19:34

Два часа назад его руки на твоей коже. Его руки на твоих бедрах, его пальцы в твоих волосах, его шепот еле слышно на ухо. Два часа назад его признание в любви и взгляд прямо в душу. А в эту минуту кирпичные стены раскрашены красным и синим. На улице мерзкий дождь каплями забирается под толстовку, тебе холодно, мокро, противно, но все твои мысли только о нем. В эту минуту Сандер почти без сознания. Теплое одеяло, кушетка скорой помощи и мимолетный взгляд его мамы, пока ты стоишь в стороне – в эту минуту. И больше вокруг – ничего. Бритт маячит перед глазами, мешая подойти к нему ближе, не давая возможности обнять, спросить, защитить. Она такая навязчивая, такая... другая. Вы с ней слишком разные, и теперь ты понимаешь, почему Сандер от нее так сильно устал. – Ты делаешь только хуже, – говорит она с отвращением в голосе. – Ты для него просто иллюзия, понимаешь? Тебя больше нет. Это всё нереально. – Что ты такое говоришь? – спрашиваешь мягко, не скрывая эмоций. – О чем ты вообще? – Это ты виноват, вот что я говорю! – кричит она на пол-тона выше. – Он биполярен, окей? А ты и твои дебильные игры вызвали у него новый маниакальный приступ. – Ты серьезно? – повторяешь без капли доверия. – А до тебя еще не дошло? – она делает два шага назад. – То, что с ним сейчас происходит, это полностью твоя вина. Держись подальше от моего парня, тебе всё понятно? Тебе всё понятно. Но ты ей не веришь. Это какой-то чертовски правдивый бред, который никак не укладывается в твоей вымокшей под дождем голове. Ты смотришь ей вслед, смотришь на то, как Бритт усаживается в машину скорой медицинской помощи, и смотришь на Сандера, который вообще не реагирует на весь окружающий мир. И ты ей не веришь. Потому что два часа назад его руки на твоей коже. Два часа назад его руки на твоих бедрах, его пальцы в твоих волосах, его шепот еле слышно на ухо. Два часа назад его признание в любви и взгляд прямо в душу. Всё было нормальным еще каких-то два сраных часа назад. Она несерьезно. Она тебе врет, но эта реальность всё равно осыпается прахом, и ты ничего не можешь с этим поделать. Ты просто не умеешь жить по-другому. Ты без него не умеешь дышать. – Я тебе не верю, – произносишь в прохладу морозного воздуха и стремишься вслед за врачами. Ты едешь так быстро, как только можешь; ты непрерывно крутишь педали велосипеда, и дорога расплывается перед тобой от бесконечно льющихся слез. Но ты едешь за ним, потому что хочешь быть рядом, потому что нужно спросить у него, всё ли в порядке и врет ли она. Ты должен это спросить. Ты должен. Ты должен. Но дорога заканчивается за очередным поворотом – дальше не видно пути. Дальше – психиатрическая больница, где лежит твоя мама. Всё становится ярче: воспоминания, поступки, слова, его странности в поведении, его нелогичность поступков, его импульсивность, его... его всё. Ты ей не веришь. ...но, тем не менее, ты едешь прочь.