Ты научишься любить меня

      В окружении полусъеденного пакета чипсов и наполовину опустошенной бутылки, я чувствовала себя смертельно уставшей. Ехали мы уже более двух часов, полагаю. Единственное, что было мне известно, это приблизительное время — четыре часа утра или около того, а я так и не поспала. Впрочем, так можно и проспать возможность убежать. Нельзя подавать ему надежды на то, что я угомонилась.       Молча скручиваю упаковку чипсов для большего удобства. Думаю, ещё поем позже.       Окидываю Маски взглядом. Он ничего не ел и не пил с тех пор, как мы покинули квартиру. Меня это мало волнует, но ради спасения своей задницы стоит ослабить пыл и продолжать быть доброй к нему. Так я, возможно, ослаблю его бдительность.       Я показательно кашляю в кулак, дабы привлечь таки его внимание.       — Хочешь чего-нибудь? — я встряхиваю одежду от крошек, ожидая ответа.       Маски сначала переваривает услышанное, а затем сухо кивает головой.       — Нет, тебе это нужно больше, чем мне.       О чём он?       — Хорошо. — мягко ответила я.       Вряд ли я чего-то добьюсь сейчас.       Я облокачиваюсь на окно, совсем теряя координацию: дорога вся расплывалась в виде разноцветных огоньков. Нельзя спать. Не сейчас.       Взгляд Маски мечется от меня обратно к дороге. Он устал, ведь он тоже обделен человеческими потребностями.       — Мы всего в нескольких минутах ходьбы. Я думаю. — обнадеживающе.       Я клюю носом прямо в машине, но не позволяю себе провалиться в сон. На миг мой взор останавливается на встроенных в машину часах. Всего четыре часа, пять минут… Кажется, время движется так медленно.       Вздохнув, я наклоняюсь за бутылкой. Отпив из нее два глотка, возвращаю на место. Ноги затекли и словно налились свинцом. Сейчас бы не помешало вытянуть их…       Сегодня воскресенье. Как скоро люди хватятся меня? Вероятно, в понедельник. Воскресенье — такой день, который лучше всего проводить наедине с собой.       Я исправно хожу на работу каждый день. Кого-нибудь это точно озадачит. Эмма, наверняка, заметит. Администратор тоже… И, скорее всего, Дилан окажется в том же числе…       — Что с тобой?       Голос Маски вынуждает меня покинуть ворох собственных мыслей.       — Ч-что?...       — Это связано с Диланом?       Я говорила вслух?       — Н… Нет! Я просто… — я пытаюсь придумать хорошую отмазку. О, боже, он хмурится. Прошу, только не злись!       — Думаешь о нем? Он что-нибудь для тебя значит?       Маски ухмыляется все шире, глядя на мою съежившуюся фигуру.       — Нет, конечно, нет! Я просто вспомнила, как поздоровалась с ним, как здороваюсь со всеми своими друзьями! — я выпалила частичную ложь.       Маски пребывал в замешательстве. Казалось, что он думал, поверить мне или нет.       — Поверить не могу, что не убил его раньше. — он сжимает руль до побеления костяшек.       — У-убил?       Маски издает сдавленный звук, отдаленно напоминающий рычание.       -Он умён. Слишком умён, что ему только на руку. Но даже после стольких исчезновений я упустил его.       Стольких… Исчезновений?       По началу я была полностью обескуражена и сбита с толку, но потом до меня медленно дошел смысл сказанного.       Все люди, так или иначе связанные со мной, пропали по вине Маски… Это означало, что он наблюдал за мной. Гораздо дольше, чем я могла предположить.

Были…

      Я едва сдерживала язык за зубами. Страшно уточнять. Однако… Нужно знать.       — Это ты причина всех странных исчезновений? …Всех… Тех… Людей с моей работы… Убил ты?       — Конечно, а кто еще? — он хладнокровно признается мне. Звучит так, словно в этом нет ничего такого! Складывается впечатление, словно он даже гордиться этим. Отвратительно.       — Почему? — выпаливаю без задней мысли. Любопытство перемешало все остатки здравого смысла и снесло их к чертям.       Маски раздражённо фыркнул, словно вопрос не был для него сюрпризом.       — Мне не нравится, когда рядом с тобой другие мужчины. Они должны знать, что ты моя и только моя.       Или его неприкосновенная собственность?       От такого глубокого голоса, наполненного холодом зиндана, я содрогнулась. Маски бросил на меня взгляд и печально вздохнул.       — Извини, я забылся.       Я попыталась перевести тему, дабы растопить образовавшийся лёд между нами, но попытка не увенчалась успехом. Виной тому мой испуг, по причине которого я боялась вымолвить хоть слово.       Пожалуйста, пусть мне выпадет возможность сбежать как можно скорее.

~

      Я возился с телефоном, который раз набирая один и тот же номер. Знаю, знаю, ещё слишком рано, но мне известно, что она часто не ложиться допоздна по неясным причинам.       Я набирал и набирал, но никто не брал трубку.       Чёрт, мне нужны ответы. Сейчас. Вряд ли это хорошо с точки зрения этики, беспокоить кого-то в воскресенье, но если я хочу закрыть дело как можно скорее, то всякая мораль теряет свой смысл.       Я хватаю куртку и быстро натягиваю.       Если шагать в темпе, то можно дойти за двадцать минут.       Но прежде чем до меня это дошло, я уже оказался напротив входа в многоквартирный дом. Блуждая взглядом по выточенным на табличке именам жителей, над которыми красовались также номера квартир, я пытался вспомнить ее номер. Двадцать четыре, кажется? Да, верно.       Я нажимаю на кнопку, расположенную над цифрой и ожидаю. Ожидаю услышать её голос на той стороне. Может, ей снова понадобилось некоторое время, чтобы добраться до домофона? В надежде, я снова нажимаю на звонок. Ничего.       Полный нетерпения, я нажимаю на соседний звонок и слышу сонный голос явно раздражённой пожилой леди. Эх, я понимаю её негодование, но это важно.       Частично навесив ей лапшу на уши, мне кое-как удалось уговорить её отворить мне входную дверь. Поблагодарив мученицу, я захожу и направляюсь к лифту.       Томное ожидание. Приходится ждать лишние минуты две, пока лифт спустится и поднимет меня на седьмой этаж.        Стоило створкам лифта открыться, я ринулся прямиком к ее двери.       — [Т|и]? Это Дилан, открой. Понимаю, может, я не тот, кого ты бы хотела слышать в пять часов утра, но нет времени на разъяснения. — собираясь постучаться ещё раз, я краем глаза замечаю, что дверь была приоткрыта. Как я не заметил этого раньше?       Теперь, имея возможность войти в ее квартиру, я пользуюсь моментом и вхожу, плотно закрыв за собой.       У меня не было цели ее напугать, поэтому я зашёл как можно более тихо и спокойно.       Я нащупываю выключатель и включаю его. Тихо. Я прохожу в глубь комнаты, навострив уши, но ничего. Даже в спальне никого. Только одеяло небрежно отброшено в сторону. Бормоча под нос скверные слова, я ещё раз осмотрел помещение. Кухня, спальня, гостиная — все они были пусты.       Я достал телефон из кармана и снова набрал ее. Может, она просто рано ушла.       Один гудок. Два. В этот самый момент тишину нарушил приглушённый звук.       Я убираю сотовый, прислушиваясь к звуку. Больше похоже на другой телефон. Вибрация привела меня обратно в ее спальню. Там под слоем простыни покоился её гаджет.       Я поднял устройство и сбросил звонок. Телефон [т|и] перестал звонить.       Она оставила его? Серьёзно? Этого не может быть, так ведь? Чёрт… Только не говорите мне, что она…       Ладно, нужно сообщить остальным и самому искать ответы.

~

      Мы ехали по какой-то безлюдной дороге посреди темного пугающего леса.       — Мы здесь. — заявляет Маски. Из всех возможных вариантов это худший! — Тебя пугает лес? — он насмешливо поинтересовался. Чёрт, да он даже не скрывает ухмылки.       Я отрицательно качаю головой.       — Хорошо, потому что мы идём туда.       Маски спокойно припарковал машину у… Я так понимаю, входа в лес.       Я беру свои вещи и выхожу из машины. Очень холодно.       Я застёгиваю любезно предоставленную мне мешковатую куртку и зарываюсь в нее лицом. Мне кажется, я отморозила руки. Такое ощущение, что они сейчас просто отвалятся. Хочется засунуть их в карманы, но из-за вещей не удается. Маски же в полном порядке. Даже щеголяя в простой черной рубашке, он выглядит так, словно холод вообще не касается его.       Он открывает дверь заднего сиденья и достает маску, надевая ее. Ради всего Святого, почему он так помешан на ней? Это напрягает, особенно, когда знаешь, что он совершал преступления в этой маске.       — Хочешь, я подержу? — он указал на бутылку воды и пачку чипсов. Грубо будет отказывать, да и руки мёрзнут, поэтому я приняла предложение.       Как только вещи оказываются у Маски, я моментально перевожу все внимание на руки, натягивая поверх рукава. Маски едва сдерживает застрявший в горле смешок и показательно кашляет, дабы разбавить напряжение.       — Всё, что от нас требуется, это идти по этой тропе, пока не доберёмся туда — парень указал на едва видимый след у дороги.       Мы ехали столько времени и ещё требуется пройтись?       Однако выражать вслух свое недовольство я не стала и молча кивнула, следуя за Маски.       Чем дальше мы шли, тем больше я волновалась. Что мы будем делать, когда доберёмся туда? На кого похож его друг? Он убьет меня? Что, если это просто план, по тому, как вывезти меня и убить подальше от дома? Нужно сосредоточиться на положительных вещах и прекратить поток навязчивых мыслей. Вопрос: как? Ничего положительного в этом нет.       Наша прогулка проходила пугающе тихо. За исключением хруста сухих листьев под ногами и холодного ветра. Я украдкой смотрю на убийцу. Он небрежно засунул руки в карманы и казался таким… Диким. Лишь маска выделяла его человеческое начало среди диковатых черт.       Я пытаюсь рассмотреть что-нибудь впереди, но пока единственное, что я вижу, это голые деревья. Толстые, высохшие, пугающие деревья. Мне это место совсем не нравится.       Внезапно я ощутила, как чьи-то крупные руки схватили за плечи и послышалось громкое: «Бу!».       Я встрепенулась и рефлекторно повернулись на источник звука, готовая в любой момент промчаться стрелой вглубь леса. Перед моим взором предстал хихикающий Маски. Я чуть было не заплакала от страха, если бы не его коварный смех, как у маленькой школьницы. Взволнованная, я мигом отвернулась, скрывая усмешку. Всё могло быть намного хуже. Он мог напасть со спины и тут же убить меня.       — Извини, это было слишком соблазнительной идеей, я не удержался. — в голосе брюнета слышалось сплошь детское веселье.       Он приобнял меня за плечо, на что я только сильнее съежилась. Мне было дискомфортно от тактильных контактов и едва ли удавалось это скрывать.       — Ты ведь не злишься на меня, солнце? — он посмотрел мне в глаза сквозь черные прорези маски.       Я отрицательно качаю головой.       — Хорошо, я больше не буду, обещаю. — одарив меня своим смехом, он чмокнул меня в висок.       Я закусываю губу, глядя на него. Пока он думает, что я напугана и беспрекословно подчиняюсь, проблем быть не должно. Понятия не имею, зачем он вообще это сделал, но сейчас не лучшее время для размышлений.       Ещё через четыре или пять минут мне удалось разглядеть что-то впереди. Что-то отдаленно похожее на дом. Почему в таком месте? Как будто посреди кромешной тьмы.       Я протираю глаза, дабы отделаться от сонных галлюцинаций, которые могло охотно проектировать мое лишённое бодрости сознание. Нет, он действительно стоит там. Когда мне захотелось поинтересоваться, то ли это место, Маски произнес в унисон с моими мыслями:       — Это оно, наверное.       Наверное? Кто ещё кроме серийного убийцы будет жить посреди леса?!       Сердце бешено заколотилось в груди. Пожалуйста, пусть это будет нормальный человек.       Маски поднимается вместе со мной на крыльцо и стучится в дверь тыльной стороной ладони.       —Кто, чёрт его подери, стучится в нашу дверь в такой час?!       — Расслабься, это, наверное, Каге.       До меня медленно дошло. Мы точно будем гостить у «друга», а не у «друзей»?       Маски замечает мое встревоженное выражение лица, которое сразу же пытается смягчить своими пояснениями:       — Не переживай, он — один человек. У этого парня просто раздвоение личности.       Раздвоение личности?! Боже, да это только усугубляет положение!       Может, там есть жестокая сторона, свойственная убийце и обычная — ещё не утерявшая свое человеческое начало.       Дверь медленно отворилась и на пороге показался парень. Совсем обычный, похожий на любого другого. Единственное притягательное отличие — его поразительно зелёные глаза и многочисленные швы, покрывающие лицо.       Рост был его явным превосходством над нами.       Парень облокотился о входной косяк, скрестив руки на груди.       — Полагаю, ты за ещё одной услугой? — губы парня расплылись в лукавой усмешке.       — Прекращай шутить. Я здесь, чтобы скрыться от Слендера.       Слендер? Это что-то новое.       — Слендер? Что, чёрт возьми, ты сделал, чтобы разозлить его? — он закатил глаза, затем обращая на меня свой взор. — Ах, теперь я вижу.       Его хищный взгляд пронзает меня и я невольно сжимаюсь, стоя за спиной у Маски.       — Ума не приложу, — Маски смело протиснулся между этой персоной и перешагнул порог дома. — мы останемся тут на пару дней.       Я осталась позади, не решаясь последовать за ним. Парень оглядывается через плечо, впиваясь в Маски своим острым взглядом.       — Конечно, заходи, милости прошу. — говорит он и поворачивается в мою сторону.       Меня пугали его габариты, но я старалась не придавать этому значения. Он одарил меня теплой, приветливой улыбкой, которая казалась искренней…       Он вежливо протягивает мне свою руку для рукопожатия:       — Прости, тебя, видимо, втянул в эту кашу Маски, верно?       Я аккуратно пожимаю руку в ответ, кивая ему.       — Понятно. Ну заходи, похоже ты потрясена и явно замёрзла.       Я и правда прибывала в большом потрясении после похищения, а тут ещё и холод… Этот человек… Кажется милым. Если только это не те же манипуляции, что использовал Маски.       — О, я даже не представился, приношу свои извинения, я Лью.       — [Т|и]. — я отвечаю мягким шёпотом.       Должна признать, внутри этот домишко выглядел лучше.       — Ну, [т|и], будь как дома.