Глава 3. Что таится во льдах? Часть 2
24 мая 2019 г., 11:20
Ночь пропустила через себя самые яркие сны сотни членов экипажа, и утро наступило неумолимо быстро, будто бы нарочно приближая час начала исследовательской операции на новой планете. И не важно, что за бортом неизменно простирался чернеющий мрак космоса – «Энтерпрайз» просыпался и начинал жить новый день.
Несмотря на тяготы бессонницы ночью, вызванные взволнованными предвкушениями своей первой инопланетной высадки, Виктория вскочила с кровати самая первая в их каюте и заняла душевую. А водные процедуры она ох как любила! Потому Тея всегда старалась занять душ быстрее, что сегодня ей не удалось.
– Вик, сколько можно там сидеть! – барабанила кулаками в дверь Мартинес, пытаясь перекричать шумящий напор воды. – Что ты там так долго намываешь? Свои несчастные шестьдесят килограмм?
– У меня пятьдесят семь!!! – разразилась Кларк за дверью.
– А какая разница, если ты моешь их как все шестьдесят!
Шум воды прекратился, заскрипел пол, и через минуту дверь душевой отъехала в сторону, а оттуда вышла замотанная в полотенце Виктория, вытирающая свои волосы сухим полотенцем.
– Не вздумай сказать хоть кому-нибудь, что я вешу шестьдесят кэгэ, – пригрозила она, проходя мимо и уступая комнату подруге.
– Первым же делом сегодня пойду к Споку и скажу ему, что ты весишь все семьдесят, – оскалилась та, скрываясь за запотевшей дверью душевой.
– Я тебе пойду!
За стеклом иллюминатора проносились сине-фиолетовые потоки, создаваемые из-за движения корабля на варп-скорости. Так красиво! Каждый раз при взгляде на это у Виктории захватывало дыхание. Иногда она задумывалась: неужели ей всё это не снится? Прошла уже целая неделя, но ощущение такое, будто ещё вчера она гуляла по двору студгородка, сдавала тесты и лишь грезила о поступлении на «Энтерпрайз». Оказывается, мечты бывают такими осязаемыми.
Вскоре обе девушки закончили свои утренние водные процедуры и принялись одеваться, чтобы скорее уже выдвинуться в рабочее пространство корабля. Тея неуклюже натягивала на себя платье, всё ещё сонно потягиваясь с желанием часик-другой поваляться в кровати, а Виктория наносила макияж перед зеркалом.
– Кстати, как там твои попытки завладеть сердцем остроухого зеленокрового зануды? – поинтересовалась Тея.
Рыжей уже надоело ругаться на неё каждый раз, когда подруга креативно обзывала объект её воздыхания (собственно, как и всех парней, которые у Вик были), а потому лишь вздохнула, взмахивая щёточкой туши по ресницам:
– Не слишком продуктивно. Он относится ко мне так же, как и к остальным, и я никак не могу разжечь в нём огонь.
– Ну, ещё бы. Он никогда не посмотрит на шестидесятикилограммовый батончик, – троллила Мартинес, присев на кровать и обуваясь в сапоги. В неё тут же полетела туба с тушью, но девушка лихо увернулась, тихо смеясь насупившемуся выражению лица своей подруги. – А вообще, он всё ещё тебя не достоин. Вы не подходите друг другу, это очевидно. Сама сопоставь ваши характеры: ты – солнечный, милый ребёнок с шилом в одном месте и стаканом вискаря в руке, а он – педантичный профессор кафедры вулканского самообладания с кучей заскоков.
– Тебе, как всегда, нет равных в формулировках, – грустно улыбнулась Вик, принявшись покрывать губы помадой. – Но ведь противоположности притягиваются. Даже в условиях искусственной гравитации.
Тея только открыла рот, чтобы откомментировать, но Виктория попросила её больше ничего не говорить. В конце концов, ей прекрасно были известны непреклонные настроения подруги насчёт любого её объекта симпатии.
Закончив преображать лицо, Виктория отошла и обулась, а Тея встала перед зеркалом и расчесала свои прямые тёмно-синие волосы, хмурясь и жалуясь на слезший с корней цвет. Девушки были готовы выходить в люди.
– Что ж, идём покорять новый день на Флоте! – воодушевлённо сказала Виктория, открывая перед ними дверь. – В конце концов, мне ещё надо успеть подготовиться к высадке и найти утеплённый комбинезон своего размера. Ты знала, что вся униформа мне мала в объёме груди? Платье, вон, пришлось вручную перешивать!
– ЧТО?! – бабахнула Тея, выскочив вслед за подругой из комнаты.
– Да, представляешь! Что это за ущемление прав большой груди! – Вик заблокировала дверь их каюты, и они двинулись прямо по коридору, утонув в толпе шныряющих туда-сюда членов экипажа.
– Я не о том. Ты что, собралась участвовать в сегодняшней операции? Это же опасно! – взмахивала руками недовольная Тея, шагая рядом с беспечно улыбающейся Вик. – Лучше на первой же высадке не нестись сломя голову в самое пекло, а понаблюдать со стороны за работой старших офицеров, оценить их косяки и сделать для себя правильные выводы, чтобы не облажаться. А уже на следующей высадке показать себя во всей красе.
– Но я хочу прямо сейчас! – Кларк говорила с ней, попутно здороваясь кивками с проходящими мимо знакомыми лицами. – Это же будет так увлекательно и захватывающе! Представь только, сведения о первой исследовательской операции новой миссии в бортовом журнале будут содержать моё имя, – она мечтательно прикрыла глаза.
– Хорошо бы не в списке погибших, – пробурчала Тея.
– Сплюнь! А ты что, разве не хочешь пойти?
– Я, пожалуй, отсижусь на корабле. Что и тебе советую сделать. Тем более, разведывательной группе вряд ли нужны инженеры. И чтоб ты понимала, я совсем не буду за тебя переживать. Даже не думай, – бурчала Тея, пытаясь оставаться непреклонной и делать отстранённый вид.
– Конечно, ты не будешь переживать, – ехидно улыбнулась Вик, – ты будешь страшно волноваться и лично мониторить каждый наш шаг ради убеждения в том, что со мной ничего не случилось. Я права?
– Лишь бы МакКой тебя никуда не пустил.
– Поздно, – пропела Вик, приобняв подругу. – Он уже дал мне добро.
Наверное, в каждом уголке звездолёта сейчас был слышен скрежет зубов одной очень раздражённой Теи Мартинес и веселящийся смех одной Виктории Кларк, которые уже были на полпути к капитанскому мостику.
***
– Капитан, разрешите подняться на мостик? – синхронно отчеканили вставшие на пороге девушки и сами себе рассмеялись. – На мостик разрешаю, – поначалу капитан Кирк сделал серьёзный вид какого-нибудь депутата и придался формальностям, но уже через мгновение поприветствовал подруг как положено: – С добрым утром! Залетайте, дамы. У нас тут чай. – Кофе? – обернулся к ним Сулу. – Потанцуем? – развернувшийся Чехов звучно отхлебнул чай из чашки. – Господи, и под таким управлением мы сейчас летим... – Тея уткнулась лицом в ладонь. Девушки прошли внутрь мимо сенсорных панелей под прерывистые сигналы, раздающиеся по всему помещению. Вместе с привычными для мостика лицами Кирка, Спока, Сулу и Чехова тут также находился и МакКой. Весь персонал усердно нёс службу на своих местах, и лишь эти пятеро неторопливо по-английски распивали чай. Виктории определённо нравилось каждый раз сюда приходить. – Ого, у вас тут прянички! – заметив вкусности на панели управления, за которой сидели рулевые, Кларк мгновенно оказалась возле них и потянула к упаковке руки. – Малиновые все мои! – встревожился Хикару, чуть было не пролив на себя чай, и начал загребать себе все пряники с малиновой начинкой. Ещё и Джим умудрился влезть, прикарманив себе прянички с яблочной начинкой, и Виктория уже начинала чуть ли не драться с ними за эти несчастные пряники. Тея закатывала глаза и тяжело вздыхала, Боунс хмурился и призывал Викторию успокоиться и не позорить медотсек, Джеймс хохотал, крутясь в своём кресле, как на карусели, а Павлик безмятежно запивал баранку чаем, глядя на кипишь вокруг. Для прочих офицеров, работающих здесь, это было уже обыденным зрелищем, а потому никто даже не удивлялся. Ну да, с минуты на минуту будет важная остановка, а командование пьёт чай и дерётся друг с другом за пряники. Но ведь так происходит всегда, а стабильность – пусть и такая всратая – залог успеха! Вскоре сигнал с радаров оповестил Чехова о приближении к поставленной на курс планете, и все быстренько залпом осушили свои чашки и вспомнили, что они тут всё-таки космические исследователи, а не космические распиздяи. Все на мостике взволнованно зашевелились, а особенно – рулевые. Виктория поднялась к капитанскому креслу и заняла самое удобное для обзора место в центре подле Джима, в то время как Тея подошла ближе к пульту управления. Все затаили дыхание и приготовились увидеть первую планету их совместного путешествия. Зазвенел серьёзный голос Сулу, который оповестил, начав обратный отсчёт: – Прибытие в контрольную точку через четыре... три... две... одну. И сразу же после того как он опустил рычаг, контролирующий варп-двигатели, звездолёт мгновенно остановился, сойдя с рельс первой космической скорости, и завис в невесомости. Перед «Энтерпрайзом» раскинулась чудесная на вид белая планета под названием Шакшу, полностью покрытая снегом и ледниками. Из-за постоянных низких температур вокруг планеты образовывалось прозрачное сияющее голубое облако, и казалось, будто эту планету посыпали маленькими блёстками, которые повисли в слоях атмосферы и не могут достичь поверхности. Смотря на это волшебное зрелище через широкий панорамный иллюминатор, персонал на мостике начал восхищённо вздыхать. – Невероятно, – протянул Паша на чистом русском. – Поразительно, – высказался Спок, тем не менее, без особой «поразительности» в лице. – Волшебное зрелище! – ахнула Виктория. – Просто афигеть, – даже Тея не смогла сдержать своей флегматичности и опёрлась руками в панель управления, с заворожённым видом поддаваясь вперёд, ближе к иллюминатору. – Выглядит как место, где можно найти много чего интересного, – улыбнулся Джеймс. – Ага. Например, новые смертельные болезни и приключения на твою неугомонную задницу, – типичный ответ уставшего от всего этого приключенческого дерьма доктора МакКоя, который смотрел на эту планету так, будто она у него миллион долларов заняла и не отдаёт. Диспетчеры немедленно доложили капитану о состоянии корабля, об обстановке за бортом, а также об уровне готовности к высадке. Удовлетворившись положительными прогнозами, капитан Кирк заметно повеселел (хотя казалось бы, куда ещё веселее), поднялся из кресла, обошёл пульт управления и встал перед лобовым иллюминатором, окинув взглядом планету, точно монарх свои владения. – Что ж, – сказал он, – посмотрим, что таится в этих холодных землях. Пожалуй, я возглавлю исследовательскую группу. Мистер Спок, вы, бесспорно, идёте со мной. Боунс? – А куда ж я денусь, – вздохнул МакКой. – Разрешите идти с группой, капитан? – Виктория нетерпеливо подняла руку. – А чё б нет, разрешаю! Больше народу – больше веселья. Вся эта фраза пахла очередной ситуацией «жопа», и это ощутили не только те, кому выпало непосильное испытание участвовать в этой высадке, но и все присутствующие. МакКой, Спок и Кларк уже выдвинулись экипироваться, а Джим, прежде чем последовать их примеру, обратился к Тее, которая всё ещё увлечённо разглядывала планету через стекло иллюминатора: – А вы, мисс Мартинес? Не хотите составить компанию группе? Нам бы пригодилась ваша... э-э-э, бойкость. – Боюсь, я мало чем могу пригодиться на этом задании, – ответила девушка с серьёзным видом. – Вы будете радовать мой взор своим присутствием, – совсем позабыв о чувстве самосохранения, Кирк приобнял девушку за плечо, на что та незамедлительно отреагировала и одёрнула плечо, скинув руку мужчины. – Радовать ваш взор, а также взор доктора и коммандера, будет офицер Кларк. У неё это получается лучше меня. – У вас это получается не хуже, вот хотя бы сейчас, – настойчивость Джима грозила выйти ему боком, ведь на этот раз он взял Мартинес за руку. – Руки. Попрошу, – сквозь зубы процедила та, чуть не испепелив капитана гневным взглядом. Дабы не остаться без рук, Джим сию секунду оставил её в покое. Благо, до него быстро дошло, что своей настойчивостью он сделает лишь хуже. Да, этим Мартинес не проймёшь, тут нужен был другой подход. Какой – Кирк хотел бы выяснить, не в силах усмирить свои любопытство и азарт. – Мистер Скотт, готовьте транспортеры, – капитан связался с инженерной службой через панель на подлокотнике своего кресла, а после раздал указания: – Мистер Чехов, доложите экипажу детали миссии. Мистер Сулу, на вас управление кораблём в моё отсутствие. Только не привыкайте к капитанскому креслу. И на этом Кирк покинул мостик, догоняя коллег.***
Итак, небольшая исследовательская группа из четырёх человек была готова приступать к миссии. Утеплённая униформа и термостойкие комбинезоны были призваны защитить их от суровых погодных условий планеты. Жаль только, что они не могли защитить от явно поджидающих их там неприятностей. Тем более, когда с собой они берут магнит для проблем по имени Джеймс Тиберий Кирк. Оснащённые необходимым оборудованием, Кирк, Спок, МакКой и Кларк пришли в транспортерную рубку, где их уже ждали Монтгомери Скотт и Тея Мартинес. Четыре пингвина в длинных тёплых куртках, расшитых по плечам цветными полосками (в цвет определённой службы), поднялись на транспортерную платформу и развернулись лицом к операторской консоли, за которой сидел Скотт. И пока он просил дать ему минутку и возился с настройками координат перемещения, у Виктории появилось время поволноваться. Ведь на самом деле она, как бы ни строила из себя бесстрашную любительницу приключений, осознавала всю опасность этой миссии. Но её спасала вера в своих спутников и в команду «Энтерпрайза». – Мистер Спок, – с многозначительной улыбкой обратилась она к стоящему справа от неё вулканцу, – вы ведь помните, как я спасла вам жизнь, когда мы убегали от взбесившегося Валеры? Вы ведь придёте мне на помощь, если я попаду в беду? Я... могу рассчитывать на вас? Спок обернулся к ней и столкнулся с взглядом, полным трепетного ожидания. С каждым днём её чувства становились всё более открытыми, и коммандер уже не мог молчать. Он хотел исправить ситуацию, ведь оставить всё так, как есть, и пустить на самотёк было бы нелогично для него. Но всё это не здесь и не сейчас. – Конечно, доктор Кларк, – ответил он привычно ровным голосом, не дрогнув ни единой мимической мышцей. – Вы ведь ценный член нашего экипажа. Кроме того... – он перевёл взгляд на Тею, которая уже стояла напротив платформы со сложенными на груди руками. – Я не посмотрю на то, что Вы командиры корабля, – сказала она, обводя троих мужчин взглядом-прицелом на манер гангстера. – Если вы не убережёте Викторию, я вас собственноручно похороню в этих льдах. – Собственно, это убедительный повод, чтобы тревожиться за вашу жизнь, – сказал Спок Виктории. – Вот пошла бы с нами и приглядывала за мной, раз никак не можешь избавиться от комплекса мамочки, – чуть надулась Кларк. – Я буду следить за твоими жизненными показателями отсюда. И у меня нет никакого комплекса мамочки, уймись. А вообще, – Тея развернулась и зашагала обратно к консоли, – я рассчитываю лишь на доктора МакКоя. Из этих троих он единственный, кому я могу доверить вопрос твоей сохранности. – Спасибо... – польщённый Боунс удивлённо вскинул бровью, не до конца понимая, польститься ему или тревожиться. – А она в курсе, что мы её тоже слышим? – задался вопросом капитан. Бесстрашие Мартинес и её пренебрежение субординацией уже начинали знатно пугать. В воздухе пахло падением капитанского авторитета, и Джим явно подсаживался на панику. Нужно было, чтобы эту особу кто-нибудь срочно приручил. – Итак, мальчики и девочки, всем приготовиться к квантовому перемещению! – раздался воодушевлённый голос начальника инженерной службы. – В полёте кормить не будут, комфорт не предусмотрен, а вот мягкую посадочку в безопасной зоне я вам гарантирую. – Только давай не так, как тогда с ромуланцами, – вспомнил Джим. – А что там с ромуланцами? – спросила напуганная Вик, которая, между прочим, впервые испытает на себе путешествие сквозь материальные пространства. – Он пообещал нам безлюдное место, откуда мы сможем устроить засаду, а сам транспортировал нас в ангар, полный врагов. – Хватит её запугивать, Джим! – потребовал МакКой. – Гляди, у неё уже коленки задрожали. – Ничего у меня не задрожало! Это платформа вибрирует. Одним лёгким взмахом руки по дисплею операторской консоли Скотти мгновенно привёл в действие работу всех транспортерных систем. Каждого из стоящих на платформе обволокло золотистым вихрем – лучом материи, под которым происходила конвертация отправляемого объекта в материальный поток. Тея сжала кулаки: лишь бы всё прошло хорошо, и Вик не разорвало на атомы! Спустя какие-то мгновения, группа из четырёх человек материализовалась в заданной точке и оказалась в открытой ледяной пещере, прямо на самом её дне. Виктория даже понять не успела, как всё произошло, но вот она уже видит перед собой не транспортерную рубку, а высокие ледяные стены со спускающимся по ним паром. Девушка ощупала своё тело – всё на месте, а это значит, что своё первое транспортерное путешествие она перенесла удачно. Всё было прекрасно: погода действительно пока что радовала отсутствием осадков и безветренными потоками воздуха, вокруг действительно не было местных форм жизни. А ещё не было подъёма наверх из пещеры, даже намёка на какой-либо выход из этой холодной западни. – Ну привет, чёрт возьми, ну, Скотти, ну что опять за прикол! – сокрушался Кирк. – Сколько тебе ещё нужно таких ситуаций, чтобы вдоволь надо мной поиздеваться? – Тысяча извинений, капитан, – раздался голос инженера из коммуникатора. – Да хоть две тысячи! Оказаться в подобном положении прямо с первых минут миссии было не удивительно даже для МакКоя, который еле сдерживался, чтобы не начать проклинать эти экспедиции, Джима, Спока и весь Звёздный Флот вообще. Но когда остроухий начал затирать что-то про холодный ум, трезвый взгляд на ситуацию и сохранение спокойствия, доктор сдался в плен огню своей воспламенившейся пятой точки. Как бы то ни было, выбираться из этого ледяного плена как-то надо было. Сообразительность наших бравых космических исследователей солидарно сошлась на таком варианте: встать друг другу на плечи и цепочкой забраться наверх. По расчётам мозговитого специалиста по науке высота этой пещеры как раз поддавалась сумме ростов трёх взрослых людей и одного взрослого вулканца, поэтому он прогнозировал задумке восемьдесят процентов успеха. – А остальные двадцать процентов ты куда дел? – покосился на него МакКой. – Остальные двадцать процентов кроются в ваших умениях сохранять самообладание и ваших физических силах. Не подведите, доктор. – Да я просто заряжен энтузиазмом! – сарказм лился из Боунса рекой. Что они получили в итоге? Живую пирамиду с громко бурчащим основанием. Споку и Джиму потребовалось около двух минут, чтобы уговорить Леонарда держать две их тяжёлых туши на своих плечах. Выехали на доказательстве ему того факта, что он из присутствующих самый сильный, и это, что удивительно, подействовало на доктора. Лёгкую гибкую девушку было принято забросить наверх первой. Так что, когда Спок уже стоял на плечах Кирка, а Кирк – на плечах МакКоя, а Виктория знатно прооралась с этой картины, чуть не надорвав живот, она всё-таки начала взбираться по этой шаткой конструкции из своих коллег. – Оставь мне мой нос целым, пожалуйста, умоляю, – попросил Боунс, когда она задела носком своего увесистого ботинка его лицо. – Я не виновата, что на него так удобно опираться, – отшутилась та, уже карабкаясь по капитану. – Мой нос тебе не ступенька! – Ауч! Как и мои колокольчики, – пискнул Джим, после того как ему прилетел незастрахованный между ног. – Не нойте, господа командиры, – кряхтела девушка, подтягиваясь и забираясь на Спока, – как только я окажусь наверху, сразу же оставлю вас здесь и уйду тусить с туземцами. Ой, я что, сказала это вслух?.. – Поговори мне там ещё, – пригрозил ей снизу док. – Мы ведь можем стряхнуть тебя вниз, а падать на лёд будет больно. – Сами же будете потом лечить мою больную спину, доктор МакКой. – Честно сказать, я с удовольствием. Но не хотелось бы, чтобы ты ушиблась. – Иногда сквозь стену вашей грубости прорывается очаровательная заботливость, – усмехнулась Кларк, улыбаясь, в ответ на что доктор лишь цыкнул и чуть усмехнулся. Виктории оставалось лишь подняться на плечах коммандера и подтянуться на вершину обрыва. Она попросила Спока подсадить её, а после, когда его руки подхватили её под бёдра, Вик уже не могла сдерживаться, чтобы не съязвить, провоцируя вулканца на эмоции смущения: – Оу, мистер Спок, вы решили воспользоваться удобным моментом, чтобы полапать меня? – Спок, ты там офигел? – Джим задрал голову. – Берега не путай, остроухий! – возбухнул МакКой, почувствовав, будто бы у него пытаются отобрать нечто, что принадлежит только ему. И тут же он одёрнул сам себя от этих глупых мыслей. Спок же тем временем попал под лавину своего дикого офигевания где-то глубоко внутри, но на деле он слегка растерянно захлопал ресницами и забегал глазами из стороны в сторону. Он начал беспристрастно оправдывать свои вынужденные прикосновения к ней, уже чуть ли не ссылаясь на математические формулы и научные теории, но Виктория быстро сказала, что пошутила, и заставила коммандера смолкнуть. Забравшись наверх, Кларк протянула руку Споку и помогла ему выбраться. Далее они вдвоём вытащили Кирка. Ну а потом как не поглумиться над Боунсом! Джим и Виктория, точно маленькие дети, дразнили МакКоя, делая вид, будто не собираются его вытаскивать, а когда всё-таки вытащили, получили за своё дурачество нешуточных люлей и ещё несколько минут потирали шишки на головах. Пейзажи на этой планете были просто загляденье! Горы и равнины укрывались снежными одеялами и лёгкой ледяной дымкой, кое-где проглядывались сквозь снег чёрные скалы. Куда ни глянь, всё вокруг сказочно белое, что даже глаза слепит, а снег под ногами приятно скрипел и налипал на обувь. Шакшу поистине поражала своими природными красотами. Особенно Викторию, которая очень любила снег. Пока что обстановка на этой планете ничем не отличалась от земного зимнего времени года. – Ладно, – сказал Джеймс, когда они прошли немного по равнине, – осмотримся здесь, поищем местные формы жизни, сделаем записи и вернёмся на корабль. – Капитан, – обратился Спок, вытаскивая свой трикодер из сумки с оборудованием, – хочу напомнить вам, что мы ни в коем случае не должны нарушать Первую директиву Устава Звёздного Флота. Прошу вас воздержаться от контакта с местными разумными обитателями. От любого контакта. – Ой, да брось, Спок! – отмахнулся Кирк, скидывая с головы капюшон. – Когда это я нарушал Устав? – Всегда! – в один голос ответили Спок и Боунс. Чтобы охватить больше территорий, было принято решение разделиться на две группы и изучать местность. Виктория тут же изъявила желание составить компанию мистеру Споку, а Джиму и Леонарду в таком случае ничего не оставалось, кроме как пойти вместе. Так они и разошлись: капитан и доктор МакКой двинули на запад, в сторону скалистых вершин на другой стороне необъятной равнины, а коммандер и доктор Кларк – на восток, в сторону замёрзшего водоёма, что виднелся вдалеке. МакКой чувствовал беспокойство за свою подопечную. Ему бы не хотелось отпускать её бродить по незнакомой и неизвестно безопасной ли планете. Даже тот факт, что она будет не одна, а со Споком, его скорее настораживал, чем успокаивал. Пока пары отдалялись друг от друга, Леонард никак не мог перестать оборачиваться и глядеть вслед Кларк. И когда они уже отошли на приличное расстояние, а спины Вик и Спока скрылись за снежными буграми, Боунс нервически поправил сумку на поясе и сказал: – Надо было отправить её со мной. А лучше – вообще оставить на «Энтерпрайзе», меньше забот бы сейчас было. Ну и устроил же я сам себе геморрой. – Ох, Боунс, жаль мне тебя, бедолагу, – посмеиваясь, вздыхал Кирк и брёл куда-то вперёд (если бы он ещё знал, куда идти). – А чего меня жалеть? – МакКой шёл за ним по следам, проваливаясь в снег и хмурясь по этому поводу. – Ну как же? Ты уже неделю работаешь с такой прелестной девушкой, как Виктория Кларк, проводишь с ней дни напролёт, вечера за бокальчиком коньяка – даже не думай отнекиваться, я и добрая половина экипажа в курсе вашего «клуба любителей отметить конец рабочего дня» – и при этом ты всё ещё держишься за положение лишь её начальника. Ах да, я хотел сказать, пытаешься держаться. – Хватит говорить так, будто читаешь меня, как открытую книгу. Мы с ней прекрасно ладим. Этого достаточно, чтобы работать вместе. – «Работать вместе»... – задумчиво протянул Джим, обернувшись к МакКою и начав двигаться не глядя на дорогу, спиной вперёд. – Сомневаюсь, что ты хочешь с ней просто работать. – Я не ты, Джим, и всех подряд к себе в койку не тащу. – Сейчас было обидно. И за себя, и за Кларк, – Джим поджал губы и взглянул на дока с разочарованием. – Слушай, что плохого в том, что я беспокоюсь за коллегу? Подругу, возможно... Да, она красивая, милая девушка, и да, мы с ней неплохо ладим, но это же не значит, что я обязательно должен чувствовать к ней что-то романтическое. Почему бы мне не беспокоиться о ней, как о дочери, к примеру? – У каждого свои кинки, – подмигнул ему Джим. – Ой, нахер тебя, короче. С этими словами невпечатлённый разговором Боунс ускорил шаг, пролетел мимо капитана, нарочно задел его плечом и сбил с ног. Кирк, и без того еле держащий равновесие при такой ходьбе, рухнул на спину и увяз в сугробе. Запрокинув голову назад и наблюдая за отдаляющейся спиной своего судового врача, он не переставал язвительно провоцировать его: – Зато ты можешь устроить ей внеплановый осмотр, и тебе за это ничего не будет! Дальше Кирк словил животом тяжёлую сумку с оборудованием, которая придавила его и загнала ещё глубже в сугроб, услышал от МакКоя «Теперь твоя очередь тащить, умник» и всё-таки оставил друга в покое. Но Джим знал наверняка после этого странного разговора, что ему, оказывается, есть, о чём допытывать Боунса.***
Тем временем восточнее от места высадки исследователей... Пробираясь сквозь толщи снега, Виктория и Спок брели к водоёму, покрытому льдом. Топать до него было не близко, около часа пути, но, несмотря на это, Спок продолжал настаивать, чтобы они шли именно туда, ведь у воды, как он утверждал, они могут найти более интересные формы жизни, а по возможности и добраться до почвы. Виктория умилялась тому, как он был увлечён этим изучением, хотя – что тут скрывать – ей больше хотелось, чтобы он был так увлечён ею. Увы, всю дорогу их разговоры, как бы Вик не старалась сводить их к интересным личным темам, затрагивали лишь науку. В этом плане Спок буквально довлел над нею, но упёртая Вик не собиралась сдавать позиции. Около обрыва, который шёл крутым спуском почти к самому берегу водоёма, они остановились, чтобы осмотреться вокруг и убедиться, нет ли поблизости разумных форм жизни. – Если на этой планете нет никакой цивилизации, – сказал Спок, не заметив никого поблизости, – возможно, у нас нет причин волноваться о том, что капитан вновь нарушит Первую Директиву. – Знай вы это наверняка, вам было бы спокойнее, коммандер? – спросила Кларк, опуская капюшон с головы. – Я спокоен, мисс Кларк. И лучше наденьте капюшон обратно и держите голову в тепле. Температура воздуха по-прежнему слишком низкая. – Знаете, Паша рассказывал мне, что в России в Сибири морозы бывают под минус пятьдесят по Цельсию! Жалкие минус двадцать этой планеты его бы точно не напугали. – Да, но я знаю, что мистер Чехов сам не жил в Сибири. Думаю, температура в минус пятьдесят градусов по Цельсию испытала бы на прочность и его. Надевайте капюшон, Виктория, – и Спок сам лично закинул ей капюшон обратно на её глупую рыжую голову. Она бы завизжала от умиления, но постаралась проглотить вырывающийся из неё писк. Уловив эти необычные для Спока волны заботы, Виктория заулыбалась, точно умалишённая, и уткнулась лицом в ворот крутки. Она не могла перестать думать о том, какой же он потрясающий. А Спок не мог перестать думать о том, каких сказочных пиздов им всем может отвесить Мартинес, если её драгоценная подруга вернётся на корабль с обморожениями. Вулканец сделал осторожный шаг вперёд, чтобы начать спуск вниз, прощупал снег под собой, убедившись в его прочности, и двинулся. Но в следующую секунду снег под ним всё-таки обвалился, и коммандер кубарем покатился по склону, собирая все сугробы на своём пути. Для Виктории стало открытием то, что его правильный рот, оказывается, умеет выдавать такие громкие нелепые звуки крика. Когда увлекательный спуск закончился, от Спока остался лишь огромный снежный шар с торчащими из него головой, руками и ногами. – Коммандер, вы в порядке? Не ушиблись... сильно? – крикнула ему Виктория, еле сдерживая смех. – Мне потребуется некоторое время, чтобы вернуть свою функциональность, – кряхтел Спок, пытаясь перевернуться со спины. Увидев, что Виктория тоже двинулась вперёд, он поспешил предупредить: – Только спускайтесь осто... рожно. Поздно было что-либо говорить, ведь Кларк уже точно таким же способом, что и он, летела вниз навстречу снежным просторам, посылая на всю округу свой закатистый визг. Через какие-то секунды она скатилась, и посадочка пришлась ей прямо на грудь Споку. Виктория упала сверху на него и, как только отошла от потрясений, начала закатываться смехом. Она смеялась так звонко, точно осчастливленный ребёнок, которого впервые привели в парк аттракционов. Спок поймал себя на мысли, что ему нравится слушать её искрящийся смех. Но он был вынужден прекратить думать об этом. А скоро и до Виктории дошло, что она сейчас лежит верхом на своём обожаемом вулканце, и задор пропал под давлением смятения и учащённого сердцебиения. – Мистер... Спок... – невесомо прошептала она, глядя ему в глаза и убирая свои волосы за уши. Их лица находились так близко лишь единожды, но тот случай не позволял им обоим терять время на глупости вроде этих. Но сейчас никакой мутировавший триббл не угрожал экипажу, не нужно было спасать капитана. Были лишь они двое и интимное молчание между ними. Они оба тяжело дышали и смотрели друг другу в глаза. Виктория осмелилась потянуться к его губам... но коммандер быстро скинул её с себя и сам выбрался из сугроба. Но сдаваться эта девушка не умела, а потому и не расстроилась. В этой местности уровень осадков был значительно ниже, и снег, или же его здешний аналог, был не таким глубоким. Это дало возможность исследователям добраться до почвы и до того, что из неё прорастает. Девушка, словно дитё, удивлялась и ахала при каждом обнаружении местных представителей флоры, а Спок, точно озабоченный родитель или же строгий преподаватель, не позволял ей ничего трогать, пока трикодер не выдаст результаты анализа. Пока вулканец отвлёкся на фиксирование собранных данных, Кларк раскопала снег и добралась до верхнего слоя литосферы планеты, одолённая желанием узнать, чем же покрыта Шакшу. Когда она добралась до почвы, она даже не сразу поняла это: подумала, что всего лишь наткнулась на массив кристаллизованной замёрзшей воды, что на Земле зовётся льдом. В сияющих серебристых кристаллах под толщами снега девушка буквально увидела своё отражение. Они были похожи на руды драгоценных камней, и оттого к ним боязно было прикоснуться. И всё же любопытная Виктория потянулась, чтобы ощупать минералы. – Я бы не советовал делать это, доктор, – поспешил вставить Спок, внимательно изучая показания приборов. – Судя по химическому составу этих кристаллов, они представляют собой минерал, известный в ксеногеологии как аквартутное серебро. Оно довольно токсичное и при длительном контакте вызывает наркотические эффекты. – Да уж, пожалуй, мне не следует к ним прикасаться. У меня ведь есть свой наркотик, – лукаво улыбнулась ему девушка, когда припорошила кристаллы снегом и поднялась с колен. Этого тонкого намёка Спок, естественно, не понял. Они же, вулканцы, запрограммированы лишь на понимание того, что говорят им прямо в лоб. – Может быть, – предположила Вик, – из-за этого аквартутного серебра здесь и нет разумных существ? – Нет, не думаю, что стоит апеллировать этим фактом в вопросе обитаемости планеты. Здесь круглогодично лежат огромные толщи льда и снежных осадков, которые препятствуют непосредственному контакту с ядовитыми минералами. Потому, я полагаю, жизнь здесь гипотетически возможна. – Или же местное население как-то приспособилось к жизни в условиях не только лютого холода, но и соседства с ядовитыми горными породами. – Вполне вероятно. В то время как коммандер взялся за анализ атмосферной среды, Виктория, которой слегка наскучила вся эта научная демагогия, ускользнула от него к замёрзшей воде. Она глянула на этот небольшой по земным меркам водоём, который, скорее всего, был озером, и сердце вдруг затрепетало от ностальгии. Девушка вспомнила, как в детстве родители возили её в город на большой каток. Там всегда было очень много людей, и это не нравилось маленькой Вик, ведь в бесконечном опасении сбить кого-нибудь с ног спокойно не покатаешься. А здесь не было ни души, весь этот «каток» в её распоряжении. И её посетила очень соблазнительная мысль... Вик осторожно прощупала ногой лёд. Твёрдый и прочный, если судить по ощущениям. Она встала на поверхность озера и покатилась по льду, удерживая равновесие. Вик чувствовала, будто парила, а лёд под ней едва потрескивал. А её это, естественно, не останавливало! Может сложиться впечатление, что Вик переняла девиз «слабоумие и отвага» у капитана, но мало кто знает, что слабоумием и отвагой эта девушка блистала на протяжении всей своей жизни. Занятой Спок вдруг придумал задание для своей спутницы и попросил её, не отрывая взгляда от показаний трикодера: – Мисс Кларк, если вас не затруднит, не могли бы вы проверить уровень радиации в воздухе? – но, не услышав никакого отклика, он всё-таки обернулся. – Мисс Кларк? Вулканец просто не мог поверить своим глазам – эта странная девушка вышла на лёд и с задорным счастливым смехом катается по самому центру водоёма. Мгновенно оценив уровень опасности, Спок бросился к берегу. – Что вы делаете? Это ведь опасно, мисс Кларк! Немедленно вернитесь на берег. Но она лишь широко улыбалась и кричала ему, разгоняясь на льду: – Мистер Спок! Идите ко мне, тут так весело! Вы когда-нибудь катались на льду? На Вулкане есть такие развлечения? Левая бровь Спока чуть не пробила небеса от превышенного уровня увиденной им глупости. Ничего опрометчивей он в своей жизни не видел. Но! Всё же наблюдения за тем, как эта девушка парит надо льдом, пытается сохранять равновесие, строя нелепые гримасы, спотыкается и со звонким смехом падает, а потом встаёт и продолжает катиться, чем-то трогали. Виктория Кларк становилась для него живым примером человеческого оптимизма и жизнерадостности. – Коммандер, – позвала она, остановившись по центру водоёма, и замахала ему руками, – смотрите, как я могу! Раздался внушительный треск, и в следующую минуту Кларк, не успев продемонстрировать коммандеру свои блистательные навыки фигуристки, сей миг ушла под лёд. – Доктор Кларк! – воскликнул напуганный Спок, бросившись вперёд, но остановился. Он не мог позволить себе бездумно ступить на лёд, который только что треснул, но также он не мог позволить себе медлить. Спок прощупал ногой лёд, укрепился на нём и, грамотно распределяя центр тяжести своего тела, с осторожностью двинулся к разлому, в который провалилась девушка. – Виктория! Виктория, держитесь! Я уже иду! Его голос эхом отдавался в её ушах откуда-то сверху. Когда провалилась, Виктория зажмурилась и падала подозрительно долго... в пустом пространстве. Это была не вода, она не чувствовала неприятных ощущений влаги на теле. Разве что ноющую боль в спине и плечах после того, как шмякнулась на что-то твёрдое. Вик открыла глаза и увидела высоко над собой полупрозрачный потолок с небрежным отверстием, откуда глаза слепил неяркий свет. По этому потолку поползла чёрная тень, и в следующий миг в разломанном отверстии появилось лицо коммандера. Осмотревшись вокруг, девушка поняла, что подо льдом, на котором она каталась, вовсе нет никакого озера. Она провалилась в пещеру. – Это не водоём... – заключил Спок, удивлённо осматривая окрестности пещеры сверху. Виктория, кряхтя и шипя от боли в пояснице, поднялась с оледенелых сталагмитов, припорошенных небольшим слоем снега, который хоть немного, но смягчил ей посадочку, и громко позвала мистера Спока спускаться вниз к ней. Пока коммандер наверху возился с тросами, Виктория отметила размеры и глубину пещеры. Она пробежалась взглядом по каждому уголку этого таинственного места и вдруг замерла, увидев в тени проёма тоннеля невысокую фигуру. Даже совсем маленькую, словно принадлежащую ребёнку. Вик прищурилась, стараясь рассмотреть этот силуэт сквозь мрак, и сделала несмелый шаг вперёд. Обладатель силуэта сделал синхронный шаг назад. Лучше его не пугать, так подумала Вик и вернулась в прежнее положение. – Здравствуй, – дружелюбно поздоровалась она, подкрепив контакт милой улыбкой. Её добрый жест оказался без ответа, и более того, загадочное существо вдруг убежало вглубь тёмного тоннеля, и скоро его отдаляющийся топот стих. Виктория лишь вздохнула от собственной неудачи. К этому моменту с замёрзшей поверхности спустился Спок, упаковал обратно в сумку трос, поправил куртку и подошёл к девушке с озадаченным вопросом: – Вы с кем-то говорили? Виктория обернулась к нему, хотела было уже рассказать об увиденном, но вовремя вспомнила, как свято мистер Спок почитает Первую Директиву, к нарушению которой мог привести её контакт с этим инопланетянином. Девушка подвисла на секунду, а после отмахнулась: – Я? Говорила? Так ведь с вами, мистер Спок. Я вас... эм-м-м... поторапливала. – Вы целы? – в его голосе прозвучала приятная мягкая озабоченность. – Ушибла спину, когда свалилась на твёрдую поверхность, но, выражаясь Вашими словами, в состоянии функционирования, – она улыбнулась ему, – Да уж, лучше бы я упала в воду. Хотя, неизвестно, что лучше: обморожение после холодной воды или ушибленная поясница. – Зачем мы спустились сюда? – спросил Спок, достав фонарь и осветив им тёмные углы пещеры. – Чтобы найти что-нибудь интересное. Доктор МакКой назвал бы это «приключениями на свою задницу». – И был бы прав. Вот чего, а такого ответа от Спока Виктория никак не ожидала. Взглянув на него, как на кота, который вместо «мяу» вдруг сказал «гав», девушка чуть усмехнулась и двинулась в противоположную сторону от той, где видела странную фигуру, которая её испугалась. Спок вручил ей фонарь для лучшей видимости, и они вместе неспешно скрылись в тёмных недрах пещеры, таящейся под землёй. Чем дальше они заходили, тем более очевидным становился факт, что и сегодня неприятности не обойдут их стороной. Спок понимал это. Понимал и всё равно шёл за едва прихрамывающей Викторией вперёд.
