Стекло под кожей

      – Что? Когда?! – Райан сжал тонкие плечи, Диана ничего не чувствовала. Мир вокруг стал черно-белым и плоским, как шарж, который решил жестоко посмеяться ей в лицо.       – Я не… он что-то говорил… Я не поняла… – Диана посмотрела на телефон, как будто он сообщил ей уничтожающую новость. – Мне надо туда. Пусти…       – Нет, мы поедем вместе.       Диана механически кивнула. Она не чувствовала ничего. Вообще. Ни холода, ни страха, ни собственного тела. В голове каруселью вертелась пустота. Волчок вокруг одного-единственного вопроса: как? Как она могла пропасть?! Господи, пожалуйста, что угодно, но не это…       Кислота сжирала ее сердце. Мистер Мойс же видел перед собой сосредоточенную пустую оболочку. В голове Дианы снова и снова по бесконечной дороге вертелись только что полученные ответы. Софа пропала сегодня ночью, никто не видел, что случилось. Ее просто не нашли в своей кровати. Весь приют перевернули сверху до низу – безрезультатно.       Диана наплевала на запреты и побежала в комнату малышки, которая без нее была чужой и ледяной. Ее огонь пропал.       Приступ паники бил ее лоб о ее же собственное окаменевшее сердце. Диана беспощадно хлестнула себя по лицу и принялась лихорадочно исследовать все вокруг, думать, предполагать, представлять. Не застеленная кровать со смятой белой простынкой – откинутое одеяло, подушка с углублением чуть левее центра. Все еще зажженный ночник с бабочками у основания – включен ночью, значит, девочка встала и куда-то пошла – Софа никогда не боялась темноты и спокойно спала без света, в отличие от той же Дианы в возрасте шести лет. Тапочек нет, значит, опять же, ушла сама. Да еще и со своим любимым мишкой, с которым обычно спала. Верхняя одежда висит в шкафчике, шапка на полке, обувь на месте. Все на месте.       Кроме ее ребенка.       София всегда была здравомыслящим ребенком и не могла уйти вот так, ночью, не предупредив никого. Все время Соня звонила Диане и рассказывала, куда идет. Диана с трудом, но все же добилась права для Сони иметь свой телефон, который мистер Мойс хранил у себя и отдавал Соне, когда та просила. Равнодушная трубка ничего не показала. Никаких звонков. Учителя тоже не могли ничего сказать, кроме «все было, как обычно. Шаловливая, на занятиях шкодит, но задания выполняет усердно». Психоза, странного поведения и необъяснимых поступков не заметил никто. Ни одной внятной причины, почему шестилетний ребенок мог просто встать посреди ночи с кровати и уйти. Потому что следов борьбы нигде не было, это вселяло и радость – Софа не пострадала, и искреннее недоумение.       Оставшись, наконец, в одиночестве, Диана позволила себе уткнуться в холодную подушку. Запах молока и мармелада, который Диана сама покупала своей сладкоежке, ударил под дых, вышибая ее из жизни. Центр вселенной покачнулся, отчаянный рык из нежного горла смешался с треском тонкой ткани подушки. Змея внутри пожирала сама себя, отравляя ядом ужаса, и судорога от режущего нервы на тонкие пласты отчаяния одновременно с оседающими на плечи перьями.       Пух кружился вокруг замершей Дианы, которая с чужим безразличием наблюдала за этой белой пургой внутри комнаты. Неосторожный вдох и перышко шмыгнуло в нос.       Диана чихнула, и это простое действие вернуло ее мозгу главенствующее положение. Диана вышла в холл, и взгляд упал на Райана, который разговаривал одновременно с директором приюта и с кем-то по своему телефону. Серьезный, с таким лицом он занимается делами в своем офисе. А может…? Сейчас Диана была готова поверить во все, даже в существование пегасов. Во все, лишь бы найти Софию.       – Райан? – дождавшись, когда он посмотрит на нее, она, сдерживая слезы, тихо спросила. – Ты имеешь к этому отношение?       Райан секунду ошеломленно смотрел на Диану, будто поверить не мог в то, что действительно услышал это от нее. Но твердый, как кремень, взгляд Дианы, подбил планку присущего ему спокойствия, с которым он сейчас что-то делал, развел деятельность. Ди не знала, что он вообще тут делает. Он схватил ее за плечо и с неожиданной злобой оттолкнул от себя.       – Думай, что говоришь!       – Просто ответь, – Диана видела в его взгляде злость, борьбу. Столько всего лишнего. Все его чувства задерживались в радужке ее глаз, но дальше не проходили. Мозг трещоткой подгонял к действиям. Хоть каким-нибудь. Ищи, иди, смотри. Наконец, он качнул головой:       – Нет, не имею.       Диана отстраненно кивнула и повернулась к директору:       – Сообщите мне, если она вернется.       Райан поймал ее за локоть у выхода. Она посмотрела на него. И охнула. Работа! Она же на работу не пошла! Но мужчина отвлек ее от лишних мыслей:       – Ты куда?       – Искать.       – Куда?       – Куда-нибудь. По тем местам, где она любит гулять, – Диана несколько секунд глядела на неожиданно мягкое выражение лица Райана, как будто он смотрел на надтреснутую фарфоровую куклу – бывшее произведение искусства, которое бессовестно не уберегли. Потом кивнул и сказал:       – Подожди меня минуту. Вместе поедем.       – Нет, я сама, – компас внутри указывал на центральный парк, а от слова «подожди» по его поверхности пошла трещина. – Райан, что ты делаешь? Как тебя это все касается?       – Откровения оставим на потом. Если что, звони мне. Я найду тебя чуть позже.       Она почти не слушала, что он говорит. Зубчатое колесо внутри крошило ее внутренности в жидкую кашу. И, даже если умереть, легче, кажется, все равно не станет.       А она умирала. Никогда не думала, что с ней случится, если центр ее вселенной пропадет, лишая разом всех ориентиров, желаний и стремлений. Ее выкинули с планеты, и теперь девушка чувствовала себя игрушкой, которая в поисках своей гравитации лезет во все щели, осматривает каждую звезду и ныряет в млечный путь. Иначе ей не жить. Столкновение с первым же метеоритом расколет ее на щепки.       Природа Центрального парка вселяла надежду на лучшее – почки на деревьях и нежно зеленая трава радовали глаз, серые высотки на их фоне казались давно умершими, ненастоящими, как картонные декорации, которые забыли убрать после очередного спектакля. Сладко пахнущий весенними лучами солнца ветерок трепал волосы. Дети бегали друг за другом, родители общались, поглядывая на своих детишек и периодически прося их быть осторожней. Пуховики сменились на ветровки, птички звонко переговаривались на пока еще голых, но уже оживших ветвях. Природа просыпалась.       Диана не видела и не чувствовала ничего, кроме поглощающего ее сознание страха. Мир стал плоским, как угольный рисунок на бумаге – черные размазанные штрихи по поверхности небьющегося, казалось, сердца. Равнодушные ко всему. Только сейчас ситуация начала доходить до нее в полной мере – ее Софа пропала. Сейчас, пока она бегала по Центральному парку, заглядывая в детские лица, спрашивая прохожих про рыжую девочку, облазила все качели, любимые лавочки по многу раз. Но этого было мало. И всего будет недостаточно, пока она не найдет Софию. Свою маленькую рыжую малышку с задорными огоньками в глазах и коричневым мишкой в нежных детских объятиях. Плакала, кричала, обхватывая себя руками, вцепляясь скрюченными пальцами в бока, в безумии оглядываясь в который раз, сидела прямо на дороге, не слыша ненужных вопросов людей. Не тех людей. Они не знают, они не видели, они не помогут.       Диана рванула в джунгли из камня и стекла. Город сейчас был врагом. Диана петляла между домов, заходила во все магазины, в которых она была вместе с Софой, в надежде, что потерявшаяся в городе малышка зайдет в первое попавшееся знакомое ее детскому глазу место. Телефон разрывался, но Диана ответила только на пару звонков – прорыдала в трубку, что не может, что Софи пропала. Беатрис не нужно было больше ничего, она просто спросила, где Диана находится сейчас. Маркус недовольно спросил, почему Диана не на работе, но, услышав ее сбивчивое объяснение, на минуту замолчал, а потом предложил помощь. Сама Ди звонила директору приюта – он ничего вразумительного ей не сказал. Он сам был в ужасе – из его приюта пропал ребенок! Это как вообще?! Но было не до того. Не до чего.       Как ополоумевшая, девушка носилась между домов, заглядывала в самые немыслимые места. Добежала до бруклинского моста и побежала на ту сторону. Соню она ни разу в Бруклин не водила, но вдруг девочка сама шла, куда глаза глядят? Диана, как могла, гнала прочь мысли о том, что ребенка на улице могли забрать. И что с ней могли сделать... Боже. От приступа паники Диана согнулась пополам – ее вывернуло наизнанку. Безжалостно. Тугой клубок в животе и груди душил, уничтожал, словно он состоял из скользких ядовитых гадюк, которые впились в ее поджилки острыми клыками и накачивали ее ядом ужаса.       Диана схватилась за голову и рухнула вниз. Весь день и безумная гонка привели к бессмысленному и пустому вечеру. Непрерывные вибрации телефона не возвращали в сознание Диану, которая сидела на асфальте в огнях ночного города. И куда податься? Где искать? Мимо нее плыли корабли самых жутких мыслей, но чувств уже не было. Диана не знала, где она находилась, сколько времени, и как добраться. Куда-нибудь. Хоть куда-то добраться. Кто она вообще такая? Маяк потерялся, смысл жизни пропал. Ее ребенок. Диана молилась, чтобы с ней все было хорошо. Пусть пропала, и она, Диана, ее пока не нашла. Найдет. Обязательно найдет! Лишь бы София была в порядке, в безопасности и тепле. В тепле без своей куртки и сапог, которые остались в шкафу… Диана заскулила и спрятала лицо в согнутых коленях, длинные волосы по бокам лица погрузили ее в полную тишину и окончательный мрак.       Часы на здании показывали двенадцать минут первого. Целый день прошел, и ничего. Весь день ее не было. Что могло случиться с ребенком за целый день?       Господи, Софа, я с тобой! Слышишь? Я найду тебя! Где бы ты ни была!       Диана бездумно повернула направо. Не представляя, где она находится, девушка просто шла туда, куда ее вели ноги. Глаза все еще искали, отказываясь верить мозгу, который качал головой и говорил, что сейчас уже все бесполезно – по городу ее так не найдешь. Тут нужно по-другому. Другому. Диана достала давно переставший звонить телефон. Беатрис, так и не дозвонившись до Дианы после того первого звонка, писала сообщения, что тоже ищет Соню, но найти не может. И три пропущенных от Райана. Как она их пропустила?! Даже не понимая, что она сама в первый раз сейчас звонит ему, Ди набрала обратный вызов. И еще раз. Он не ответил. Не поднял трубку. Диана зарычала и взмахнула рукой. Пока телефон летел по короткой траектории, Диана пришла в ужас от своего поступка, но…       Диана провела большим пальцем по разбившемуся экрану и тут же зашипела, дернув рукой. По подушечке побежала алая струйка. Но телефон работает, хвала небу. Диана еще раз позвонила Райану – без ответа. Директору приюта – он ничего нового ей не сказал. Только что соответствующие органы уведомлены, и девочку будут искать по закону, как положено. Диана безнадежно вздохнула, понимая, что на них-то надежды точно нет.       Где-то в висках непрерывным гулом звучала низкая нота натянутых до предела нервных окончаний. И лишь резкий разворот за плечо напротив какого-то бара заставил прийти в себя. Надежда, что Райан снова нашел ее, рассыпалась хрусталем. Диана сморщилась от отвратительного запаха перегара в сочетании с низкокачественным вонючим табаком, которым на нее дыхнул незнакомый мужчина, грузный, как бегемот, страшный, как атомная война. И он сейчас пакостливо осклабился, хватая Диану за талию. Девушка взвизгнула и оттолкнула его. Точнее попыталась. Руки спружинили от жирных плеч, явно не доставляя никакого дискомфорта их владельцу.       Диана вскрикнула «Отпустите!» и снова рванулась. Мужчина хрипло рассмеялся и уткнулся ей в шею своим носом. В животе поднялась недвусмысленная волна отвращения, Диана икнула и что-то пробурчала, но мужчина расслышал, потому что сразу отпустил Диану. Она согнулась пополам, и вторая за день порция рвоты обрызгала асфальт и коричневые ботинки мужчины, который тут же начал орать на давящуюся девушку.       – Оставьте ее в покое!       В поле зрения появились другие ботинки, а первые зашагали прочь. Придя в себя, Диана подняла измученный взгляд, утираясь рукавом, и вытаращила глаза. На нее смотрел никто иной, как…       – Стив?!       – Приятно, что не забыла, – Стив обеспокоенно смотрел на Диану, которая никак не могла поверить. Да как так происходит? Город вроде большой, а она опять…       – Господи, Стив! Когда-нибудь настанет день, чтобы ты увидел меня в нормальном состоянии? – пробормотала она. Он улыбнулся от ее неприкрытого шока.       – Тебе помочь?       Реальность, на минуту спрятавшаяся за занавес, явила себя. Диана покачала головой, открыла рот, закрыла. Беспокойство горело в его глазах бесконечными вопросами, на которые Диана ответила. Всхлипом. Он тут же прижал ее к себе – грязную после беготни по городу и ее сидений на асфальте, не говоря об остальном.       Мед с молоком. Тепло. Диана не поняла, как обхватила его в ответ и прижалась лицом к груди, надсадно давясь рыданиями в футболку под распахнутой курткой. Она просто утонула в своих слезах и отчаянии, а этот человек – совершенно чужой и незнакомый – оказался рядом. Опять. Чужая рука обхватила затылок Дианы, крепче прижимая ее к теплу, сжимая в объятиях. И вот оно. Это ощущение. Что тебя крюком вытягивают из болота. И первый глоток воздуха, а на выдохе бормотание в грудь:       – Моя сестра пропала.       – Что? – Стив оторвал от себя Диану и заглянул в ее запрокинутое лицо. От выражения ужаса на его лице Диана коротко заскулила.       – Моя сестра, рыженькая такая, ласковая, с ямочками на щеках, когда улыбается. Ей шесть, и она пропала из приюта сегодня ночью. Я не знаю…– слова перешли в новое рыдание. Диана спряталась в крепкой груди Стива и даже не подняла взгляд, когда он куда-то повел ее, а просто прижалась к его руке, обхватив ее своими, и уткнулась лицом в плечо.       Диана обтерла с лица воду – не вытерлась полотенцем, икнула и сделала глоток. Чай был горячим и жутко сладким – Диана сморщилась. Стив виновато пожал плечами:       – Прости, я по привычке. Я сам пью сладкий.       – Ничего страшного, – ответила Диана. От рыданий голос сел и стал невыразительно-хриплым. Стив привел Диану к себе домой, она даже не думала. Она просто не знала, что ей делать. Домой сейчас никак не хотелось. А Стив каким-то немыслимым образом давал ей больше воздуха, с ним было легче дышать, не заходясь в рыданиях. Одним своим присутствием. Диана спросила в чашку: – А что ты там делал? И где мы вообще встретились?       – У того же самого бара, – Стив улыбнулся, когда она вскинула на него красные глаза. – Да, представь себе. Видимо этот бар – место нашей встречи.       Диана покачала головой и сделала новый глоток. Горячий чай грел грудь внутри, между ребрами что-то горело. При мысли о Софии хотелось расковырять грудную клетку ногтями и выцарапать свое сердце, противно булькая кровью и слезами. Лицо сморщилось. Стив, увидевший новый приступ ужаса, присел к девушке и заглянул в ее лицо снизу вверх, сжимая в своих больших руках плети ее ледяных пальцев.       – Диан, тише. Она найдется, слышишь? Мы найдем ее.       Мы.       Диана наклонилась и обхватила Стива руками, прижимаясь своим носом к вмятинке под его шеей сбоку. Терпкий запах пота, пива и, кажется, какой-то хвойной свежести заполнили ее грудную клетку, успокаивая. Она прошептала:       – Спасибо тебе. И прости ме...       – Нет, – Стив обхватил ее спину руками, а его теплое дыхание на ухо пустило по шее необычные успокаивающие мурашки. – Не надо. Диан, все будет хорошо.       Резкий стук пружиной подкинул тело спящей девушки. Диана села на кровати, сонно озираясь. Она уснула у Стива? Вроде начала отрубаться на кухне после получаса рыданий, и он повел ее на кровать. Диана даже не думала сопротивляться. Внутри было что-то... Шептало, что он ей не навредит. Стук повторился, Диана проводила вставшего с кресла Стива взглядом и огляделась. Большая спальня была залита холодным лунным светом. Белым и неуютным, словно неприветливое покашливание холодной ночи напоминало о недавнем ужасе и о том, что это все было не сном.       Но хуже был голос из прихожей, от которого Диана вскочила и рванула в коридор, спросонья налетев на стул. В коридоре Стив загораживал проход, а перед ним стоял разъяренный Райан. Диана охнула.       – Ты что тут делаешь?       – Это ты что тут делаешь? – Райан пилил Диану своей ледяной яростью. Видя, что Диана совсем растерялась и не может сообразить, что вообще происходит, он добил ее. – Гуляешь, пока София неизвестно где?       – ЧТО?! – Диана оттолкнула Стива, стоящего между ними, и замахнулась. Снова предсказуемо. Снова остановили. Диана закричала ему в лицо, морщась от боли в запястье: – Да пошел ты к черту! Я искала ее! – выкрикнула она прямо в его лицо. Выражение его взгляда, однако, пробудило здравый смысл. Диана усмирила гнев и спросила нестабильно звучащим, прерывающимся голосом. – Ты что тут делаешь?       – Пошли, – Райан поволок ее к лифтам, и тут в нее вцепился Стив и заявил:       – Никуда она с вами не пойдет! Диан, ты можешь остаться тут. Столько, сколько пожелаешь.       – Я...       – Молодой человек, – Райан смерил Стива злым взглядом, Диане даже стало не по себе, насколько сильно Райан разозлился на незнакомого человека. – Не ищите проблем.       – Отпустите ее, – прорычал Стив и ответил Райану не менее злобным взглядом, в котором плескалось что-то... непонятное, темное. Диана снова попыталась:       – Хватит. Я по...       – Я сам решу, что мне делать, – Райан дернул пискнувшую Диану на себя, Стив отпустил ее – чтобы не делать больно, перетягивая бедную девушку туда-сюда, как канат.       – Диан, – Стив обеспокоенно покачал головой. – Я серьезно. Ты можешь остаться тут. Я не причиню тебе зла.       – Я знаю, – Диана шагнула к Стиву, но Райан дернул ее обратно. Она не обратила внимание на это, а взглядом попыталась выразить все тепло, которое сейчас чувствовала к этому обеспокоенному, чужому, но такому близкому человеку. – Стив, спасибо тебе. Я очень тебе благодарна. Правда, ты даже не представляешь. Я обязательно свяжусь с тобой, хорошо?       Диана с теплой улыбкой забрала у Стива куртку, которую он протянул ей с липкой тоской в глазах, и еще раз прошептала, нежно смотря в его глаза: «Спасибо...». Но Райан уже поволок ее к лифтам.       Девушка посмотрела на Райана, который молча захлопнул дверь машины так, что Диана подскочила. И выдавила:       – Я думала, что твои муравьи уже оставили меня в покое.       – Они не оставят тебя в покое, пока я не скажу! – гаркнул Райан. Диана вжалась в спинку сиденья и зажмурилась. По-детски, но очень страшно, на веках сверкнуло воспоминание их второй встречи в больнице. Она слышала его тяжелое дыхание, но на свой страх и риск решилась перейти к делу:       – Ты нашел ее?       Она услышала звук трения кожи с жесткой поверхностью, очевидно, руля. Райан ответил:       – Не думал, что тебя это сейчас интересует.       – Райан, хватит, – Диана устало посмотрела на него. – Прекрати так говорить, я ничего плохого не сделала. Так ты нашел ее?       – Нет.       Судорожный вдох. Диана прикусила щеку изнутри, сдерживая эти бесконечные слезы.       – Но кое-что есть, – Райан завел машину, Диана обратилась в слух. – София ушла сама.       – Я это и так знаю, – разочарованно сказала Диана. – Но как так? Она в жизни не встала бы вот так ночью с кровати, и не пошла бы гулять! Без одежды! И мне ничего не сказала! Это какая-то чушь! Полнейшая пурга!       – Ты уверена?       – Так же сильно, как в том, что ты сейчас рядом со мной в этой машине. Райан, я уверена, что она не просто так ушла. В наших местах ее нет, и ее никто не видел. Никакие продавцы, официанты. Никто! Хотя некоторые из них нас знают. Софу бы они точно узнали! Как будто она испарилась! Вот был лист, а его ветром уне… Боже! – внезапная догадка обожгла пламенем, Диана хлопнула руками по лбу. – Какая же я идиотка! Нам надо в приют!       Диана ворвалась в комнату Софии и полезла в ее шкафы. Где-то тут. Должно быть тут! Дрожащие руки рылись в полках с раскрасками и книгами. Наконец, Диана достала из нижней полочки тетрадь с нарисованной желтой совой и принялась лихорадочно листать страницы.       – Давай же. Давай, пожалуйста… – бормотала она. – Ди чувствовала Райана за плечом, продолжая листать странички с детскими рисунками и корявыми записями. Половина тетради была пролистана, но никаких подсказок… Диана шумно дышала через сжатые зубы и выглядела, как помешанный безумный ученый в поисках потерянной формулы. На вопрос Райана Диана ответила: – Это что-то вроде нашей с Софой соцсети. Мы тут пишем друг другу, что делаем, куда собираемся. В основном тут пишет Софи, ей это представляется забавной игрой – будто она перед каждой прогулкой мне пишет письма, а потом дает их мне читать. И я думаю, может…       Руки замерли на последней заполненной странице, палец скользил по неровным буквам, будто в попытке прочитать, что кроется за ними. Темные глаза впитывали последние слова, которые она никак не могла прочитать вслух.       «Розочка. Я помогу».       Диана тупо смотрела на запись.       – Это ее почерк, но… Вчера этой записи не было… – Словно ходящий во сне человек, Диана подошла к окну, перебирая руками холодные тонкие страницы. – Я ничего не понимаю. Поможет? Она мне хочет помочь? Но с чем? О, нет, – тетрадь выпала из ослабевших рук, в ужасе Диана прошептала. – Так это я виновата… Она из-за меня ушла.       Диана резко и глубоко вздохнула – от передоза кислорода закружилась голова. Райан схватил Диану за плечи и не дал впасть в истерику, больно сжав пальцы на коже.       – Послушай меня! Ее уже ищут и найдут. Прекрати себя винить, ты не знаешь, что значит эта запись.       – Но там же… – безнадежно начала она.       – Помолчи, я тебе сказал! Мы ее найдем.       Мы.       Этого человека она ненавидела день назад. Правда? Сейчас на это нет времени. Диана кивнула и медленно выдохнула, стараясь успокоиться.       – Софа ушла ночью. Оставила мне эту запись, но я не просила ее о помощи. Не жаловалась, ничего такого. С чего ей решить, что мне помощь нужна? Райан, что мне делать? Я должна найти ее! – Диана вцепилась в него, умоляюще глядя ему в лицо. – Скажи, что мне делать, чтобы найти ее? – Он неожиданно резко прижал ее к себе и обнял. Диана вспыхнула от неожиданности, как будто на спину вылили воду из вскипевшего чайника. – Что ты…       – Диан, тебе надо оставаться сильной. Мы будем искать ее вместе, слышишь меня?       – Я не понимаю! – она неожиданно зло оттолкнула его и сказала, пронзая острым взглядом. – Какого черта тебе есть до этого дело? Не кому-нибудь, а тебе! Ты угрожал мне лишить ее семьи! Тебе плевать на нее!       – Это не так, – спокойно ответил он. Словно уравновешивал ее яростное непонимание.       – Не так? Не так?! Ты мне говорил… погоди… «Она мне не нужна, если ты будешь вести себя хорошо»! Так, кажется, ты…       – Да замолчи ты! Хватит вести себя как ребенок! – Райан махнул рукой в окно. – Включи свою голову, и ты все поймешь! Где-то там ходит твоя сестра, а ты хочешь отношения выяснять?       – Моей сестре я сейчас могу помочь только бестолковой беготней по городу, как и весь день! Но шанса понять тебя у меня уже не будет, наверняка! Мне это уже осточертело! У тебя ничего не бывает просто так, мало ли что мне придется отдать за твою помощь! – Диана оскалилась. – Ты же не просто так хочешь помочь мне, да?       – Я хочу просто так найти пропавшего ребенка! Диан, ты…       – Не просто ребенка! МОЕГО РЕБЕНКА!       – Она не…       – Да! Она – моя, и хватит мне напоминать, что не я ее родила! Она почти не знала своего отца, рано потеряла свою маму! Так что я – ее семья!       – Раз уж у нас откровенный разговор, объясни мне кое-что, – отблески фонарей в окне сверкнули в глазах Райана, когда он чуть наклонился к Диане и прищурился. – Ты мне так и не рассказала про своего отца.       – Что? Я… – не ожидавшая такой резкой смены темы девушка запнулась. – А это тут при чем?       – Расскажи мне. Почему ты так ненавидишь его?       – Да иди ты лесом! Нашел время!       – Другого не будет.       – Решил воспользоваться слабостью?       – Да.       – Сукин сын. – Почти до равнодушия спокойная перепалка вызвала у Дианы недоумение. Но гнев на своего отца был сильнее. – Я не знаю ничего, кроме того, что он – скот. Все, разговор окончен.       – Он бросил твою мать? – Райан упорно гнул свою палку, играя на струнах души Дианы, которая начала сердиться. В полумраке комнаты она выглядела, словно ведьма, готовая проклясть всех.       – Да. Бросил.       – И ты ничего о нем не знаешь?       – Что я могу знать о человеке, которого не видела никогда!       – Марго тебе говорила о нем?       – Почти нет.       – Почти?       – Да чтоб тебя! Отстань от меня! – взорвалась девушка. – Мама забеременела, а он ее бросил! Я знаю лишь, что он был богатым!       – Ты поэтому так не любишь состоятельных людей? – Райан впитывал ее в себя, такую живую, настоящую. Как огонь. Обжигающий и горячий пожар.       – В том числе!       – Почему еще?       Диана открыла рот, но тут же отвернулась. Райан успел заметить гримасу боли и отвращения на лице.       – Райан, хватит, – Диана старалась говорить ровно, но голос дрожал. – Мне нечего тебе рассказать. Сейчас у меня есть ребенок, который пропал! И я должна ее найти! Если хочешь помочь мне, я буду тебе благодарна, потому что ты сможешь сделать больше, чем я. Но не надо выворачивать меня наизнанку. Это больно.       – Последний вопрос, и я оставлю тебя в покое.       Райан подошел к Диане сзади и обнял. Тихо и нежно. Она изваянием замерла от непривычного прикосновения. Ее взгляд выдал искреннее непонимание, но Райан был сзади и не видел его.       – Хватит вопросов. Сначала Соня. Остальное потом.       – Ты расскажешь мне, когда мы найдем ее?       Диана не слышала его. Ее мысли были заняты тем, что сравнивали объятия Райана и Стива. Стив обнимал так уютно, как брат. Без подтекстов, просто, чтобы поддержать, и в его руках было спокойно, тихо. А Райан… Он что-то пробуждал внутри. Беспокойное и дрожащее, непонятное. От этого было не по себе – хотелось даже не убежать. Испариться. Исчезнуть, как дым.       – Райан, – Диана мягко выскользнула из его рук. – Отвези меня в какой-нибудь отель, пожалуйста.       Он секунды две смотрел в ее черные глаза, ища что-то, а потом коротко кивнул и повел ее к машине.       – Я просила в отель, – Диана хмуро смотрела на знакомый дом.       – Останешься у меня.       – Вот так? Даже не вопрос? – Ди подняла одну бровь. Райан молча прошел в дом, девушка задумчиво проводила его взглядом и приняла решение не выделываться. Тем более что сил на это уже не оставалось.       Теплый душ и ужин Диана почти не помнила. Еда была похожа на тофу, а ледяные пальцы никак не желали согреваться. Все мысли были обращены к Софии. Как найти? Ди никогда не представляла, что такое возможно, а непонимание и жуткие подсказки, что это она виновата в пропаже малышки, опускали моральное состояние на глубину, на которой в океане живет глубоководный удильщик. Беспощадный хищник, светящий фонарем во тьме. И у Дианы был такой фонарь. Совершенно не представляя, что делать, она решила, что Райан может ей помочь. Думать о том, что целые сутки ребенок неизвестно где, было физически больно. В сердце кололо, а зубы начинали стучать – Диана прикусила язык. На ее мычание Райан подскочил к ней так, будто у нее вдруг отвалилась рука или нога. Организм совершенно ничего уже не воспринимал, один день ощущался длиной в год, а с первыми лучами солнца Диана уснула, сидя на диване и положив голову на плечо Райана, к которому прижалась в поисках хоть капли тепла и надежды.       Весь следующий день мелькал перед глазами цветами, людьми, домами, голосами, как размотавшаяся пленка. Сидеть и ждать результата было физически невозможно, поэтому отчаявшаяся Диана носилась по городу в поисках призрачной надежды и хоть какого-нибудь намека, что с Соней все хорошо. Город оставался равнодушным к ее попыткам, поискам и слезам, никак не реагировал на кулаки, которые лупили по кирпичной стене дома в бессильной ярости и беспомощности, к сидящей на дороге девушке с окровавленными руками, которыми она закрыла бледное лицо. Днем к Диане присоединилась Беатрис, обеспокоенная не меньше самой Дианы, но выражала она это, в отличие от Ди, очень шумно. В итоге у Дианы разболелась голова от ее воплей, и она попросила свободы – пошла в приют. Уже стемнело. В приюте никакой информации не было, Райан тоже молчал, а Диана все больше погружалась в темно-зеленую воду отчаяния.       Так прошло два дня. Диана таяла, иссыхала, почти не ела и не спала. Все мысли были заняты только Софией, которую никто так и не нашел, не видел и не слышал о ней. Райан говорил что-то про камеры наблюдения в магазинах, про какую-то чушь – Диана его не слушала. Потому что по лицу видела – результата нет. За эти дни Диана несколько раз видела Стива. Он звонил ей, спрашивал, поддерживал. Диана механически говорила спасибо, но рыдать в трубку себе не позволяла. Пару раз он спрашивал, почему ее нет дома, но Диана не хотела возвращаться туда. Один раз зашла за вещами, а все остальное время проводила, носясь по городу в панике и ужасе. Спать приходила к Райану домой, а с первыми лучами солнца снова уходила. Маркус звонил и спрашивал, что слышно. А ничего! Ничего не было слышно!       Пропавшего ребенка не было нигде! Никаких следов! Начать даже не с чего! Тетрадка была изучена столько раз, что Диана уже наизусть помнила все, что там написано, но никаких подсказок. Фраза «Розочка. Я помогу.» сбивала с толку и топила в чувстве вины. Она уже была выжжена на черепе вместе с помаркой у буквы «п» и кривыми линиями остальных букв. Диана представляла, размышляла. И умирала от страха за жизнь и здоровье своей рыжей малышки. Она чувствовала себя бабочкой, которая запуталась крыльями в паутине – в своей топи отчаяния. И в этот день случилось то, чего она боялась, и то, о чем молилась…       Диана пришла домой за своими вещами поздно вечером.       Ее высокий вскрик раздался эхом по этажу, а она уже бежала к двери, спотыкаясь о собственные ноги. Через секунду она уже схватила в руки плюшевого коричневого мишку. Смотрела на него, как на благословенье и как на проклятье одновременно. Диана разглядела игрушку со всех сторон и заскулила. Грязный, испачканный, замусоленный… Боже, Софочка… Где же ты? Диана прижала игрушку к груди, словно надежду, ниточку, и села у двери. У Дианы было чувство, что ее засунули под пресс, а теперь давят. Медленно. Слишком медленно, чтобы умереть, но достаточно, чтобы замучить. Шуршание у груди заставило Диану отвести игрушку от груди, и из под сцепленных плюшевых лап на пол упал листик. Белый, обычный. Протянутая рука дрожала, игрушка выпала из рук.       «С ней все будет в порядке, если ты будешь вести себя тихо и делать то, что тебе велят.»       Все будет в порядке. Время остановилось. София жива! Диана закашлялась и тут только поняла, что не дышала. Жива! Самое страшное, о чем даже думать было нереально, это не правда! Софа жива! Диана огляделась, стирая с щек слезы. Ее лицо было иллюстрацией противоречий: слезы и улыбка, гримаса страха и облегчения. А вокруг – никого. Слова «вести себя тихо» были подчеркнуты, словно еще раз предупреждали. Тихо. Ди была согласна на все, что угодно, лишь бы с Софой все было в порядке. Острые буквы впиявились в поджилки Дианы медицинским скальпелем и пустили ее кровь. Девушка подняла игрушку, измученно прислонилась к двери и замерла…