Гарри Поттер, неучтённый фактор и всё остальное. Часть вторая

Я, кивнув родителям Гермионы, открыл тяжёлую дверь и помчался через улицу наискосок в кафе Фортескью. Очень уж хотелось поесть мороженого до прихода Дамблдора. К счастью, Добрый Дедушка ещё не управился с делами в банке, так что я занял свободный столик и заказал у симпатичной официантки аж три порции мороженого — бананово-мятное, политое шоколадом, сливочное со свежими ягодами и лимонное с кленовым сиропом. Последнее я заказал для Дамблдора — решил похулиганить. Кстати, официантка — на вид ей было лет пятнадцать-шестнадцать и она явно подрабатывала на каникулах, помимо кофе и креманки с мороженым притащила вазочку с засахаренными лимонными дольками и ласково прошептала: — Комплемент* от шеф-повара для вашего спутника, сэр… — Простите, мисс, а откуда вы знаете моего спутника? Девушка улыбнулась и сказала: — Простите, мистер, вы ведь Гарри Поттер? Я слышала, как с утра об этом говорил мистер Сэвидж, он случайно оказался на общественной аппарационной площадке, когда вы с директором Дамблдором прибыли за покупками. А… Это наверно тот джентльмен в цилиндре и визитке. Он там единственный из всех торжественно встречающих Героя прилично выглядел. — Он вас очень хорошо описал, мистер Поттер. Или… я ошибаюсь? — Нет-нет, мисс, совершенно не ошибаетесь. Но мне не хотелось бы излишнего интереса к моей скромной персоне. И давайте без мистеров, мисс. Вы ведь уже взрослая девушка, а я только на первый курс поступаю. — Роза Фортескью, — заулыбалась девушка. — Шестой курс Хаффлпаффа. Я внучатая племянница владельца этого заведения, моя бабушка была сестрой Флориана Фортескью, а мой папа — наследник этого кафе. Наследник… Ого, значит у самого Фортескью детей не было? Странная, однако, тенденция. Ладно, об этом в следующий раз. — Спасибо, мисс Роза. Так вы из-за того подали лимонные дольки, что догадались, что мой спутник — директор? — Ну да, — отозвалась девушка. — К тому же, только он заказывает лимонное мороженое да ещё с кленовым сиропом. Мистер Фортескью держит небольшой запас специально для директора Дамблдора, из-за океана выписывает. По мне — так слишком приторно, но директору нравится… Он ведь был вашим магическим опекуном, не так ли? Ого, хотел похулиганить, но угадал вкусы Доброго Дедушки. Внезапно… — Понятия не имею, — ответил я. — Я жил с магглами и о существовании магического мира узнал только недавно. — Да, — растерянно произнесла Роза, — мистер Сэвидж тоже что-то об этом говорил. И он был в высшей степени ошеломлён и потрясён. Простите, Гарри, я с вами заболталась, а дела сами себя не сделают… И девушка упорхнула к другим посетителям, а я занялся методичным истреблением вкуснейшего мороженого. Истребив половину, я подумал, что грешно наслаждаться такой вкусняшкой в одиночку, и, снова подозвав Розу, поинтересовался, возможна ли доставка в маггловский мир. Девушка активно закивала: — Конечно, Гарри. Многие из наших посетителей имеют родственников-сквибов, так что эта процедура уже отработана, правда, стоит чуть дороже, поскольку работник кафе маскируется под маггловского курьера-разносчика. — Хорошо, — сказал я и заказал четыре фирменных торта-мороженых от Фортескью. Один я попросил доставить в дом на Гриммо, ещё один — в Малфой-мэнор для Конни и Драко, а остальные два — в Литтл-Уингинг — на Тисовую улицу и на улицу Вязов, Дадли и Нику соответственно. А то как-то неудобно получается — только по зеркалу и успели пообщаться. Я как раз расплачивался с Розой, когда в кафе появился Дамблдор и вид у него был довольно озабоченный. Ну да, постоянно поддерживать иллюзию внешности для волшебника его уровня не тяжело, но неприятно. А восстановить волосы и бороду обычным (для магов) способом не удалось, это Добрый Дедушка вместе с Олливандером ещё в лавке поняли. Но стоило Дамблдору увидеть меня за столиком, как на его лице сама собой расплылась добрая отеческая улыбка. — Гарри, мальчик мой… я смотрю, ты даром времени не теряешь. — Здесь очень вкусное мороженое, директор Дамблдор, — отозвался я. — Я позволил себе и вам заказать — угощайтесь! — О, моё любимое, как мило с твоей стороны, — весело ответил Дамблдор и, присев за стол рядом со мной, принялся с энтузиазмом уничтожать содержимое креманки, время от времени забрасывая в рот лимонную дольку из вазочки, да ещё и умудряясь вести светскую беседу: — Ты приобрёл учебники, Гарри? — Да, сэр, всё по списку. А как ваши дела, сэр? Я имею в виду, в банке. — Тоже хороши, Гарри. Правда, пришлось изъять то, что хранилось в Гринготтсе. Там… небезопасно. — Где? В Гринготтсе? — поразился я. — И это такая ценная вещь? — Весьма ценная, Гарри. Я сам найду возможность для её сбережения. Но довольно об этом, это не моя тайна. Спасибо за мороженое и кофе, Гарри. Ты готов возвращаться? — Да, сэр. Разумеется, сэр, — отозвался я. И мы вместе отправились на аппарационную площадку. Правда, по пути к нам пытался прибиться невысокий мужичок с всклокоченной шевелюрой в потёртом костюме и съехавшем набок галстуке. Мужичок представился Арнольдом Оукли, репортёром «Ежедневного Пророка», и принялся договариваться с Величайшим и Светлейшим об интервью с Национальным Героем, то есть со мной. Но Дамблдор так злобно зыркнул на репортёришку, что его просто снесло с нашего пути. И вообще, Величайший и Светлейший начал проявлять признаки нетерпения… и я предполагал, почему. Во всяком случае, когда мы оказались перед воротами «Бригантины», Дамблдор распрощался со мной коротко, каким-то сдавленным тоном и моментально аппарировал. Вышедший встречать нас Сири проводил лёгкий вихрь ошарашенным взглядом и меланхолически поинтересовался: — И что это было? Нет, я, конечно, ничего против не имею, но чем ты, Гарри, нашего Спасителя Мира этак допёк? Поделись опытом. — Да легко, — хмыкнул я и достал из браслета на левой руке крошечный пустой флакончик. Сири поднёс флакончик к лицу и стал вертеть в руках, а потом вернул мне: — Прости, не понял. В этом флаконе нет никаких признаков магии. — Так их и не должно там быть, Сири, — взглянул я на бывшего Мародёра с некоторой снисходительностью, — это жидкое слабительное. Ветеринарное. Маггловское. Давно мечтал Светлейшему кишечник и ауру почистить. Свершилось. Ну да, слабительного я накапал в две позиции нашего меню — кленовый сироп и кофе. Дело в том, что при всех его замечательных качествах это милое лекарство довольно сильно горчило, и Мардж, например… не к ночи будь помянута, давала его Злыдню, предварительно накапав на болюсы — маленькие съедобные шарики. А кленовый сироп (почему я и заказал именно его) имеет довольно сильную специфическую сладость и «гасит» горечь. А то, что это по совместительству оказалось любимое лакомство Дамблдора… Ну что, совпало так. Кофе же горьковат сам по себе, так что лёгкая дополнительная горчинка никого не удивит. И ведь так и не поймёт Светлейший, чем я его угостил. В принципе, он не понял бы, даже если бы решил проверить еду. Чары показывают наличие зелий и заклятий, а маггловское слабительное ни то, ни другое. И как-то я не думаю, что Светлейший додумается искать в своём организме следы маггловских лекарств. А заклятий и зелий, как я уже отметил, он и не найдёт. Как говорится, кефир и подсолнечное масло сами по себе — чистые природные продукты, но если их смешать и принять внутрь… Сириус некоторое время смотрел на меня совершенно обалдевшими глазами, а потом громко расхохотался. Да так, что схватился за живот и рухнул набок. Выбежавший из дома с палочкой наперевес Северус удивленно спросил, глядя на корчащегося от смеха Сири: — Гарри, это что с ним такое? — Смеётся, — коротко ответил я. В ответ Северус нахмурил брови, на глазах превращаясь в Ужас Хогвартса. Я не стал его мучить и коротко рассказал о причине Сириусова веселья. Нет, Северус рядом не свалился, но тоже посмеялся от души. А вот уже потом, когда мы вернулись в коттедж, я рассказал им об эпичной прогулке по Косой аллее, начиная с торжественной встречи и заканчивая сценой в кафе. Особо Северуса и Сириуса заинтересовала сцена в лавке Олливандера. — Гарри, ты уверен, что тебе это всё… Ну не знаю, не почудилось? — неуверенно сказал Северус. — Я не вижу в твоей ауре никаких следов Обливиэйта, даже остаточных. — Правильно, — ответил я, — откуда следы, если Обливиэйт на меня не подействовал? Хотя эти два… даже не знаю, как назвать, остались в полной уверенности, что память они мне зачистили. Но палочку мне Дамблдор отдал ту, что мне подошла — из бузины с волосом фестрала. Хотя очень упорно старался мне подсунуть остролистовую болванку. Но больше всего мне не понравился этот разговор по поводу магглорожденных. Что-то такое у них этот прохиндей Гаррик отбирает через палочки. Магию? Жизненную силу? Нераскрытые Дары? Сири и Северус переглянулись и нахмурились. — Гарри, собери, пожалуйста, все воспоминания об этой прогулке. На Гриммо мы просмотрим их в омуте памяти, — сказал Сири. — Мне очень не нравится то, что открылось тебе сегодня. — Хорошо, — согласился я. — Прямо сейчас и соберу. Только у меня к тебе есть одна просьба, Сири… Можно мне отлучиться в Литтл-Уингинг? Ненадолго, дня на два, пожалуйста… Взгляд кота из «Шрэка» прилагался опционально. — Ты что задумал? — спросил Сириус. — Надеюсь, ничего убийственного… — Кто? Я? — оскорбился я почти натурально, вызвав одобрительное хмыканье Северуса. — Нет, мне просто нужно кое с кем связаться. Понимаешь, Сири, когда я покупал учебники, я встретил во «Флориш и Блоттс» одну девочку… — А Конни в курсе? — лукаво хмыкнул Сири. — А то смотри, будешь у него строем ходить и петь по команде, как Люцевы павлины… — Блин, Сири, я не о том. Во-первых, девочка — сильная Тёмная, несмотря на то, что официально магглорожденная… — Не нейтралка? — удивился Сириус. — Если магия в угасших родах возрождается, она либо Светлая, либо Нейтральная. Про Тёмную я не слышал. — Обижаешь, — фыркнул я. — Я что, сильную Тёмную не отличу? — Ладно, верю, — кивнул Сири. — А что во-вторых? — Её фамилия — Грейнджер. — Грязнокровка? Гарри, ты спятил? Ты что, не знаешь историю Дагворт-Грейнджеров? — Я-то знаю. А ты, Сири? Ты идиот? Повторяю ещё раз — она сильная Тёмная. Включи мозг. — Мерлин! — хлопнул себя по лбу Сири. — Грязнокровки могут быть только нейтралами! Их магия не имеет окраса! А если у неё есть чёткий окрас магии, значит… — Значит, она больше не грязнокровка. Проклятие снято. Непонятно когда и как, но снято. Теперь она сильная Тёмная волшебница с чистой магией. Никаких Родовых проклятий. Гермиона Грейнджер всё-таки Обретённая. — Я уже хочу пообщаться с родителями этой милой девочки… Такое богатство на дороге не валяется. Предложить покровительство… Ввести в Род малым обрядом… Это ж такие перспективы… Обретённая… Давненько их не было… Ты прав, а то приберут девочку к рукам всякие… бородатые… — задумчиво произнёс Сири, чуть ли не облизываясь. — А её родители точно сквибы? — Да, — ответил я. — Поэтому не могу сказать, являются ли они грязнокровками. Я, кстати, предупредил девочку, чтобы она была поосторожнее с выбором палочки. Наверняка вчера она её приобрела, поэтому мне нужно в Литтл-Уингинг, мы должны созвониться и встретиться. Если палочки Олливандера каким-то образом влияют на магглорожденных, нужно как-то забрать у неё эту палочку. — Твою я, кстати, проверил, — сказал Сири. — Всё чисто. Могу дать определяющий артефакт, чтобы ты смог проверить палочки Дадли и Томми — они-то ведь тоже считаются магглорожденными. — Точно, — кивнул я, — спасибо, Сири. Думаю, что Томми вокруг пальца обвести сложно, а вот Дадли и впрямь Олливандер мог какую-нибудь гадость подсунуть. То есть, я так понял, ты разрешаешь? — Разрешаю, — кивнул Сириус. — Но пока ты не наденешь все защитные артефакты, которые я специально на тебя настроил, дом не покинешь. И аварийный портключ, конечно… — Хорошо… — кротко отозвался я. — Всё сделаю. Эх, вовремя я рассказал о Гермионе. Иначе Сири мог бы меня и не отпустить без сопровождения. Я всё понимаю, безопасность — наше всё, но как иногда хочется немного нарушить правила… Спустя пару часов Сириус аппарировал со мной в парк Литтл-Уингинга, ещё раз убедился, что у меня есть всё необходимое для того, чтобы пережить нападение Пожирателей Смерти, локальный зомби-апокалипсис, начало Третьей Мировой войны, ядерный взры… э, нет, вот это вряд ли… Короче, нужное подчеркнуть. В общем, Сири удостоверился, что любой, кто захочет обидеть беззащитного сиротку (это я, если кто не понял), будет долго собирать выбитые зубы сломанными руками, и аппарировал. Думаю, что сегодня на Гриммо будет, что обсудить. А я отправился к выходу из парка, где меня должны были ждать Томми-Ник и Дадли. Они и появились, стоило мне только показаться в проёме ворот. — Гарри! — радостно завопил Дадли и бросился меня обнимать. — Медведь… — прошипел я. — Раздавишь же… После этого меня немного приподняли, покрутили и поставили на землю. А Томми-Ник ограничился крепким рукопожатием. — Ну что, как дела? — поинтересовался я. — Всё в порядке, — отозвался Дадли. — Мы же говорили уже. Жаль только, что на эту Кривую… — Косую, — невозмутимо поправил Томми-Ник. — Да хоть Перпендикулярную… аллею нам пришлось идти без тебя. — А с кем вы там были? — поинтересовался я. — С мамой и миссис Мэннинг, — ответил Дадли. — А письма нам приносила симпатичная такая тётушка в шляпе с цветочками. Профессор Спрут, вроде бы… — Спраут, — снова поправил Томми-Ник. — Помона Спраут. Действительно, очень хорошая женщина. Правда, в её теплицах не всегда приятно работать. Но если соблюдать технику безопасности, то не пострадаешь. — Да, магические растения — это нечто! — восхитился Дадли. — А, — догадался я, — ты читаешь «Тысячу магических растений и грибов»? — Ага, — отозвался Дадли. — А «Фантастические твари и места их обитания» — это вообще нечто. — А вот «Историю Хогвартса» и «Основы магического этикета» ты даже не открывал, — проворчал Томми-Ник. — Скучно… — вздохнул Дадли. — А вляпаться куда-нибудь по незнанию — не скучно? — прошипел Томми-Ник. — Ты даже не представляешь, к каким неприятностям может привести незнание основ! — А ты-то откуда знаешь? — резонно возразил Дадли. — А я всё это прочитал, в отличие от тебя, — хмыкнул Томми-Ник. — Дад, магический мир совсем не сказка, а если и сказка — то местами очень страшная… — Дадли, Ник прав, — согласился я. — Поверь мне, в магическом мире всё может быть не тем, чем кажется. — Запугали! — поднял обе руки Дадли. — Всё, сейчас передумаю в этот ваш Хогвартс ехать! — А уже не получится, — усмехнулся я. — Полученное письмо равносильно подписанному контракту. Теперь хочешь — не хочешь, а ехать придётся. Дадли обиженно надулся, а я тихо сказал Томми-Нику: — Ты уж просвети его получше, а? Мы, конечно, сможем, если что, весь Хогвартс на уши поставить, но хотелось бы начать учёбу с чего-нибудь более или менее спокойного. «Ага, — услужливо подкинула справочку память, — что там у нас на первом курсе? Квирреморт и Философский булыжник? А до этого ещё и тролль в туалете. Спокойное начало учёбы, ничего не скажешь». — Да всё он прекрасно понимает, — ухмыльнулся Томми-Ник. — Рисуется просто. Счёл, что образ недалёкого магглорожденного — лучшая маска. И неплохо получилось — даже ты купился. Дадли прекратил дуться и расхохотался. — Ладно, — ухмыльнулся я. — Тогда для начала — вот вам подарки, ибо ваши дни рождения я благополучно про… проспал. И достал из своего рюкзачка два объёмистых свёртка. Дадли успел развернуть свой свёрток первым и ахнул: — «Твинс»**! Настоящие! Это же самая дорогая модель! Гарри! А потом вздохнул: — Только в Хогвартсе бокса нет… — Нет — организуем! — отрезал я. — Ты у нас уже опытный боксёр, вот и займёмся физической подготовкой. А то куда это годится — школа без спорта! К тому же, у тебя же есть индивидуальный график тренировок. — Точно! — обрадовался Дадли, продолжая влюблённым взглядом пялиться на перчатки. Честное слово, так он раньше только на Сурию смотрел. Интересно, как там у него с индианкой? И как на это смотрит клан Патил? Интересно, но специально спрашивать не буду. Захочет — сам расскажет. Между тем, Томми-Ник тоже развернул свой свёрток и ахнул: — Гарри, это что такое? Это мне? — Тебе, — улыбнулся я. — Ты ведь хотел вести дневник? Так вот, этот дневник не сможет открыть никто, кроме тебя… и ты можешь вести его всю жизнь. Он только кажется тоненьким, на самом деле там больше пяти тысяч страниц. — Заклинание Незримого Расширения? — спросил Томми-Ник. — Ага, — кивнул я и радостно улыбнулся. — Сам накладывал, Сири проверял. Лет на двадцать пять точно хватит. А того, кто возьмёт твой дневник без спроса — приложит очень нехило. В ответ Томми лишь несильно сжал мою руку и улыбнулся, но это было сильнее любых громких слов. А потом он заметил: — Может, всё-таки перейдём к делу? — Точно! — хлопнул я себя по лбу. — Мне нужен телефон-автомат. И, кстати, Дадли, Ник, вы прихватили ваши палочки? *«Комплемент и комплимент, прекрасно существовавшие все это время по отдельности, встретились не где-нибудь, а за столиком в ресторане, посетителям которого принесли не то комплимент, не то комплемент от шеф-повара: «родила царица в ночь». Компли/емент — это дополнение к заказу, угощение от повара, которое приносят бесплатно в качестве подарка от заведения. При этом во Франции процесс преподнесения блюда сопровождается словами «с комплиментом (то есть с уважением и приятными словами) от шефа», причем эта фраза не указывает на блюдо как на объект. Само по себе преподнесенное угощение — не комплимент. Однако, когда это явление пришло в Россию, блюдо-подарок стали называть комплементом, исходя из логики «это дополнение к тому, что я уже заказал». Совершился переход от приятных слов для гостей заведения к объекту-подарку. Несмотря на то, что такого значения в языке-источнике в аналогичной ситуации не было, в России к нему пришли, судя по всему, после некоторых размышлений. Существуют даже целые обзорные статьи на профильных сайтах, где «разоблачается» якобы неуместное в этой ситуации слово комплимент: «С чего бы вдруг шеф-повар делал вам комплимент, если он вообще вас не знает? Он приносит комплемент — дополнение к вашему заказу». ("АиФ") **Судя по отзывам многих любителей контактных спортивных единоборств, компания Twins (Таиланд) является лучшим поставщиком спарринговых боксерских перчаток. Слегка уступая в комфортности прямым конкурентам, они выигрывают по показателям прочности и фиксации руки, что очень важно при ставке на сильные удары и комбинации. Внешняя отделка во всех случаях произведена из натуральной кожи, которая обуславливает преимущественно высокие цены на весь ассортимент.