Аутсайдеры

— Вы хотите пойти против Этери. Поэтому вызвали меня сюда? Алина сидит за круглым столом. На самом деле этому столу лет сто. И он выглядит больше овальным, с потертыми краями, краска местами слезла, стол накренился. Но Мишин гордо именует его круглым столом для заседаний. Помещение, в котором он принимает девушку, часть северных пещер. Здесь слишком жарко. Алина к тому же перевозбуждена, и не хочет тянуть время, когда ее сестра мучается в изоляторе. — Я хочу знать, когда вы отпустите Сабину. И когда врач ее осмотрит. Мишин молчит. Он перебирает руками счеты, рассматривает Алину, будто та точно мировая звезда. Девушка начинает злиться, когда он, наконец, произносит: — Ты знала, что по всей стране у Этери Тутберидзе подобные лаборатории? И что такие как Сабина и Аня — не единственные? Камилла, которую нашли на трассе, тоже не последняя переломанная девочка? Алина не знала. Она опускает руки на колени. — Продолжайте, — дрогнувшим голосом произносит она. — Мы устраиваем рейды раз за разом. Иногда нам удается спасти несколько единиц Аутсайдеров. Иногда мы спасаем таких, как твоя сестра. Нестабильных. Николай Алексеевич поднимается из-за стола. Он наливает себе и Алине чай. Только девушка не берет напиток. Затаив дыхание, она ждет, когда он продолжит рассказ. — Все они умирают, Алина. Все. И уносят с собой жизни других людей… — Моя сестра не умрет! Девушка вскидывает голову, с ужасом смотрит на мужчину. В ее глазах застыли слезы, а в его… в его отчуждение и нежелание больше разговаривать. «Умрет» — говорит его взгляд. Они все умирают. — Она… не умрет. Я заберу ее и мы уйдем отсюда. — Ты не сможешь уйти отсюда, Алина. Мы не можем так рисковать. Девушка мысленно показывает ему нехороший жест. Уйти от Этери смогла и отсюда сможет. Но все же она сдерживается и спрашивает: — Вы говорите про рейды. Когда следующий? Я хочу в нем участвовать. *** — Твои шрамы не будут заметны, — шепчет Женя, сидя на коленях. Она ласково гладит Аню по щеке, размазывая по ее коже тональный крем. Сверху пудра. И вот конечный результат — бархатная кожа. Современная косметика --что надо. Женя расчесывать волосы Ани, опуская их по плечам. Так они закрывают шрамы на шее и спине, если вдруг кофточка задерется. — Я не позволю им забрать еще и тебя. Обещаю, Аня. Анюта опускает взгляд. Она пялится на свои руки. Они тоже в шрамах. Тогда Женя достается из кармана перчатки, обрезает на них пальцы, чтобы Ане было удобнее. Она надевает их на руки девочки. — Постарайся вести себя как все…. Знаю, это трудно. Но ты должна разговаривать и иногда улыбаться. Хорошо? Аня, хорошо? Понимаешь, они заберут тебя у нас. Женя не выдерживает и встряхивает девочку за плечи. А затем крепко обнимает. На ее руки падают горячие детские слезы. — Я понимаю, понимаю, — шепчет Аня, — я буду улыбаться. Женя целует девочку в лоб и поднимается. — Будь здесь. И обещай, что не пойдешь к Сабине. Нельзя, чтобы тебя поймали. Я знаю, что тебя к ней тянет… — Не пойду. Аня выдавливает искусственную улыбку. Женя поправляет ей «грим» и уходит прочь из комнаты, оставляя Аню наедине с собой. Даниила никто не видел. Странное дело, Женя не может найти его уже второй день. Лагерь раскидан по трем пещерам. В основном мужчины трудятся над улучшением жилищных условий. Как поняла Женя, аутсайдеры постоянно меняют место положения, поэтому она не смогла их найти по старому «адресу». Но Дани среди рабочих нет. Она не может найти его и на тренировке, где аутсайдеры бьются друг с другом. — Зачем вы это делаете? — спрашивает девушка двух парней. У них не особо получается владеть своим телом. В ход идут кулаки, ноги и все что угодно. — Нас готовят к рейдам. А ты иди стирать вещи. И не мешай. Женя нервно оглядывается. Она никогда не любила вот этого деления на «женщина-мужчина». Стереотипы. — Возьмите меня с собой. У меня есть особые причины ненавидеть дамочку с химией на башке. Один из парней осматривает девушку с похабным выражением лица. Он явно ей впечатлен, но не в том смысле, что она думает. — Я училась драться. В лабораториях Тутберидзе боевые искусства — обязательная часть программы. Не верите? Не верят. Один из худеньких парней подходит к девушке. Женя использует рукопашный бой и через пару минут парень лежит на лопатках. Впечатлены многие, но не тренер, который выходит из-за угла пещеры. Он отряхивает пыльные штаны и мрачно смотрит на девушку. — Девчонки на рейд не допускаются. Твоя подруга уже пыталась пробиться. — Алина? — хмурится Женя, — конечно она пыталась. Ее сестра умирает. Она должна найти способ спасти ее. Есть лекарство… — Девушки не допускаются. — Ты вообще кто такой? — щурится Женя, мрачно глядя на парня. Только сейчас она замечает, что он молод. Чуть старше Дани, но скорее всего на пару лет. И еще Женя замечает, что его лицо пересекают неровные шрамы. Ладони, предплечья, его шея покрыта рубцами. Женя бледнеет. — Это Железняков, — шепчет Жене какой-то парень, — он тренер. Но Женя их не слышит. Она хочет схватить этого парня и припечатать к стене, чтобы добиться о него ответов. Какого черта происходит. Он тоже подопытный Тутберидзе. И судя по его возрасту, похоже, один из первых. Этот парень — сшитая из лоскутков кукла, подобно Ане и Сабине. Жене становится дурно. *** — Я так давно не видела тебя, — говорит Алина, прерывая очередной поцелуй любимого. Он рядом. Здесь. И даже не бьется в истерике, что во всем виноват. Алина срывает с него рубашку, а он нежно гладит ее по спине. У них мало времени, но ни он, ни она не хотят терять заветные минуты. — Меня загрузили работой в лазарете. Докторов здесь не хватает, а я как никак имею медицинское образование. Он говорит об этом с гордо поднятой головой и Алина ворчит. — Гордись до пенсии. Я целыми днями стираю носки и готовлю стряпню. Девушка запрокидывает голову, открывая шею для его поцелуев. — Значит, это ты готовила ту отвратительную кашу на завтрак? Она была на вкус как носки. Девушка смеется. Пока она смеется. Еще целует его, любит и желает. Но через пару часов изменится абсолютно все. Поэтому они оба торопятся утонуть в своих чувствах друг к другу. — Я никогда не буду тебе готовить. Даня подхватывает девушку, усаживая ее на импровизированный стол. Девушка вздрагивает, когда он прижимается к ней, обхватив руками ее бедра. В ее глазах страх. И Даня уже отходит, но девушка хватает его за руки. — Другой возможности не представится. Я хочу, чтобы это случилось сейчас. Я люблю тебя. Алина на самом деле не хочет. И хочет… она не может разобраться в собственных ощущениях. Боль ей не страшна. Но первый секс она представляла не в такой первобытной обстановке. Если быть честной, то девушка и не думала, что доживет до этого. Но после разговора с Мишиным, она сделала вывод, что ни за что не станет смотреть, как ее сестра умирает совсем одна. Даже, если придется рвануть в логово зверя, она сделает это, найдет лекарство. А Даня по глазам увидел, что его девушка задумала очередную авантюру. И они решили: уйдут на закате. А сейчас это время для них… — Я тебя люблю, — шепчет Даня, целуя девушку в щеку. Спустя некоторое время Алина поймет: эта первобытная атмосфера — лучшее, что она могла представить. Главное --он рядом.