The Shadow's Embrence

— Я никогда официально не представлялся, — говорит офицер Грейсон. — Я Ричард Грейсон. Мои друзья просто зовут меня Дик. Дэмиен не смотрит на него, когда он представляет себя. Он считает, что солнце имеет намного более интересный вид, хотя он видел его много раз за свою жизнь. Возможно, если бы он посмотрел прямо на солнце, он пощадил бы его жалкую душу и сжег бы его до хрустящей корочки. Тогда ему не придется беспокоиться о том, что его держат в плену. Это было странно Он перешёл от одного сумасшедшего на другого. Ричард Грейсон. Дик. Дэмиен высказывает свои мысли: — Каковы твои отношения с негодяем, смевший назваться моим отцом? Дэмиен может чувствовать взгляд офицера, хотя его собственный взгляд был направлен в другую сторону. — Наши отношения ... сложны, — осторожно отвечает Грейсон. Дэмиен не ценит расплывчатый ответ. — Прости меня за любопытство, — начинает Грейсон, пока Дэмиен уже поклялся не прощать его, — Но как ты оказался на попечении Брюса? Дэмиен с легким раздражением прижимает язык к зубам. — Он похитил меня, — возмущается Дэмиен, — И заключил меня в тюрьму. Офицер моргает. — Похитил ...? — Слово, которое могут понять даже дети, — Дэмиен считает себя довольно щедрым, чтобы объяснить свою ситуацию дальше человеку, который действовал в качестве его нынешнего "опекуна". — Я был похищен. — Должно быть, он знал, что Аль Гулы становятся слабее в плену, — бормочет Грейсон достаточно громко, чтобы Дэмиен услышал его. Затем глаза Дэмиена устремляются на фигуру Грейсона, и он наблюдает, как мужчина поднимает руку, чтобы массировать подбородок. — Аль Гулы не слабые. Никогда не становятся слабыми. — У каждой расы есть свои слабости, — медленно говорит он, наблюдая за выражением лица Дэмиена за малейшее дерганье. — И ваши люди не исключение. — Аль Гулы превосходят остальное население, — рычит Дэмиен. — И так будет всегда. — Возможно, это то, во что ты был вынужден верить. Аль Гулы становятся слабее в одиночестве. Дэмиен готовится ответить, но его разум возвращается в ту комнату поместья. Его власть над тенями сильно сократилась. Он думал, что это какая-та магия, что мешает ему сбежать, но мог ли его отец знать, что у него уже есть слабость? Неужели он решил использовать эту информацию и использовать ее, чтобы держать Дэмиена в своем доме? — Мы не ослабеваем в плену, — рычит Дэмиен, отрицая какую-либо логику в своем мозгу, и решает руководствоваться исключительно своими эмоциями. Его гордость как наследника крови Аль Гула была на грани. Он не мог оставить это, даже если он хотел освободиться от оков власти матери и ожиданий деда. Грейсон игнорирует его и продолжает: — Тебя не удивило, почему Брюс был чрезвычайно притягателен к тебе? У эльфов долгая жизнь. И все же, несмотря на это, им не хватает возможности свободно рожать детей. Само твое существование редкое. Ты унаследовал всё, что только можно. Слабость эльфов. Слабость Аль Гула. — Если ты еще раз назовешь меня слабым, — угрожает Дэмиен, шипя, как ядовитая змея, готовая нанести удар, но офицер не сдерживается. Единственное, что останавливает Дэмиена, это комок, который он прячет близко к груди. Котенок, который давно заснул в своем теплом трюме. — Я не говорил ничего подобного. Я просто объясняю тебе твои родословные. — Как будто мне нужна твоя помощь, глупый дурак. Просто отпусти меня. Это самое меньшее, что может сделать. Губы Грейсона изогнулись в легкой улыбке. — Я не этого могу сделать, малыш. Малыш? — Ты сейчас под моей защитой. Блик Дэмиен чуть не пропустил это. Глаза Грейсона вспыхивают ярко-желтым, но исчезает. — И я очень территориальный.