переписать звёзды

— И ты уже подал документы? - спрашивает Сынкван, устроившись на кровати и стараясь игнорировать Джонхана, повисшего на шее Сунёна так, словно они наедине. Сунён пропускает слабую улыбку и приобнимает парня за талию, позволяя тому уткнуться в шею и тихонько мурлыкать от удовольствия. Сокмин поджимает губы и вздыхает: — Значит, остаётся только ждать. — И всё-таки тебе стоило поступать в Национальный Университет, - тянет Сынкван, склоняя голову на бок и хмурясь. — Он прав, - вмешивается Джонхан, немного отстраняясь и глядя ему в глаза. — С такими высокими баллами ты бы запросто туда поступил. — Я уже сказал, что это не обсуждается. Сунён говорит спокойно и уверенно, будто бы действительно решил всё уже давным-давно. Если он даст им малейшую надежду переубедить себя, то рискует потерять все те решения, над которыми он проводит свои одинокие бессонные ночи. Оно того не стоит, думает парень и сильнее прижимает к себе Джонхана. — Знаешь, это верх тупизма даже для тебя, - Сынкван переходит на открытое возмущение. — Не забывай, что я сдал физику на 97 баллов. — Но ума тебе это не прибавило! - взмахнув руками, восклицает парень и встаёт ногами на кровати. — Какой смысл поступать туда же, куда и Джонхан, если университет огромен, вы будете на разных курсах, разных факультетах, в разных корпусах?! Тем более, вы же и так собираетесь снимать квартиру вместе. В этом просто нет смысла. Лишать себя всех возможностей ради времени друг с другом, которого даже не прибавится от этого! — А он дело говорит, - подключается Сокмин. — Пару месяцев назад я не мечтал даже о поступлении в один университет с Джонханом. Мне это всё не нужно, ребят, - он вздыхает и переводит взгляд на Джонхана, в чьих глазах видится детское недоумение вперемешку с щенячьей преданностью. Он так чертовски красив, когда смотрит на него вот так. — Правда не нужно. Сокмин и Сынкван обмениваются горькими взглядами — им больше ничего не остаётся. Может, Сунён и прав, поступая так. Все эти возможности и престиж, за которыми каждый гонится, не соответствуют ему, не входят в круг интересов. Только ребята переживают о том, что кроме Джонхана в этот круг вообще больше ничего и не входит.

***

Небо совсем потемнело, и лишь еле заметное желтоватое свечение на горизонте как остатки прожитого дня напоминают о том, каким тяжелым он был. — А говорил, что сядешь на диету, - подаёт голос Джонхан, оборачиваясь и ловя Мингю шуршащим уже второй пачкой чипсов. — Кто бы говорил, - кривляется парень, - ты три бургера слопал! — Ему это только на пользу пойдёт, - Сынчоль, идущий позади, ухмыляется, переводя взгляд с одного парня на другого. — Видимо, кое-кто неисправно выполнял свои приседания. Джонхан разворачивается и бросает в Сынчоля картошиной, стиснув зубы и замахиваясь кулаком. Тому удаётся увернуться и спрятаться за своего высокого друга, минуя остальных двух парней из их компании, имена которых даже Джонхан плохо знал. — Ты поаккуратнее, - непринуждённо говорит Мингю, закидывая чипсы в рот. — Будешь так говорить, он тебя исправно отправит на больничную койку. — Ещё чего, - фыркает Чхве и самоуверенно выглядывает из-за его спины. Джонхан поворачивается и продолжает идти спиной вперёд, только чтобы иметь лишнюю возможность пригрозить надоедливому парню. — Все мои дни, проведённые в спортзале, не дадут ему это сделать. — Ну, вот, опять, - закатывает глаза один из парней, которого, предположительно звали Вону. Кажется, Джонхан не так часто видел его с Сынчолем, но на деле, они, вроде как, хорошие друзья. — Хуярь по чипсине каждый раз, когда Сынчоль говорит о том, что ходит в спортзал, и заработаете ожирение за один вечер. — Нет уж, с него хватит, - Джонхан выхватывает у Мингю пачку из рук и пускается прочь бегом. — Эй, это моё, хён! - возмущённо тянет парень и тут же бросается на спасение своих снэков. Возле реки, где постепенно устраиваются поудобнее люди, занимая самые лучшие места, только и слышен, что звонкий удаляющийся смех Джонхана. Ребята нагоняют этих двоих спустя пару минут, находя их сидящими на бетонном ограждении возле реки. Удивительно, что при таком количестве людей им удалось найти это место. — Сплетничаете тут обо мне? - Сынчоль подбегает, вызывающе глядя на парней с приподнятой бровью. — Больно ты нам нужен, - фыркает Джонхан и отводит взгляд. Сынчоль улыбается, наблюдая за тем, как его взгляд путешествует в вечернее небо. Острая линия челюсти и маленький носик в сочетании с мягкими чертами лица заставляют его невольно задержать дыхание. — Блин, скоро уже начнётся, - говорит Мингю и спрыгивает с ограждения, за что получает недоумевающий взгляд Джонхана. — Я пойду схожу за выпивкой. Кто со мной? Мингю уходит, оставляя троих на берегу. Вокруг толпятся люди по мере приближения самого главного шоу в Сеуле этой ночью. Сынчоль собирает свою смелость по косточкам и садится рядом с Джонханом. Их руки лежат в считанных миллиметрах друг от друга, но этот риск подогревает кровь и заставляет по-новому почувствовать прохладный ветер на лице. — Так давно не был на этом фестивале, - подаёт голос Сынчоль, пытаясь скрасить образовавшуюся тишину. — Каждый год что-то новое. Я слышал, в прошлом году были самые красивые фейерверки. — Не знаю, - Джонхан пожимает плечами и поворачивает голову. Щурит нос от того, как волосы из-за ветра надоедливо лезут в глаза. С непривычки трудно игнорировать — у него слишком долго были длинные волосы, так что расстаться с удобством просто завязать их в хвост оказывается гораздо сложнее, чем он думал. — Я никогда на них не был. — Серьёзно, что ли? Ты первый раз на фестивале фейерверков? - Сынчоль удивляется. — Я из маленького городка, - говорит он. — Мои родители редко ездили в столицу, а если и ездили, то вдвоём, и оставляли нас с сестрой бабушке. — У тебя есть сестра, - делает вывод, склонив голову на бок. — Да, Ёджин, ей тринадцать. Вы бы с ней сошлись, - он на какое-то время замолкает, слишком поздно взвешивая все «за» и «против» в своей голове. — Сошлись? — У неё такое же шило в заднице. Всё и везде нужно узнать, услышать, везде побывать, обо всём поговорить. Но она такая умная для своих лет. Я никогда не видел, чтобы ребёнок так много знал о соулмейтах. Мне кажется, я в её возрасте столько не знал. — Могу поспорить, она такая же красивая, как и ты, - вдруг произносит Сынчоль, и Джонхан коротко смеётся, качая головой. Ломается под мягкой улыбкой парня и опускает взгляд себе в ноги. — Ты, наверное, скучаешь по семье. — Есть немного. С моим расписанием трудно даже выходные выбить, чтобы съездить домой. — Конечно, - тянет Сынчоль, а в глазах играет огонёк. — Такой занятой, ведь у тебя такие важные дела со мной были на том диване. Джонхан громко смеётся и прячет взгляд. — Мингю бы меня убил, если бы я тогда с ним не пошёл! — Да, а я бы убил Мингю, - Сынчоль подхватывает его смех. Джонхан только сейчас замечает, что его друг — Вону — куда-то пропал. Думает, что это всё наверняка вновь подстроено, но слишком быстро отбрасывает эти мысли. В конце концов, это всё с самого начала было подстроено Вселенной. — Ну, а ты? - спрашивает он, болтая ногами. Сынчоль приподнимает бровь в непонимании. — Ты ведь тоже не столичный. Тэгу, да?.. — Да, - отвечает он и опускает голову. — Я живу здесь с моей тётей. У родителей бизнес в Тэгу, им неудобно было бы переселяться, а мне нужно было дать хорошее образование. Так они сказали и отправили меня в лучшую школу Сеула. — Тогда как же ты оказался в нашем универе? - Джонхан усмехается, сам прекрасно зная, что их университет далеко не самый первый в списке. — Действительно ли хорошее было образование? — Не тот вопрос задаёшь, - Сынчоль ухмыляется и откидывается слегка назад, упираясь руками. Задрав нос, наслаждается интригой, что искра за искрой зажигает сердце Джонхана и ночные небеса, когда над головами раздаётся первый хлопок. Джонхан хотел бы узнать, какой вопрос следует задавать. Потому что ему всю жизнь кажется, что он задает не те вопросы. В глазах Сынчоля сверкают разноцветные огни, и парень поднимает голову наверх, наблюдая тысячи фейерверков, что разрывают ночное небо над рекой. А Джонхан смотрит в его глаза и действительно видит то, о чём пишут в книгах, — ответы на все свои вопросы. Время отсчета, точка невозврата. Джонхан поднимает голову в небеса и чувствует, как приятно разрывает лёгкие. Будто целые Вселенные столкнулись над ними, лишь вы выиграть им ещё немного времени. Может Джонхан медленно, но верно теряет рассудок. А может находит его.

***

Утренняя лекция по латыни в понедельник никому не кажется такой привлекательной. Особенно студентам первого курса во втором семестре. Особенно, если не отмечают. Но Мингю и Джонхан исправно приходят в аудиторию к восьми утра за десять минут до начала, потому что им приходится использовать каждую возможность забить ненужное время работой над проектом. В аудитории уже сидит парочка избитых зубрил на первых рядах, но ребята, как всегда, занимают последние. — Да уж, посещаемость у вашего потока оставляет желать лучшего, - прискорбно замечает преподаватель, стоя у микрофона и разочарованно качая головой. — Самые стойкие, я вам буду должен зачёт. У меня память на лица хорошая, - мужчина смеётся и отвлекается в следующую же секунду, когда дверь открывается, и в аудиторию заходит опоздавший. — Проходите, садитесь. Мест много, не стесняйтесь. Все присутствующие чисто из подсознательного интереса поднимают головы на вошедшего и тут же опускают. Все, кроме Джонхана с Мингю. Они тут же обмениваются недоумевающими взглядами, когда в аудиторию заходит Джихун. В своей любимой чёрной худи, с мешками под глазами и полусонным видом, но после стольких недель отсутствия и полного игнорирования это всё-таки он, и он всё-таки здесь. — Это Джихун! - шепчет Мингю, наклоняясь немного ближе к Джонхану. — Капитан очевидность, я вообще-то не слепой, - напоминает парень, наблюдая за тем, как тот поднимается и занимает место в самом дальнем углу аудитории. Джихун садится и кладёт портфель на стол, окидывая помещение взглядом и сталкиваясь с парой любопытных глаз. Игнорирует их и кладёт голову на портфель, явно намереваясь доспать то, что не позволило ему черт знает что. Ребятам очень хочется с ним поговорить. Мингю — насчёт проекта. Джонхану — не только. В глазах Джихуна он не видит ничего хорошего, и дело не только в синяках и мешках. В аудитории царит необыкновенное спокойствие. Преподаватель на половине лекции выключает микрофон, заметив, что по-настоящему слушают его лишь студенты первых рядов. Голова освобождается от ненужных посторонних шумов и сосредотачивается на работе. В перерывах между короткими беседами с Мингю, уточнением материала и сверкой с источниками, Джонхан позволяет себе взглянуть в окно. Здания под утренним солнцем, людные улицы и осенние деревья, ярко вплетённые в хмурый городской пейзаж. Осень здесь совсем не такая, как в его городе. От части может из-за того, что он никогда не наблюдал её с высоты пятого этажа, а может потому, что он стал смотреть на неё по-другому. Джонхану приходит сообщение, вырывая его из пушистых облаков полёта мысли, и он глядит в экран, увидев имя Сынчоля. Сынчоль (9:01) Доброе утро~ Форточка? Мингю подсматривает и читает сообщение, переводя любопытный взгляд на парня и ловя его прямо во время того, как он блокирует экран, выбрав проигнорировать. — Что? - недовольно шепчет Джонхан под напористым взглядом. — Ты не можешь его просто проигнорировать! — Могу, и это то, что я сделаю, - он гордо задирает нос и возвращает своё внимание ноутбуку. — Он твой соулмейт! — Нет метки, нет соулмейта. — Это не так ра.... — Отъебись. Мингю делает, как велели, и сдаётся. В конце концов, уговорить Джонхана можно и за пару минут, но если тот сопротивляется уже больше полугода, то, вероятно, уже ничто не сможет изменить его мнение. Сынчоль (9:03) Ты онлайн Почему ты меня игнорируешь ТТ Йа!!!!!!!!!!! Юн Джонхан >:( Я ведь тебя всё равно найду, у меня есть твоё расписание! Сынчоль (9:04) Я ворвусь к тебе на лекцию!! Хочешь этого?? Эй!!! Телефон Джонхана разрывается сообщениями. — Ты можешь что-то сделать, а то стол уже похож на огромный вибратор?! - жалуется Мингю, характерно (но негромко) стукнув руками по столу. Джонхан дуется и нехотя берёт телефон, заходя в сообщения и печатая ответ.

Джонхан (9:05) Прекрати мне писать.

Сынчоль (9:05) Злюка :( Буду ждать тебя возле универа. Не иди в эту вонючую столовку, у меня для тебя сюрприз.

Джонхан (9:06) Что бы это ни было, иди нахуй. Я не люблю сюрпризы.

Сынчоль (9:06) Ладно, я тебя и сам найду. Не отвертишься :D Джонхан кривится на глупые смайлики, которые присылает Сынчоль и откладывает телефон. У Мингю уже голова кругом идёт от всех этих игр в кошки-мышки, поэтому всё, на что он способен, это устало опереться подбородком в руку и тяжело вздохнуть. Джихун вдруг встаёт со своего места и без слов направляется вниз. Джонхан и Мингю поворачивают головы, уставившись на парня и провожая его до самых дверей. — Нам скоро проект сдавать, - напоминает Мингю. — Джихун поработал с нами от силы раза три. — На нём ведь только оформление. Ему и не обязательно. — Чтобы оформить, нужно хотя бы знать, о чём идёт речь. Нужно быть в процессе, понимаешь? — Хорошо, тогда зачем ты это мне говоришь? Пойди и скажи ему, - Джонхан становится более раздражённым, небрежно кивая на двери. — В прошлый раз он пригрозил мне ножом, когда я пытался с ним поговорить. Так что лучше иди ты. Он как раз вышел в туалет, наверное. — В коридорах никого нет, это потенциальная возможность меня зарезать и быстро скрыться, - замечает Джонхан, обиженно надув губы. — Он не станет тебя убивать. По-моему, он ненавидит высоких людей. — А по-моему — тупых. Мингю поражённо толкает Джонхана, который начинает заходиться довольным тихим смехом. А поговорить всё-таки нужно, думает парень. Даже не столько об этом дурацком проекте, сколько просто поговорить. Собравшись с силами, он встаёт и тихо направляется следом за Джихуном, под мимолётный взгляд преподавателя покидая аудиторию. В коридорах и правда никого нет, и Джонхан проходит через весь этаж, находя в самом конце дверь с вывеской мужского туалета. Ещё раз осматривается по сторонам на случай выловить Джихуна где-то в коридоре, но вокруг так пусто, что стук его собственного сердца отдаётся эхом от стен. Он поворачивает ручку и открывает дверь, заходя внутрь. В туалете стоит Джихун. Первое, что замечает Джонхан, это поднятые рукава толстовки и руки по локоть в крови. Парень стоит над раковиной и резко оборачивается на шум, едва успев пересечься взглядом с вошедшим хёном, как вдруг срывается с места и пускается бегом к кабинкам. Джонхан, рефлекторно рванув следом, пытается предотвратить его попытку скрыться, но успевает лишь коснуться двери, когда слышит щелчок — Джихун заперся. — Джихун! Открой! Я хочу поговорить! — Уходи. Голос Джихуна звучит на удивление спокойно, от чего Джонхан чувствует, как мурашки ползут по коже, холодом обволакивая каждую клеточку тела. Что-то определённо не так, и теперь он ощущает это всем своим телом, отчаянно борясь с желанием что-то сделать и не лезть не в своё дело. Он возвращается к зеркалам, подойдя ближе и глядя на залитую кровью раковину и ведущие от нее кровавые капли к кабинке. — Джихун, всё в порядке? - его голос слегка дрожит в не совсем удачных попытках сохранять спокойствие. — Всё хорошо. Пожалуйста, уйди. — Может, позвать на помощь? Ты же... ты же истекаешь кровью! - он отходит от раковины и возвращается к кабинке. — Нет! - Джихун слегка повышает голос. — Просто уйди! — Я хочу помочь! — Ты мне сейчас очень поможешь, если уйдёшь и никому об этом не расскажешь, - Джихун стоит, прислонившись лбом к двери, и принимается разматывать рулон туалетной бумаги, напряжённо наматывая на руку в попытках остановить кровь. Джонхан молчит какое-то время, а позже сдаётся — его руки связаны. Он чувствует, что не должен соглашаться, но не может иначе. Делает пару шагов назад и, развернувшись, на ватных ногах покидает туалет. Бумага впитывает кровь слишком быстро, насквозь промокая и становясь бесполезной за считанные секунды. Джихун отматывает половину рулона, когда осознаёт, что это бесполезно. Кривится и, стиснув зубы, раздражённо сносит рулон вместе с подставкой. Та с грохотом падает на плиточный пол, и парень беспомощно сползает вниз. Прикрывает глаза, хмурится и пытается отдышаться.

***

Вооружившись большой кружкой кофе, тёплой домашней худи и широкими штанами, которые сползают во всех положениях, кроме сидячего, Джонхан хрустит пальцами и лениво потягивается на стуле. — Ну, что? Погнали? - он кладёт одну руку на мышку, а второй надевает очки. Глядит в монитор на открытый видеозвонок по Скайпу и ещё две такие же уставшие и сонные физиономии. — Сколько у тебя? - Мингю сидит за своим столом, освещённый настольной лампой, наверное, слишком близко к камере, но у ребят слишком много забот, чтобы зацикливаться на подобных мелочах. — Две тысячи пятьсот слов по одному сочинению и три тысячи слов по второму, - Джонхан сворачивает звонок и открывает пустой Word. — Как ты успеешь к экзамену? - Сынчоль поднимает голову и смотрит в экран с недоверчивой улыбкой — он единственный, кто уже приступил к делу. — Экзамен в девять, а сейчас, - парень опускает глаза на время внизу экрана, - десять вечера. Я думаю, это возможно. — А я думаю, ты самоубийца. — Сказал тот, кто собрался со мной всю ночь сидеть над долгами. Сынчоль закатывает глаза и усмехается. У них у всех завтра экзамен, только вот у Джонхана к нему не хватает двух важных сочинений, Мингю не доделал индивидуальный проект, а Сынчоль просто ничего не выучил. Ребята решили, что если будут делать это вместе, то обеспечат себе гарантию продуктивности и точно случайно не заснут. По большей мере это касается Джонхана, который засыпает в ту же секунду, как его голова касается горизонтальной поверхности. Джонхан печатает название сочинения и задумчиво подпирает голову руками. Беспомощно глядит на пустой лист и пытается собрать слишком обобщённые идеи в голове в слова. Сынчоль пользуется моментом и рассматривает его такого мягкого и уютного в плохом качестве на экране. Его волосы торчат из-под капюшона от худи, и Сынчоль находит чертовски очаровательным то, как Джонхан заползает тонкими пальцами под очки, чтобы протереть слипающиеся глаза. — Ты что, только что лайкнул мою фотку? - хмурится Мингю, заглядывая в экран своего телефона и переводя взгляд на Джонхана, испуганно уставившегося в свой монитор. — Может быть. — Чувак, - возмущается парень. — Час ночи, в самом деле. Сколько ты уже написал? Джонхан задумчиво вытягивает губы трубочкой и глазами ищет среди всех открытых вкладок нужную ему. Открывает и гордо принимает осознание своей ошибки. До сих пор написано только название. — Блять. Сынчоль смеётся, прекрасно поняв, что к чему, потому что всё это время чаще поглядывал на него на экране, чем на свои конспекты. — Слышишь, ты! Давай, пиши, а то если тебя отчислят, кто будет защищать меня от Джихуна? - Мингю снова подвигается слишком близко к камере, и теперь это вызывает улыбку на лице Джонхана. — Зато если меня отчислят, я больше не буду иметь дело с Сынчолем! - с театральной радостью произносит парень и выпрямляется на стуле. — Йа! - тут же следует возмущённый возглас Чхве. — Я, между прочим, и есть причина, по которой тебя не отчислят! — Кто знает, может нас обоих отчислят, и нам придётся жить в одной коробке. — Тогда ты точно не сможешь отказаться от того, чтобы со мной пообедать! — Что ж, у меня только что появился стимул закончить эти сочинения, - спохватывается Джонхан и стучит пальцами по клавишам, притворяясь, что пишет. Мингю звонко смеётся и заставляет этих двоих заткнуться и заняться делом. Джонхану удаётся выдавить из себя лишь парочку абзацев и на какое-то время проконтролировать свои порывы открыть ещё одну бессмысленную вкладку. Его мозг страдает, и парень пытается запить это ужасным растворимым кофе. Ему никогда не хватало особой усидчивости, его темперамент просто не позволяет ему выполнять большую работу всю целиком и сразу. И он прекрасно знает, что ему следовало растянуть это на тот месяц, который у него был для подготовки, но вот он здесь и сейчас пожинает плоды своих сомнительных решений. И как иронично то, что Сынчоль — как раз одно из них. — Какой же я голодный, - Джонхан отрывает пальцы от клавиатуры и подпирает руками голову. Устало вздыхает и закрывает глаза в несчастной гримасе. — Сходи, поешь. — У меня ничего нет, - говорит парень. — Джошуа улетел на эту неделю к себе, туда, в Америку, и теперь некому покупать продукты и что-то готовить. Я уже третий день сижу на быстрой лапше, и насколько я помню, я сегодня съел последнюю упаковку. — Сходи в магазин, - предлагает Мингю, не отрывая взгляд от каких-то записей. Джонхан разблокировывает телефон, чтобы глянуть на время. — Три часа ночи, - заявляет Джонхан. Ближайший круглосуточный в миллиардах километров отсюда. — Макдональдс должен работать, - предполагает Сынчоль и действительно уделяет внимание их видео звонку. — Разве? По-моему, тот, что в паре кварталов отсюда, до двух только, - Джонхан берёт мобильник и заходит в интернет, чтобы проверить свои предположения. Он замолкает на какое-то время и бездумно, на первый взгляд, листает ленту. — О, там работает МакДрайв! - он воодушевляется, выпрямляясь на стуле. — У тебя нет машины, - напоминает Мингю. — А можно заказать такси и попросить, чтобы меня провезли через МакДрайв? - парень задумчиво устремляет взгляд в потолок. — Есть план получше, - Сынчоль ухмыляется, заставляя того подсунуться ближе к экрану во всей своей заинтересованности. — У тебя есть я. — Сынчоль, сейчас не время... — Нет, я говорю буквально. У меня есть машина.

***

— Двойной чизбургер, наггетсы, большую картошку, большую колу, и... вишнёвый пирожок, пожалуйста. Сынчоль сидит за рулём, прижатый к спинке кресла и затаивший дыхание. Джонхан, удобно устроившись на его коленях, высунулся в окно для того, чтобы сделать заказ. Он посчитал это необходимым, ведь кричать с пассажирского ему совсем не хотелось. — Так, давайте проверим. Двойной чизбургер, наггетсы, большая картошка, большая кола и вишнёвый пирожок, - раздаётся голос из стенда с меню. — Ага! - довольно отвечает парень и поворачивает голову к Сынчолю. В салоне темно, ведь на улице глубокая ночь, но Джонхан готов поклясться, что тот заметно посинел. Парню это нравится, так что он просто продолжает широко и беззаботно улыбаться, предвкушая свой заказ. — Ну, может ты слезешь? Нам ехать нужно! - ворчит Сынчоль, явно не находящий ситуацию выгодной. Не тогда, когда прикосновения всё ещё под запретом. Джонхан хмыкает и возвращается на соседнее сиденье, наблюдая за тем, как Сынчоль ёрзает в кресле и слабо давит на газ. Даже когда автомобиль останавливается в ожидании заказа, Джонхан продолжает глядеть на то, каким напряжённым выглядит Сынчоль, еле заметно стуча подушечками пальцев по рулю и прикусывая нижнюю губу. Он мечется взглядом вокруг, пытаясь найти ему применение, и в этих попытках ловит наблюдающий взгляд Джонхана. — Что? - спрашивает Сынчоль в недоумении. — Ты забавный, - Джонхан улыбается до ушей, и эта улыбка немного успокаивает поднявшуюся панику водителя. — Забавный, значит, - фыркает он и дёргает головой. Молчит какое-то время, вглядываясь в пустое шоссе впереди. — Прозвучало не совсем довольно, - замечает Юн, выпрямляясь и настороженно хмурясь. Их взгляды вновь сталкиваются, и Сынчоль отводит свой первым. Он не хочет заводить этот разговор сейчас. Это кажется неуместным, прежде всего, и ему не хочется портить эту ночь. — Забей. — Забить? - Джонхан приподнимает бровь. — Я ведь... — Ваш заказ готов! - в ещё несостоявшийся разговор вмешивается девушка с выдачи заказов, протягивая заветный пакет к опущенному стеклу. Сынчоль поворачивается и забирает пакет, передавая Джонхану. — Спасибо! - восторженно восклицает тот, вырывая пакет из рук и тут же принимаясь шуршать им так громко, что едва ли можно было услышать слова благодарности. — Боже, я такой голодный! Сынчоль хмыкает и выезжает на шоссе, бросая короткие взгляды на парня рядом. — И ты всё это съешь? - удивляется он. — Ты меня недооцениваешь, - глаза Джонхана блестят в хитром прищуре, и Сынчоль не может не сдержать смешка. — Ну, на самом деле, я планировал поделиться. Раз уж ты решил спасти мою жизнь сегодня, то надо же чем-то оплатить, - рассказывает парень, вгрызаясь в свой бургер и протягивая коробку с картошкой водителю. Не та оплата, на которую Сынчоль рассчитывал, но рядом с Джонханом он уже привык довольствоваться малым. Рассекая ночное шоссе под оркестр из приглушённой мелодии по радио, чавкающих звуков с соседнего сиденья и неплохих попыток Джонхана подпевать песне, не зная слов, Сынчоль чувствует звёзды под ногами. Счастливая, хоть и уставшая, мордашка Джонхана, его звонкий смех и мягкий голос. Парень готов позволить ему всё, что угодно, и закрывает глаза на то, что тот пролил колу на пол. Он выглядит таким беззащитным, когда напуган, что Сынчолю невольно хочется помучить его подольше, изображая злость. До дома не так далеко, но сознание разбирает каждое мгновение на мелкие детали в отчаянных попытках продлить этот момент. В них есть что-то необычное. Что-то глубоко духовное. Как они падают друг в друга так же естественно, как их любовь была вырезана из земли. Они находятся в гармонии: сердца поют одну и ту же старую песню. Вселенная создана для них, и они оба это чувствуют. Знают.

***

— Ты опоздал. Сунён выдыхает едкий дым и стряхивает пепел на холодный асфальт. Джонхан, запыхавшийся, с двумя чемоданами в руках, переминается с ноги на ногу. Со свежим румянцем на белой коже и взволнованной улыбкой до ушей он совсем не вписывается в утреннюю постапокалиптическую атмосферу городка. — Прости, проспал! - выдыхает парень, делая небольшую передышку. — Тогда зачем так рано просил встретиться? Наш поезд через два часа. Сунён докуривает сигарету и тушит кончиком ботинка. — Зато точно не опоздаем! Ты же знаешь меня, - Джонхан отмахивается, заставляя Сунёна тихо усмехнуться и покачать головой. Даже то, что он полчаса стоял, ждал его в такой холод, совсем его не злит. Ему кажется, он вообще не умеет злиться на Джонхана. В четыре утра солнце ещё не взошло, и под светом уличных фонарей они оба пускаются размеренным шагом вдоль пустой дороги, стуча колёсами чемоданов по асфальту и делясь планами на ближайший семестр. — А как же твой сосед? - спрашивает Сунён, сидя на полупустом перроне и безнадёжно вглядываясь в даль, туда, где встречаются рельсы. — Джошуа вроде планировал вернуться только к середине семестра, - говорит Джонхан, делая глоток горького кофе из автомата. — А дальше? — А дальше будем жить втроём, - пожимает плечами и кривится от противного послевкусия. — Квартира довольно просторная, я думаю, мы все прекрасно уживёмся. В зале раскладывается диван, так мы с тобой спокойно поместимся. — А этот... Джошуа не будет против..? Сунён делает характерную паузу, и Джонхану требуется пару секунд, чтобы провести параллели. — А, нет, не волнуйся, - отмахивается парень. — Я ему сказал, что с нами будет жить мой парень. — Твой парень? - на лице Сунёна загорается самодовольная улыбка. — Ну, да, а что? - уголки губ Джонхана вздрагивают, и он делает ещё один глоток, чтобы занять свою неловкость. — Ты ещё никогда меня так не называл, - замечает тот и смягчает взгляд. Джонхан глядит исподлобья и громко втягивает жидкость губами. — Мы будем жить вместе, - начинает он и опускает стаканчик, обхватив его обеими руками, чтобы согреться. — Я думаю, что подобные слова должны скоро прижиться. Сунён смотрит на Джонхана, что уставился в стаканчик со своим кофе, и подвигается ближе, перекидывая руку через плечо и слегка приобнимая. Джонхан поднимает голову и изучает его профиль, находя на радужках глаз последние недели сомнений. — Волнующе, да? - подаёт он голос, и Сунён поворачивается, вопросительно вскинув бровь. — Это всё, - поясняет он дальше, окинув рукой весь вокзал. — Осознание, что ты покидаешь город, оно приходит только здесь, на перроне. — Ты прав, - парень смущённо улыбается и опускает взгляд. — Ты думаешь о том, что тебя ждёт совершенно другая жизнь и что все проблемы останутся здесь. — Останутся ведь? Джонхан глядит ему в глаза и молчит. Опускает голову Сунёну на плечо и вздыхает, думая о том, как всё на самом деле было просто когда-то. И он ни за что бы не захотел рушить огонёк надежды в сердце парня, потому что это действительно самое яркое чувство, что до сих пор отголосками треплется в груди. — Ещё как останутся.