Ночь красной луны

От автора: Не глава, а бред пьяного ежика, коим я и являюсь. Отдаю это на ваш суд, ибо комментировать от себя нет смысла. Приветливо помашу рукой публичной бете)) И да, ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!! Кхм, автор завтра сваливает в отпуск приблизительно на две недели, так что раньше 25 августа проду ждать не советую. Наберитесь терпения, мои дорогие читатели, и я вернусь к вам)) Приятного прочтения) Ваша Лекса. Тсуна на всех парах несся в институт, уже продумывая, как будет оправдываться перед Гокудерой за опоздание. Пусть староста курса и был его самым близким другом, но это не мешало Хаято отчитывать шатена за разгильдяйство. Вдобавок ко всему Тсунаеши не знал, как ему лучше себя вести… Flashback Рядом было что-то теплое. Это Тсуна почувствовал сразу, прижимаясь к источнику тепла сильнее и только тут начиная подозревать нечто неладное. За пояс его обхватывают чужие руки, а ноздри щекочет знакомый приятный запах. Обреченно вздохнув, Тсуна ерзает, пытаясь выбраться из стальных объятий. И как они оказались в одной постели?.. - Зверек, прищемись, раздражаешь, - сонный голос Хибари над ухом. Шатен недовольно фыркнул. - Выпусти меня, чудовище. - Кто еще из нас чудовище, - пробурчал Кёя, отпуская нервного мальчишку и сладко потягиваясь. – Ты ночью чуть два раза не обратился, поэтому мне пришлось тебя удерживать. - Ничего не знаю, - вздернул нос Тсуна, хотя слова Хибари заставили его призадуматься. Он действительно ничего не помнил ровно с того момента, как оказался на руках у мужчины и уснул, уткнувшись носом в его шею. Дальше был сплошной провал, но так всегда бывает, когда крепко спишь. – Кстати, а как ты можешь удерживать моего волка и не давать мне обратиться? - Я сильнее, чем ты, - просто ответил Кёя, неспешно застегивая пуговицы распахнутой рубашки. Тсунаеши непроизвольно облизнулся, неотрывно наблюдая, как чуть смугловатая кожа скрывается за белоснежным хлопком рубашки. А ведь обратное действие – расстегивание этих пуговиц – должно быть намного привлекательнее… - И все же? – решительно мотнув головой и прогоняя непрошеные мысли, спросил Тсуна. - Мой волк способен подавить твою волю, - терпеливо разъяснил Хибари, косо посмотрев на часы. Времени еще предостаточно. – Ты лидер, но слабее, чем я. - Погоди-ка… Лидер?! – Тсуна ошарашено заморгал. Он никогда не видел в себе задатки лидера, о чем Хибари сейчас вообще говорит?! - Не делай такое лицо, - усмехнулся брюнет, отчасти понимая удивление мальчишки. Он и сам был порядком удивлен, когда уловил достаточно сильную ауру юноши. – Я не ошибся и ничего не напутал. Ты вполне сможешь подчинить себе более слабых волков или же тех, кто по доброй воле захочет тебе подчиняться. Возможно, через несколько лет ты сравнишься по силе с Конем. - Нет-нет-нет, я не хочу чего-то такого! – активно замотал головой шатен, во все глаза уставившись на невозмутимого Хибари. Он, Никчемный Тсуна – и вдруг один из волчьих лидеров?! Да быть такого не может! - Успокойся, зверек, - в серо-голубых глазах промелькнул неуловимый огонек нежности. – От своей природы не убежишь, но тебя никто не заставляет собирать стаю. Сейчас это редкое явление. - А раньше? – стараясь дышать ровно, Тсуна опустился на кровать, скрестив ноги и не сводя глаз с брюнета. - Раньше оборотни только так и могли существовать. Одиночки чаще попадались охотникам. Проще убить одинокого волка, нежели выкосить целый сильный клан, - Хибари пожал плечами, отходя к окну и осторожно отодвигая штору. Луна уже скрылась с небесной тверди, уступив место плавно поднимающемуся солнцу. Но редкие облака еще хранили свет красной луны, а земля надежно пропиталась запахом крови. - У тебя тоже был клан? – карамельные глаза зажглись интересом. - Нет, - резко отрезал Хибари, холодно сверкнув сталью глаз. Тсуна гулко сглотнул, уловив от оборотня поток недовольства, и про себя решил больше не затрагивать эту тему. - А Дино – сан? - Сам у него спросишь, - фыркнул Хибари. – Будет лучше, если он сам тебе все расскажет. Может, научится контролировать свои эмоции. - Кстати… - Савада кашлянул. До него как обычно долго доходит. – А как мне вести себя в институте? Ведь со слов Занзаса у нас достаточно много волков… - Они тебя не почуют, - хмыкнул Кёя, пятерней причесывая растрепанный ежик черных волос. – Молодые оборотни пахнут слабо, и на фоне человеческого запаха, запах твоего волка будет слабо заметен. Унюхать тебя может только молодняк, а он в институте только один. - Кто? – Тсуна моргнул, окончательно запутавшись. Это что же получается, ему не придется осторожничать? Или же Хибари чего-то недоговаривает?.. - Этого я тебе не скажу, сам узнаешь, - по тонким губам скользнула легкая улыбка. Хибари поднялся на ноги, подходя ближе к шатену. Тсуна уставился на него, но все равно проглядел момент, когда брюнет наклонился к нему и коснулся губ своими. Чисто по инерции ответив на поцелуй, юноша выдохнул и недовольно проворчал: - Ты чего творишь вообще? - Тебе же понравилось со мной целоваться, - невозмутимо ответил Кёя, направляясь в сторону прихожей. – Не опоздай в институт. Услышав тихий хлопок дверью, Тсунаеши облегченно выдохнул и развалился на кровати, закрыв лицо руками. Щеки пылали – этот тип снова его смущает и пристает. Хотя, если подумать, Тсуна вовсе не против, да волк внутри него сияет как медный таз от близости Хибари, что не может не настораживать… End the flashback Естественно, Савада не заметил, как задремал. И вот теперь он как молодой козлик резво скачет в институт, чудом не спотыкаясь на ровном месте. Может, хоть в это краткое мгновение Фортуна будет на его стороне, а то в последнее время она деловито виляет у него перед носом своей неподражаемой филейкой. А, в принципе, как всегда. - Гокудера – куууун! – заметив издали пепельную макушку приятеля, Тсуна принялся активно размахивать сумкой, привлекая к себе внимание. До начала занятий у него оставалась всего минута. Успел. - Тсуна, где тебя носит?! – недовольно пробурчал Гокудера, осматривая растрепанного и помятого приятеля. Тот выглядел так, словно две минуты назад выбрался из стога сена. - Прости-прости-прости, я проспал! – выпалил Савада, повиснув на шее у блондина. Ноги держать отказывались. - И чем же ты ночью занимался? – Хаято нехорошо прищурился, уже приготовившись устроить мощный разгон. - Ну… как бы тебе сказать… - замялся юноша, стыдливо опустив взгляд. Врать другу не хотелось, но и говорить правду тоже, тем более в такой обстановке. Надо было как-то выкручиваться. - Эй, Хаято, Тсуна! Вы чего там застыли? – Тсуна радостно подпрыгнул, воззрившись большими, полными немой преданности глазами на своего спасителя – Ямамото. – У нас в соседних аудиториях занятия, пошли скорее! Бейсболист подхватил их под руки и поволок в сторону входа в институт. Периодически Такеши странно поводил носом, принюхиваясь и косо поглядывая на Тсуну. Шатен ежился под таким непривычным взглядом приятеля, сам чувствуя какой-то непривычный запах. Пахло волком. Оборотнем. И, похоже, именно от Ямамото. Что все это значит? Запах слабый, неустойчивый, но, тем не менее, достаточно уловимый… - На перерыве жду вас в библиотеке, - тихо проговорил брюнет, проскальзывая в приоткрытую дверь своей аудитории. - Чего он сказал? – Гокудера замер посреди коридора, благополучно позабыв, что они опаздывают уже на две минуты. – Он хоть знает, где библиотека находится?! Этот бейсбольный идиот… - Гокудера – кун, пошли, потом разберемся, - Тсуна решительно дернул пепельноволосого за руку, со стуком открывая дверь в аудиторию и мгновенно принимаясь рассыпаться в извинениях, забирая всю вину за опоздание на себя. Он привык, а Гокудера староста, ему по штату не положено. *** - Ты знаешь, надо было взять камеру, - пораженно прошептал Гокудера, увидев самое редчайшее явление в этом мире – Ямамото Такеши сосредоточенно что-то читал, обложившись книгами. – Фантастика… - Гокудера – кун, хорош восторгаться, пошли, - пробурчал Тсуна, за руку таща удивленного блондина к приятелю. Обострившееся зрение позволило даже на таком большом расстоянии разглядеть корешки книг, коими заинтересовался бейсболист. Оборотни. Сейчас что-то будет. - О, пришли, - Такеши посмотрел на них, привычно улыбаясь. Вроде бы с настроением у бейсболиста все нормально. - Зачем тебе столько книг про оборотней? – Гокудера бегло осмотрел стопы книг, усаживаясь рядом со своим парнем. Тсуна кое-как пристроился напротив, отодвигая подальше от себя толстенный сборник. - Тсуна, чего ты так морщишься? – губы Ямамото скривила непривычная усмешка. – Ты ведь один из волков, верно? - Э… Я… - на такой прямой выпад сложно было ответить. И солгать он не сможет, Тсуна прекрасно это понимал. И видел в карих глазах приятеля строгость и желание получить честный ответ. - Бейсбольный идиот, тебе битой по голове съездили? – тихо прошипел Хаято, зыркнув на любовника. - Подожди. Пусть ответит, - под таким пытливым взглядом любому стало бы не по себе. - Да, я один из них, - едва слышно выдохнул шатен. Гокудера прижал руку ко рту, а Ямамото победно тряхнул головой. - Так и думал. Можешь не переживать, мы никому не скажем, - бейсболист ослепительно улыбнулся, игриво подмигнув. Тсунаеши оторопел, открывая и закрывая рот – он-то ожидал совсем другой реакции… - Я такой же. - Э? – от удивления и осознания сказанного у юноши глаза на лоб полезли. – Тоже волк?! Гокудера – кун, ты знал об этом?! - Прости, я обещал этому придурку молчать, - виновато вздохнул Хаято, пожимая плечами. – Но ты меня удивил. - Я и сам в шоке, - честно признался Тсуна. - Тебя обратил Хибари? – Ямамото чуть подался вперед, почти соприкасаясь с Тсуной носами, и шумно втянул воздух. – На тебе его запах. - Ну да, это был он. Жизнь мне спас, - отчего-то Савада покраснел, а губы опалило непонятно откуда взявшимся жаром. Словно Хибари двумя поцелуями заклеймил его. - Этот Хибари у меня получит, - свирепо прорычал Гокудера. - Не надо, я сам виноват, - помотал головой Тсуна. Чистая правда – не нужно было ходить, куда не звали. - Тсуна, расскажи нам все, - в голосе Такеши сквозило ничем не прикрытое любопытство. Тсунаеши кивнул, но прежде чем он начал свой недолгий и очень содержательный рассказ, Гокудера все же успел вставить свою излюбленную фразу: - И откуда вы, идиоты, на меня беретесь?.. *** - Что-то вы зачастили к нам, - Хибари холодно прищурился, разглядывая Занзаса. Оборотень мрачно посмотрел на своего «подопечного». - Помнится, ты всегда говорил, что никогда никого не обратишь, - после недолгого молчания, протянул Занзас. Хибари поморщился. - Этого требовали обстоятельства. - Мне плевать на твои обстоятельства, - волна гнева буквально припечатывает Хибари к стене. На них косо поглядывают студенты, но никто подойти поближе и послушать не решается. Вокруг этих двух брюнетов слишком накаленная атмосфера. - Меньше агрессии, - презрительно фыркнул Кёя, за что тут же получил. Сильные пальцы сомкнулись на шее, надавливая с двух сторон на сонную артерию и припечатывая Хибари к стене. Перед глазами все поплыло. - Не зарывайся, мальчишка, - свирепо прорычал Занзас. Ему было плевать, что на них сейчас смотрят почти все студенты, все равно они ничего не поймут, а услышать смогут лишь то, что им позволено слышать. - Я не мог позволить ему умереть, - прохрипел Хибари, сверля взглядом удерживающего его мужчину. - Нам и без этого хватает бесконтрольных молодых оборотней, - удар кулаком в живот. Кёя рвано выдыхает, закусив губу. - Он хорошо себя контролирует, - сощурив глаза, он отвечает, преодолевая давление воли сильного волчьего альфы. - Это пока, а потом сойдет не на ту дорожку, - в голове тумкает от громкого рыка волка. - Не лезь в мою голову! – взбешенно прорычал Хибари, рывком отталкивая от себя брюнета и вырываясь из охватившего тело оцепенения. Снова гипноз. А он не привык чувствовать себя жертвой. – Чего ты приелся? Я несу за него ответственность и отвечу, если он что-то натворит! - Ты свихнулся на нем, - рыкнул Занзас. – Он не она. - Спасибо, я в курсе, - ехидно протянул Хибари, за что получил в ответ полный ненависти горящий рубиновый взгляд. – Она умерла почти пятьсот лет назад. Я ее не спас. А его спас. И прослежу за ним. У мальчишки неплохие задатки, он… - Я не желаю ничего слушать, - отрезал оборотень, снова оглушая Кёю рыком. – Если он хоть раз оступится… - Да чего ты взъелся? – Хибари мотнул головой, тут же перехватывая занесенную для удара руку. – Ты тоже не позволил мне умереть, так что отцепись от Савады! - Хибари, как же ты меня бесишь, - Занзас бьет левой, правой сражаясь за свободу действий. Кёя ловко уклоняется, царапая ногтями кожу запястья – и почему эти манжеты всегда так не вовремя задираются. Они были готовы сцепиться, выбежать на улицу, добраться до ближайшего парка и порвать друг друга в клочья, но… - Что вы творите? – удивленный голос прозвучал совсем рядом. Оба брюнета развернулись и посмотрели на помешавшего им смельчака. - О, а вот и виновник торжества, - презрительно фыркнул Занзас, отходя от Хибари на шаг и разглядывая замершего Тсунаеши. – Ну, и каковы ощущения после первого обращения? - Отвратительно, - сморщился шатен, уже ничему не удивляясь. В мужчине он сразу почувствовал сильного волка, превосходящего даже Хибари. Его волчонок первоначально сжался в испуганный комок, но теперь потихоньку расправлялся, проявляя любопытство. - А я думал, тебе понравится такая сила, - наклонил голову Занзас, обходя юношу и принюхиваясь. - Я не просил этого и никогда не горел желанием превратиться в оборотня, так что не собираюсь пользоваться этим, - решительно мотнул головой Тсунаеши, напрягаясь. Вокруг него кружится опаснейший хищник на земле. Надо быть предельно осторожным. - Мы тут кое-что обсуждали, а ты помешал нам, - алые глаза нехорошо сверкнули, Тсуна почувствовал неимоверно сильное давление альфы, какое вынести практически невозможно. Он оперся рукой на стену, жадно хватая воздух ртом, другую руку прижимая к груди. Сердце словно тисками сдавило, пульс слабел с каждой секундой, он чувствовал это. - Какого черта ты творишь? – Хибари разъяренным вихрем налетает на оборотня, сбивая тому контакт с Тсунаеши. – Он же еще мальчишка! Убьешь к черту! - И надо убить. Весь молодняк надо перебить, пока они не зазнались и не начали нападать на людей, позоря всех волков, - Занзас отшвыривает от себя Хибари, краем глаза отмечая приблизившихся Каваллоне и молодого оборотня, а с ними рядом ошивались люди. - С нападениями надо бороться по-другому, - прошипел Кёя, потирая ушибленное плечо. Его очень хорошо приложили о стену. И когда он наконец-то поравняется с Занзасом?.. – А не выкашивать молодняк. - Как заговорил, - нехорошо усмехнулся оборотень. – Раньше сам не одобрял обращение, а теперь влюбился в мальчишку и связал его с собой? Поздравляю, Хибари Кёя, деградируешь. - Чего тебе в голову ударило, Занзас? Ты меня всегда бесил, но сейчас просто выводишь из себя! - Заткнулись вы, оба, - все окружающее пространство заполнила давящая, пронизывающая насквозь аура. Ямамото схватился за голову, Дино прислонился к стене, прикрыв глаза. Хибари и Занзас непонимающе переглянулись, выискивая источник такой сильной ауры. Признаться, даже их повело от такого мощного давления, хотя Занзаса было сложно пробить. - Вы оба выводите меня из себя, - обладатель «силушки богатырской» обнаружился сам, нехорошо прищурив карамельные омуты глаз. – Выяснять отношения можно спокойнее. К тому же, я действительно не понимаю, почему ко мне так прицепились. И требую законных объяснений. - Зверек… - от удивления Хибари даже дар речи потерял. Такое случалось впервые – чтобы новорожденный оборотень показал такую мощь? Явно что-то новенькое. - В ночь красной луны, то есть в прошедшую ночь, было совершено четыре нападения на людей, - спокойным холодным тоном объявил Занзас. – Почерк явно молодого волка. Взрослые так не убивают. - Я был с ним всю ночь, - твердо смотря в рубиновые глаза, ответил Хибари. – Можно было спокойно поговорить. - Ты не представляешь, как это бесит, - тихо рыкнул брюнет. Его явно утихомирила буйствующая аура Тсунаеши, которая постепенно затухала. Шатен тоже успокаивался. – Разгребать кучу дел, к которым не имеешь никакого отношения. - И все равно, срываться на других непозволительно. И как тебя Скуалло терпит? – Хибари закатил глаза, демонстрируя свое недовольство поведением «родителя». - Ах ты мелкий гаденыш… - Да утихните вы или нет?! – снова подавляющая волна гнева. Тсуна хмурится, переводя недовольный взгляд с одного брюнета на другого. Те, словно пристыженные дети, примолкли, отказываясь признавать свое поражение – им плохело от давления чужой ауры. Им, двум сильнейшим волкам в этом времени. Стыд и срам, господа-товарищи. – Меня больше волнует другое. - Что же? – поинтересовался подошедший Дино, с интересом разглядывая своего учителя. Нечасто увидишь проявление эмоций у Хибари, тем более удивление. - Вот вы, - шатен беззастенчиво ткнул пальцем в Занзаса, - сказали, что Хибари нас связал. Что вы имели в виду? - В ночь новорожденного оборотня обративший чаще всего остается со своим обращенным. Всякое может случиться и полезно наблюдать за волчонком хотя бы издали. И если между ними в эту ночь возникает влечение, следует поцелуй, укус или иной физический контакт, то… Короче, так можно определить свою пару, - махнув рукой на более детальное объяснение, объявил Занзас. – Хибари должен был это знать. - Но я не знал, - брюнет сглотнул. Теперь пазл сложился в единую картинку. Это многое объясняет. - О нет, - протянул Тсуна, медленно оседая на пол по стене. - Крепитесь, - пожал плечами Занзас. – А мне нужно в деканат заглянуть. Напали-то на одного из ваших студентов. Никто и глазом моргнуть не успел, как брюнет уже скрылся, оставив в напоминание о себе лишь тонкую ниточку запаха. - И что это было? – Ямамото все еще держался за голову, стараясь прийти в себя. Рядом с ним стоял ворчащий Гокудера, зло смотрящий на Хибари. - Мне бы тоже хотелось понять, - в один голос проговорили Тсуна и Дино. Все разом уставились на успевшего натянуть привычную маску невозмутимости Хибари. - Он всегда так – пришел, наорал ни за что, подрался, ушел, - пожал плечами Кёя. – Привыкайте. - К этому невозможно привыкнуть, - Тсуна подавил зевок. - Согласен. Но ты устроил шоу покруче, - усмехнулся Хибари, отмечая проступивший на щеках шатена нежный румянец. - Вы просто реально достали, - словно оправдываясь, протянул Тсунаеши. - Если нападения участились, то скоро объявят общий сбор, - заметил Дино, поглядывая на брюнета. Тот кивнул. - Новичков просветим позже, пока надо идти на занятия, - он приблизился к смущенному шатену, приподнимая его голову за подбородок. – Теперь ты от меня никуда не денешься, зверек. - Убери от него руки! - Гокудера – кун, хоть ты-то не начинай!.. - М-да, это не так уж и весело, - устало пробубнил Ямамото, наблюдая за своим рассерженным любовником, что-то гневно высказывающим Хибари. - И не говори, - хмыкнул Дино. – Это ты еще настоящих передряг не видел. - Не горю желанием увидеть, если честно, - признался Ямамото. Тсуна, пунцовея щеками, пытался оттащить Гокудеру от спокойного усмехающегося Кёи. У них там явно своя атмосфера.