Дикая орхидея. Унция любви.

The Hot Damns — Last Goodbye. У бурных чувств неистовый конец, Он совпадает с мнимой их победой. Разрывом слиты, порох и огонь, Так сладок мёд, что наконец и гадок. Избыток вкуса отбивает вкус. Не будь ни расточителем, ни скрягой: Лишь в чувстве меры истинное благо. Мне хотелось думать, что мы станет просто друзьями, возможно даже приятелями. Угостив меня, Майлз немного расказал о себе, я чувствовала себя раслабленной и груз прошедших дней больше не давил на меня. — А ты? — Кхм, а что я? — задала я вопрос, не зная что сказать в такой ситуации. Подперев голову рукой, парень облокотился о столешницу, заинтересованно смотря на меня. — Чем занимаешься ты, Лелия. «Убиваю людей» — я чуть ли не произнесла это вслух. — Занимаюсь бизнесом отца, но сейчас я в отпуске, мой отец, Леонард Росс раньше жил здесь. Лицо Майлза вытянулось в удивлении, не думала, что его так потрясет моя работа. Или здесь что-то другое? — Ты та самая Лелия Росс? — Ну, смотря что ты подразумеваешь под «той самой». — О семье Росс здесь ходят очень много слухов, считают, будто бы они, как и Мориетти, принадлежат к роду Капулетти и Монтекки, враждующих друг с другом семей. Не думал, что встречу прямого потомка самой Джульетты Капулетти… Кстати, ты знаешь Рикардо Мориетти? — Да. У нас с ним общий бизнес отца. Майлз усмехнулся, проведя рукой по волосам. — Неудивительно, не для кого не секрет, что его стоит остерегаться. Он опасен, надеюсь, тебе не придеться иметь с ним никаких отношений. Хм, он малость опаздал с предупреждением. Но, говорить об этом ему не хотелось, порой неведение намного лучше. — Буду иметь ввиду, спасибо за все, Майлз, но мне нужно собираться домой. Моя подруга наверняка уже дожидаеться меня. Уперев руки в бока, парень кивнул, но я ясно увидела на его лице разочарование. — Я могу тебя проводить, если ты, конечно не против. Отрительно покачав головой, я встала со стойки, начав оглядываться по сторонам и ища подругу. — Нет, спасибо. Я думаю, мы справимся. — Значит, увидимся? — Да, надеюсь что да. Не став дальше пудрить мозги парню, я ушла на поиски Матильды, которая, оказываеться, во всю флиртовала с парнями. Она не могла адекватно оценивать свои действия. Придеться её немного взбодрить, одну подругу я здесь точно не оставлю. Зазывно проведя по волосам, Матильда зазывно откинула шею. Подойдя к ней, я взяла её за руку, но она откинула её как ненужную вещь. — Матильда, на пора идти. Рассмеявшись, она с улыбкой посмотрела на меня. — Ну Лель, они такие веселые, давай ещё останемся? — Нет, через день мы идем к Марку. Повернувшись к парням, которые были похожи на байкерах в своих татуировках и банданах, она виновато развела руки в стороны. — Прошу меня простить, мальчики, но дела ждут! Подняв руку, Матильда захохотав взяла меня за руку и мы побежали к выходу, но я не увидела, как вспышка озарила пространство. Если бы я знала, что за мной следили, все приняло бы совсем другой оборот… Вернувшись домой, я уложила Матильду и ушла. Мне не хотелось оставаться у нее и тяготить её своим присутствием, пришлось ехать к бывшему дому своей матери. Приехав, я без сил повалилась на кровать даже не раздеваясь. *** Насколько сильно страх проникает в поры вашей кожи? Разгоняет кровь по венам, адреналин? Боль. Кровь. Острое лезвие ножа прорезает мою кожу. Слез нет. Есть лишь усталость. Хочу спать. Пусть это будет только моим кошмарным сном. Мои руки подвешены над головой, они онемели. Тело совсем одеревенело. — Теперь ты не будешь такой как все… Сломленные люди сильнее. Намного сильнее тех, кто спит. Голос, он наводил глубокий страх. Этот ужас уже давно закрался под кожу, я вся пропиталась им как губка. Кровь… Везде кровь… Этот запах витал в воздухе. Металлический, соленый привкус на губах. Запах смерти. Всхлипнув, я подняла на него взгляд. Человек в маске. У него был страшный голос. Он мне говорил, что не тронет. Но я не верю. Я не считала, сколько нахожусь у него в плену. Не было сил думать даже о том, что возможно родители давно меня ищут. Это не придавало мне сил. Не обнадеживало. Все мое тело в глубоких кровоточащих ранах. Уверена — остануться шрамы. Больно. Больно. Сильно больно. Чертовски, она мешает думать, блокирует мозг. Человек в маске подошел ближе, убрал прядь с моего лица. — Ты не будешь страдать… Обещаю. Я лишь только защищаю тебя. Подняв мой подбородок своей шершавой рукой в мозолях, он попытался добиться от меня хоть какого-то протеста. Но мои силы иссякли. — Ну вот, теперь ты готова, девочка. Я заберу твою боль, если ты поделишься своею. Замахнувшись, он влепил мне пощечину, от которой я сразу отключилась. Долгожданный покой… *** Дикий крик заполнил пустую комнату, за окном лил доджь. Тоже мне, фильм ужасов. Открыв глаза, я поняла что страх ещё не ушел. Сердце колотилось, а кожа приобрела бледный оттенок. Электронные часы на прикроватной тумбочке показывали два часа ночи. Мне было необходимо выспаться. Дождь барабанил по окну, как бы мне не хотелось, уснуть не получалось. Не понимаю людей, которые любят эту слякоть. В детстве всегда боялась спать одна, когда погода проявляла признаки своего безумства. Молния. Гром. Ненавижу это. Встав с кровати, я направилась к кухне. Думаю, что зеленый чай приведет меня в чувство. Поставив чайник на плиту, я дождалась пока он закипит. Взяв со стола сигареты, я выкинула их в мусорку. Пора перестать курить. С таким образом жизни я долго не проживу, давно пора было понять. Я редко приезжала в дом к матери, и пыль неприятно ощущалась в воздухе, но из-за влажности не так сильно, как в жаркие дни. Каждый день я видела одни и те же лица, сон. Но тревога не отпускала меня. Рик… Мне нужен он, как воздух для легких. Травма детства преследовала меня по сей день, и никто не мог понять этого. Я старалась не показывать своих чувств, эмоций. А кому нужны чужие скелеты в шкафу? Страх того, что со мной может приключиться снова, не давал мне спокойно жить. Кошмары, они всегда повторялись, поэтому я всегда старалась максимально себя нагружать. Даже походы к психологу мне не помогали, а я стараль жить как можно полноценной жизнью. Чайник закипел. Наверняка уже давно. Гудение оторвало меня от тревожных мыслей. Заправив волосы за ухо, я налила кипятка в кружку. Постучав ложкой, я даже не притронулась к напитку. Было страшно. Потянувшись, я взяла телефон с комода и посмотрела пропущенные вызовы, а также непрочитанные сообщения. Одно из них было от Матильды: «Привет красавица, поднимай свою сладкую попку с кровати и выйди за дверь. Пожалуйста.» Я рассмеялась. Подруга любила мне делать небольшие сюрпризы время от времени, отправляя перед этим короткие сообщения. Накинув халат, я сделала все как она и написала. За дверью лежала небольшая коробочка в виде сердечка. Подняя её, аккуратно приподняла крышечку, чтобы посмотреть содержимое. Внутри были шоколадные конфеты. Мои любимые, французские. Она прекрасно знала о моем пристрастии, хитрюга. Ну чтож, хоть что-то хорошее за день. Улыбнувшись, я подняла конфеты, а затем закрыла дверь. Шоколад — лучшее что есть на всем белом свете. И никто никогда не заменит мне его. Плавными движениями я пошла прятать шоколад вместе с вином. Но у меня была ещё одна слабость. Я не могла жить без орхидей, мне было не важно, какого они цвета, формы. Я просто была от них без ума. Их красота поражала меня. Все началось с того, когда я впервые увидела веточку этого прекрасного растение я бабушки на подоконнике, она любила рассказывать мне разные мистические истории его происхождения. И я, как зачарованная под мерное посапывание кота, с придыханием слушала её. Это были сказочные времена. С тех пор я не могла обойтись без этого красивого цветочка. Сегодня был выходной, и я была рада, что не нужно было никуда спешить. Ни Рик, ни кто-либо другой не мог потревожить мой покой. Поздняя осень для таких посиделок была как раз кстати. Надеюсь, он хорошо подумает над тем, что совершил, а пока мне стоит побеспокоиться о том, что делать дальше.