Гарри Грэйнджер, дракон

[Примечание: Давайте сразу условимся, что мир ГГр не повторяет мир ГП до мельчайших деталей - главным образом потому, что автор их банально не помнит. А заморачиваться ему лень.] Ровно через неделю, ещё более холодным субботним утром, Чарльз вместе с Гарри и Гермионой отправились в Косой переулок. Для отца девочки магия так до сих пор и не стала чем-то реальным, хотя всю неделю дети усиленно её демонстрировали, призывая нужные им предметы с других концов комнаты или помогая чем-нибудь по хозяйству без помощи рук. Для Чарльза, человека немолодого и уже побитого жизнью, всё это оставалось каким-то фокусом, детскими увлечениями с каким-то хитрым секретом, который он пока не нашёл. Тем не менее, Чарльз любил свою дочку и уже достаточно привязался к Гарри, чтобы не протестовать. Если дети хотят в этот их магазин для фокусников, то он сводит их в магазин для фокусников. Почему бы и нет. «Дырявый котёл» встретил их гамом, слегка прокуренным воздухом и колокольчиком на входной двери. Гарри давно уже выяснил, где находится паб, попросту приставая ко всем прохожим в нелепой одежде, так что найти само место было несложно. Чарльз выглядел удивлённым, Гермиона держалась неуверенно, но Гарри лишь осмотрелся и направился к барной стойке. – Простите, сэр, – обратился он к стереотипно протиравшему кружки мужчине. – Мы здесь в первый раз и ничего толком не знаем. Как нам попасть в Косой переулок? Мужчина флегматично посмотрел на стоящих позади Гарри Чарльза и Гермиону. – Магглы? – с некоторым сомнением проговорил он. – Я чистокровный волшебник, – честно ответил Гарри. – Мои приёмные родители магглы, сестра тоже волшебница. И ни у кого из нас пока что нет палочек, чтобы открыть проход. Бармен потёр подбородок, потом кивнул и крикнул куда-то в пространство: – Марта, девочка, подмени меня, пять минут! – Идёмте, я вас впущу, – добавил он, поманив всё семейство к неброской двери во внутренний дворик. – Не моё дело, конечно, но как получилось, что магглы усыновили волшебника? Это довольно странно… – Мои родители умерли во время истории с сами-знаете-кем, – объяснил ему Гарри, не став вдаваться в подробности. Мужчина кивнул, подведя троих Грэйнджеров к стене из красного кирпича. – Понимаю, малыш. Я и сам тогда кое-кого потерял. Соболезную. Бармен вытащил палочку, простучал кирпичи в нужном порядке и под удивлёнными взглядами Гермионы и Чарльза раскрыл проход. – Ну вот, идите. Стена за вами сама закроется, а на обратном пути, если что, попросите мороженщика, он вас проведёт. Всё равно в такой холод работы у него нет. И так всё семейство Грэйнджеров наконец-то попало в Косой переулок. Держа за руку Гермиону, Чарльз шагал следом за Гарри, почёсывая в затылке. Не такого он ждал от похода в магазин фокусников – сначала странный бар с потайным проходом, теперь целая улица, запруженная народом в странноватой одежде, и похожая скорее на тематический луна-парк. Определённо будет что рассказать Маргарет, эти фокусники, похоже, интересные люди… Приметив большое здание с вычурной надписью «Гринготтс», Гарри повёл всё семейство в ту сторону. – Нам нужно в книжный и к Олливандеру, – пояснил он для Чарльза, – но они тут принципиально не принимают английские фунты. Придётся нам зайти в банк и купить местных денег. «И разобраться с моим наследством». [Добавить описание банка] – Ваши монеты, сэр, – важно проговорил низкорослый уродливый гоблин, протягивая удивлённому Чарльзу мешочек с монетами. – Прошу прощения, – вежливо склонил голову перед гоблином Гарри. – Пока мы здесь, то хотели бы решить ещё один важный вопрос. Как вы, наверное, поняли, я приёмный сын. Сейчас моя фамилия Грэйнджер, но при рождении меня звали Гарри Поттер. Глаза гоблина расширились от удивления. – Гарри Поттер? Тот самый Гарри Поттер? – понизив голос, переспросил он. Гарри кивнул и быстро показал гоблину шрам на лбу, обычно прикрытый по-модному выстриженной косой чёлкой. – Для нас большая честь обслуживать вас в нашем банке, молодой человек, – почтительно привстав, проговорил гоблин. – Что конкретно вы хотели бы сделать? – Насколько я слышал, от Поттеров мне должно было достаться небольшое наследство. Я бы хотел получить выписку по состоянию средств и заодно навести кое-какие справки. – Какого рода? – Ну… Это не совсем ваш профиль, но «Гринготтс» – одно из самых защищённых мест на планете. Возможно, вы посоветуете мне кого-то, чтобы повесить магическую защиту на дом и нанять охрану. – Это возможно, – покивал гоблин. – Однако услуги специалистов такого класса очень недёшевы. – Вы знаете, сколько денег у меня в сейфе, – ответил Гарри. – Я не против потратить хоть всё до кната, если это сработает. – Это похвально, молодой человек. – Гарри, а ты уверен? – обеспокоенно спросил всё ещё не вполне понимающий, что происходит, Чарльз. – Так надо, пап. Я потом объясню. Ещё вопрос… Опять же, не по вашему профилю, но я не знаю кого ещё спросить. Я могу колдовать дома? Или Министерство сразу пришлёт сову? – Гарри, вы умный юноша… С точки зрения закона – да, можете. Вот только точка зрения закона и точка зрения Министерства в нашем мире совпадают далеко не всегда, – поморщился гоблин. – Как чистокровный волшебник вы, безусловно, имеете право творить магию в собственном доме. Однако я сомневаюсь, что дом внесён в список разрешённых для магии мест. Если он зарегистрирован на ваших приёмных родителей-магглов, то не внесён точно. Если начнёте там колдовать с применением палочки, боюсь, скоро вас посетит сова с претензиями. В этом случае вам придётся отправиться в суд и доказывать своё право. Потеряете время и нервы. Много. – С этим что-нибудь можно сделать? – Банк разберётся с Министерством, если хотите. Не бесплатно, конечно. Дом внесут в списки, уже завтра с утра вы сможете использовать «детские» заклинания без опаски. – Хм. – Хотя Гарри подозревал, что гоблины сдерут с него втридорога, воевать с местными бюрократами самому было бы ещё хуже. – Делайте.

***

Закончив с бумагами (в основном везде пришлось ставить подписи Чарльзу, как новому отцу Гарри), Грэйнджеры отправились к Олливандеру. Дважды спросив по пути дорогу, они вышли к лавке и прошли внутрь. Рассеянный продавец, сам мистер Олливандер, довольно быстро подобрал палочку Гермионе – из виноградной лозы и единорожьего волоса, десять и три четверти дюйма, изящная, как и сама девочка. С Гарри же ожидаемо вышел затык, Олливандер провозился почти два часа, перебрав весь свой ассортимент, пока не достал, наконец, ту самую палочку с пером феникса. – Интересно, очень интересно… Гарри не слишком прислушивался к его бормотанию, зачарованно глядя на свою новую палочку, пылающую огнём. Несмотря на устрашающий вид, гудящее пламя не обжигало пальцев, да и вовсе вело себя словно старый друг. «Драконий огонь, – ошарашено думал Гарри. – Истинное пламя моей драконьей формы прорывается через палочку». «Не знаю, как ты работаешь, мироздание, но я и мечтать о таком не мог». – Простите, что именно кажется вам таким интересным? … Заслушав маленькую лекцию Олливандера, Гарри и Гермиона покинули лавку счастливыми обладателями двух замечательных палочек. Чарльз с некоторой грустью сжимал в кармане похудевший мешочек с монетами. А ведь им ещё в книжный идти… В книжном они застряли надолго – Гермиону было не оттащить за уши, Гарри же просто бродил между полок, выискивая что-то только ему одному ведомое, и быстро просматривая наискосок то одну, то другую книгу. К неудовольствию продавцов, на количество купленного это не повлияло – брат и сестра заранее обсудили, что им понадобится на первых порах, и потому взяли только учебники Хогвартса за первый курс и несколько методичек для начинающих. Уже к обеду они, довольные и нагруженные покупками, отправились обратно домой. – Не понимаю… – пробормотал Гарри вечером следующего дня, сидя за столом в окружении стопок книг. Гермиона, примерно в том же положении, сидела с учебником на кровати. – Что именно? – удивлённо спросила девочка. За прошедшее время она привыкла считать своего нового брата каким-то магическим гуру, иногда забывая, что он точно такой же ребёнок, как и она сама. По крайней мере, формально. – Тут нигде нет ни слова про ману. Если я правильно понял написанное, то классические английские маги её вообще не используют, – задумчиво проговорил Гарри. – Тут об этом не сказано, но, похоже, что палочка выступает в роли какой-то антенны, притягивая некую силу из окружающего мира, потом маг внутри себя создаёт заклинание и выстреливает его назад той же палочкой. Хитроооо, блин… – Ай, да ладно тебе! Смотри лучше, что я нашла, – тут Гермиона направила на него свою палочку, с коротким «Сопива!» выпустив струю переливчатых мыльных пузырей. – Детское заклинание, не вредит, развивает, разрешено в любом возрасте. Отфыркавшись от попавших в лицо пузырей, Гарри выхватил у сестры методичку. – Разрешено, говоришь? Щас я тебе покажу, как разрешено! Шутливая потасовка переросла в Эпичную Пузырную Битву, продолжавшуюся два часа, пока Маргарет не обнаружила, что намокли обои, и не наказала обоих. Но всё равно, было весело. [Примечание: Автор разделил все заклинания на детские и обычные. Детские служат для тренировки и не делают ничего полезного - выпускают красивые искры или ещё что-нибудь, зато ими можно пользоваться без опаски. Нормальные заклинания можно безопасно использовать после одиннадцатилетия волшебника.] События шли своим чередом. Брат и сестра посещали школу, а по вечерам постигали магию, отрабатывая безопасные для их возраста заклинания с палочками, и множество остальных с заменителем в виде карандаша. Семья Грэйнджеров продолжала время от времени выбираться в Косой переулок – дети докупали литературу взамен прочитанной, Маргарет полюбилась магическая косметика, а Чарльз таскал понемногу зубоврачебные инструменты к зачарователям, надеясь впоследствии зашибить на этом деньгу с VIP-клиентов. Гарри тайком экспериментировал в ванной с драконьим огнём, бросая сгустки пламени в воду; он быстро выяснил, что может делать это без заклинаний, нужно лишь немного потренироваться. По его мнению уже ради одного этого стоило купить палочку раньше, чем придут письма из Хогвартса. Интересный эффект обнаружился, когда дети пытались скрестить мана-магию с традиционной английской – если направить в палочку ману, она будет держать её, как заряд, и следующее заклинание получится гораздо мощнее. Когда Гермиона впервые это попробовала, мыльными пузырями затопило полкомнаты, и им снова попало. Решился вопрос с защитой – Гарри отправил несколько писем, приплатив бармену в «Дырявом котле» за аренду совы, и вскоре квартирку навестили серьёзные люди с палочками. За пару дней они всё осмотрели, усилили стены и окна, установили тревожные руны и выдали амулеты аварийного вызова. В случае каких-то проблем любой член семьи мог одним нажатием вызвать две боевые пятёрки, из которых одна трансгрессировала прямо перед фасадом (повезло, что был первый этаж), а вторая чуть дальше, чтобы взять предполагаемого противника в клещи и устроить ему весёлую жизнь, либо действовать по обстановке, если это не требуется. Носимые амулеты позволяли вызвать одну пятёрку куда угодно в пределах Лондона, что так же было немаловажно. Тяжелее всего оказалось объяснить родителям Гермионы обоснованность трат на такую защиту – пришлось попотеть, но после рассказа о том, как конкретно погибли старшие Поттеры, Чарльз и Маргарет, наконец, сдались, став воспринимать магию гораздо серьёзнее. Приняв меры для безопасности, Гарри стал чувствовать себя намного увереннее. Умом он понимал, что торопится – Дамблдор и Министерство не могут не быть в курсе усыновления и скорее всего расставили наблюдателей, а может быть и охрану, а до возрождения Пожирателей должно ещё пройти несколько лет, но всё же лишняя паранойя пока никого не убила. Если бы с Грэйнджерами что-то случилось из-за него, Гарри бы себя не простил. Так понемногу и прошло время до дня одиннадцатилетия Гарри Грэйнджера. Высокий мужчина в старомодном плаще, заколотом серебряной фибулой, остановился перед обычной на вид коричневой дверью. Металлическая табличка справа от двери гласила, что здесь проживает семейство Грэйнджер. Мужчина нажал на кнопку звонка, и дверь вскоре отперла красивая женщина в нарядном голубом платье. – Здравстуйте, мэм. Моё имя профессор Северус Снейп. – Вы из Хогвартса? Проходите, дети вас давно ждут, – миссис Грэйнджер посторонилась немного, впуская преподавателя внутрь. – Дети, профессор пришёл! Ступайте в гостиную, я принесу чай. Предполагалось, что родители магглорождённых волшебников не знают о магическом мире, но это явно был не тот случай. Северус вежливо склонил голову. Из дальней комнаты появились двое детей – довольно крупный для своего возраста мальчик и девочка с немного растрёпанными волосами. При виде мальчика Снейпа едва не перекосило, но он сдержался. – Профессор Северус Снейп. – Гарри Грэйнджер, Гермиона Грэйнджер, – представил мальчик себя и сестру. Гермиона степенно кивнула. – Идёмте, у нас ещё полно торта. Мама чудесно готовит. Профессора провели куда нужно и усадили за стол; вскоре перед ним уже парила чашка ароматного чая и стояло блюдце с большим куском торта. Маргарет упорхнула на кухню, чтобы принести ещё что-то, а Гарри неожиданно попросил сестру закрыть уши. Герми бросила на него недовольный взгляд, но просьбу исполнила – она достаточно доверяла брату, чтобы сначала делать, а потом засыпать вопросами. – Я бы хотел извиниться, профессор, – негромко проговорил Гарри, поправив свои очки с прямоугольными линзами. – Вы успели что-нибудь натворить, мистер Грэйнджер? – скептически поднял бровь Северус. – Не я, – серьёзно ответил мальчик. – Мой отец. Джеймс Поттер был козлом, и я официально прошу прощения. Снейп побагровел, но всё же удержал себя в руках. – В-вот как. Что ж, это… достойно. Гарри внутренне кивнул сам себе. Всё-таки Дамблдор знал, кто такой Гарри Грэйнджер, и рассказал Северусу. По его реакции это было заметно. «Непонятно только, почему он, а не та же МакГонагалл. Хотя, наверное, так даже лучше». – Герми, можешь открывать уши, – разрешил мальчик, потрепав сестру по руке. – Ужасные тайны закончились. – Я тебе это ещё припомню, – пообещала девочка. – Обязательно, – засмеялся брат. – Я представлял вас совсем иначе… мистер Грэйнджер, – выдавил из себя Снейп. – Более на него похожим? Забудьте, – ответил Гарри, поглядывая на торт. – Моя фамилия Грэйнджер. Теперь – только Грэйнджер. – Что ж, вам виднее. Маргарет возвратилась с кухни, принявшись расставлять по столу вазочки с вареньем и печенюшками. – Так вы принесли письма из школы, профессор? – с обворожительной улыбкой спросила она, то ли не замечая, то ли попросту игнорируя воцарившуюся неловкую атмосферу. – Гм… Да, именно так, миссис Грэйнджер, – подтвердил Снейп, извлекая из внутреннего кармана пару плотных конвертов. – До дня рождения девочки ещё почти месяц, но я принёс оба сразу. [Примечание: В оригинальной истории Гермиона старше более чем на полгода.] Гермиона, подпрыгивая на стуле из-за избытка чувств, тут же принялась вскрывать свой конверт, Гарри неспешно распотрошил свой, и, по диагонали просмотрев содержимое, отложил в сторону. – Похоже, что вы довольно многое знаете о мире волшебников, – как бы невзначай проговорил Северус, уже успевший прийти в себя после странной встречи, внимательно поглядывая в сторону Маргарет поверх чашки с чаем. – Ерунда, – отмахнулась Марго, – Гарри нам всё объяснил. Ушла целая вечность, чтобы как следует разобраться, но мы с мужем имеем теперь представление что к чему. Северус прислушался к своим чувствам, и с удивлением понял, что немного расстраивается, что эта женщина замужем. Всё-таки есть ещё порох в пороховницах у старого зельевара! «Ладно, мне в любом случае ничего здесь не светит», – подумал он, доедая остатки торта, который действительно был удивителен. К тому моменту профессора уже снова начинало одолевать привычное глухое раздражение. Слишком много он успел потерять в своей жизни – и самое плохое, что в глубине души он знал, что на самом деле никогда ничего и не имел. Перед людьми открывается много дорог и много возможностей, и Снейп упустил их все. Из-за чёртова Джеймса. Из-за Лили. Но больше всего – из-за самого себя. – Ну, в любом случае в письмах всё есть, – буркнул Северус. – Если будете не уверены в чём-то, то просто перечитайте. Теперь, если вы не против, я должен отвести детей в Косой переулок… – Мне пойти с вами? – спросила профессора Маргарет. – Профессор Снейп за нами присмотрит, мам. Тебе ведь надо на встречу? На крайний случай у нас есть порт-ключи, так что ничего не случится, – ответил за Снейпа Гарри. – Ладно, я помню, что вы уже совсем взрослые, – улыбнулась Марго. – Но только пообещайте, что в Лютный ни шагу! А то знаю я вас. – Мы обещаем, – синхронно ответили брат с сестрой, вызвав у Снейпа неконтролируемый приступ легчайшей грусти. Сложись всё иначе… Но чего нет, того нет, и пустые мечты этого не изменят. Хмурый Северус быстро шагал по улице по направлению к пабу «Дырявый котёл». Дети шли следом, так что профессор не следил за лицом, и на нём прочно поселилась стоически-кислая мина. Гарри шёл вслед за развевающимися полами неизменного чёрного плаща, и думал, всё ли он сделал правильно. Враждовать с преподавателем зельеварения у него не было никакого желания – оставалось попробовать вывести отношения хотя бы к нейтральным, но, честно говоря, Гарри понятия не имел, получается у него или нет. «Да и пофигу, – решил мальчик. – Снейп не настолько уж важная птица, чтобы из-за него убиваться. Лишь бы Герми не трогал». Тем временем Снейп добрался до места и толкнул обшарпанную дверь старого паба. Дети последовали за ним. – Привет, Гарри! – помахал рукой бармен, приметив у входа знакомое лицо. – Тут твои книги лежат, ты просил достать. – Оставь, мы на обратном пути заберём, – помахал в ответ Гарри. – Спасибо! – Смотрю, вы здесь как дома, – проговорил Северус. – Не то чтобы, но бывать приходилось. Там, кстати, сборник ваших статей должен быть. Не подпишете? – Гарри, – зашикала на него сестра. – Сейчас профессор подумает, что ты специально подлизываешься, чтобы меньше баллов на уроках снимали! – Неправда, – искренне возмутился брат. – А выглядит именно так, – недовольно зыркнула Герми. – Вообще-то я всё ещё здесь и всё слышу, – протянул Снейп. – Простите, – в два голоса извинились Гарри и Гермиона. – Вы разбираетесь в зельях, молодой человек? – Пока нет, но стараюсь, – честно ответил Гарри. – Хм, – ответил профессор зельеварения. – Пожалуй, я всё-таки подпишу вам ту книгу… Косой переулок встретил троицу привычным гамом и шумом. Гарри достал пришедший вместе с письмом список необходимого и вчитался: – Палочки у нас уже есть, книги тоже… Котлы и прочее мы купили, осталась только сова и мантии. Не особенно понимая, зачем он вообще здесь нужен, Северус направился к магазину, где продавали почтовых сов. Из магазина они появились спустя полчаса, вместе с великолепной полярной совой Хедвигой. На правах сильного Гарри нёс клетку, Гермиона же сдерживалась, чтобы не попросить брата вытащить птицу и не зачесать её до смерти – пушистое белое оперение птицы покорило девочку полностью и без остатка. Гарри был более чем доволен – Хедвига была умной птицей, неприхотливой и отлично питалась трансфигурированными из кусочка мяса мышами. Мечта, а не птица. Гермиона, тем временем всё же просунула руку сквозь прутья и почёсывала ничего не имевшую против сову. Гарри с некоторым умилением смотрел на эту картину, решив, что на день рождения подарит сестрёнке собственную сову – пока что дети решили не шиковать, купив одну на двоих, но гоблины обещали вскоре восстановить-таки ключ от сейфа под «Гринготтсом» , дав клиенту возможность получать своё золото прямо в руки, а не только лишь пользоваться весьма ограниченным гобло-безналом. За этими размышлениями троица подошла к магазину школьной одежды, принадлежащему мадам Малкин. Мадам, оказавшаяся приземистой не слишком красивой волшебницей в розовато-лиловом, немедленно утащила Гермиону куда-то вглубь магазина, оставив Гарри на одну из помощниц. Спустя полминуты его уже поставили на скамеечку рядом с бледным белобрысым мальчишкой, чтобы снять мерки. Судя по выражению потомственного засранца на холёном лице, звали второго мальчика не иначе как Драко Малфой. – Привет! – сказал мальчик. – Ты тоже в Хогвартс? – Ага, – без особого энтузиазма ответил Гарри. – Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки, – сообщил Драко, явно выделываясь и пытаясь говорить как крутой. – А потом потащу их смотреть гоночные мётлы. Не могу понять, почему первокурсникам запрещено их иметь. Думаю, мне удастся убедить отца, чтобы он купил мне такую… а потом как-нибудь тайком пронесу её в школу. Гарри все эти разглагольствования особо не слушал. – А у тебя есть метла? – не затыкался тем временем Драко. – Мне она не нужна, – ухмыльнулся Гарри. «А вот сестре пригодилась бы. Купить, что ли? Хотя она толком не сможет ей пользоваться до второго курса…». – Да ну… Ты и в квиддич, небось, не играешь? – Неа, – ответил Гарри. – А я играю. Отец говорит, что будет преступлением, если меня не возьмут в сборную факультета, и я тебе скажу: я с ним согласен. «Может, ты перестанешь уже себя так нахваливать?». – Ты уже знаешь, на каком будешь факультете? – Да мне, в общем, пофигу. – Ну, вообще-то никто заранее не знает, это уже там решат, но я знаю, что буду в Слизерине, вся моя семья там была. А представь, если определят в Пуффендуй, тогда я сразу уйду из школы, а ты? Гарри лишь неопределённо пожал плечами. Словоохотливость Малфоя начинала его утомлять. – О! Гляди, там профессор Снейп, – внезапно воскликнул Драко, кивком показывая на окно. По ту сторону от витрины стоял хмурый Снейп, держащий клетку с совой. – Он мой крёстный и преподаёт зельеварение в Хогвартсе. Интересно, что он здесь делает? – Привёл нас с сестрой, – пояснил Гарри. «И почему-то не пошёл внутрь, а зря. Избавил бы меня от этого обормота», – добавил он про себя. – Привёл? Уважаю… Небось ваши родители из серьёзных магов? – Совсем даже нет. – Но вы ведь из наших? Из чистокровных? – Я – да, – нахмурившись, сказал Гарри. Ему уже хотелось залепить Драко по роже. – Если честно, я не понимаю, почему в школу принимают не только таких как мы, но и детей не из наших семей. Они ведь другие… – продолжал свою линию Малфой. – Полегче, – предупредил его Гарри. – Я приёмный сын в семье магглов и у меня два больших кулака. Малфой наконец-то заткнулся, и мадам Малкин вскоре его увела. Гарри возблагодарил тишину, и его настроение мгновенно улучшилось. Спустя какое-то время, покончив с покупкой одежды, дети отправились обратно в «Дырявый котёл». Северус, как и обещал, подписал книгу для Гарри и отправился по своим делам. Гарри и Гермиона купили перекусить и по бутылке сливочного пива, после чего прихватили покупки и переправились обратно домой при помощи портключа.

***

Скоро – Лимонную дольку? – Спасибо, не нужно, – скривился Снейп. Лимонные дольки он ненавидел. Дамблдор невозмутимо забросил лакомство себе в рот и запил крепким чаем. – Рассказывай, Северус. Это важно. – Да в общем рассказывать не о чем. Ничего нового я не узнал, подтвердил то, что и так уже было известно, и только. С таким же успехом можно было послать к ним Минерву, или просто отправить письмо по почте. – Я думал, ты беспокоишься из-за мальчика, разве нет? – Нет. – Северус, я давно тебя знаю, и разбираюсь, когда твоё «нет» значит «да». – Даже если и так, – фыркнул Северус. – Ничего нового я сказать не могу. – И всё же, будь добр. Расскажи, что заметил. Снейп ненадолго задумался. – По бумагам у магглов выходит, что родственники плохо обращались с ребёнком, поэтому он сбежал, бродяжничал где-то почти девять лет, а затем был усыновлён. Это явная чушь, мальчик едва научился ходить к моменту своей пропажи. Следовательно, кто-то его забрал… – Кто-то выкрал, называй уж вещи своими именами, – поморщился Дамблдор. – Прямо у нас из-под носа, и мы ничего с этим не смогли сделать. Ужасный провал. Северус только хмыкнул на это «мы». Он был повинен во многих вещах, но в данном случае его вины точно не было. – Мальчик хорошо разбирается в магическом мире. Слишком хорошо для бывшего уличного бродяжки. Грэйнджеры не могли ему всего объяснить, они магглы, и, по словам матери, это Гарри рассказал им про магический мир. Но кто тогда рассказал всё ему самому? Дамблдор только вздохнул. – Всё это приводит нас к мысли, что есть волшебник или волшебники, которые выкрали Гарри… и вырастили его, таким, какой он есть. Потом что-то случилось, и он оказался у Грэйнджеров. Их, кстати, уже проверяли, они действительно те, за кого себя выдают. – А мальчик? – Что – мальчик? – Он – тот, за кого себя выдаёт? – Я видел шрам, – насупился зельевар. – Он его прячет, но шрам на месте. – Шрам можно подделать. – Нет, я уверен. Это НАШ Гарри. – Хмм… – Дамблдор, я вас не понимаю. Мальчишка нашёлся, он жив, здоров и доволен жизнью, что, чёрт возьми, ещё нужно? Он вот-вот пойдёт в Хогвартс, просто поговорите с ним и спросите прямо, если вы что-то хотите выяснить. – Не заводись, Северус. Я так и сделаю, просто хотелось бы знать побольше, прежде чем начинать этот разговор. Согласись, ситуация очень странная, и я ничего в ней не понимаю. А когда я чего-то не понимаю, это обычно заканчивается неприятностями. И хорошо, если только для меня, – вздохнул директор, с грустью поглядывая на кончающиеся лимонные дольки. Мысли в его голове крутились совсем невесёлые. «Кто похитил Гарри Поттера и зачем? Где они скрывали его все эти годы? Кто его воспитал? И какие идеи вложил в его голову?». Ответов на эти вопросы у Альбуса Дамблдора не было.