Родная кровь .

      Гарри открыл глаза, рядом с ним на кровати с обеих сторон сидели мама Таня и Анжелика. Сестра держала его за руку, а мама гладила по голове. — Что случилось? — спросил он у родных. — О! Очнулся! — воскликнула девочка. — Это мы должны у тебя спросить, что случилось? Ты сидел спокойно, как и все слушал декана, а потом схватился за голову и закричал так жутко. А потом вообще потерял сознание. Что случилось? Гарри закрыл глаза, он пытался вспомнить, что было до того, как он почувствовал сильную боль в том месте, где раньше был шрам. Ничего особенного не происходило. Декан сидел напротив в кресле, он говорил, но Гарри не помнил о чём говорил профессор, он слушал этот голос и вспоминал, где мог его слышать. А так же смотрел на этого человека и не мог понять, почему ему кажется, что он его знает. Потом мужчина поднял левую руку, поправил волосы и тут его пронзила адская боль, такая же, как и тогда, во время ритуала. Гарри открыл глаза: — Мама, а где отец? — Он разговаривает с вашим деканом и директором, — ответила Татьяна. — Сынок, у тебя сейчас всё нормально? Нигде не болит? — А где я вообще нахожусь? — спросил он, оглядываясь. В длинном помещении в два ряда стояли кровати, заправленные белым постельным бельём. — Это больничное крыло, — ответила Анжелика. — Когда ты потерял сознание, профессор принёс тебя на руках сюда. — Но мне уже хорошо, пойдёмте отсюда, — поднимаясь с постели сказал мальчик. — А вдруг ты опять упадёшь? — заволновалась мама. — Нет, мамочка, я больше не упаду. Я кое-что вспомнил. Надо папу. Пойдём к нему. Гарри встал с кровати и потянул за руку сестру. — Они у директора в кабинете, — остановила его Таня, — давай подождём его здесь. Гарри сел обратно на кровать. — А нам не расскажешь, что ты вспомнил? — спросила нетерпеливая Анжелика. — Я вспомнил этого человека, — спокойно ответил ей брат. — Кого? Профессора? Гарри кивнул: — Надо отца, ему рассказать, — Гарри обнял сестру, — не обижайся, Ангел, не хочу два раза одно и тоже повторять, потерпи.       Минут через пять к Новиковым подошла медиведьма в лиловом халате: — Как Вы себя чувствуете, мистер Новиков? — спросила она мальчика. — Спасибо, мэм. У меня всё хорошо, — ответил он. — Мне надо провести диагностику Вашего организма, но Ваш отец не разрешил делать это в его отсутствие. Гарри кивнул головой, он понимал почему отец не подпустил к нему специалиста, способного определить, какой ритуал он недавно перенёс. — Мы подождём его здесь, — попросила Таня, — если Вы не против. — Подождите. Я могу задать несколько вопросов на счёт здоровья Ваших детей? — Конечно, — ответила женщина, — но мы же Вам предоставили их мед. карты. В них всё указано. И по поводу физического состояния и магического. Вы же их, наверное, просмотрели? — Разумеется, — ответила медиведьма, — и у меня появились некоторые вопросы. Это по поводу рождения детей, - очень тихо произнесла она. — А что не так с их рождением? — заволновалась Таня.       В России знали, что Гарри им не родной сын, а племянник, но ни у кого вопросов на этот счёт не возникало. Ну племянник и племянник, мало ли почему ребёнок живёт с родственниками, а не с родными родителями. — День рождения мальчика в мед. карте не соответствует дню рождения в тех документах, которые вы с мужем предоставили для поступления детей в школу, — ещё тише ответила медиведьма. Таня растерялась. Она не знала, что ответить дотошной женщине. Но тут, на выручку к жене, подошёл Роман. — Разве на Вас не распространяется магическое клятва о защите информации о пациентах? — спросил он. — От меня никто ничего не узнает, — ответила она, — но есть у нас некоторые индивиды, которые любят совать свой нос не в своё дело и пытаются всё держать под личным контролем. Мне необходимо знать точную дату его рождения, чтобы, в случае необходимости, назначать верное лечение. — Вы должны знать, что мед.карта ведётся автоматически и в неё занесено всё так, как обстоит на самом деле, — настороженно глядя на женщину, ответил ей Роман. — Я поняла, — она кивнула головой. — Я могу провести диагностику вашему сыну? Должны же мы понять, почему мальчик упал в обморок? — Перестройка организма не выдержавшего адаптации. Спасибо Вам за беспокойство, но ничего страшного не случилось. Если Вы не против, то мы пойдём, — он обнял за плечи сына и дочь и они вышли из больничного крыла.       Всю дорогу до апартаментов, которые выделила Новиковым администрация школы, они шли молча. Гарри попытался что-то сказать, но отец попросил пока помолчать. Когда зашли в комнаты и заперли за собой дверь, Роман повернулся к сыну и присел на корточки перед ним. Он внимательно смотрел в глаза сыну и, не увидев в них никаких изменений, облегчённо вздохнул. — Что произошло, сынок? — поднимаясь, спросил он мальчика. — Я толком ничего не понял, — ответил Гарри, — но мне кажется, что я уже раньше видел этого человека, и слышал его голос. — Ты имеешь ввиду профессора Снейпа? — Ну да! Понимаешь, в тот момент, когда он поднял руку к своему лицу, из неё вылетел луч. Я не знаю, что это было, — раздражённо сказал Гарри, — но он сильно ударил в мою голову, именно туда, где раньше был шрам. И мне стало нестерпимо больно. А потом я увидел… — Гарри замолчал. — Когда потом? — тихо спросил Роман, стараясь не спугнуть сына. — Не знаю, но я увидел комнату. Она была такая же, как и в доме, там, в Годриковой впадине. В неё зашёл сквозь стену, так мне показалось, человек в чёрной одежде. Он опустился на колени и поднял с пола голову женщины, — Гарри пересказывал увиденное им, когда он находился в беспамятстве. — Отец, он плакал и говорил, что это его вина! А потом он повернулся ко мне и я увидел его лицо. Это был этот самый человек, только намного моложе. — И что дальше? Гарри открыл глаза и посмотрел на Романа. — Ничего, он просто посмотрел на меня, а потом положил её голову обратно на пол и исчез, так же как и появился. Папа, он знал маму, он должен знать, что произошло на самом деле. Он должен знать, что нас было двое, — взволнованно, торопясь высказать сразу всё, говорил Гарри.       Роман обнял сына и повёл к дивану, на котором уже сидели Анжелика с Таней. Они сидели прижавшись друг к дружке и внимательно слушали Гарри. — Да, сын! — сказал отец. — Ты прав, он знал Лили. Даже больше, они были друзьями. А некоторые говорят, что он был влюблён в неё безумно. Но что-то у них не сложилось и Лили после школы вышла замуж за Джеймса Поттера. А Снейп стал служить тому самому волшебнику, который убил Лили и её мужа. У него на левой руке его метка. Это такой знак, которым господин отмечает своих рабов. — Рабов? — спросила шокированная Татьяна. Ей этот профессор показался очень независимым и свободолюбивым, чтобы стать чьим-то рабом. — Иначе это их служение назвать нельзя. Мне таких ужасов нарассказывали, что просто жуть. И никто не мог сразиться с этим колдуном, чтобы уничтожить его. Все боялись. Но меня поражает другое, когда я начинаю кого-нибудь расспрашивать про Поттеров, все говорят только одно, какими замечательными людьми и волшебниками они были и ни каких подробностей. Такое впечатление, что все находятся под заклятием забвения. Здесь помню, а здесь не помню. И Лили, и её муж, они же учились в этой школе, у них должны были быть друзья, знакомые, родственники. Где родители Джеймса? У кого бы не спрашивал, все смотрят на меня, как на идиота. Как будто у этого парня и не должно быть родителей или просто близких людей. Директор, так тот вообще дурачком прикидывается. У меня такое ощущение, что всё не просто так. Что-то не очень хорошее стоит за всем этим. Зачем надо было разделять близнецов? Все волшебники знают, что у близнецов, пока они в утробе матери, одно магическое ядро на двоих. И только перед самым появлением на свет, это ядро делится на двоих, но они идентичны, то есть абсолютно одинаковые. Ни в коем случае нельзя разделять даже просто двойняшек, а близнецов тем более. Это преступление против Магии и природы. — Рома, но от чего же всё-таки Гарри упал в обморок? — задала интересующий её больше всего вопрос Татьяна. — Видимо от болевого шока. Его подсознание смогло воспроизвести в памяти тот самый день, и его организм отреагировал на память тела болью, полученной тогда. А уже находясь в бессознательном состоянии он смог выделить значимую часть того, что хотел вспомнить. Вообще, подсознание - это тёмный лес для дилетантов, таких как мы, а уж подсознание волшебника, и вовсе непроходимые дебри. Не будем пока зацикливаться на этом. Никаких нарушений ни в здоровье, ни в магии у Гарри нет, пока. — Что значит, "пока"? — испуганно спросил Гарри. — То и значит, если ты и дальше будешь насиловать своё подсознание, пытаясь что-нибудь вспомнить, ты можешь нарушить ядро, которое и так нестабильно в тебе. — Папа, а ты что-то узнал про брата Гарри? — спросила Анжелика. — Узнал. Правда при этом мне пришлось споить пару бутылок нашей водки леснику. Помните, это тот здоровый мужик, который встречал вас с поезда? — дети нетерпеливо кивнули головой, какая разница от кого и как отец узнал новости, пусть рассказывает быстрее. — Так вот этого великана директор и отправил за мальчиком, когда тому исполнилось одиннадцать лет. Тот нашёл ребёнка на животноводческой ферме, у родственников. Кстати, фамилия этих родственников — Дурсли… — Как так? А какая же семья была настоящая? — находясь в глубоком шоке, спросил Гарри. — Я вообще ничего не понимаю! Одинаковые имена, одинаковые родственники! Отец, что всё это значит? — Пока не знаю, — ответил ему Роман, — но знаю, что мальчику очень плохо жилось там. У него не было своей комнаты в огромном доме, как рассказал Хагрид, так зовут этого великана. Жил мальчик на псарне, вместе со сторожевыми собаками, и выполнял всю работу по уборке и кормёжке мелких животных. Коз, овец и поросят. В школу он не ходил и научился читать и писать сам, самостоятельно. Когда ему пришло письмо в школу, родственники пытались его спрятать, но, как сказал Хагрид - "Разве можно кого-либо спрятать от Величайшего и Добрейшего волшебника и чародея директора Дамблдора, если этот кто-то ему нужен." Передал слово в слово, именно так он и сказал. — Отец, объясни. Почему мы должны скрывать, кто я есть на самом деле, да и ты? Ты же родной брат нашей мамы. Разве плохо будет если мы с братом будем рядом, вместе? Ты же сам сказал, что разъединять близнецов нельзя? — Понимаешь, сынок. Необходимо понять, что задумал этот старый жук. Ведь не просто он так с вами поступил. Тебя мы сможем защитить, ты усыновлен нами, а опекуном твоего брата является сам директор. У них, здесь очень строго соблюдают законы, особенно по опеке. Потерпи немного, он же сейчас будет на наших глазах. Я наблюдать за ним буду и при случае обязательно приду на помощь. Ты мне веришь?       Гарри вытерев набежавшие слёзы, кивнул головой. Конечно он верит своему отцу. Кому, как не ему он может ещё верить? Только человеку который спас его от страшной жизни на которую его обрекли другие волшебники, у… неизвестно кого. И нашёл возможность избавить его от паразита, сжирающего его магию. — Папа, а шрам? У брата откуда шрам? Он же не был в тот день в доме? Роман покивал головой. — Я тебе обещаю, что обязательно обо всём узнаю. А пока просто живите, заводите новых друзей, общайтесь с ровесниками, учитесь. Вы же уже познакомились с кем-нибудь? — Да, — ответила Анжелика, — у меня даже подруга появилась. Мы с ней в одной комнате живём. Её Дафна зовут. — Красивое имя, — сказала Таня, — а ты, Гарри, познакомился с ребятами? — Да. Это Блейз, он из Италии и Теодор, он англичанин. Мне они понравились, а ещё Драко. Он в другой комнате жить будет, но мне тоже понравился. Правда странный он какой-то. — Странный? Почему? Гарри пожал плечами: — С одной стороны притягивает к себе, а с другой отталкивает. — Ну ещё мало времени прошло, одна ночь всего. За это время, что можно узнать о людях? Но не судите по первому впечатлению. Сейчас вы все немного растеряны. Вот познакомитесь поближе, тогда и посмотрите, кто чего стоит. Только сами не зарывайтесь. Будьте проще и к вам потянутся люди. — Всё так, только…? — неуверенно протянул Гарри. — Что не так? — Как общаться с деканом? После того, что я узнал о его причастности к тому, кто убил наших родителей, смогу ли я относиться к нему нормально? — Без предвзятости? Ты это имеешь ввиду? — спросила Татьяна. — Ну да. Без этой самой… — А ты не думай о нём плохо. Мы же не знаем, что происходило тогда. Ты думай о нём, как о человеке, который любил твою маму. Не забивай себя ненавистью. Она цепляется крепко, и отравляет всё вокруг. Прежде всего в людях надо искать хорошие стороны, а плохие сами вылезут наружу, — обнимая сына ответила ему мама Таня. — А сейчас бегом на обед и на занятия, — скомандовал отец. — Есть, сэр! — дети встали по стойке смирно и приложили ладони к вискам…