Справиться лучше, чем раньше

Шото внимательно смотрел за мамой. Никогда раньше она не улыбалась так много. С тех пор, как она вернулась из больницы (о чём он старается не думать, он помнил атаку, помнил, что мама заблокировала её льдом, но ударилась головой и вокруг было очень много крови) многое изменилось. Не в плохую сторону. Шото не мог вспомнить, когда они в последний раз так весело проводили время. Даже Тойе понравилось, а Тойя гораздо старше, чем Шото (как и остальные его родственники, даже Натсуо на четыре года старше и он старается, чтобы Шото об этом не забывал), но он тоже смеялся. Шото не помнит, чтобы после того, как отец уходил, мама поднимала его с земли для чего-то кроме объятий. Но сегодня, сегодня мама играла с ним в полёт, высоко его подняв, и ему было очень весело. Он знал, что его причуда не будет связана с полётом, но тогда правда было хорошо. Шото высунулся из своей спальни, внимательно посмотрел на дверь комнаты, которую делили мама и отец и сжал губы в тонкую линию. Возможно, она там… но отец его пугал. Иногда мама спит, иногда не спит. Последние дни, пока отец отсутствовал, они все спали внизу, на куче подушек. С одной стороны от Шото был Тойя, с другой мама. Они все спали на руках мамы, которые она широко распахнула — Натсуо и Фуюми с одной стороны, Шото и Тойя с другой. Шото было уютно, он засыпал почти сразу. В последнюю ночь было сложнее, но мама сидела с ним, пока сон не пришел. Мальчик даже не был расстроен, что лёг спать первым. Шото тихо ступил на деревянный пол и пошел в комнату Натсуо — его старший брат спал. Он даже немного сопел, свесив ногу с кровати и уткнувшись лицом в подушку. Продолжив движение он подошел к комнате Тойи и остановился. У его старшего брата были красные волосы — как у их отца, и, в некотором роде, у самого Шото. На его кровати не должно быть белых волос. Шото осторожно открыл дверь до конца и увидел маму спящей на кровати Тойи-нии. Это странно, Тойя уже подросток, он ясно дал понять Шото, что не нуждается в том, чтобы с ним обращались, как с ребёнком. Он почти что взрослый, и поэтому Шото должен его слушаться. Тойя покосился на него и прижался еще ближе, и Шото проскользнул в его комнату. В комнате Тойи было не слишком много вещей, много заметок из школы, много книг, несколько видеоигр и футбольный мяч. — Шото? — он снова повернулся к кровати и с удивлением увидел, что мама наполовину повернула голову к нему, шепот исходил от неё. — Мам, почему ты в кровати Тойи? — У Тойи вчера была плохая ночь, так что сегодня он получил от меня специальные материнские объятия. Ты не можешь стать слишком взрослым для них, слышишь, Тойя? — с другой стороны от мамы раздалось низкое ворчание, красные волосы Тойи сдвинулись, из-за плеча мамы на него уставились сонные голубые глаза. Тойя выглядит нехорошо, хуже, чем обычно. Шото ещё маленький, но даже он знает, что Тойя не в порядке, не сейчас. Ему нехорошо уже несколько лет, Шото не может вспомнить, когда его старший брат был настолько полон энергии, как Натсуо. — Знаешь, — мама перекатилась и оказалось на спине, всё ещё прижимая Тойю к боку. — Возможно, ему так же нужны специальные объятия младшего братика. — Подожди… Шото не уверен, что ещё Тойя собирался сказать, он был слишком занят тем, что забирался на кровать, перелез через маму и занял между ними. Он обхватил Тойю вокруг груди, насколько смог. Это ощущалось странно — с левой стороной всё было в порядке, но правая рука ощущалась холодной, потому что температура тела Тойи была гораздо выше. — Так достаточно хорошо? — спросил Шото, глядя в лицо Тойи-нии. Его лицо покраснело и губы сжались в тонкую линию, но он не стал выглядеть как отец от этого. У них обоих были голубые глаза, но у Тоий они выглядели довольными. Радостными. Счастливыми. — Давай уверимся окончательно, обнимательная комбо атака матери и сына! — объявила мама прежде чем обнять их обоих и притянуть их к себе. Шото хихикнул, оказавшись между ней и Тойей. Тойей, который не фыркнул, а сдвинулся так, чтобы его руки обнимали их обоих. Шото не может вспомнить, когда последний раз Тойя обнимал его, подавляя смех, как сейчас. *** Они спустились вниз втроём. Мама проверила Натсуо и Фуюми, но они еще спали. Шото повис на маме спереди, как маленькая обезьянка, одной рукой она обхватила его, другой подхватила под ноги Тойю, который повис на её спине, устало положив подбородок ей на плечо. Шото надеется, что ему скоро станет лучше, ему не нравится, насколько вяло Тойя выглядит, особенно учитывая, как вчера было весело со старшим братом. И Тойя даже был не в самом лучшем состоянии. Когда ему станет лучше, то будет ещё веселее, ведь да? Шото дал маме усадить его на его обычное место, подушка на стуле достаточно высокая, чтобы он мог достать всё, что стоит на столе. Тойя сполз с маминой спины и забрался на свой стул, уложив на стол руки, а потом голову, как на подушку. На столе была еда, которую мама не готовила. Её снова заказал отец? Шото осмотрел еду, после чего взглянул в другой конец комнаты, на дверь кабинета отца. Он одет в футболку такого же цвета, как его геройский костюм. Шото снова перевёл взгляд на стол, ощущая дискомфорт. Он не… Не слишком уверенно ощущал себя рядом с отцом. Особенно зная, как тот обращался с Тойей-нии, Натсуо и Фуюми. — Ешьте. Сегодня у нас назначено обследование. — Обследование? — повторила мама, поставив тарелку, которую наполнила едой перед Шото. На его тарелке соба и яйцо-пашот. Может мама и потеряла память, но учится очень быстро. Она запомнила его любимую еду, о которой он сказал только три дня назад. — Я думала, что кроме ежемесячных проверок я со всем разобралась. — Да. Это для Тойи, — от этого Тойя-нии замер, не донеся жареную рыбу до рта. Шото моргнул, обдумывая папины слова и кивнул. Это имеет смысл, Тойя болеет уже некоторое время. Возможно, ему следовало сходить к доктору раньше. Шото не помнит, чтобы он это делал, хотя однажды был случай, когда к ним приходил весёлый мужчина в белом халате, и то, он помнит это, потому что мама старалась держать их подальше от этого мужчины. — Я думал, что со мной всё безнадёжно, — пробормотал Тойя и его тон был… холодным. Как лёд, который может создавать Фуюми, только это голос Тойи. Тойя не может создавать лёд, он создаёт огонь, который даже горячее, чем папин. Но сейчас он делает это не слишком часто. — Я думал, что нет смысла тратить время на провальную попытку. — Прова… — мама остановилась на середине слова, и уставилась на отца своими серыми глазами, на её лице отразился гнев. Она так и не села за стол, вместо этого обогнув его, чтобы положить маленькую, хрупкую руку на плечо Тойи. Она произнесла, требуя, а не спрашивая: — Мы поговорим об этом, — и отец кивнул, действительно восприняв её всерьёз вместо того, чтобы усмехнуться в ответ. Шото не уверен, что изменилось, не уверен, что происходит. Он не уверен, нравится ему это или нет. Всё, что он знает, это то, что мама вернулась из больницы, и она непривычно яркая, намного ярче, чем он когда-либо её видел. И вот это ему нравится.