My pink sunglasses

— Ты поехал. Ты просто, мать твою, ебанулся.       Рей сейчас как никогда была благодарна Платту, который заставил её разобрать беспорядок под стойкой, так она могла держаться недалеко от Кайло. Старательно перекладывая посуду и протирая её от пыли, она старалась не привлекать к себе внимания, потому что с первых же слов Хакса стало ясно, что разговор идёт отнюдь не о летней рыбалке. — Я всё держу под контролем, Хакс. Она ведь согласилась, так? Часть суммы уже у нас.       Голос Кайло звучал подчёркнуто спокойно, в то время как его рыжий собеседник изнывал от беспокойства.       Они старались разговаривать тихо, но Хакс то и дело срывался, так что обрывки фраз до ушей Рей долетали. — Ты повысил цену в последний момент, — прошипел Хакс, и Рей представила, как он перекусывает золотистую картофельную палочку и быстро жует. — Так никто не делает, Кайло. Ты знаешь, чего мне стоило договориться? — Полагаю, раз ты здесь, всё прошло успешно, — пробормотал Кайло. — Просто ешь. Всё будет гладко. У них просто нет выбора.       Они замолчали, и Рей старательно зазвенела посудой. Не хватало ещё, чтобы её поймали подслушивающей.       Под подошвой туфли хрустнул хитин тараканьего панциря. Платт будет в ярости. Он ненавидит тараканов.       Рей брезгливо отодвинулась в сторону и навострила уши. Сверху снова заговорили. — Что она сказала? — поинтересовался Кайло едва слышно. — Что ты мудак, и что Сноук должен был держать твои яйца крепче. — Это не новость. — Она была немногословна. Слова вообще не её конёк, как ты знаешь.       Тяжело стукнуло стекло — кто-то из них поставил бутылку колы на стойку. Рей представила, что это сделал Кайло; он уже наверняка опорожнил её почти на половину, и теперь его пальцы немного мокрые от капелек воды на этикетке, а губы стали сладкими и терпкими, и… — Рей! — рявкнул Платт, и она чуть не уронила шейкер для коктейлей из рук. — Живо сюда! Заказ!       Рей поставила шейкер на место и поднялась, сметнув на ходу дохлого таракана под стойку. Пусть этих славных насекомых наплодится побольше, а потом она скажет Платту. Тогда ему придётся дать ей выходной.       Хакс даже не поднял на неё глаза, складывая из картошки ровные ряды на тарелке. — Что-нибудь ещё? — несмело спросила она у Кайло. — Гамбургер? — Спасибо, Рей. Может позже.       Он так и не снял очки. Рей смотрела в черноту стёкол, гадая, какого цвета у него глаза, пока не поняла, что пялится просто неприлично долго. Но Кайло не отводил лица в сторону, физический контакт звенел почти оглушительно, заменяя собой даже биение подскочившего от духоты пульса.       Она очнулась, только когда Платт особенно раздражённо швырнул лопатку в мойку. Кляня всё на свете, свою навязчивость и опостылевших клиентов она снова вернулась к работе.       Клерк захотел кофе со льдом. Необычно. По крайней мере она воспользуется паузой и снова включит музыку, чтобы не слушать удручающий гул от едва крутящегося вентилятора. Механизм лопастей уже давно требовал смазки.       Рей отнесла чашку на столик, поставив её возле остатков яичницы, и только собиралась повернуться к автомату, как входная дверь снова открылась. Кайло повернул голову, стёкла очков сверкнули.       Рослая широкоплечая женщина в льняном белом жакете с длинными полами быстро оглядела небольшое помещение закусочной. Её глаза остановились на Кайло и Хаксе, который походил больше на туго сжатую пружину, чем на обеспокоенного человека.       Волна уличного жара добралась даже до Рей, сухой воздух сразу вызвал непреодолимое желание чихнуть.       Женщина твёрдыми шагами направилась к стойке. На её плече покачивалась объёмная туго набитая кожаная сумка с широкими ремнями. В движениях незнакомки сквозила решимость и непоколебимость, взгляд цепко выхватывал каждую деталь, и от выражения сурового лица Рей стало не по себе. — Фазма, — сухо поприветстовал незнакомку Кайло. Нельзя было сказать наверняка, но Рей почудилась некая напряжённость в его фигуре. — Рен, — в тон ему отозвалась Фазма. Она остановилась рядом с ним, но на стул не садилась, лишь небрежно опёрлась на стойку локтем. Сумка оказалась спрятана за спиной. Хакс волком глядел из-за плеч Кайло, но ничего не говорил.       Так и не нажав кнопку, Рей снова достала блокнот для заказов и робко подошла к троице. — Чего желаете?       Фазма посмотрела на неё, и Рей ощутила себя словно на приёме у врача, когда с помощью рентгена тебя видно насквозь. — Ничего, спасибо, — улыбка смотрелась инородно на этом лице, а глаза оставались столь же жёсткими. — Я на минуту. Славное у вас тут местечко. — Что ж, я всегда… Вы только позовите, если что-то будет нужно… — запинаясь, попятилась Рей.       Фазма кивнула, скорее для проформы, нежели действительно обещая воспользоваться услугами официантки. Рей сглотнула слюну — что происходит? Волны угрозы, исходящие от женщины, были почти осязаемы, и Рей стало страшно, хоть она и не могла припомнить никаких своих прегрешений.       Клерк равнодушно посмотрел на посетительницу поверх газеты, но, как видно, не вдохновился ею. Кофе в чашке уже наполовину закончился.       Рей отступила к окошку заказов. Несмотря на жару, пальцы показались ужасно замёрзшими, и когда Платт высунулся наружу, она вздрогнула, и сердце на миг замерло. — Вот уж не думал, что она к нам зайдёт, — хмыкнул тихо босс. — Чего ей, Рей? — Пока ничего, — Рей смотрела, как Кайло что-то говорит Фазме, а та снова неприятно улыбается. — А кто это? — Правая рука комиссара, — хмуро сказал Платт. — Но мы-то им ничего не должны, я исправно веду дела. Чего ей надо от этих педиков, хотел бы я знать…       И Рей хотела бы знать. Но с такого расстояния не слышно было ни слова, и составлять представление о текущем разговоре можно было только из жестов и поз.       И судя по жестам и позам, разговор был крайне неприятный.       Снаружи подъехала машина — шины глухо зашуршали по горячему асфальту. А потом ещё одна. И ещё.       Из них кто-то вышел — Рей смогла различить хлопки дверей — но колокольчик у входа молчал. Эти люди не собирались заходить внутрь. Они ждали на парковке, как и Кайло до этого. — ...ты поступаешь глупо, Кайло. Давай обсудим это как два взрослых человека. — Мы уже не раз всё обсуждали. Я не поменяю своё мнение.       Улыбка Фазмы приобрела змеиный вид. — Ты не настолько ценен, как тебе кажется. Незаменимых людей не бывает, ты же в курсе? Ты хорош, но всегда можно найти лучше. — Ищите, — угрюмо наклонил голову Кайло. — Я уже всё решил.       Секунду Фазма смотрела на него с видом глубоко разочарованного человека, и когда она высвободила сумку из-за спины и плюхнула на стойку, губы её горько искривились. — Что ж, приятно было поработать, напарник.       Кайло не ответил, однако ответ Фазме не требовался; пара шагов — и она уже с другой стороны. — Хакс, — кивнула она, и тот зыркнул на неё в отчаянной попытке казаться спокойным. От Фазмы это не ускользнуло, и она с хитрой усмешкой подцепила пару картофельных палочек из его тарелки, на ходу отправляя их в рот. Соус остался нетронутым.       Покачивая узкими бёдрами, она вышла наружу. Атмосфера в закусочной слегка рассеялась, хоть и непонятно было, заметили ли другие клиенты звенящее напряжение и угрожающие слова на повышенных тонах.       Рей захотелось слиться с грязной стеной, и она едва расслышала, что Кайло зовёт её. И уж тем более она не могла расслышать, что Хакс тихо скулит себе под нос. — Я заметил, что ты любишь музыку?       Рей робко кивнула. — Включишь что-нибудь на свой вкус? — Кайло вдруг наклонил голову и приспустил очки чуть ниже, его глаза хитро взглянули поверх изогнутой оправы. — Повеселее, ладно?       Она кивнула. Как она и надеялась, глаза оказались красивыми, и теперь к лицу добавился ещё один, завершающий штрих, от которого перехватывало дыхание.       Её грёзы развеял икнувший Хакс. — Они нас не выпустят, — лихорадочно зашептал он. — Она натравит их, как собак, а всё потому что ты слишком жадный! Они даже деньги притащили, чтобы поиздеваться! — Рей нам поможет, да? Ты ведь поможешь нам?       Рей кивнула, всё ещё ничего не соображая. Какие собаки, какие деньги? — Включай, да погромче, — подмигнул Кайло, и очки вернулись на место.       От ответственности ладони вспотели. Что же, что же выбрать?       Рей в два шага оказалась возле рёбрышек записей. Может, эту? Слишком слащавая. Здесь ей не нравится текст. Здесь саксофон слишком визгливый.       А может... — А вот и ты, — прошептала она; эта запись воистину могла считаться кладом. Рей часами прокручивала её на стареньком проигрывателе дома, потом могла не слушать несколько недель, чтобы впечатления притупились, а затем пускать новый круг.       Да, это то, что нужно.       Рваные аккорды задали агрессивный ритм, и Кайло успел одобрительно улыбнуться, прежде чем мир утонул в вопле разбитого стекла.       Что-то глухо застучало по стене за баром, дождь расколотых тарелок и стаканов хлынул вниз. Рей не сразу поняла, что стекло окна, через которое она так часто смотрела на парковку, осыпалось стеной осколков. Грохот стоял сумасшедший; Рей в ужасе зажала уши ладонями. Ей казалось, что стены закусочной рушатся, потолок валится кучей обломков, и какофония хриплого рок-н-ролла взмётывается к раскалённому небу. — Рей! — ворвался в общую смесь звуков голос Кайло. — На пол!       Ноги подкосились, и она сползла вдоль стены, обхватив голову руками. Едва осмелившись приоткрыть глаза, она снова их зажмурила, ибо картина, которую она увидела, была воплощением одной из её фантазий — вечно худеющая женщина лежала лицом в тарелку, и её глаза остекленевше уставились прямо на побледневшую Рей. Изо рта текла кровь, почти такая же алая, как и начинка пончиков.       Рей тоненько пискнула и сжалась в комок. Автомат с пластинками ревел, не умолкая. — Ах вы, гребаные педики!       Она выглянула из-под своего локтя — Платт разъярился сильнее, чем обычно, по его виску катились крупные капли пота. — Я ему отстёгивал, чтобы тут всё в порядке было! — вспыхнула огненная бомба. — Отстёгивал каждый месяц! — Рей с отрешенным ужасом увидела, что он держит в руках старую двустволку. — Половину! — новый залп, новый взрыв. — А эта сука вздумала своих копов на меня натравить!       Музыка взвилась под потолок новой петлёй, и новые выстрелы застучали по стенам; Рей увидела, что Кайло и Хакс уже не сидят у стойки на барных стульях, но прячутся за ней, время от времени отстреливаясь из автоматических пистолетов.       Откуда у них оружие, подумала Рей. Они, верно, примотали его к туловищам и спрятали под одеждой. Потому что сумок у них нет, да и такое в кармане не пронесёшь, а та женщина, Фазма, ничего не сказала, потому что не заметила, ведь она не стала бы молчать, а может и знала, но понимала, что это бесполезно, ведь снаружи много-много людей, много копов, которые просто лупят изо всех сил, дырявят стены и стулья, и она не слышит собственного крика, который помимо воли вырывается из глотки… — Она там! — заорал Хакс, от паники в его голосе не осталось и следа. — Возле машины!       Он профессионально расстреливал обойму, действуя чётко и быстро, как и Кайло. Время от времени град выстрелов осыпал их, но они вовремя прятались, чтобы затем вылезти и снова открыть огонь.       Кожаная сумка сиротливо валялась на полу у стульев, присыпанная битым стеклом и кусками фальшивой кожи от обивки стульев. — Всю жизнь! — ревел Платт, делая паузу лишь для перезарядки. — Всю жизнь! А они приходят и рушат всё к чертям! Получайте, грязные свиньи!       Грохот и огонь обрели форму, ушные перепонки трещали от напряжения, музыка швыряла новые и новые аккорды, и Рей увидела падение Платта будто в дрянном клипе на старой кассете, которую зажевал проигрыватель — ему попали в живот, и он рухнул лицом вниз, выронив старое ружьё.       Штырь с заказами вошёл точно в левую глазницу.       Как она и мечтала. — Рей! — как сквозь туман услышала она зов. Кайло с совершенно бешеными глазами пытался до неё докричаться. — Рей! Рей, ты в порядке?       Она еле-еле смогла кивнуть, не прекращая издавать уже не крик, но какое-то придушенное сипение. — Иди сюда! Отойди от двери!       Но Рей не двинулась; она будто окаменела от страха и продолжала трястись, пребывая то ли в самом страшном своём кошмаре, то ли в аду, и Кайло, чертыхнувшись, перебрался через Хакса и согнувшись в три погибели достиг Рей парой коротких перебежек. — Рей, ты в порядке? У тебя кровь!       Рей что-то промычала; она совсем не чувствовала боли. Запах лосьона после бритья напомнил, что она всё ещё жива и всё ещё в закусочной. Она смутно ощущала, что Кайло быстро ощупал её голову и обнажённые руки, но не понимала, зачем. — Должно быть, стеклом задело. Рей, слушай! Возле чёрного входа — мотоцикл! Слышишь?!       Рей закивала. Пистолет в руке выглядел сюрреалистично игрушечным и вовсе не настоящим. — Выйди и заведи его! Ты умеешь водить? — Ум... ммм… — страх стал причиной заикания, и Рей вдруг поняла, что ревёт в два ручья, и губы её уже не сладко-вишнёвые, но солёные от слёз. Очков на Кайло не было, но взамен адреналин сделал его глаза чёрными. — Хорошо, Рей, хорошо! Заведи его и будь готова! Не попадайся им на глаза! — он обхватил её затылок свободной рукой, пальцами фактически прожигая череп. — Рей, ты поможешь нам? Поможешь мне?       Она закивала — всё, что угодно, лишь бы убраться отсюда подальше! — Кайло! Они явно хотят поговорить по душам! — крикнул Хакс, перекрывая новую серию выстрелов.       Кайло кивнул и снова посмотрел на Рей. — Я верю тебе, Рей, — сказал он серьёзно и тихо, но Рей всё равно его услышала. — Вытащи нас.       Музыка пошла на завершающий круг.