Эльфийские истории

Сперва Маэдвель берет щит. Он огромен: длинный, в его рост. Узкий. Непривычно после кавалерийского, но, по крайней мере, ясно, как держать. Глефа кажется не просто большой — она совершенно чуждая. Маэдвель долго смотрит на противопоставленные изогнутые лопасти с однолезвийной заточкой, прежде чем взяться за рукоять между ними. Короткую, в один хват. Закрывает оставшийся — левый — глаз. Лезвия качаются туда-сюда. Они не такие тяжелые, как на сторонний взгляд: оружие для одной руки. Мифриловый сплав, может быть — запредельская быстросталь, он не знает, ему незачем было знать — и сейчас не важно. Значение имеет баланс. Он шагает на раз вперед, делает восходящий взмах. Глефа идет легко, стонет воздух. Звук — неожиданно даже приятный. Тяжесть в руке тоже приятная, внушает подспудную уверенность. Тело — осторожно пока что, но вспоминает само. Его учили этому с семи лет. Взмах, оборот, выпад… Нижний край щита зарывается в песок, рвет движение, заставляет споткнуться. Мэд опирается на лезвие глефы, чтобы не упасть, шипит проклятье сквозь зубы. — К нормальному щиту нужно привыкнуть, — роняет доселе молча наблюдавший за ним капитан Стальное Перо. — К оружию тоже. Движения слишком вялые, видно, что ты не уверен. Он обходит сына по кругу, тычет несильно в щит, проверяя твердость блока. Бьет несколько раз по клинку, оценивая технику и реакцию. — Здесь начинается слепая зона, тебе придется с ней считаться, — капитан отходит назад и опускает оружие. Его голос смягчается почти незаметно. — Ничего. Снова научишься. — Научусь, — отвечает Мэд твердо. — Дай мне месяц.