Справиться лучше, чем раньше

— Ты выглядишь не слишком-то удовлетворённым своей нынешней жизнью, — это было первое, что Энджи услышал, когда пришел домой. Свет выключен, за исключением кухонной лампы, лицо Рей наполовину погружено во тьму. Он подозревает, что недостаток света обусловлен попыткой скрыть полный бардак, который сейчас царит в доме. По всем диванам в гостиной лежат пледы, некоторые углы приклеены скотчем к стенам, подушки сложены так, что даже Энджи догадывается, что они должны обозначать замок. Поспешно сделанный и так же поспешно сброшенный за ненадобностью костюм дракона (по его подозрениям, как раз размера Натсуо) только подтверждает предположение, что ничего продуктивного здесь за те три дня, что его не было, не происходило. Аромат травяного чая висит в воздухе, поднимаясь вместе с паром из изящной китайской кружки Рей. Прежде голая дверца холодильника привлекла его внимание — теперь она была скрыта за рисунками. По пути Энджи оглядел их и получил неопровержимое доказательство того, что тем, кто провёл неизвестно сколько часов в глупом костюме рептилии, был Натсуо. На каждой картинке, занимавшей ранее пустое место, было пять человек, Рей и их дети. У всех были одинаковые хулиганские ухмылки, даже у тихого маленького Шото и нездорового Тойи. Единственное фото отражало их пятерых, рядом было сделанное впопыхах дополнение. Аккуратный рисунок чёрной и красной ручками, его собственная фигура, прижимающая злодея к полу (значит вчера они смотрели новости). Осознание, что автор рисунка Фуюми занимает у него больше времени, чем должно. Когда его единственная дочь последний раз рисовала что-то для него, даже что-то, что не было прямым отражением его геройской работы? — Прости, это было ужасным приветствием. Поздравляю с тем, что ты закончил свою работу, мы все смотрели новости. Я рада, что ты наконец вернулся домой, — Рей улыбнулась, и эта улыбка тёплая, гораздо теплее, чем он мог ожидать от неё после последних нескольких месяцев. Несколько секунд ему требуется, чтобы осознать, что кажется ему незнакомым — её слова искренние. Она действительно рада, что он вернулся. Это действительно непривычно. Энджи скрестил руки на груди и прислонился к стене, заставив пламя на лице опасть. Он не будет чувствовать себя некомфортно в собственном доме. Он умеет адаптироваться, он поймёт, как ему относиться к этой… странной версии Рей. Это нельзя назвать улучшением, но и ухудшением назвать нельзя. Просто кое-что новое. — Что-то продуктивное происходило, пока меня не было дома, — это не вопрос, а требование информации и по тому, как губы Рей сжались в тонкую линию, видно, что она это поняла. — Ну, я узнала наших детей, было весело, и Шото освоил ту штуку с резким разворотом, которой ты пытался его научить. — Он что? — его младший сын не мог с этим справиться последний месяц, откровенно говоря, Энджи не слишком серьёзно воспринимал его тренировки. По причине того, что у него было трое провальных детей (на самом деле два с половиной, Тойя был почти идеален, почти) он ещё не составил расписание тренировок для Шото. Ему необходимо быть уверенным. Он не собирался бессмысленно тратить своё время, только не снова. Тем не менее, что могло быть причиной того, что Шото наконец преуспел в выполнении этого движение в тот день, когда его не было, чтобы проверить, правильно ли он его выполняет? — К вопросу о наших детях, — Рей погрузилась в размышления и полностью проигнорировала его вопрос, её лицо потемнело, становясь серьёзнее. — Что происходит с Тойей? Никогда, ни разу за двенадцать лет, которые они были женаты Рей не говорила с ним таким тоном. Никогда она не требовала информации так, чтобы это очевидно просвечивало сквозь формулировку вопроса. Это потрясло его больше, чем любой из ударов злодеев, который он когда-либо получал. — Что? — Я… Я не знаю, как это объяснить. Но он гораздо более закрытый, чем остальные, и я не думаю, что дело в том, что он самый старший. Он не так сильно веселится, как другие, и… Я не знаю. Он болен? — она сложила руки на коленях, в кружке осталась только половина чая, Рей обратила всё внимание на него. Это не привычное по прошлому робкое сомнение. Нет, в ней есть уверенность, стойкость, которую не может оправдать никакая амнезия. В больнице проверили, в её разуме не было внешнего влияния, ничего, что можно было бы им назвать. Такой Рей была до того, как они встретились, прежде, чем она узнала, что в будущем её ожидает брак, основанный на причудах? — Доктора должны были тебе сказать. — Они дали мне основную информацию обо мне, включая то, что у меня четверо детей. Я не знаю, почему мы поженились, какой характер у каждого ребёнка, что является нормальным бытом в этой семье, я не знала, что Натсуо не любит кукурузу до вчерашнего вечера. Мне надо узнать так много и я просто пытаюсь справиться с этим. Рей ударила кулаком о свою ладонь и улыбнулась ему. Энджи не мог вспомнить, когда это случалось в последний раз. Возможно, это и заставило его признаться в том, чем на самом деле была их совместная жизнь. — Мы вступили в брак, чтобы наши дети были сильными и смогли стать героями, — герой номер один остался не упомянутым, но это и не та тема, которую следует затрагивать сейчас. — Натсуо и Фуюми унаследовали твою причуду — лёд, Тойя демонстрирует мутацию моей причуды, но он унаследовал твоё слабое телосложение, — он был почти идеален. Почти. Всё выглядело так многообещающе, огненная причуда сильнее его собственной. Но потом тело оказалось не в состоянии её выдержать. — Значит, это что-то связанное с генетикой, — продолжила Рей прижав большой и указательный палец к подбородку, нахмуривая брови. — Что мы уже пробовали, чтобы справиться с этим? Что? — Что? Теперь она смотрела на Энджи с выражением лица, которое вызывало у него раздражение. — Что мы попробовали, чтобы справиться с этой проблемой в генетике? Было что-то, что хотя бы немного помогло? Как долго Тойя демонстрировал наличие этой проблемы… Мы же пытались что-то сделать, да? Она сказала это, как будто они были командой, как будто она имела какое-то отношение к тренировкам Тойи. Тишина, некомфортное молчание продолжало висеть между ними. Энджи не хотел возвращаться к этому, он мало что мог сказать на эту тему. Не тогда, когда Тойя доказал, что с таким телом его можно считать провалом, а Натсуо и Фуюми бесполезно даже рассматривать. Все его надежды теперь лежат на маленьких плечах Шото. Шото, который наравне демонстрирует черты обоих родителей. Возможно, четвёртый раз будет успешным. — Если я тебе понадоблюсь, я буду наверху. *** Когда он поднялся наверх, Рей не было в их кровати. Ему понадобилось три попытки (не в ванной, не в комнате Шото) чтобы найти её. Она свернулась вокруг Тойи, его нескладные подростковые руки обнимали её за шею, он уткнулся ей в плечо лицом и на его лице дорожки от слёз. Рей во сне прижимает его к себе, как если бы он был единственным, что было неизменно в её жизни. Энжди ушел спать с тяжестью в груди, которой ранее там не было.