Нам суждено быть вместе

      Вот это новости. Сидя в комнате, Рик выслушивал коридорный разговор Морти с арендодателем, почесывая шипы на голове. Как всегда, гениальный мозг подал ему идею, но, что случалось редко, в этот раз она ему совсем не нравилась. Он всерьез раздумывал о том, чтобы подписать самому себе смертный приговор! Но, с другой стороны, это ведь совсем ненадолго, и вообще — когда еще предоставится столь идеальный вариант подопытной ящерицы для испытания нового ускорителя регенерации? Во всем этом не было личных чувств — просто холодный расчет, и только. Поэтому, скрипнув зубами напоследок и угомонив разбушевавшиеся эмоции глубоко внутри, Рик заявил вернувшемуся с поникшей головой мальчишке: — Собирай чемоданы. Ты переезжаешь ко мне. — Ч-что?.. Морти, верно, подумал, что он шутит, но какие там, блядь, шутки! — На несколько дней, — чтобы отсечь всякие иллюзии сразу, подчеркнул Рик, нервно взмахнув хвостом. — Пока не найдешь себе новую квартиру. Заодно и понаблюдаем за твоим заживлением…

***

      Гениальный мозг точно над ним издевался, когда предлагал этот план, но черт возьми, чего не сделаешь ради науки? В конце концов, то, что он впустил надоеду в свой дом, еще ничего не значило — Рик не настолько глуп, чтобы позволить себе еще раз утонуть в иррациональных привязанностях. Он сразу же очертил для нового жильца правила поведения, состоявшие в том, чтобы не приставать к нему, не кантовать, не беспокоить, не отвлекать, не бесить… И все равно Морти умудрялся доводить его до ручки хотя бы тем, что ради каждого укола его приходилось буквально отлавливать по всему дому, попутно играя в прятки. — Морти! Моооорти! Санчез уже прошелся повсюду, оставив напоследок только комнату своего гостя. Остановился на пороге, стуча задней лапой по полу, и снова позвал: — Морти, ты где?! Само собой, ответа он не дождался. — Хммм, где же он может быть?.. — Рик несколько раз оглянулся по сторонам с таким видом, как будто еще не нашел пропажу, но, решив поскорее перестать ломать комедию, просто поднял голову к потолку. Бинго. Попытка определенно была хорошей, но умения лазать по стенам маловато для того, чтобы обдурить самую умную ящерицу во Вселенной. Столько лишних телодвижений просто ради того, чтобы поймать трусливого паршивца и засадить иглу в его маленькую зеленую жопку — но, стоило признать, эти игры в прятки здорово разгоняли хищнические инстинкты, и он просто чувствовал себя кем-то из своих первобытных предков, преследующих жуков и тараканов по просторам бескрайней пустыни.       И все же, жить одному было куда проще. Когда одним прекрасным ранним утром Рик, следуя воспитанной долгими годами одиночества привычке, размашистым шагом вышел из душа, весь мокрый, в одном полотенце, гордо перекинутом через плечо, он никак не ожидал столкнуться с Морти — а тот, только завидев его, испуганно взвизгнул и побежал прочь, закрывая глаза ладонями, и, глядя ему вслед, мужчина лишь недоумевающе хмыкнул: что за кисейная барышня… Слава богу, это не должно было продлиться долго. Заживление хвоста шло хорошими темпами, и Рик не собирался обременять себя дольше, чем нужно. Этот назойливый Морти уже у него в печенках засел. И вроде подчиняется правилам, не подходит лишний раз, а все равно — то слышно где-то вдалеке печальные вздохи, то цокают по полу чужие когти, и к спине так и липнет этот тоскливый щенячий взгляд… Бесит! Даже собственный Морти его так не раздражал, как этот. Скорее бы уже отпустить его на все четыре стороны и вернуться к своей обычной жизни! Увы, гениальный мозг подсказывал, что с появлением мальчишки спокойная жизнь для него закончилась в принципе, и впервые в жизни Рику хотелось послать его нахуй. С этими Морти вечно какая-то херня, только успевай вытирать сопли да решать тупые подростковые проблемки, на кой черт оно ему надо? Он рептилия, а не нянька, и все тут! День шел за днем, Морти исправно искал новую квартиру, но и тут все было снова нездорово — то слишком холодный район, то далеко от работы, то арендная плата слишком высока, ученый уже готов был сам раскошелиться на съем, только бы не видеть надоевшей зеленой мордашки рядом с собой, не думать, не слышать, не… То приключение растянулось слишком надолго. Санчез вернулся домой ужасно уставшим и, кажется, переохлажденным. Хотелось просто прижаться пузом к теплому полу и спать, спать, спать… Но странный шум заставил его насторожиться. — Хах… О боже мой, вы м-меня уморите, х-хаха… Морти смеялся. Впервые за все время, проведенное под одной крышей с Риком. В телевизоре что-то взрывалось и гремело, Морти уютно устроился на диване, поджав под себя ноги, и совсем не замечал, что уже не один в комнате. — Что смотришь? Чуть ли не подпрыгнув от его голоса, парень отвел взгляд и сжался, как будто подумал, что его сейчас отругают за просмотр телевизора, а то и прогонят… Если Рику и стало за это стыдно на секунду, то он никак этого не показал. — "Я-яйце"… — Морти сглотнул, теребя когтями край желтой футболки. — "Яйцелюбы", п-повтор первоапрельского эпизода… — Отлично, — вздохнув, Рик упал рядом с ним на диван, вальяжно раскинув ноги. — Мне как раз не спалось.       За окном уже давно была ночь. Аппетитно стрекотали сверчки, на небе выступили звезды, но какое это имеет значение, если у тебя есть бесконечное ТВ? Первоапрельский выпуск действительно был уморой, хотя и со спецэффектами несколько переборщили. Настоящий юмор не нуждается в лишней мишуре. Его сухой низкий смех звучал в комнате, как звон большого колокола, странно контрастируя с маленьким звенящим колокольчиком смеха Морти, пока "Яйцелюбы" не закончились… Люди-кукуруза, маленькие копы, жонглирование глазными яблоками, музыкальный пердеж — что бы посмотреть? Щелкала кнопка пульта, каналы сменялись один за другим. Нашелся даже репортаж с родной планеты Рика о том, как правильно линять, используя, само собой, тонну косметических средств, на что он, возмущенно фыркнув, побыстрее переключил — на что нужна вся эта новомодная туфта, когда можно просто по старинке отмокнуть в горячей ванне и легко снять с себя лохмотья ненужной кожи… Поиск интересной передачи был прерван неожиданным прикосновением к плечу. Он и не заметил, как Морти заснул, прислонившись к спинке дивана, и съехал так, что теперь опирался о него головой… В животе что-то перевернулось. Рик почувствовал себя в ловушке. Отводя взгляд и недовольно сопя, он попытался подвинуть пацана в сторону, но отдернул руку, стоило только его коснуться, ведь Морти недовольно завозился и забормотал, охраняя свой потревоженный сон. Что же делать? — Ладно, — едва слышно пробормотал себе под нос Рик. — Хрен с тобой… Пришлось очень аккуратно просунуть одну руку под спину Морти, а вторую — под коленки. Ноша оказалась очень легкой. Отнеся Морти в его комнату, ученый положил его в кровать, накрыл одеялом и, уходя, прошептал в ночную пустоту, надеясь, что каким-то неведомым чудом его слова запомнят: — Это в первый и в последний раз, паршивец, и… Длинные сухие пальцы мимолетно коснулись гладкого гребешка на чешуйчатой голове, зашуршал волочащийся по полу длинный хвост, и скрипнула закрываемая дверь. — И спокойной ночи.