Город, которого нет

      …Ее разбудило чутье. Что-то было не так.       Еще не открыв глаз, Кэм знала, что в квартире нет посторонних. Тогда что…       Время.       Вот оно что. Она спала слишком долго. Отсюда нужно было уходить. Нельзя было превращать это место в жилье.       Да. Наверное, пора.       Она с чудовищной неохотой выбралась из объятий забрака, стараясь его не разбудить и зная, что это бесполезно. Встряхнулась по-собачьи, разминая затекшие мышцы и заново запуская волну оценки.       Нет, хорошо. Лучше, чем можно было ожидать.       Очень хотелось вернуть визор. Именно такой, как был, совмещенный с тактикомпом.       Неважно.       Рейес прошлась по квартире, заново собирая себе комплект одежды. Слишком длинные штаны можно было обрезать и заправить в ботинки. Они тоже нуждались в замене, но в меньшей степени, чем все остальное. Футболка тоже не доставила проблем, с курткой выходил полный и окончательный облом. Слишком длинная и объемная, будет мешать. К ситу. О, вот ему, может, и пригодится.       Интересно, Эдгар — сит? Кто такие ситы? Ему подходит… кажется.       — Ты сит? — тут же спросила она, ничуть не сомневаясь, что спутник не спит.       Из остатков барахла нужно было переложить вещи, заново перестегнуть ремни. С ножнами, с кобурой…       Она успела мимолетно пожалеть о том, что нет времени соблазнить Эдгара. Все-таки это было круто и Катарина была права. Но логика и здравый смысл говорили — нужно уходить. И потом, не под камерой же. Копы порадуются, а зачем их радовать.       — Не успела проснуться, а уже ругается… — сонно проворчал Эдгар. — Нет, я не сит.       Он неторопливо поднялся и тоже принялся одеваться, будто невзначай обронив:       — У нас гости.       Теперь и Кэм услышала. Тихо, едва уловимо. Какое-то движение за дверью. Кто-то возился с замком.       Выспавшаяся Рейес, у которой было неожиданно хорошее настроение, хищно навела взгляд на дверь и шевельнула запястьями, словно прикидывая, убить незваного гостя руками или все-таки из бластера. А потом скользнула вперед, поближе к двери.       Полиция входила бы не так. Наверное.       А если это вернулись те, кто утащил Шефа, будет совсем хорошо. Мало ли, забыли что…       — Впусти, — вздохнул забрак, натягивая чужую футболку. — Это Кейт.       Только теперь Рейес сообразила, что Эдгар спокоен и даже будничен, значит, за дверью вряд ли угроза. Хотя чего ему нервничать, у него есть она. То есть за дверью могла быть такая угроза, которая ей по плечу, а она довольно много может.       Накопившаяся за несколько часов энергия требовала выхода и Кэм лукаво покосилась на Баррета.       — А если я не хочу? А если я ревную? — она ухмыльнулась. Это была ложь, она не умела. Но почему-то эта мысль веселила.       — У тебя нет срочных дел в стенном шкафу? — вдруг вспомнила Кэм. — А то я не знаю, где ты, неловко выйдет.       Она фыркнула себе под нос и направилась к двери.       Выспавшись, Кэм выглядела и вела себя как человек и это представляло почти разительный контраст с несколькими последними часами бодрствования.       Вернув замку физическую возможность открываться, Рейес мягко потянула дверь на себя, готовясь уйти от атаки. Мало ли, вдруг Кейт… не в настроении.       Эдгар только весело фыркнул. То ли на слова Кэм о ревности, то ли на ее предложение прогуляться в шкаф.       Кейт, судя по очень выразительному лицу, действительно была не в настроении. Однако при виде подруги сквозь мрачную решимость и злость на миг проступило искреннее облегчение.       — О, ты здесь, отлично, — Линней совсем уже собралась было улыбнуться, но тут, сделав шаг внутрь, увидела Эдгара. Глаза девушки мгновенно потемнели.       — Так… — дверь за ее спиной закрылась, и Катарина скользнула ладонью по замку, блокируя выход. — Вы двое ничего не хотите мне объяснить?       Рейес могла объяснить все и сразу одной фразой «Он мне велел», но слишком легко было просчитать, чем все может закончиться. Зная Катарину, она вполне могла засветить забраку — то есть попытаться — и Кэм знала, что будет потом. Если здесь начнется активное противостояние, защищать придется не Эдгара. А позволять ему сожрать или поломать Кейт она совсем не собиралась.       Дилемма. Нет, лучше бы он в шкаф сходил.       И потом, было интересно. Что сама Кейт забыла в квартире Шефа?..       — Я боялась прослушки, — сказала Кэм. Это тоже была правда. Кажется, нужно было еще извиниться.       — Допустим, — недоверчиво прищурилась Кейт. Ее взгляд оценивающе скользнул по Эдгару, прыгнул на Кэм и обратно.       — Кто вы, оба?       Обычно малоподвижное лицо Рейес вдруг обрело яркое озадаченное выражение. Брови приподнялись и встали домиком, как бывает у пса, пытающегося распознать хозяйские слова.       Озадачивалась она ровно секунду, потом губы девушки едва заметно дрогнули в усмешке — ну да, она и сама хотела бы задать тот же вопрос… А главное, слабо представляла, как на него отвечать. И кто поверит?!       — Это сложно, — осторожно сказала Кэм. — Здесь камера копов. Наверное, звук еще пишут. Пойдем куда-нибудь, обсудим?       Она глянула на Эдгара. Говорить ему про камеру она не сочла нужным, это было неважно — кто поскачет задерживать двух спасателей, которым вздумалось по какой-то причине вскрыть квартиру пропавшего начальника? Причина-то была как на ладони, и никакого смертоубийства тут не происходило, и их всегда можно найти на службе, как счел бы любой живой наблюдатель — но в живых наблюдателях Кэм сомневалась искренне, и из-за всего этого промолчала.       — Где? — лаконично уточнила Катарина.       Рейес так же лаконично ткнула пальцем в нужном направлении.       Линней молча добралась до камеры, повозилась с ней пару минут с помощью деки и мультитула и вернулась в прежнее положение у двери.       — Итак, я слушаю.       Эдгар в это время как ни в чем не бывало занимался сборами, и присутствие Катарины, явно настроенной на вдумчивый допрос, его нисколько не напрягало. Он вообще никак не вмешивался в происходящее, предоставив Кэм право объясняться с подругой.       А Рейес вовсе не была уверена в том, что может рассказать Кейт. Чтобы Эдгар внезапно не счел ее «слишком много знающей».       — «Мы оба» — некорректный вопрос, — сообщила она. — По ряду причин.       Они были слишком разными, чтобы ответить на него однозначно.       — Но ты почти все знаешь. Эдгара откопали в обломках, Служба попросила меня с ним разобраться. Я разбираюсь.       Кэм не хотела врать, и не хотела говорить, что Баррет форс, а она киборг. Первое могло не понравиться Эдгару, второе… После слов забрака о том, сколько она может стоить и как обойдутся с ней бывшие владельцы, эту информацию хотелось похоронить поглубже. С другой стороны, это же Кейт…       — Я не знаю, что отвечать, — наконец честно сказала она. — То, что я могу сказать о себе, ничего тебе не скажет.       — Это я и так знаю, — холодно прокомментировала Катарина ценную информацию об откопанном Эдгаре. — И еще знаю следующее. На базе появляешься ты. Утверждаешь, что ничего о себе не помнишь, или действительно не помнишь. Вечером на нас нападают в баре. Этим же вечером пропадает Шеф. Одновременно нападают на Талхира, который ехал к нам по моему вызову. Потом меня ловят здесь. Где-то в это же время взрывается ситова многокрвартирка и появляется он.       Кейт указала взглядом на Эдгара.       — Через день нападают на еще один экипаж. В обоих случаях пропадают наши машины; те горелые ошметки, в которых находят трупы спасателей — что-то левое. Ты приходишь с битой мордой и рассказываешь байку про анзата. Красиво, я поверила. Потом вы двое пропадаете опять, Замшефу врете, что влезли в аномалию, мне врете, что заскочили перепихнуться в тихом месте. И вот вчера опять, наш спидер сбивают неизвестные, самих неизвестных рвет в клочья. Одного сбили с платформы, почему взорвался второй — вопрос открытый. Почему платформа вдруг потеряла управление и размазалась об стену — тоже. Как и вопрос, какого сита эта платформа вообще сошла с маршрута и погналась за преследователями Эдгара. Точнее, как именно ее взломали без непосредственного контакта, просто протянув руку.       В ровном, ледяном голосе Линней, которым она озвучивала собранные в кучу факты, послышался яд.       — Вы оба снова пропадаете. Баррета сбивают, спидер падает, — она вновь перевела взгляд на Эдгара. — Я могу допустить, что тебе очень повезло и ты выжил, и даже не получил серьезных травм. Что крайне маловероятно, я читала копский отчет об аварии. Кэм, ты сказала, что упала с платформы. Тоже, видимо, крайне удачно, потому что на таких скоростях и высотах от падающего остается кровавое пятно и ошметки во все стороны. Потом ты мне впариваешь про чумной район… Ладно, не впариваешь, сигнал действительно шел оттуда. Не хочу знать, как ты оттуда вылезла и что на себе вынесла.       С этими словами Кейт, будто вспомнив о чем-то, сунула руку в карман и перебросила Рейес стандартную ампулу с чем-то мутным внутри.       — Говоришь, что не знаешь, где Эдгар. И что боишься прослушки. При этом вы двое торчите здесь, под копской камерой. И если ты мне сейчас скажешь, что вы снова просто уединились, то я пристрелю к ситовой бабушке вас обоих, с чистой совестью запилю в базу трагичное «погиб при исполнении» и пойду закрашивать седые волосы, лечить нервы ящиком лума и спокойно спать, потому что я практически уверена, что как только вы оба перестанете здесь маячить, вся творящаяся вокруг нашей базы фигня мгновенно прекратится.       Рейес машинально поймала ампулу. Из всего потока информации она вычленила любопытное и тут же об этом спросила:       — Кому-то нужны наши машины? Кто-то готовит провокацию с участием службы! — она покрутила ампулу в руках. Идентификатор на пластике говорил Кэм только то, что это была какая-то сыворотка.       — Мы не боимся копов, — Кэм подняла глаза на подругу. — Нет повода.       По крайней мере, у нее пока не было.       — Если не считать того, что я взломала платформу с помощью своего тактикомпа. Который разбился при падении.       Она повернулась к Кейт правым боком, демонстрируя подживающее плечо, стесанное об стену при падении и закрытое еще не шрамом даже, а тонким слоем едва натянувшейся кожи и подсохшей сукровицы. А потом задрала футболку. Правый бок выглядел так же, все остальное затейливо переливалось синим, иссиня-черным, зеленым, желтоватым.       — Я упала на крышу подстанции. Не очень высоко. Я не… Не то, что ты думаешь. Я просто не совсем человек.       Она вернула футболку на место.       «Или совсем не человек».       Оправдываться было бы неправильно. Слишком красиво сходился паззл.       — Но если ты думаешь, что с нашим уходом решатся все проблемы…       Это был выход, пожалуй.       — Можно попробовать. Я уйду из Службы и из сектора. Только они не решатся, — Кэм вздохнула. — Потому что мы здесь ни при чем. Байку про анзата легко проверить, я назову тебе кабак. Бармена мы не убили, он расскажет. Тогда, в баре, я пыталась тебя защитить. Как и здесь, — она кивнула на пол, примерно на то место, где нашла Катарину с детонатором. — Достаточно было ничего не делать, чтобы граната взорвалась и ты не задавала больше вопросов. Никто не обвинил бы меня в убийстве, потому что… по вашим правилам помочь тебе было нельзя. Помогать было нельзя. «Первым делом спасатель должен обеспечить свою личную безопасность».       Она шевельнулась, проверяя, как отреагирует Катарина на обычную попытку пройтись по комнате.       — Это не потому, что я записываю это себе в заслуги. Но я не лгала тебе, кроме той единственной фразы про Эдгара. А ты мне — да, — голос киборга оставался почти бесстрастным, она и не думала в чем-то обвинять спасательницу. Только констатировала факт.       Катарина внимательно, хищно следила за обоими, не сосредотачиваясь только на Кэм, даже когда та пришла в движение.       — В чем это я тебе солгала? — она зацепилась за последние сказанные слова.       — Кто ты? — Рейес вернула вопрос.       — Катарина Линней, технический специалист, Служба Спасения Невисека, — четко, как на ковре у начальства, представилась Кейт. — Какой ответ еще ты ждешь услышать?       — Кэм Рейес, оперативник, Служба Спасения Невисека, — в тон ей ответила Кэм. — Эдгар Баррет, оперативник, Служба Спасения Невисека. Устраивает? Меня тоже нет.       — У меня нет другого, — чуть просевшим голосом отозвалась Кейт, едва заметно покачав головой. Этот раунд она, похоже, проиграла.       — Извини, — коротко бросила она, на мгновение опустив взгляд. — Я не считаю, что с вашим уходом проблемы решатся. Но вы слишком глубоко во всем этом впутаны, чтобы быть совсем не при чем.       Эдгар по-прежнему молчал, только смотрел на Кейт с доброжелательным вниманием.       — У меня тоже уже нет другого, — Рейес подбросила ампулу на ладони. Для нее добыли лекарство. Сыворотку.       Кто-то о ней думал. Кто-то, кроме Эдгара.       — Если я уйду из Службы, не станет и этого. И я не знаю… Не знаю, как мы со всем этим связаны. Эдгар, — она глянула на форса. — Если тебе есть, что сказать, самое время это сделать.       — Мне нечего добавить, — пожал плечами забрак. — Мы делаем свою работу. Чистим сектор от всякой дряни.       — Это плохой ответ, Эдгар, — покачала головой Линней.       Напряжение, висящее в воздухе, стало почти физически ощутимым.       — У меня нет другого, — обезоруживающе улыбнулся Эдгар. И почти тут же рявкнул: — Кэм, нет!       Потому что Катарина одним быстрым движением дернула из кобуры бластер и навела на забрака. Оружие она держала у самого тела, не вынося руки далеко вперед, как делало большинство здесь.       Крик забрака настиг киборга уже в финальной точке рывка. Она не могла позволить им убить друг друга. Если Кейт атакует, Эдгар ее убьет. Они всегда так делают. Если Эдгар атакует…       Здесь даже вопросов не было.       Но если Баррет атакует первым, выйдет, что все это время он ей лгал. Кэм допускала такую мысль, но пока не находила подтверждений и принимала его слова не столько на веру, сколько как рабочий вариант.       Ствол бластера почти упирался в живот застывшего на месте киборга. Их разделяло расстояние длиной в ладонь.       Если бы Баррет не крикнул, она остановилась бы не здесь и не так. В этой точке ее бы вообще не было. Ну «Нет!» — так нет.       — Убери, — мягко попросила она.       Катарина чуть повела головой, явно по-новому взглянув на происходящее. На скорость реакции обоих. Медленно убрала палец со спуска. Она ведь едва не выстрелила, когда Кэм бросилась к ней, чисто рефлекторно. Не успела, ей всегда не хватало скорости, а Служба не оставляла времени на практику. И окрик Эдгара отвлек. Это жесткое «Нет!», прозвучавшее как приказ, который нельзя не выполнить…       Кэм, правда, не послушалась. Или… послушалась?       И закрыла забрака собой вместо того, чтобы обезвредить угрозу, как собиралась?       Что, сит возьми, происходит?!       Несколько бесконечно долгих секунд Линней держала Кэм на прицеле. Человека, который дважды спасал ее, рискуя собой. Которого она пустила в свой дом и звала подругой. И у которого с собой оказался набитый скелетами шкаф. Почти такой же, как у самой Катарины. И Эдгар еще… Этот проклятый забрак, который просто стоит и смотрит, как на рыбок в аквариуме, с живым таким интересом: кому сейчас плавники пооткусывают?       Сейчас она словно наяву видела черту, разделившую комнату и разумных в ней пополам. И эти двое были по ту сторону. Более того, она, Кейт, сама только что эту черту провела. Жирной полосой из баллончика с краской-несмывайкой.       Внутри гулко звенела пустота. Катарина медленно, будто не решившись еще до конца, вернула бластер в кобуру. Она молчала, глядя на Кэм чуть исподлобья. На Эдгара девушка вообще старалась не смотреть, но когда-то приобретенная привычка требовала держать и его в поле зрения тоже, и от этого взгляд ее казался чуть поплывшим.       Кэм очень хотелось видеть сейчас их обоих, но биоинженер не додумался сделать ей глаза на затылке. Зато Эдгар отражался в глазах Катарины, и Кэм смотрела прямо в них.       Она знала, что Баррет не будет работать сквозь нее. Явно не в этом случае.       И она спросила о том, о чем давно хотела спросить.       — Кейт… Мы друзья?..       Она помнила, что ответил Эдгар. И как ответил. Ей нужен был еще один ответ.       — А как ты сама считаешь? — очень тихо отозвалась Катарина. Без вызова, с каким могли бы прозвучать эти слова, но с настороженностью.       Опять ей не давали четкого и ясного ответа!       В глазах киборга мгновенно отразились досада и растерянность. Она не ответила, только сунула противочумную капсулу в свою аптечку. И обернулась к Эдгару.       — Вообще-то я тоже думаю, что это плохой ответ, — призналась Рейес. — Но ситуация не та, чтобы ее списывать только на тебя. Кто-то ворует спидеры ССН. На этих машинах можно прилететь к любому техническому объекту и никого не насторожить до высадки. И не только. Кейт, ситуация может быть завязана и на тебя. В баре напали на тебя. Талхира убили, когда он ехал по твоему вызову. Потом тебя ловят здесь. А сегодня ты… Зачем здесь?       Кэм предполагала, зачем. Можно было засечь, откуда идет крайний вызов с ее комма и захотеть проверить. Самое простое объяснение, в пользу которого говорила и прихваченная с собой ампула. Но вдруг было что-то еще?       — За тобой пришла, — буркнула Кейт. — А на меня дохлых майноков перевешивать не надо, здесь меня выловили случайно, на моем месте мог оказаться любой из наших. И про то, что Талхир ехал именно по моему вызову, знали только свои. Дерьмо.       Приведенные аргументы точно так же защищали Кэм, как защищали саму Катарину, и потому она ругалась. Выкладки не сходились.       Кэм задумчиво смотрела на Эдгара. Он стоял так, будто все это было не его дело. Это не злило, но… Это было ее дело.       «Приятели, партнеры, напарники. Командир и подчиненный. Наставник и ученик», — всплывало в памяти.       Да?..       — Раз уж ты используешь Службу в своих целях, поработай немного в пользу Службы, — предложила она забраку, с внутренним напряженным интересом ожидая ответа. — Ты ведь можешь найти крысу среди спасателей. Лучше, чем кто бы то ни было.       — В своих целях? — немедленно вскинулась Катарина. — Это в каких?       — В полезных, — вежливо улыбнулся Баррет. — Это в интересах Службы в том числе.       — Ты ответишь сегодня хоть на один ситов вопрос?! — прорычала Кейт, делая шаг в сторону от Рейес, чтобы лучше видеть забрака.       — Спокойно, — он не повышал голоса, но прозвучало это так, что Кейт подавилась новым ругательством, и только очень выразительно глянула на рогатого.       — Я найду вашу крысу, — тихо произнес Эдгар. — В замен ты будешь обеспечивать нам прикрытие от лишних вопросов на базе, когда потребуется.       — Да иди ты к ситу! — фыркнула девушка. — Вот что, друзья. Втемную играть в это все я не буду. Либо вы объясняете мне, чем вы на самом деле занимаетесь, либо объясняйтесь со Службой сами. А вопросов к вам уже возникло очень и очень немало.       Кэм переводила взгляд с Эдгара на Катарину и обратно. Он не воздействовал на нее для убеждения, или почти нет, хотя мог.       — Подождите, — попросила она. — Это честно. Кейт, в это трудно поверить, но он… Говорит честно настолько, насколько может.       Наверное, здравым решением было бы уйти из Службы немедленно и просто раствориться в секторе, продолжая решать ту же задачу. Но это бы многое осложнило. У ССН был ресурс. Базы данных, техника. И потом, бросить Кейт наедине с этой проблемой… Если убивают спасателей, могут добраться и до нее…       Кэм глянула на забрака.       — Она действительно может помочь. А объясняться со всей Службой я не хочу.       — Ты действительно этого хочешь? — с непривычной серьезностью спросил Эдгар. Смотрел он только на Кэм, и понятно было, что мнение Катарины по этому вопросу интересует его не больше, чем погода на Татуине.       Кэм привычно озадачилась, но колебалась не дольше секунды.       — Я хочу найти крысу. Она мешает работать нам, и может добраться до Кейт. А Кейт, она…       Рейес поискала слово, в которое можно было бы уложить все, что их связывало со спасательницей. И пожала плечами.       — Она классная.       Забрак скептически поджал губы. «Я спрашивал не о том» — говорил его взгляд.       — Ты действительно хочешь ее в это втянуть? — повторил он вопрос иначе.       Кэм немедленно вспомнила его рассуждения на тему того, что Эдгар не хотел бы впоследствии отлавливать свидетелей и «слишком много знающих» по всему Невисеку. Если это вынудит его потом грохнуть Кейт…       — Нет, — жестко ответила она.       — Эй! — немедленно возмутилась Катарина.       — Тогда не мешай мне, — мягко попросил Эдгар, все так же обращаясь к Кэм и напрочь игнорируя ее подругу.       Форс шагнул к Линней и протянул руку к ее голове. Девушка дернулась было назад, уперлась спиной в дверь и застыла со стремительно теряющим осмысленность взглядом.       Рейес слишком хорошо помнила, что делает Баррет и как это ощущается жертвой, чтобы сейчас не вмешиваться. Глаза девушки мгновенно расширились, зрачок заполнил всю радужку.       — Стой!       Она сунулась между забраком и спасательницей, сбивая его руку в сторону так же, как если бы в ней был бластер. Его нужно было ударить, сбить ему концентрацию, но дальше… Дальше будет совсем хреново, и это же Эдгар…       — Стой, мы договоримся!       Нельзя бить старшего, нельзя мешать старшему.       Какая-то часть сознания Кэм думала о том, что Кейт, если очнется, не станет стрелять сквозь ее спину. Другой было просто страшно.       Третья… Третья верила, что Эдгар ее не убьет. Она же заставляла защищать спасателя, причем вне связи с этой ничем не обоснованной верой.       «Не убил до сих пор» — не основание.       Такого сложного букета чувств у нее не было еще никогда.       Катарина за спиной Кэм без единого звука сползла по стене.       Эдгар смотрел на киборга спокойным, чуть холодноватым взглядом.       — Чего ты хочешь? — голос его звучал тихо и вкрадчиво, и одновременно — непривычно жестко. — Решай. Или решу я.       Кэм оглянулась на подругу. И снова глянула на забрака. Она знала, чего хочет. Но ее решение ложилось поперек решения старшего-форса, и сейчас нужно было об этом сказать.       А может, не спорить? Тогда Эдгар сделает то, что собирался; ну и что, это же не убийство, и Кейт дальше пойдет себе служить в ССН, не заморачиваясь чужими проблемами; а они пойдут своей дорогой и все будет как до сих пор было, Эдгар решает, она делает… Привычно, понятно, спокойно. Вот бы, вот бы, вот бы…       — Оставь ее мне.       Голос Кэм звучал как обычно, но ей самой показался совсем чужим, словно и не она сейчас стояла перед забраком, снизу вверх глядя ему в глаза.       — Я разберусь. Договорюсь с ней.       Секунду спустя она добавила, страстно желая отвести взгляд и почему-то не отводя.       — Не надо с ней так, как тот… со мной…       Забрак медленно растянул губы в улыбке и отшагнул назад, поднимая руки в примирительном жесте.       — Хорошо, — из-за улыбки казалось, что он говорит не всерьез. — Это твой человек. Разбирайся.       За спиной Кэм, под стенкой, шевельнулась Кейт, тихо ругнувшись сквозь зубы.       Эдгар улыбался, но едва подернутые золотистой дымкой глаза оставались холодными. И чутье безошибочно, как и прежде, подсказывало Кэм, что будет, если она, взявшись распутывать этот клубок, не справится.       Рейес до крови закусила губу, решительно повернулась к нему спиной и присела рядом со спасательницей, накрыв ее руки своими.       — Кейт… Пожалуйста, поговори со мной.       Она в принципе не была уверена в своих переговорных способностях. В конце концов, Катарина не была террористом с бомбой или джедаем, а все, что касалось человеческих взаимоотношений, было почти невыносимо сложно.       — У меня нет других друзей. Давай поговорим.       Катарина, окончательно пришедшая в себя, не стала дергаться или вслух выражать удивление от того, что только что с ней было. Только темный взгляд быстро прыгнул на стоящего за спиной подруги Эдгара и обратно.       — Ну? — она выжидательно смотрела на Кэм, не торопясь проявлять инициативу в переговорах.       — Послушай… — Рейес пыталась подобрать слова и не соврать при этом. — Этот парень у меня за спиной… Он может быть опасен. И если он захочет быть опасен, его очень трудно остановить. Только убить так, чтобы в паштет. Но он не бешеная собака. Он… адекватен. Я рядом с ним с первого дня в Службе, он ни разу не делал ничего против Службы и мирного населения. Я слежу за ним. Служба просила меня с ним разобраться. Я работаю. Он закончит свои дела в секторе и уйдет. Если я пойму, что он мне лжет, я сама его убью. Моя ответственность. Но пока он действительно работает только по местным бандюкам. И, работая по ним, автоматически оставляет мне, а значит, и Службе, связи, контакты, наводки, понимание сетей. И если он сказал, что поможет нам с «крысой», значит, поможет.       Кэм отлично знала, что с форса станется удачно ткнуть пальцем в подходящего разумного, но верить ему на слово было бы неосторожно, она собиралась проверять — в любом случае.       — И он, наверное, мог бы помочь мне, — добавила она. — С этим.       Рейес прикоснулась к своему виску.       — Но это не главное.       — А он-то знает, что ты намерена грохнуть его в случае, если тебе что-то не понравится? — скептически ухмыльнулась Кейт.       — Знает, — с легким недоумением глянула на нее Рейес. Мол, что такого.       — И знает, что у меня может получиться.       Катарина не поверила. Во всяком случае, на лице ее красноречиво отражалось все то, что она думала по поводу Эдгара, который морочит им обеим голову.       — Чего вы от меня-то хотите? — мрачно вздохнула она. — Прикрывать вам задницу, пока вы снова гоняетесь за какой-нибудь бандой? Так я не смогу, меня спалят свои же. Он-то закончит свои дела и свалит, рада за него, а нам отсюда идти особенно некуда.       Кэм смотрела на Катарину, и испытываемое девушкой замешательство никак не отражалось на привычно малоподвижном лице. Будь у нее нервы послабее, она бы кусала губы.       Надо было сказать Кейт. Что если она откажется помогать, забрак спалит ей мозги. Или взболтает, как банку с коктейлем. И что после этого останется от Кейт, большой вопрос.       Надо было сказать, что она, Рейес, не хочет оставаться без того единственного человека, который мог бы помочь справиться с этим форсом, если действительно возникнет такая возможность. Если задача вдруг станет звучать как «найти и уничтожить», вместо того, чтобы пытаться завалить его немедленно.       Что для начала Кейт нужно просто уйти из этой квартиры живой и в своем уме.       — Не надо прикрывать. Достаточно не рассказывать лишнего, — наконец обронила Кэм. — Мы подумаем, как поменьше нарываться на неприятности. И не подводить тебя.       И тут Рейес вдруг поняла, что Эдгар, следя за ситуацией, не выпустит Кейт, если та, соглашаясь на словах, решит все равно поступить по своему.       Она бы не выпустила.       То есть… Надо сделать так, чтобы Кейт поверила.       — Сейчас ему нужна моя помощь, а мне — его. Я хочу вернуть память. Он может помочь. Может быть, он единственный, кто может, — Кэм покосилась на забрака. — Помоги мне. К ситу его, помоги мне. Это не затянется надолго. Либо он найдет то, что ищет, либо нас обоих убьют, но в любом случае это не будет долго.       — Уйти и забыть все, что успела увидеть и услышать, — предельно ровный голос Катарины едва заметно просел. — Понимаю, не дура.       Она поднялась рывком, неловко цепляясь за стену.       — Ты отлично умеешь хранить тайны, Кейт, — тихо произнес Эдгар. — Особенно свои. Эта теперь тоже немного твоя.       — Соберешься его убивать — дай знать, я присоединюсь, — мрачно фыркнула Линней, обращаясь к подруге и подчеркнуто игнорируя забрака.       — Не стоит, — покачал тот рогатой головой. — У Кэм есть шансы, и это будет интересно, а у тебя — нет совсем. Взрывчатка в спидер не поможет, даже очень быстро доставленная.       — Угу, я видела, — еще более мрачно бросила Катарина в ответ.       Рейес тоже встала. Глянула на забрака.       — Перестань меня сдавать, — попросила она, заметно недовольная ситуацией в целом. Ей еще никогда не приходилось стоять между двумя разумными и думать, как сохранить обоих. Причем сохранить не для какой-то абстрактной задачи, а для себя лично.       — Я не знаю, кем она была, с ее специфическим набором навыков, но сейчас она сделает вывод на основании того, что у нее, с ее набором, шансов меньше, чем у меня, и задумается, что я за хрень.       Она обозначила улыбку, глядя на Кейт, но улыбка не затрагивала глаз.       — Я дам тебе знать, обещаю. Если это не будет слишком экстренной ситуацией. И… Не копай на меня инфу. Пожалуйста. Ничего не найдешь, но внимание можешь привлечь. Лучше спроси.       — О, а меня сдавать и копать на меня инфу, значит, можно, — возмутилась Катарина. — И что это вы специфическим набором навыков обозвали, умение в копскую базу влезть через дырявую как ржавый реактор защиту?       Эдгар молчал, и на лице его отчетливо читалось желание сложить обоих барышень в темном углу, желательно крепко связанными, и куда-нибудь деться.       — Да, — немедленно согласилась Рейес и даже едва заметно вздохнула. Пока пусть будет так. А потом они объяснятся.       Эдгару она не сочувствовала. В конце концов, идея присоединиться к ССН, потому что это «облегчает работу», принадлежала именно ему.       С облегчением, так сказать.       На лице киборга впервые появилось живое выражение — она пыталась сдержать неуместное веселье.       — И как этот мой «специфический набор навыков» может помочь мне в деле устранения этого рогатого, да еще и так, чтобы я усомнилась в собственных силах и начала подозревать тебя в странном? — немедленно заинтересовалась Кейт, начисто забыв собственное же обещание выкинуть все из головы и не задавать вопросов. — Он что, экспериментальный дроид?       Кэм стерла с лица даже намек на улыбку, ее слегка пробрало. Слишком в точку.       — А что ты знаешь про экспериментальных дроидов такого типа? — тихо спросила она и только после этого осознала, что вопрос мог быть воспринят как однозначное «Да».       — О, так они все-таки бывают? — активно заинтересовалась Кейт. — А ты, значит, умеешь ломать не только всякие двери, но и такие штуки?       Эдгар по-прежнему молчал, с таким ничего не выражающим лицом, будто боролся с желанием не то постучаться рогами об стенку, не то расхохотаться в голос.       — Ломать умею, да, — обозначила улыбку Кэм, вспомнив, сколько раз за последние пару недель ей приходилось откуда-то падать, с кем-то драться и ввязываться в перестрелки.       Бок ныл до сих пор.       Когда она вспоминала свою странную попытку взломать платформу, центр ладони неизменно начинал теплеть и чесаться изнутри. Но ломала-то она с помощью тактикомпа, которого уже не было, пал смертью храбрых вместе с визором…       — Что ты знаешь?       — Да ничего я не знаю, это вообще было просто дурацкое предположение, — снова помрачнела Катарина. — А он что, правда?..       — Он — нет.       Кейт на всякий случай посверлила забрака испытующим взглядом и глянула исподлобья на Рейес.       — Напрашивается вопрос «А кто?», но, если честно, я уже боюсь его задавать.       — Это мы и хотим выяснить, — как могла, пояснила Рейес. Говорить в лоб «я!» было как-то… неуютно. — Не только это, но это тоже.       — Ладно, — Катарина подняла руки в характерном жесте. — Сдаюсь, я перестала вообще что-либо понимать. За кем вы там охотитесь, что вас интересует… Ты так старательно пытаешься соврать и не соврать, не выдать ваших тайн и получить от меня какую-то информацию, что на выходе получается сит его знает что. Давайте так. Вы не хотите, чтобы я совала нос в ваши дела. Хорошо, не буду. Соответственно, вы не хотите от меня никакой информации сверх рабочей, прикрытия ваших задниц, ковыряния в копских базах и прочих странных штук, потому что должной эффективности, работая втемную, я вам не обеспечу, а то, что смогу обеспечить — поможет вам, как трупу бакта-танк.       — А может, давай начистоту? — лениво предложил забрак. — Ты рассказываешь нам, кто ты, мы оказываем тебе соответствующую услугу…       Кэм заинтересованно перевела взгляд на Эдгара, потом обратно, испытывая чистую, незамутненную благодарность. Когда речь заходила о переговорах, то есть нормальных человеческих переговорах, Рейес отчетливо ощущала, что ведет себя не интеллектуальнee бревна. То есть если бы Кейт надо было обмануть… Но сейчас надо было договориться, и тут можно было поучиться у Баррета.       Наставник. Хм.       — Да, — на всякий случай поддержала она его. — Так будет легче.       — Да что вы присосались ко мне, как анзат к мозгам? — тяжело вздохнула Катарина. — Мне что, придумать для вас какую-нибудь красочную байку про агента СИБ в глубокой конспирации, чтобы вы мне поверили наконец?       — Только если ты взамен тоже хочешь убедительную байку, — наморщила лоб Рейес. — Это будет справедливо.       Линней зарычала вслух, явно понемногу теряя над собой контроль.       — Объясняю на пальцах, — терпеливо, как совершенно бестолковому оператору, принялась объяснять она собеседникам. — Я технический специалист. Программер, администратор систем и «воткни-вот-эту-плату» в одной человеко-морде. Умею ломать информационные системы, чинить информационные системы и делать с ними еще много разного и не всегда хорошего и законного. Этим волшебным навыкам меня обучили в корусантской академии связи, которую я закончила настолько блестяще в силу природной склонности к ведению маргинального образа жизни, что меня не взяли ни в одну приличную контору выше этой хаттской ямы, где мне во всех отношениях прекрасно жилось до тех пор, пока вокруг не начали появляться какие-то странные люди и забраки, и пока всякие не начали пытаться то меня убить, то мозги отформатировать.       Кэм сделала брови домиком. Как недоумевающая собака.       — А со взрывчаткой обращаться тебя тоже в академии связи научили?       Она пока не могла понять, зачем Кейт их обманывать. Эдгар предложил такое простое и, в общем, красивое решение.       — Слушай… Это хорошая история, и я бы сказала «окей», но вот этот парень, — она кивнула на забрака, — вранье чует за парсек. Они умеют. Очень неудобно.       — Да не умею я с ней обра… — начала было Кейт и осеклась, услышав вторую часть слов Рейес. — Ага. Чует вранье, значит. Что ж он так выразительно молчит, пока я тут стараюсь, провода на рога развешиваю…       — А мне просто не особенно интересно, кто ты на самом деле, — улыбнулся Эдгар. — Я просто предложил тебе равные условия обмена. Достаточную цену.       — Зар-раза рогатая, — с возмущением и восхищением одновременно протянула Катарина. — А ты ведь можешь и сам все выяснить, моим разрешением вообще не интересуясь…       — Могу, — скромно подтвердил Эдгар.       — Ладно, — махнула рукой Катарина. — Сит с вами. Я действительно технарь. Только училась в академии СИБ. В Службу не попала, слилась на психологическом тестировании. Уставной взгляд оказался недостаточно холоден. А со взрывчаткой, к которой вы так прицепились, меня научил обращаться один знакомый тип, с которым мы вечерами пили и иногда спали. Довольны?       Кэм вопросительно посмотрела на забрака. На ее вкус, история выглядела вполне достоверно. Только зачем было ее скрывать, ничего ведь крамольного.       По сравнению с тем, что могла рассказать она сама — особенно.       С другой стороны, Рейес была склонна доверять Кейт. Уже просто потому, что она явилась разбираться с ними лично, а не слила тут же новому Шефу.       Несколько бесконечно долгих мгновений Эдгар и Кейт смотрели друг на друга, глаза в глаза. Могло показаться, что забрак ее читает, но взгляд девушки не приобретал характерную неподвижность.       — Годится, — решил наконец Эдгар. — Кто я — ты правильно догадалась. Кэм, если захочет, расскажет сама.       — Э нет, мистер, — ехидно осклабилась Катарина. — Заставил меня говорить вслух — изволь повторить процедуру.       — Ладно, — пожал плечами забрак. — Я форс. Наемник. Ищу наркоту, которая не должна была попасть в свободный доступ, и тех, кто ее завез.       — И из-за этого весь сыр-бор? — выразительно приподняла брови Кейт.       — Кто бы говорил, — с нескрываемым сарказмом отозвался Эдгар.       — Ладно, — Кэм осторожно расправила плечи. Признаваться не очень хотелось. — Раз пошла такая пьянка… Экспериментальный дроид — это я. Киборг, — тут же поправилась она.       — Да вы издеваетесь… — Линней скорчила до невозможности несчастную морду. Но, вспомнив скорость реакции подруги, решила поверить.       — Раз мы закончили со срывом покровов, — аккуратно вклинился Эдгар, — то предлагаю все-таки прийти к какому-то единому мнению по поводу нашего дальнейшего сотрудничества и убраться уже отсюда, а то копы решат, что мы им камеру насовсем поломали.       — Самое время, — согласилась Рейес. — Уберемся отсюда и поедим, да?       Риторический вопрос ответа не требовал, она еще раз проверила свое снаряжение и деловито направилась к двери. Разговаривать нужно было за завтраком и никак иначе. Регенерирующий организм есть хотел часов пять назад, теперь — исключительно жрать, давясь и чавкая.       — Поддерживаю, — охотно согласился Эдгар. Кейт покосилась на обоих, но возражать не стала. Только вернула камеру в исходное состояние и увязалась следом.