Вершитель Настоящего и Будущего

Они быстро шли по земле. В вышине змеились мостики между стволов валлинов. Тас уверенно вёл их к домику Тики. «Я знаю место, где нас искать не станут, » — Высказал предложение Макс. «Ты в Утехе впервые, » — напомнил маг. «Последнее место где нас будут искать — это то, где нас уже все видели. К тому же я так и не вкусил яблочного пирога». Рейстлин развернулся и зашагал в обратную сторону. — Эй, Рейст, ты куда? — окликнул Карамон. — Разумеется в «Последний приют», если уж они решили обыскать каждый дом в Утехе, то туда заглянут в последнюю очередь. — Как мы проберёмся туда? — у Таниса всё ещё саднили руки после скоростного спуска по верёвке. «Мы дадим им жезл, раз уж им так хочется его получить». «Что?!» «Я-то знаю как ты любишь фокусы с подменой». «Ты прав, » — Рейстлин стал разминать пальцы. Макс прекрасно знал кого и чем можно подкупить. Молчание затянулось и Стурм вернулся, чтобы узнать причину задержки. Тассильхоф тоже заметил, что Рейстлин зачем-то идёт назад. Варвары последовали за человеком, истории о беспечности кендеров доходили и до Равнин. Они решили, что нелюдь заплутал. Факелы гоблинов виднелись невдалеке, и уже слышались их переругивания и нытьё по поводу поисков в ночи. — Мы возвращаемся. — бросил Рейстлин. — Спрячтесь и бегите к «Последнему приюту», когда им станет не до вас. И, Тас, возьми где хочешь пару простыней. Кендер кивнул и юркнул прочь. Рейстлин не стал объяснять ни Максу, ни прочим, для чего ему понадобились тряпки. Он вдохнул поглубже и хрипло закричал: — Жезл у меня, скорее! Гоблины замедлились. Иметь дело с теми, кто сумел до хрипоты напугать кого-то, кто заполучил посох, им не хотелось. Таннис и Флинт спрятались за толстым стволом валлина, Тасс замешкался, подбирая что-то с земли, варвары тоже постарались укрыться, Карамон нехотя отошёл прочь от брата, повинуясь взгляду золотых глаз. Стурм, как и ожидалось, остался стоять. «Прекрасно, славный рыцарь убедил скользкого и великолепного мага сотрудничать с законом.» — Ты ведёшь меня к Теократу. Молчи и иди вперёд, если так уж не хочешь лгать! — прошипел Рейстлин рыцарю почти в самое ухо. И сложил руки так, будто Стурм держал его. Ловким движением он накинул верёвочную петлю на Посох Магиуса, будто тот был обычной палкой, наспех вставленной в узел для надёжности. Гоблины окружили их. Но к рыцарю скрутившему мага, подходить близко они не решались, поглядывая с опаской. Рейстлин окинул их презрительным взглядом. — Лучше уж идти с этим сбродом к теократу, чем удирать от безумцев по всей Утехе. — выплюнул он. — Надо же было этому идиоту всё испртить! Я долго втирался в доверие к этой компании. Между прочим было сложно. — сварливо поделился он не то с рыцарем, не то с гоблинами. Дальше он доверился Максу, пересказывая вдохновенный бред. Иномирец прекрасно ориентировался, из обрывков сплетен творя то, что от него ожидали услышать. — Знаете каково это притворяться магом?! Я уже две недели их выслеживал. А вы разорались «Жезл! Жезл!» От ввинчивающегося в уши неприятного голоса и жесткого обличительного тона гоблины вжали в плечи свои неказистые головы. Кто-то задел факел ухом и заорал. На него шикнули и отвесили подзатыльник, от чего тот ткнул собрата факелом в морду. Завязалась драка. — Эй, ты и вот ты, тот, что поумней, ведите меня к теократу! Ох и влетит вам, когда пожалуюсь в Гавани на весь ваш балаган! — добавил Рейстлин кровожадно. Гоблины заозирались, пытаясь понять, кого из них, притворявшийся магом агент Искателей, имел ввиду. Наконец, вперёд вытолкнули двоих самых хилых. — Да всё, можешь меня отпустить. Получишь ты свою награду, получишь. Я бы не забрал посоха без твоей подстраховки. — ворчливо поблагодарил маг и отшатнулся от рыцаря, будто тот его резко отпустил. — Ладно, идём уже. Жду не дождусь вымыться и снять с себя уже эти нелепые мажьи тряпки. Не зря Искатели послали нас с тобой, а? Стурм прикрыл ладонью лицо. *** Танис видел, как Рейстлина со Стурмом окружили гоблины. Маг изменился за прошедшие годы. Он стал ещё более дерзок и, Танис почувствовал что-то похожее одновременно на радость и вину, маг научился пользоваться тем, что не внушал доверия людям. Для всякой швали речи об обмане и жалобах, делали из непонятного мага плута и подлеца. Можно сказать, своего. Тассильхоф вернулся, готовый показывать дорогу. Золотая Луна и её спутник скользнули мимо столпившихся и пристыженных гоблинов. Карамон шумно ударился ножнами о дерево, но в этот самый момент один гоблин заорал и начал драку. Флинт тяжело вздохнул и привычно обошёл толпу по широкой дуге. У Таниса были лёгкие ноги, он сделал знак старому другу присмотреть за компанией. Он пошёл, неслышно ступая, за Рейстлином и Стурмом. Соламнийский рыцарь беспокойно крутил ус, он не совершал ничего, что пятнало бы его честь. Он участвовал в том, что выглядело, мягко говоря, недостойно, но молчал, обдумывая, как же именно велит поступить Кодекс в подобных случаях. Рейстлин же гордо сетовал парочке гоблинов на то, как тяжело притворяться магом, изображая позорное истощение сил или отсутствие нужного заклинания. Один из конвоиров даже проникся и сочувственно вздохнул. Теократ сидел у двери, злой и протрезвевший. Руку он держал в миске с яичными белка́ми. Танис скользнул со ступеней вбок и повис на перилах не замеченным. Со света на темноту даже гоблинам было не разглядеть его. Сам полуэльф всё отлично видел и слышал. Рейстлин поотстал, чтобы поровняться со Стурмом и скороговоркой прошипел: — Твой Кодекс велит тебе не мешать, если ближний решил взять чужую вину на себя. И не мешать тому, кто речёт, дабы спасти невинных. Помни об этом, рыцарь! Одним текучим движением он оказался у стола теократа и напустился на пострадавшего. Маг сулил кары за едва не сорвавшуюся миссию по добыче ведьмовского жезла. Ругал за пьянство в рабочее время и плохие навыки командира. И едко добавил, что это позор — подставиться под действие нечестивой магии. И снова брат Карамона приковал к себе всё внимание. Но с куда лучшими последствиями, чем в тот раз, когда разоблачил жреца фальшивого культа. Никому не было дела до Таниса, прокравшегося вдоль перил к кухне. Из окошка помахал Тас. Кендер жестами показал, что остальные ждут внизу, а он набивает припасы в сумки. Всем было куда интереснее слушать, как маг, который и не маг вовсе, распекает человека, принесшего страх в Утеху. Никто и не подумал следить за окном и люком в полу. Танис аккуратно нырнул в окно и, мученичиски сцепив зубы, спустился по злосчастной верёвке, второй раз за этот вечер. Он почти не касался верёвки ладонями, но всё равно их пару раз обожгло болью. *** Тассильхоф спустил вниз вторую корзинку с едой и решил послушать, что же это такое устроил Рейстлин, если люди встали в дверях и позабыли о мясе на угольях. Мясо кендер спас, чтобы зря не пропало и аккуратнько, чтобы никому не помешать лёг на пол и сложил руки под подбородком. Ноги людей были длинными, а тела вообще где-то высоко. Рейстлин как раз заверял того занятного человека, который обгорел и вылечился, а потом опять ожёг руку, что за скромный подарок они со светлым рыцарем готовы доложить в Гавань о чём-нибудь хорошем. Например, что военная хитрость с привлечением гоблинов, оказалась удачной и варвары сами вверили себя в руки воина-человека, одетого как рыцарь. А о том, как достойному уважения великолепному вору удалось лишь обокрасть утративших бдительность варваров, но не перерезать им глотки, так как один идиот разослал гоблинов по округе, великодушно промолчать. Рейстлин вновь скривился. И зачем-то посмотрел на рыцаря с благодарностью. Стурм молча прислонился к стене и напряжённо слушал. По крайней мере его ноги выглядели точно также, как когда рыцарь замирал, чтобы обдумать слова из своего Кодекса. Тас не всегда утруждал себя задиранием головы, а потому умел по положению ног определять чувства и намерения людей, эльфов и прочих громадин. «Агент Искателей» перевёл дух и сообщил, что ведьма сумела и без жезла призвать ещё какую-то нечестивую магию себе в помощь, выпустив на свободу видения Бездны. Сочинял Рейстлин замечательно, Тас захотел выманить у него какую-нибудь сказку. *** Теократ почёл за лучшее заплатить агентам за хвалебные речи, чем пытаться присвоить славу себе, отобрав жезл. Кинжал, плясавший вокруг пальцев мнимого мага, настоятельно советовал ему поступить щедро и благоразумно. Продолжая играть лезвием в одной руке, наёмник-плут отсчитал левой половину звякнувшего о стол «подарка». Спрятал монеты в рукав, а мешочек пристегнул к поясу «рыцаря» и похлопал того по плечу. — Ты заслужил, доблестный сэр. Я б убился, удирая от иллюзии. А спасение своей шкуры я высоко ценю. — по голосу делалось ясно, что за позорные вопли перед гоблинами плуту было стыдно. — Так, я ничего не забыл? Ах да, хозяюшка, будь добра подай-ка мне яблочный пирог! — окликнул он рыжую официантку. Та понятливо кивнула и побежала в сторону кухни. — Светлый Меч, у тебя есть на эту ночь какие-либо планы? — фальшивый маг кивнул в сторону удаляющейся девушки, направив взгляд пониже спины. Теократ пожалел, что подосланный главой ордена мерзавец достаточно расчётлив, чтобы своевременно оплачивать услуги опытного воина, чтобы тот спасал его скользкую жизнь. Куда легче бы было договориться с не-то ряженым, не-то настоящим соламнийцем. Тот похоже угадал мысли теократа, не дал товарищу увлечься радостями жизни и процедил: — Я хочу покинуть это место как можно скорее и отыскать Золотую Луну и её спутника. — Зануда. — вздохнул гораздый зло шипеть вор с такой неподдельной теплотой в голосе, будто это был совершенно другой человек. Способный любить, доверять и восхищаться своим дорогим другом, а не ушлый и жадный до жизни наёмник. Рыцарь тоже едва не поперхнулся от таких интонаций, но смолчал. Официантка поставила деревянный поднос с пирогом. — Ну что ж, сделаем как ты считаешь нужным, дожую его на ходу. Пойдём сэр Ш… Стурм! — «маг» взял посох и пошёл к выходу, в самом деле на ходу запихивая мякиш пирога в рот. Судя по оговорке и тому, как жадно и с удовольствием он глотал, как всучил кусок оказавшемуся под рукой гоблину, стало ясно, что требовал денег и ругался агент на одной лишь воле. Тёмная магия подкосила его куда сильнее, чем он хотел кому-либо показать. И разумеется становилось ясно, что имя «Стурм» было фальшивым, а если где-то и бродил настоящий, то усатый матёрый воин, что прикрывал отход плута, явно им не был. Теократ макнул руку в начавший покрываться коркой белок и подумал, не приказать ли гоблинам убить этих двоих, но решил, что лучше будет сделать это без лишних свидетелей. *** Стурм и Рейстлин миновали половину спуска к корням валлина, когда в темноте чуть не наткнулись на Тассельхофа. Кендер сидел на ступеньке и нетерпеливо их дожидался. — Ты замечательный человек! — заверил Тас. Рейстлин хотел шикнуть на него, чтобы замолк. Но Макс сунул корку от пирога в раскрытый для болтовни кендерий рот. Вся мякоть уже успела закончиться. Всё, что угодило к нему в желудок, Рейстлин совсем не ощущал, будто и съел это тоже Макс. Рейстлин поймал себя на том, что всё ещё облизывает пальцы. И тотчас прекратил это делать. «Я его не угощал. Это ты.»