Evil Nobility/Злое Благородство

Сцены сменялись одна за другой в утреннем Лондоне. Город превратился в настоящий улей, жители которого пробудились ото сна и принялись за работу. Магазины были открыты, рынки заполнялись возгласами и криками торговцев с площадок, газетчики патрулировали улицы, объявляя прохожим новости самого интригующего характера.Время от времени можно было увидеть полицейского, который зорко осматривал улицы.Несмотря на едва заметные признаки бедности под обликом неряшливых детей и попрошаек, разбросанных по улицам то тут, то там, город в большинстве дней был полон неизменного веселья. Это было исключением из дней. Мать ворчала себе под нос, когда молочник, которого она раньше никогда не встречала, доставлял ей бутылки молока сопозданием. Он извинялся, что некоторые отсутствия работников заставили его следовать незнакомым маршрутам. Молочник не знал, будет ли проведена ротация, когда отсутствующие вернутся. Группа джентльменов вышла из кафе, их утренняя встреча была сорвана пропавшим руководителем. Представьте себе! Назначить встречу с собственным клубом, пропустить ее, не предупредив заранее или не предоставив объяснения? Если это была своего рода шутка, то она была в очень плохом вкусе! Какой-то ребенок, надувшись, засунул свои карманные деньги обратно в штаны и отвернулся от закрытой кондитерской, которая, хотя об этом ещё никто не знал, никогда больше не откроется. Несмотря на эти, казалось бы, незначительные беспорядки, Лондон продолжал свои дела, как обычно, и, если сотрудники просили уйти задолго до захода солнца, работодатели не отказывались. Если некоторые магазины решили закрыться за час до вечера, никто и глазом не моргнул. Если Лондонское веселье было лишь видимостью, то нарастающую суматоху... никто уже не замечал. *** Испуганный вопль пронзил сырой воздух подземелья, и Абрахам почувствовал головную боль в висках. Его шаг ускорился, когда вслед за криком послышался рёв, и он завернул за угол как раз, в то время как один из его людей вылетел в коридор, как тряпичная кукла. Абрахам бросился вперед, чтобы проверить его, расталкивая солдат, которые обступили упавшего человека. Влага просочилась в его штанины, когда он опустился коленями на холодные каменные плиты, но отодвинув легкий дискомфорт в сторону, сосредоточившись на неподвижной фигуре. Он вздохнул с облегчением, когда быстрый осмотр показал, что человек был просто без сознания и, скорее всего, проснется с раскалывающейся головной болью и внушительным количеством синяков. Он поднялся с земли и начал успокаивать собравшихся мужчин, только чтобы понять, что часть их беспокойства подпитывается постоянным рычанием, исходящим по всему коридору. Звук был настолько глубоким, что его было почти не слышно, наполненным злобой, и воздух, казалось, становился тяжелее от страха. Абрахам почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом. Он развернулся лицом к дверному проему, из которого был выброшен его сотрудник. «Довольно!» - сорвался он, игнорируя инстинктивный голос разума у себя в голове. Рычание резко оборвалось, оставив тишину, которая давила на чувства. Абрахам жестом велел людям убрать человека, потерявшего сознание. Затем он направился к двери, которая зияла перед ним глубокой непроницаемой темнотой. Когда он переступил порог, неестественные тени отступили, уступая ему место, шипя и шепча. Две красные сферы появились в самом тёмном углу, их яркость была пронизана обсидиановыми зрачками. «Ты закончил вести себя как ребенок? Знаешь, я подумывал о том, чтобы позволить тебе отдохнуть в гробу, пока мы путешествуем, но так как ты кажешься таким неугомонным и энергичным, я думаю, что откажусь от того, чтобы персонал погрузил его в карету», - слова Абрахама прозвучали насмешливо, и горящие глаза сузились от жгучей ненависти. «К тому же, если твоя маленькая истерика заставит нас опоздать, твое кровоснабжение будет уменьшено до конца недели,- пронзительный взгляд вспыхнул, но его владелец подавил любой звук протеста, -теперь иди и надень что-нибудь приличное, а не то, что на тебе. Карета ждет, и я начинаю терять терпение». На лице Абрахама было приятное выражение, когда он говорил, но голос его был твердым и непреклонным. Он повернулся и вышел из мрачной камеры с видом человека, который не сомневался, что его приказы будут выполнены. И с недовольным шипением Абрахаму были вынуждены неохотно повиноваться. *** Путешествие в поместье Фантомхайв было довольно спокойным, несмотря на то что, невозможно было не замечать тряску и скачки, из-за оставленных утренним дождём выбоин. Карета двигалась быстро, не нанося никому ущерба, и если бы можно было игнорировать раздражённого вампира, который ворчит и дуется в углу кареты, Абрахам Ван Хеллсингне отчитывал бы его каждые пять минут за раздражающее поведение. В остальном все прошло довольно гладко. Излишне говорить, что лошадь, кучер, карета, Ван Хеллсинг и раздосадованное чудовище были безмерно рады, когда поместье появилось в поле зрения. Глаза Абрахама блуждали по величественному зданию, упиваясь изящной архитектурой, пышной зеленой лужайкой и многочисленными аккуратно подстриженными живыми изгородями. Алукард тоже слегка вытянул шею, чтобы рассмотреть строение. Он полагал, что это подходящее жильё для знати. Во всяком случае, для англичан. Он тихо вздохнул, вспомнив возвышающиеся каменные крепости, увенчанные развевающимися знаменами, ритмичный стук солдатских ног, ржание лошадей и, несомые холодными зимними ветрами, леденящие кровь волчьи вопли. Вампир резко напрягся, игнорируя бдительный и подозрительный взгляд хозяина в его сторону. Карета только что прошла через большие железные ворота, которые на самом деле не были особенными, за исключением того, что Алукард почувствовал, что карета прошла через что-то еще. Что-то другое. Это был не барьер, через то, что они прошли, а какая-то граница.Предупреждающая не только о людях, но и о животных. Он сосредоточил свой слух за пределами кареты, на соблазнительном сердцебиении кучера, на лошади. Хм, лошадь не пострадала. Источник. Кто или что было источником? Он открыл свой третий глаз и посмотрел на поместье Фантомхайв через него, проникая сквозь слои камня, мрамора, штукатурки и дерева в поисках источника границы. В поместье должен был находиться источник. Он находился в центре куполообразной границы, которую он ощущал, окружая поместье. Ничего. Он ничего не чувствовал. Просто легкий гул в атмосфере от тонкой границы вокруг них. Кто-то скрыл источник, от которого исходила граница предупреждения, и это расстроило его. У Алукарда не было возможности узнать, был ли источник простой защитной печатью, или это было какое-то сверхъестественное существо, от которого ему, возможно, придется отбиваться, чтобы защитить своего теперь уже расстроенного мастера. Он нахмурился и повернулся к Абрахаму. «Будьте начеку. Что-то есть в этом поместье, но я не уверен, что именно», - прямо сказав это,он уставился в окно с каменным лицом. Абрахам хотел спросить, что имел в виду его мрачный вампир, но был прерван, когда карета остановилась перед широким крыльцом особняка. *** Себастьян поспешил к входной двери. Он только, что закончил все приготовления в последнюю минуту. Опять. Остальные слуги, за исключением Мистера Снейка и Мистера Танаки, снова испортили все тщательные приготовления к приему гостей. На этот раз, обнаружив многочисленные катастрофы, он не сказал им ни слова. Он просто вытащил Барда из сажи, покрывавшей кухню, проигнорировал его жалобы, потащил "повара" по коридору, открыл редко используемую дверь кладовки и запер его. Он повторил этот процесс с вопящим Финни (окруженным тем, что выглядело как грубые канавы на безупречном газоне) и горничной (покрытой нелицеприятной смесью мыла и крема для обуви). Когда он подошел к двери кладовки с Мэй Лин на буксире, то услышал шепот Барда: "Хорошо, Финни, вот твой шанс. Когда Себастьян откроет эту дверь! Мы бросимся вперёд!» Себастьян закатил глаза, открыл дверь и толкнул все еще визжащую горничную перед собой, как таран. «УФ!» - горничная, садовник и повар повалились назад, и Себастьян тотчас же запер дверь на ключ. Он не обращал никакого внимания на приглушенные звуки их растерянности, испуга и негодования, не испытывая никакого сожаления. Ничего. Несмотря на неудачи, дворецкий всё же успел прибраться, приготовить вкусные блюда, организовать подходящий приём, расположить всё это в гостеприимной части поместья и удостоверился, что молодой хозяин готов принять гостей, не без того, чтобы молодой мастер не узнал о произошедших событиях. Как и ожидалось от слуги его положения, Себастьян внутренне гордился собой. Он добрался до главного фойе, где мистер Снейк и мистер Танака ожидали прибытия гостя. Молча поправив костюм, он бросил быстрый взгляд на карманные часы, ожидая прибытия опоздавшего Ван Хеллсинга. Он замолчал, когда его печать заколола. Хм? Что-то сверхъестественное проникло на его территорию. Что-то довольно мощное. Как утомительно. Его печать снова начала покалывать, когда пронзительный взгляд стал осматривать физические слои стен поместья, и Себастьян был благодарен, за то, что он постоянно скрывал свою ауру и силу. Он не хотел вступать в конфликт с существом такого масштаба в такой непосредственной близости от своего молодого хозяина. Вампир, и Себастьян точно знал, что мистер Ван Хеллсинг привез его с собой, без сомнения, он стал бы агрессивным и обособленным, если бы подвергся воздействию его полной природы. Себастьян нахмурился, когда пристальный взгляд окинул его и продолжил путь по поместью. Было что-то знакомое в этом присутствии, но он не мог быть уверен, потому что оно было неясным. Нет, не неясным, а связанным. Связанным кем? Абрахамом Ван Хеллсингом? Это имело бы смысл, поскольку Себастьян не мог придумать ни одной земной причины, по которой такое чудовище отправилось бы средь бела дня на этот маленький обед, чтобы обсудить дело королевы. Себастьян шёл, продолжая размышлять о будущих последствиях связи вампира с человеком, выбранным Королевой для этого необычно странного случая быстро исчезающих людей, участии его собственного хозяина, и почувствовал, как дрожь волнения пробежала по его позвоночнику. В этот момент, осознание поразило, и демон-дворецкий внезапно понял, почему этот вампир был так знаком. К счастью, двое его спутников не смотрели на него, иначе у них мог случиться приступ паники при виде ужасающе острой улыбки, которая внезапно расколола лицо Себастьяна надвое, и холодные карие глаза вспыхнули яркой фуксией. Себастьян был в восторге, и ему едва удавалось устоять на месте. Он знал этого вампира! О, он однажды встречал его! Не важно, что защита его контрактора может стать немного сложнее с этого момента, но это было слишком интересной ситуацией, чтобы пропустить! Эта нежить, этот Носферату, этот Король-Не-Мёртвых был здесь сейчас, со всем, что произошло... и он был связан человеком?! Себастьян весело замурчал, заставляя свое лицо казаться мягким, когда остальные повернулись к нему. Экипаж въехал на извилистую дорогу, и Мистер Снейк вышел им навстречу. «Ну и ну, Цепеш, - подумал Себастьян с истерическим восторгом, - в какую же беду ты впутался теперь?» Экипаж остановился.