Вэй У Сяню пришлось придержать его за локоть. Юноша увидел бродячую заклинательницу, окутанную чарами, которые поддерживали в ней едва теплящуюся жизнь. Целитель был рядом, как и его сестра, по обыкновению безучастно глядящая в окно. За проведенное в этом доме время юноша привык к лютой и даже в некотором роде подружился с ней. Киу Ю Цин же, заботливо переодетая в чистое и укрытая одеялом, своей противоестественностью вызывала у него такой же безотчетный страх, как раньше Вэнь Цин. Он замотал головой, не желая приближаться к опустошенной оболочке. Недавно речь шла о простом гипнозе, а сейчас дело оборачивалось каким-то кромешным ужасом. – А-Чжань? – Вэй Ин повернул его лицо к себе, заглянул в глаза. – Мне нужно выйти, – попросил тот и, к его величайшему облегчению, Вэй Ин отвел его назад в кабинет и усадил. Пока он открывал окно, Вэнь Нин заботливо пощупал его пульс и поделился духовными силами. Лекарь отдавал энергию привычно и даже настойчиво, а голова закружилась у Ван Цзи. Это была просто теплая ладонь, сжимающая его собственную, но молодой заклинатель поежился от этого ощущения. – Господин Вэнь, я не смогу. У меня просто ничего не получится. Я… я только все испорчу, – до Ван Цзи начал доходить смысл слов Вэй У Сяня. – Я ни за что не смогу сделать лучше, чем сделал Вэй Ин. – Я тоже сомневался, когда А-Сянь попросил меня, пока цело ее золотое ядро, поддерживать жизнь в теле этой женщины, – проговорил лекарь, не выпуская его, хотя Ван Цзи начал сопротивляться. – Ее имя было Киу Ю Цин, – голос Ван Цзи упал почти до шепота, он снова попытался выдернуть руку, однако целитель просто перехватил его другой за запястье, крепко удерживая. – Вы и так уже отдали слишком много. – Прости, – примирительно сказал мужчина, прекрасно понимая, почему тот вырывается. – Я вовсе не хочу тебя мучить, просто сейчас тебе действительно понадобятся духовные силы. – А госпожа Вэнь? – воззвал к гласу рассудка юноша. – Ее вы спросили? – Она тебе доверяет, А-Чжань, – У Сянь не стал говорить, что отчасти это доверие обусловлено его собственным. – Подумай: что, если так было суждено, и Киу Ю Цин не случайно появилась здесь именно сейчас и именно в таком состоянии?