Изменения

— Ты уверен, Эдди? — Дэн так смешно понижает голос. Как будто симбиот может не услышать. — Он же убивает тебя! — Все нормально, — уверяет Брок, лениво ковыряя вилкой в овощной запеканке. Они, конечно, хотят есть, но не настолько, чтобы жрать траву. — Мы уже давно решили этот вопрос. На самом деле они даже не говорили об этом — Эдди верит, что симбиот не станет жрать его больше. Симбиоту нравится, что ему верят. — Но он же паразитирует на тебе! — Это симбиоз! — говорит Веном, и Дэн отшатывается. Как и Энн, собственно. — Не зови его паразитом, — добавляет уже только Эдди. Симбиот прячется в теле носителя, предлагая откусить голову наглому корму, смеющему оскорблять их. Дэн не верит в то, что Ви не паразитирует на носителе. Энн не верит в то, что Эдди способен справиться с чем-то вообще. Они не верят в Венома. Наглый корм. Эдди едва не давится соком от смеха, улавливая мысли симбиота. Корм, надо же. Теперь главное Дэна так не назвать. «Или Энн» — добавляет симбиот, сворачиваясь внутри носителя. Но симбиот знает, что люди, сами того не понимая, правы — их раса специализируется на паразитизме. Им не ведом — не интересен? — симбиоз. Они не стремились к нему. Он был другим — уже осознав себя как Венома, первым делом он попытался создать связь. Был ли он неправильным? Он не знал, быть может, он появился в результате симбиоза? Был ли кто-то из его родителей того же цвета, что и он? Искал ли кто-то единственного носителя, чтобы потом защищать его от всего, что только способно навредить? Веном не знал. Он отличался цветом и тем, что искал — никто с Клинтара не знал, что именно он ищет, но это не было важно — главное, все знали: Веном ищет. Этого хватило, чтобы он стал изгоем. Постепенно Веном перестал осторожничать с носителями. Они стремились подавить его, и он стал делать так, как было принято на Клинтаре — использовал их, сжигая дотла изнутри. Они были всего лишь топливом в его поисках. Но однажды он стал не одинок. К нему пришел Райот, ищущий новую планету, способную принять их — подходило время для размножения их расы. Им были нужны носители для потомков. Райот знал, что Веном ищет — он предположил, что всем можно найти искомое на новой планете. Это было до прибытия на далекую Терру. На самую ничтожную из планет, куда даже Опустошители не заглядывали. Носители здесь были самыми слабыми из всех, что Веном только встречал — они сгорали за несколько часов и ему приходилось покидать их пустые оболочки, выползая на губительный воздух этой проклятой планеты. Оболочки звали свою планету «Земля». Что за глупое название, почему они не звали ее тогда «Грязь»? Веном многого не понимал в жизни оболочек, но вскоре он понял, как нужно копаться в их воспоминаниях, чтобы они не умирали еще быстрее. Он все больше узнавал о «Грязи» и ее жителях. Это место было еще более отвратительно, чем Веном думал. Он не мог дождаться, когда Райот приведет сюда других, чтобы эти ничтожные оболочки дали жизнь новым клинтарцам. А потом появился Эдди. Хватило всего нескольких секунд, чтобы Веном понял: нашел. Теперь Веном — они. Но через некоторое время симбиот — у нас симбиоз, я больше не паразит — начал паниковать: носитель — Эдди-Эдди-Эдди — сгорал. Веном еще не умел обращаться с хрупкими человеческими оболочками и привычно начал поглощать носителя. Он пытался все исправить, но времени, чтобы разобраться не хватило — их разделили. Эдди злился. «А как же твое "мы"?!» — спросил он. Веному было больно, было страшно — не за себя, за Эдди, Веном же не успел починить его! Эдди может умереть! Но Эдди ушел, и лишь Веном кинулся следом за человеком, который умирал — женщина предпочла пытаться объяснить что-то совсем неважное тому, кто разделил Венома и Эдди. Веном ненавидел вспоминать то, кем был до Эдди. Он ненавидел помнить, что был паразитом. Он ненавидел, когда ему напоминали об этом. О том, что он едва не убил Эдди. — Не зови его паразитом! — требует Эдди, и симбиот мягко ластится к своему человеку, который не понимает, почему чувствует такую волну обожания от того, с кем делит имя. Ви не говорит с Эдди об этом. Он делает многое другое и даже не обижается на Дэна и Энн — лет через семьдесят их уже не будет, а они с Эдди все так же будут звать себя Веном и жрать плохих людей. Возможно даже на других планетах, которые Эдди обязательно должен увидеть. А пока… «Мы голодны» — и Брок встает из-за стола, прощаясь и уходя в самые неблагополучные районы, где ходит еда для них. … а пока можно сожрать кого-то плохого, чтобы не навредить Эдди.