Стратегия

      Федерация ступает по мокрому бетону. Здесь асфальтная дорога сменяет грунтовую. Начинает слышаться гул. Вдоль дороги расставлены фонари. Россия с неким презрением наклоняет голову вбок. Оценивает, а затем достает из чехла рацию. — Я надеюсь, вы понимаете, что если нас раскусят, нам не дойти до конца. Мы здесь недавно. У нас мало сухопутной техники, так что всё зависит от вас. В живых никого не оставлять. Раненых добивать. Негоже умирать в муках, а если уж на то пошло, то объясню. Мы не на тренировке. Это в живую. Если допустит ошибку один, то страдать будут все. Кстати, я не очень хочу мучаться с гражданскими… да, это жестоко, но другого выхода нет. Если кому-то жаль, то спешу вам сообщить, что Япония замешана во всей этой кутерьме. Это я так, к слову. Ну что ж, начнем.       С гражданскими и вправду было очень много проблем. Раньше, в самом начале всей этой бойни, Россия не убивал. Жил, так сказать, по порядкам. Вот только для других эти порядки не существовали. На РФ нападали. Часто вырезали его города. Рушили заводы, базы, штабы. Всё полетело к чертям. Федерация тогда дал себе нарекание, что больше никогда не допустит таких ошибок. Не допустил.

Другие попросту не выживали.

      Да, этот мир жесток, как и всё, что с ним связано. Посмеяться над своей победой. Пропустить пару рюмок водки и наконец пойти дальше. Нет, такая жизнь ему определенно нравилась.       Нравилось Сверхдержаве многое. Да, после начала ожесточенной бойни многое поменялось. Каждая страна вдруг вспомнила про все свои обиды и поспешила возместить ущерб. Если государство было большим, то его порабощали числом. Конечно, после таких действий большое государство разрушалось, и его куски часто делили те, кто участвовал в этом неравном бою. Россия не влезал в драки. Просто есть одно правило, которое он усвоил ещё в детстве. Враг твоего врага — твой друг. Эта пословица характеризовала всю ситуацию. Если ты первым находишь проблему, то по твою душу приходят и другие проблемы. Как просто, но как сложно усвоить такой простой закон. Часто находились страны-провокаторы. Рядом с Россией их было просто дофига. Конечно, ведь такие территории с неба не падают. Больнее всего то, что санкции, внутренняя и внешняя политика, оставляли желать лучшего. Ситуация безвылазная. Сиди да помалкивай, но Федерация не из таких. Он смело принял бой. Да, были проигрыши, но Россия на них учился. Падал, вставал, вновь падал и снова вставал, и так по кругу. По прошествию времени поражений становилось все меньше и меньше. Государства расширялись, опасность становилась реальной.       Даже сейчас, в своей фирменной холодности, Россия оставался жестоким диктатором. Дьявольская улыбочка, что оголяла белоснежные зубы, больше напоминала оскал. Военная форма, что никогда не менялась. Идеальный хладнокровный убийца. На его лице мускул не дрогнет, когда он будет сносить с лица земли города. Он часто «колдовал» над картой. Убивал на несколько ходов вперед. Был эдаким Танатосом.       Время не лечит, оно застывает в памяти. Проскальзывает в самые неудобные моменты. Хочешь или нет, все равно вспомнишь. Это открытый стёб жизни. Хочешь все забыть? Дак пройдись в чертогах воспоминаний, возьми, прими, но не отдаляй. Запомни, это часть тебя. Поломанная, но твоя.       Россия не особо вслушивается в крики, что режут по ушам. Не особо впечатлен падающим зданием. Не особо…

Ты живой?

      Россия хвалит роту, когда они пересекают границу города. Уже бывшего города. Подбадривает и видит одобрительные улыбки. Потеряли они не много. Хотя, теряли ли они вообще кого-то? Федерация не помнит ни одного трупа товарища. На такое нехотя обратишь внимание. Особенно когда это твоя команда, с которой так много связано.

***

      Проходят недели. Россия всё ближе к самому центру Японии. За спиной стертые города. Полуразрушенные здания и пыль, которая больше не осядет. Она будет парить, взлетать благодаря потокам непрекращающегося ветра, но не ляжет: будет забиваться в легкие и оседать там чем-то тяжелым. Чтоб до разорванного горла, чтоб без пощады.

***

— Прошло три месяца, — неуверенно начинает Россия. Честно сказать, он не знает, с чего начать разговор.