My pink sunglasses

      Рей поправила растрепавшийся пучок и нанесла ещё немного вишнёвого блеска на губы. Не то, чтобы она на что-то рассчитывала всерьёз, но Кайло такой восхитительный, а она на его фоне совсем замарашка, так что немного косметики не повредит.       У него даже имя изысканное — Кайло. Рей нравилось, как округляется рот на последнем слоге, когда она беззвучно шепчет имя и смотрит на внушительную фигуру сквозь стекло.       Она улыбнулась своему отражению в зеркале, провела кончиком языка по нижней губе. Сладко. И оттенок очень ей подходит, теперь губы выглядят ярче и насыщеннее. Она даже могла бы понравиться ему, верно?       Сегодня понедельник, и Кайло снова ждёт на парковке; Рей отлучилась в туалет сразу же, как кадиллак въехал на раскалённую пустую парковку. Жара не собиралась сбавлять обороты, и лишний раз обтереть лицо и шею холодной водой всегда приятно.       Ей бы очень хотелось, чтобы их встречи проходили по-другому, чтобы Кайло увидел её не в голубой форме официантки, а в чём-нибудь симпатичном и, может, немного игривом. Но, увы, в другие дни его машину было не видно, и чем занимался в это время Кайло, Рей не знала, так что оставалось надеяться, что её нехитрые приёмы действительно сыграют на руку.       Она в последний раз пригладила передник руками и вернулась в зал. Посетителей стабильно немного — вечно худеющая женщина, на этот раз с пончиками, и клерк с привычной яичницей и свежей газетой. От её страниц всё ещё пахнет типографской краской.       Дальнобойщика уже нет — видимо, всё ещё гонит груз где-то по пустой дороге.       Рей скользнула мимо окошка Платта к автомату с музыкой, чтобы включить одну из самых своих любимых песен. Жара и запах мяса доканывали, но настроение у Рей хорошее — она знала, что скоро Платт привычно рявкнет на неё и прикажет опорожнить мусорный бак, а это значит, что она выйдет на улицу и поздоровается с Кайло.       Ничто сегодня не способно удручить её; Рей притопывала в такт чёткому зажигательному ритму, протирая барную стойку широкими полукруглыми движениями, и даже новые шлепки котлет о плиту словно были дополнительным музыкальным эффектом. — Девушка! Мне ещё одну порцию пончиков! — потребовала женщина. Её цветастое платье туго обтягивало влажные полные руки.       Рей старательно записала заказ, нанизала нового бумажного мотылька на штырь и Платт, утёрший мокрый лоб, принялся за его исполнение. Пока он возился, Рей опёрлась локтями на стойку и оглядела все столики — всё как будто в порядке, но вон тот столик у окна определённо следует протереть.       Музыка совершила новый зигзаг, автомат взвизгнул — и дверь кафе резко распахнулась. Серебряный колокольчик жалобно звякнул.       Дёрганный рыжий мужчина не обратил внимания ни на удивлённую Рей, ни на возмущённо зыркнувшую в его сторону женщину; он опустился на боковое сиденье барной стойки, ссутулив плечи и уставившись в липкий пластик меню.       Рей приняла от невозмутимого Платта тарелку с горячими пончиками и отнесла их на нужный столик, недоумевая, как вообще можно есть что-то горячее в такой день. Закончив, она развернулась к новому посетителю. Его серая рубашка была мятой и местами мокрой от пота, а линялые джинсы давно требовали стирки. — Чего желаете? — осведомилась Рей. Посетитель тут же ссутулился ещё больше, словно хотел занимать как можно меньше места, и его глаза нервно уставились на Рей. — Что-нибудь холодное, — пробормотал он так быстро, что Рей едва различила слова. — И картошку.       Рей записала заказ. Ручка потекла, и на бумаге сразу появились синие чернильные кляксы. — С соусом? — уточнила Рей. Мужчина на миг беспомощно посмотрел на неё, но потом быстро кивнул.       Автомат щёлкнул — мелодия закончилась. Платт убрал все котлеты. Клерк перелистнул страницу.       В это краткое мгновение знойной тишины снова зазвучал колокольчик. Кайло потребовалось слегка пригнуться, чтобы не задеть макушкой дверной косяк.       У Рей перехватило дыхание — это действительно происходит! Он зашёл к ним в кафе, как она и мечтала, и он такой красивый и мужественный, его руки мускулистые и загорелые, а волосы такие же мягкие и гладкие на вид, как и во время их предыдущих встреч.       Она зачарованно смотрела, как Кайло опустился на соседний со странным посетителем стул, хотя свободных мест было предостаточно. — Долго же ты, Хакс.       Хакс недовольно фыркнул, но ничего не ответил. Очки скрывали большую часть лица, и на первый взгляд Кайло выглядел бесстрастно, но Рей смогла уловить толику беспокойства в низком голосе. — Привет, Рей, — пригвоздила её к место знакомая ироничная полуулыбка. — Принесёшь мне?.. — Колы, — Рей залихватски записала заказ. — Со льдом! — Верно, — одобрил Кайло.       Рей довольно поспешила к окошку Платта, стараясь соблазнительно покачивать бёдрами. Обычно чувствительная к липким взглядам, сейчас она не могла поймать это ощущение, когда на тебя смотрят и оценивают. Никогда она так сильно не хотела, чтобы кто-то залюбовался её походкой.       Она нанизала заказ на штырёк с такой силой, что острый край царапнул палец почти до крови. Боль отрезвила, и Рей украдкой посмотрела в сторону барной стойки. Так и есть, Кайло игнорировал её неуклюжие попытки флирта и что-то тихо говорил Хаксу. — Что им? — недружелюбно высунулся Платт. От его дыхания пахло чесноком. — Порцию картофеля.       Платт скрылся обратно, ворча что-то про скупых педиков. Но в манерах и жестах этих двоих Рей не увидела ни намёка на сексуальное притяжение или не хотела видеть, боясь растоптать в пыль свои розовые очки, через которые она теперь смотрела на эту захудалую закусочную.       Вечно худеющая женщина — и та отвлеклась от оставшихся пончиков, чтобы взглянуть на возмутителей сонного спокойствия. Она прищурила глаза, поправила платье на груди и чуть взъерошила волосы, искоса посматривая то на Кайло, то на Хакса. Пытается казаться изящнее, чем она есть, подумала Рей, и тут увидела себя будто бы со стороны — да это ведь её будущее! Безуспешные попытки привлечь к себе внимание и недолгое утешение в сладостях.       Рей закрыла рот рукой от ужаса осознания. Блеск тут же испачкал ладонь. Картошка шипела в масле. — Я не знаю! Я еле добрался! — вскрикнул вдруг Хакс надрывно и тут же ссутулился вновь, закрыв голову руками.       Кайло склонился к его плечу. Со стороны казалось, что он утешает своего нервного рыжего соседа, но Рей была слишком внимательна, чтобы упустить то, как сжались крепкие кулаки.       Тарелка клацнула о край окошка. От запаха золотисто-жёлтой картошки, а может и от чего-то ещё Рей замутило, пол в крупную чёрно-белую клетку прилип к подошвам туфель. Жужжание мух стало громче, и только гром переворачиваемой бумажной страницы смог заглушить насекомых. — Не спи, Рей! — оглушительно заорал Платт. — Каждый понедельник одно и то же! Шевелись!       Негнущимися пальцами она обхватила края тарелочки, достала из холодильника две новых бутылки колы, едва не выронив их на пол. Нужно включить музыку! Что-нибудь агрессивное и быстрое, что поможет развеяться.       Хакс угрюмо молчал, когда Рей поставила порцию картошки на стойку. — Спасибо, Рей, — Кайло принял из её рук напитки, и тучи над головой Рей сразу стали чуточку светлее. — Какие планы на сегодня? Не хочешь со мной прокатиться?       Рей застенчиво поправила свой передник. — Прокатиться, — хмыкнул Хакс с совершенно отчётливым отчаянием. — Прокатиться! — Ешь свою картошку, — спокойно сказал ему Кайло. — Не обижайся на моего друга, — обратился он к совершенно растерявшейся Рей. — Он немного не в себе после деловых переговоров. Ну так как? Покатаемся?       Рей кивнула, не зная, куда деть руки. Хакс горько вздохнул и потянулся за золотистой хрустящей палочкой. — Мы в тупике, Кайло! Просто, мать твою, признай. Ты заигрался. — Всё в порядке, Хакс. — Ничего не в порядке! — снова взорвался Хакс, чуть не подавившись картошкой. Клерк с любопытством посмотрел в их сторону поверх газеты, но снова спрятался за шуршащими листами. — Веди себя тише, — пробормотал Кайло небрежно. До Рей дошло, что он злится и злится сильно. — Здесь дамы, Хакс.       Лицо Хакса позеленело. — Скоро здесь будет на одну даму больше! — патетически воскликнул он. У Кайло вновь сжались кулаки. — Заткнись и ешь свою грёбаную картошку! — пророкотал он. Мигом сникший Хакс покорно потянулся к тарелке. Медно-рыжие волосы растрепались, а накапанную на бортик лужицу соуса он начисто игнорировал.       Рей вежливо отошла к автомату, включив первый попавшийся трек. Звуки джаза взвились под потолок, но атмосфера странным образом ещё более накалилась. Что-то плохое зрело вокруг, что-то нехорошее должно было случиться. Предчувствия никогда не обманывали Рей.       Вечно худеющая женщина со вздохом вновь принялась за свои пончики. Кофе на её столике стоял нетронутым.